Песнь трех драконов (A Song of Three Dragons)

Этим утром Висенья собиралась на тренировку. Она стояла напротив зеркала в своих покоях и разглядывала свое отражение. На ней был новый изящный дублет. Темно-бордовый. Из тонкой гладкой кожи. Висенья посмотрела на себя повнимательнее. Раньше, занятая лишь тренировками, она совсем не обращала внимания на свои женственные формы. Да и дублет сидел как влитой, подчеркивая её сильную, стройную фигуру. "Неплохо, — подумала Висенья, оценивая себя, — Очень даже неплохо". На секунду она задумалась. А может, на её стройную фигуру как-нибудь стоит примерить… платье? Неожиданно для себя Висенья оживилась. Она быстрым шагом подошла к большому резному шкафу в углу. Распахнула тяжелые створки. Покопавшись среди темных походных плащей и кожаных дублетов, она достала оттуда бархатное платье насыщенного, глубокого красного цвета. Оно было прекрасно. Дорогой, тяжелый красный бархат. Идеальный крой. Висенья приложила его к себе, глядя на отражение. Её губы тронула едва заметная улыбка. И она решила. Надо надеть его как-нибудь. Обязательно. Например, на именины Эйгона. Ведь они скоро — в самом конце месяца. — Все в порядке, миледи? Боги. Служанка. Висенья в миг отшвырнула от себя платье. Поправила воротник и отступила от зеркала. — Да, да, — её голос прозвучал поспешно, — Все в порядке. Она сглотнула. Что это с ней? Откуда такие мысли? В пекло платье! Она же воин. И как она умудрилась не услышать шагов служанки? Служанка же, не замечая внутренней бури своей госпожи, потянулась к черной портупее, которая лежала на столе. Туда, где покоился меч. — Нет, — резко остановила ее Висенья, — Не трогай это. От ледяного тона своей госпожи служанка оцепенела. Висенья никогда не позволяла трогать свой меч. Никому. Даже Эйгону. Служанки часто забывали об этом, и обычно Висенья проявляла к ним терпение. Но не сейчас. — Ступай, Дея,— раздраженно приказала она, — Дальше я сама. Висенья взяла портупею и ловко затянула ремни на талии. Поправила меч. Прикоснувшись к прохладному металлу Темной Сестры, она вернула себе самообладание. Никакой суеты. Никаких посторонних мыслей. Она повернулась к служанке. Та во все глаза уставилась на платье, сиротливо лежащее на кровати. Висенья перевела взгляд на тяжелый красный бархат. За секунду она возненавидела его и пожелала, чтоб оно сгорело и превратилось в пепел. — Ты еще здесь? — её голос прорезал тишину. — Прошу прощения, миледи, — спохватилась Дея, — Я… я хотела сказать, что лорд Эйгон просил передать… Его не будет утренней тренировке. Висенья напряглась. В ее глазах полыхнули опасные искры. — Что? И ты говоришь мне об этом только сейчас?! — Простите, миледи! — взмолилась служанка, бледнея на глазах. Висенья выдохнула. Сдержала гнев, заставив себя успокоиться. — Но… почему? Он болен? — Нет, миледи, — поспешила объяснить служанка, — На рассвете его разбудил ваш отец. Они вместе отправились на Дрифтмарк. Дрифтмарк. Ожидаемо. Отец всегда брал с собой Эйгона на важные встречи с Веларионами, чтобы учить политике. — Эйгон поплыл на корабле? — поинтересовалась Висенья. Она прекрасно знала, как её брат ненавидел морские переправы. Для всадника дракона это было истинной пыткой. — Насколько я знаю, нет, миледи. Лорд Эйгон отправился туда своем драконе. — Ясно, — закивала Висенья. "Это хорошо, — размышляла она, — Значит, к обеду он вернется. Или даже раньше". Висенья вдруг ощутила легкое, непривычное волнение. Она мысленно рассчитала путь. Дрифтмарк близко. На драконе — пара часов туда и обратно. "Потренируемся после обеда", — успокоила она себя. Висенья так глубоко ушла в свои мысли, что напрочь забыла про служанку. Она опомнилась, когда Дея громко шмыгнула носом. — Что ты стоишь? — Висенья бросила на нее колючий взгляд, — Иди. Дея, покорно опустив голову, попятилась к выходу. Висенья перевела взгляд на платье. Оно лежало перед ней немым укором. И только служанка открыла дверь, как Висенья бросила ей вслед, указывая на красный бархат: — И убери это отсюда! Служанка послушно подбежала к кровати и забрала платье. — Да, миледи, — ответила она, не поднимая глаз. Висенья бросила на Дею пренебрежительный взгляд. Это было куда красноречивее любых слов. От этого взгляда Дея, казалось, согнулась пополам. Она протиснулась в дверь и исчезла в коридоре. Висенья снова подошла к зеркалу. Оглядела себя. Дублет по-прежнему сидел безупречно. Но он уже не вызывал у нее такого восторга как минуту тому назад. "Хорошо. Подожду до обеда", — выдохнула она, и развернувшись, направилась к выходу.

***

К обеду Эйгон не вернулся. В столовой Таргариены сидели втроем. Висенья, Рейнис и их мать, Валейна Веларион. Рейнис что-то оживленно рассказывала. Леди Валейна то и дело смеялась и качала головой. Висенья же не слушала этот лепет. Ее мысли были далеко. Лишь пару раз она украдкой взглянула на младшую сестру. Рейнис была бодра и весела. Ни следа бессонной ночи. Ее волосы были красиво уложены в сложную прическу. Сиреневый шелк ее платья подчеркивал свежесть кожи. Больше не было растрепанной бунтарки, пойманной ночью у дверей. Перед ними сидела безупречная юная леди Драконьего Камня. В отличие от сестры Висенья сегодня была мрачной. Задумчивой. Есть не хотелось, и еда казалась пресной, как пепел. — Я хочу устроить праздник! — громко воскликнула Рейнис. Услышав слово "праздник", Висенья вздрогнула. Она метнула недовольный взгляд на сестру, а затем на мать. Леди Валейна уловила взгляд старшей дочери. — Не многовато ли праздников на этой неделе, дорогая? — мягко поинтересовалась она у Рейнис. Рейнис, казалось, не слышала ее. Перед глазами уже стояла картинка. Гениальный, безумный план. — О! Знаю! Морские торжества! Устроим карнавал с музыкой и танцами прямо на черном песке! А потом будем объедаться крабами и запеченной рыбой! "Ну, уж нет", — подумала Висенья. Рука на вилке задрожала. Еще один такой вечер, и она просто сойдет с ума. — Может, уже просто позовешь в замок кучу матросов и устроишь для них День Рыбака? — раздраженно заявила Висенья, обращаясь к Рейнис. — Мало тебе было развлечений этой ночью, ты хочешь еще! Наступила тишина. — Каких еще развлечений? — осторожно спросила леди Валейна, глядя на Рейнис. Рейнис застыла, закусив губу. Висенья молча смотрела на сестру. Еще секунду леди Валейна размышляла. Ее лицо потемнело. И осознание пришло быстрее, чем Рейнис успела издать хоть звук. — Нет… — взмолилась леди Валейна, — Неужели портовый городок?! Рейнис потупила взор. Сомнения леди Валейны рассеялись. Она была там. — Рейнис!!! — Ну… а что в этом такого? — кусая губы, пропищала Рейнис. — Она еще спрашивает! — повысила голос леди Валейна, — Это не место для юной леди! Чтобы я больше никогда не слышала об этом месте! — Она брезгливо поправила свою прическу. Руки её едва заметно дрожали. Рейнис сидела, опустив глаза. Столько шума из-за невинной портовой вылазки! Висенья же оставалась спокойной, сделав глоток вина из кубка. Вольности младшей сестры давно пора было пресечь. Так считала она. Так считала мать. Правила одни для всех. Рейнис посмотрела на сестру. Холодность Висеньи взбесила её, и слова вырвались сами собой: — Висенья не считает себя леди! И она старше меня. Ей… ей можно ходить туда? — Я ни за что бы не пошла туда! — пылко возразила Висенья. — Тем более ночью. Тем более одна. Рейнис выдержала паузу. Она вскинула подбородок и гордо заявила: — Я была не одна. Со мной был Эйгон. Это было сказано так просто. Словно имя брата было её абсолютным щитом. Повисло молчание. Висенья застыла. Ее лицо побледнело, а пальцы крепко сжали серебряную вилку. Леди Валейна ахнула. Ее голос сорвался. — Эйгон?! — прошипела она. — Эйгон был с тобой в портовом городке? Слава богам, этого не слышит ваш отец! Вот что, юная леди, — Валейна нависла над младшей дочерью. — Отныне никаких больше праздников в этом месяце! — Что? — воскликнула Рейнис, — Но… мама! — Нет, нет и нет! — А как же именины Эйгона?! — в отчаянии крикнула Рейнис. — Именины? — запнулась Валейна. Висенья и Рейнис мгновенно переглянулись. Никто из них не хотел лишить любимого брата его именин. Из-за какой-то глупости. Леди Валейна тяжело выдохнула. Ее тон стал ровнее, спокойнее. — Именины будут, — заключила она. И тут же смерила Рейнис тяжелым взглядом. — Но кроме этого — ничего. Никаких праздников. Никаких ночных полетов. И никаких городков. Всё! Слова матери прозвучали как приговор. В глазах Рейнис горел огонь. Дрожащей рукой она отодвинула от себя тарелку. Медленно, неестественно медленно встала из-за стола. Огляделась. Холод Висеньи. Непреклонная строгость матери. Заступиться за неё сейчас мог бы только Эйгон. Но его не было. Как и отца. Напоследок Рейнис кинула многозначительный взгляд на Висенью. Но та и глазом не моргнула. Лишь равнодушно смотрела в свою тарелку. Резко развернувшись, Рейнис выбежала из столовой. Леди Валейна было дернулась, чтобы остановить ее. Но сдержалась. Приложила бледные ладони к горящим щекам. Тяжело вздохнула, закрывая глаза. Висенья же медленно подняла кубок. Сделала глоток вина. И впервые за все время потянулась к еде.

***

Висенья не раз тренировалась в одиночестве. Без партнера. Без мастера Квентона, который обучал её с детских лет. Иногда ей это нравилось даже больше, чем парный поединок. Никто не мешал, никто не сбивал ритм. Но сегодня все пошло в пекло. Удары казались ей слишком слабыми. Дублет тесным. А ветер слишком холодным. "Да что же это такое?", — злилась Висенья. Она выдохнула. Сосредоточилась. Крепко сжала рукоять меча. Затем быстро рванула вперед, рассекая воздух. Клинок свистнул, описывая идеальную дугу. Разворот. Сложный элемент. Блеск валирийской стали. И резкий сбой. Ботинок скользнул по мокрой траве. Лодыжка подвернулась с глухим хрустом. Висенья удержала равновесие, но из горла вырвался резкий крик: — Ай! От бешеной злости Висенья едва не швырнула Темную Сестру на землю, но вовремя опомнилась. В руке было зажато самое ценное, самое дорогое что у неё было. "Седьмое пекло! Как это случилось?!" — Висенья ухватилась на больное место. Она аккуратно вернула меч в ножны. Тихо опустилась на сырую траву, закрыв лицо руками. В ушах свистел ветер. Нога горела. Висенья сидела неподвижно. Минуту. Две. До тех пор, пока не услышала крики на Нижнем дворе. Она резко вскинула голову и посмотрела вверх. Сквозь серую пелену облаков к замку стремительно приближался черный силуэт дракона. Эйгон возвращался домой. Пульсирующая боль в лодыжке мгновенно утихла. Пропала. Висенья поднялась на ноги. Одним резким движением смахнула серебряные пряди с лица. И, напрочь забыв про недавнюю слабость, быстрым, уверенным шагом поспешила вниз. Навстречу брату.

***

Подлетая к замку на огромном черном драконе, Эйгон мечтал только об одном. Поскорее оказаться в своих покоях и рухнуть на кровать. Отец поднял его на рассвете, когда Эйгон только-только успел погрузиться в сон после портовой вылазки. Посещение Дрифтмарка никак не входило в его планы. Но лорд Эйрион был непреклонен. Его слова звучали как приказ: — В Вольных городах неспокойно, Эйгон. Флот Веларионов окажет нам поддержку в случае войны. Мы обязаны встретиться с ними сегодня. Эйгон подчинился. Долг был превыше желаний. Он пробыл на Дрифтмарке весь день. Там много говорили о войне в Эссосе. Но мысли Эйгона упрямо возвращались к Вестеросу. Год назад он уже бывал там, в Утесе Кастерли. Гостил у короля Лорена Ланнистера. И этот визит показался ему куда интереснее, чем мелкие конфликты Вольных городов. Пролетая над портовым городком, Эйгон бросил взгляд вниз и невольно улыбнулся. "Интересно, как там Рейнис? — подумал Эйгон, — Уж она-то, наверное, выспалась". Через минуту Балерион тяжело приземлился на утес Драконьего Камня. Эйгон ловко спрыгнул со спины дракона. Позади него раздался строгий, требовательный голос: — И как там Дрифтмарк? Эйгон обернулся. Перед ним стояла Висенья, сложив руки на груди. Она крайне редко встречала его после полетов. Скорее, это было в духе Рейнис. — Прекрасно, — коротко ответил Эйгон. — Отец уже вернулся? — Прибыл на корабле пару часов назад. Эйгон повернулся к дракону и похлопал его по чешуйчатой шее. Балерион издал протяжный рык, обдав двор жаром. Стража вокруг вздрогнула. Висенья даже не шелохнулась. Она смотрела на Балериона спокойно. Как на члена семьи. Все они — и Балерион, и Вхагар, и Мераксес — были родной кровью. — Lykirī, Balerion, lykirī… — тихо успокоил дракона Эйгон, и Балерион притих, сложив крылья. К замку они шли молча. Висенья украдкой разглядывала Эйгона, пытаясь уловить хоть какие-то изменения. Ей было любопытно — что заставило ее брата посетить ночью портовый городок, наплевать на приличия и тайно сбежать туда с Рейнис. Она начала издалека. — Скоро ужин, — Висенья сделала короткую паузу. — Но ты, наверное, его пропустишь? — С чего бы? — удивился Эйгон. — Мне казалось, ты не выспался, — Висенья намеренно замедлила шаг, заставляя его притормозить. — Ведь отец поднял тебя на рассвете. Эйгон оставался невозмутим. — Ничего, — ответил он. — Я в порядке. — Ну да, — едва заметно усмехнулась Висенья, подумав про портовый городок. Надо же. Эйгон даже не смутился. Не отвел глаза, не повел бровью. Висенья отвернулась. — Ты хромаешь? — вдруг спросил Эйгон. — Разве? — Висенья изобразила холодное удивление. Она крепко сжала рукоять Темной Сестры и ускорила шаг, чтобы не вызвать вопросов. До ворот замка они дошли в полной тишине. Переступив порог, Эйгон остановился и спросил как бы между прочим: — Ты видела Рейнис? — Да, — сухо отвечала Висенья, — Виделись за обедом. Больше Эйгон ничего не спросил. А Висенья ничего не добавила. Он лишь кивнул и хлопнул её по плечу: — Увидимся за ужином. Развернулся и ушел. Висенья неподвижно стояла посреди коридора и смотрела ему вслед. Боль в ноге вернулась. Теперь она ощущала ее с новой силой.

***

За ужином глава семейства, лорд Эйрион Таргариен, без умолку говорил о назревающей войне в Эссосе. Еще на Дрифтмарке было решено, что дом Таргариен поддержит силы Пентоса и Тироша против армии Волантиса. — На днях я отправлюсь в Пентос и лично встречусь с принцем Дарио, — твердо заверил отца Эйгон. Силы вернулись к нему. Он чувствовал себя прекрасно и совсем не ощущал усталости. Напротив сидела Рейнис. Эйгон часто поглядывал на нее и ловил её хитрую улыбку. Ощущение общей тайны объединяло их. Даже несмотря на то, что их почти раскрыли. — Мой сын рассуждает как настоящий стратег, — довольно улыбнулся лорд Эйрион, — Это похвально. — Я тоже полечу. — Ровным тоном заявила Висенья. — Исключено. — Отрезал отец. Такого жесткого ответа Висенья не ожидала. Она растерялась, но тут же скрыла это за холодным взглядом. И спорить с отцом не стала. — То, что ты носишь меч на поясе, не делает тебя мужчиной, дочка, — уже спокойнее, но всё так же твердо объяснил своё решение лорд Эйрион. — Подожди. Дай Эйгону разобраться самому. Это мужское дело. Висенья стиснула зубы и едва заметно кивнула отцу. — Твои дети выросли, — попыталась сгладить углы леди Валейна. — И теперь каждый из них сам решает, куда полетит его дракон, — она ласково коснулась руки мужа, призывая к миру. Лорд Эйрион сделал глоток вина, задумчиво разглядывая своих детей. — Удивительно, как быстро летит время и как стремительно растут дети! — воскликнул он, меняя тему. — Старший сын лорда Велариона тоже стал совсем взрослым. — Эйтан? — уточнила леди Валейна. — Да. Прекрасный юноша. Чистая валирийская кровь, будущий лорд Приливов! — не скрывая восхищения, заключил лорд Эйрион. Он перевел прямой взгляд на младшую дочь, — Помнишь его, Рейнис? Рейнис вскинула голову, захлопав ресницами. Из-за своих мыслей она не сразу сообразила, что отец обращается именно к ней. — Нет, папа, — она качнула головой, взглянув на Эйгона, — Я его совсем не помню. — Дети Веларионов гостили у нас в последний раз, когда Рейнис едва исполнилось три года, дорогой, — поспешила вмешаться леди Валейна, чувствуя, как воздух в столовой начинает сгущаться. — Конечно, она не может его помнить. — Ничего, Рейнис, — заключил отец, — Увидитесь на именинах Эйгона. Вы обязательно поладите. Парень — загляденье. Повисла пауза. Рейнис закусила губу. Эйгон замер, глядя на нее в упор. Его рука со столовым серебром застыла над тарелкой. Разговор неумолимо сворачивал на опасную тропу. Леди Валейна ощутила эту опасность первой. — Разве Эйтан не помолвлен с леди Аларрой из дома Масси? — поспешно перебила она мужа, пытаясь увести его от скользкой темы. — Не знаю, дорогая, — отмахнулся лорд Эйрион. — Думаю, нам стоит разузнать об этом подробнее. Леди Валейна с немым укором уставилась на мужа. Она пыталась дожать его этим взглядом, но Эйрион Таргариен не привык говорить намеками. — Ты сама только что сказала — наши дети выросли, — отрезал он, глядя жене прямо в глаза. — Значит, пора подумать об их будущем. Он сделал тяжелую паузу. — Верно, дети? Повисло неловкое молчание. Все трое — Эйгон, Висенья и Рейнис — медленно переглянулись. Каждый из них прекрасно понимал, к чему клонит отец. Речь шла о браках. О долге. О судьбе, которую уже расписали за них. Но никто из них не ожидал, что будущее нагрянет так внезапно. Прямо посреди обычного ужина.

***

Поздним вечером Рейнис сидела в гостиной на полу у камина и перебирала свитки, читая древние валирийские песни. Это был ее маленький вечерний ритуал. Сзади к ней тихо подошел Эйгон и молча сел рядом. Рейнис медленно положила пергамент на колени. Повисла пауза. Им было хорошо в этом молчании. Они просто смотрели на пылающий огонь в камине, слушая ровное дыхание друг друга. — Признайся, — нарушила тишину Рейнис, не поворачивая головы. — Это было скучно. Я имею в виду Дрифтмарк. — Скорее… это было долго, — развернувшись к ней, ответил Эйгон. Он мягко улыбнулся. От этой улыбки к Рейнис на секунду вернулось её привычное игривое настроение. — Да уж, согласись, — её глаза задорно загорелись, — Куда приятнее было танцевать в портовом городке! Под те безумные барабаны! Эйгон тихо рассмеялся. Так, как смеялся только с ней наедине. — Ты видела Дамьена? — поинтересовался он, вспомнив ночную вылазку. — Да, — с улыбкой ответила Рейнис, — Он принес мне мои туфли. Представляешь, он нашел их на том песке! "Надо же, — подумал Эйгон. — А этот парень не промах. И как услужлив". Рейнис опустила взгляд и развернулась к Эйгону. Они сидели очень близко друг к другу. В какое-то мгновение она прижалась к его коленям, и он не отстранился. — Думаешь, отец это серьезно? — тихо спросила Рейнис. В её голосе проскользнула тревога, — Он правда хочет выдать меня замуж за Эйтана Велариона? — Не переживай из-за этого, — поспешил утешить сестру Эйгон. Он коснулся ее. Его ладонь бережно и нежно погладила её руку. — Висенья первая в очереди, — добавил он, пытаясь перевести всё в шутку. — Висенья никогда не выйдет замуж, — горько усмехнулась Рейнис. — Она так сказала? — Нет. Но она скорее обвенчается со своим мечом, чем отдаст кому-то свое сердце! — Не она принимает решение, а отец, — напомнил Эйгон. Его голос стал тише. Это означало лишь одно: лорд Эйрион Таргариен будет до конца следовать вековым традициям их дома. Они оба это знали. И оба промолчали. Эйгон взглянул на Рейнис и чуть подался вперед. Его рука дернулась, словно он хотел коснуться ее снова, но сдержался. — Не думай об этом сейчас, Рейнис, — тихо попросил Эйгон, — Лучше… спой мне что-нибудь. Пожалуйста. Рейнис мягко улыбнулась, и Эйгон всё понял без слов. Он поудобнее развернулся и доверчиво опустил голову к ней на колени. Расслабился. Рейнис отложила свитки и тихо, вкрадчиво запела. На красивом валирийском языке. Её тонкие пальцы мягко заскользили волосам Эйгона, перебирая жесткие от морской соли пряди. Она пела о Старой Валирии. О временах, когда драконы закрывали собой небо, а любовь была свободной от земных законов. Эйгон окончательно закрыл глаза. Тяжесть отступила. Под чарующий голос Рейнис, он наконец обрел покой. И тихо уснул на её коленях.