"Актёр?"

Лето в доме Эвансов текло размеренно и «скучно» — именно так, как того ожидал бы Дамблдор, реши он заглянуть в жизнь «обычной маггловской семьи», у которой на попечении оказался Гарри. Для внешнего наблюдателя это был самый обычный дом в пригороде. Альфред, облаченный в безупречный твидовый пиджак, по выходным стриг газон и читал газеты. Розали, в простом кардигане, занималась садом, который ничем не отличался от соседских. Дамблдор, будучи человеком, который искренне презирал магглов и считал их «простыми и предсказуемыми», даже не удосужился проверить их магический фон. Для него они были лишь инструментами, семёй Лили, которую он контролировал через министерские отчеты и пару простеньких чар слежения, направленных на сам факт присутствия Гарри в этом доме. Он и не подозревал, что за этой «обычностью» скрывалась мощнейшая система защиты. Охранные чары поместья были не просто активны — они были древними, основанными на магии рода с вплетёнными чарами кицуне и знаниях, утерянных веками назад. Для стороннего наблюдателя Гарри жил как обычный мальчик: помогал по дому, читал маггловскую литературу, гулял. Но за закрытыми дверями Гарри тренировался. За эти два месяца он научился большему, чем за весь первый курс. Дедушка Альфред учил его не просто заклинаниям, а эффективности. — Магия — это энергия, Гарри, — говорил дедушка, пока Гарри с закрытыми глазами удерживал в воздухе тяжелый кованый подсвечник, не прибегая к палочке. — Большинство волшебников тратят её впустую, выкрикивая слова. Ты должен научиться чувствовать поток. Розали же работала над его «Маской». Она учила его микромимике, тому, как скрыть истинное намерение за естественной улыбкой, как пустить слезу в нужный момент, чтобы вызвать доверие даже у самого подозрительного собеседника. — Помни, — говорила она, поправляя ему воротник перед выездом в Косой переулок, — ты не просто актер. Ты — шахматист. Твой противник — Дамблдор — считает, что знает твои ходы наперед. Дай ему это удовольствие. Пусть он думает, что ты идешь по его сценарию, пока ты не займешь позицию, с которой сможешь его съесть. Сборы были быстрыми. Гарри сложил в чемодан свои вещи: одежду, учебники, зачарованный блокнот и спрятанную на самом дне монету-маячок. Никаких лишних артефактов — ничего, что могло бы вызвать вопросы при случайном досмотре в Хогвартсе. Когда Альфред и Розали высадили его у Кингс-Кросс, они выглядели как самая обычная любящая пара. — Будь осторожен с теми Уизли, — тихо сказал Альфред, поправляя Гарри галстук. — Они будут пытаться вытянуть из тебя больше внимания. Не давай им слишком много, но и не отдаляйся. Ты должен оставаться «другом». — И береги себя, — Розали быстро чмокнула его в щеку, шепнув так, чтобы слышал только он: — Мы всегда на связи. Ты не один. Гарри кивнул. Его лицо снова стало таким, каким его знали все — слегка наивным, чуть взволнованным предстоящей встречей с друзьями. Он шагнул на платформу, чувствуя, как внутри него натягивается невидимая струна. Второй курс. Тайная комната, василиск, Дневник неизвестного.