Home Is Where The Dwarves Are / Дом Там, Где Гномы

Утро в Ривенделле началось с суеты. Рид проснулась от странного звука — топота тяжёлых сапог, приглушённых голосов и звона металла, доносившихся из коридора. Она села на кровати, протирая глаза, и прислушалась. Гномы явно собирались — и делали это быстро, почти бесшумно, что было на них совсем не похоже. Она вскочила, наспех заплела бороду и набросила плащ. Когда она вышла в коридор, то увидела Бильбо, который нёс свой мешок и выглядел растерянным. — Бильбо! — окликнула она его. — Что происходит? — Мы уходим, — ответил он, и в его голосе слышалась смесь удивления и беспокойства. Ему тут было интересно. Такое умиротворение. — Торин сказал, что мы выступаем. Немедленно. Я не знаю почему, но они все уже собрались. Рид нахмурилась. Она помнила, что в фильмах они покидали Ривенделл тайно, пока Гэндальф был на Совете. Но она не ожидала, что это произойдёт так внезапно. Что ж, снова в приключения с головой. — А Гэндальф? — спросила она, хотя уже догадывалась об ответе. — Гэндальфа нет, — вполне логично было услышать от Бильбо. — Он ушёл куда-то ещё до рассвета. Торин сказал, что мы не можем его ждать. Что нам нужно быть в горах, пока дороги не закрыты орками. Рид кивнула, чувствуя, как в груди поднимается странное спокойствие. Она знала, что так должно было быть. Гэндальф останется на Совете, встретится с Саруманом и другими, а они пойдут дальше, к горам, к своей судьбе. И их пути пересекутся позже, когда придёт время. — Дайте мне только собраться, — бросила она, быстрым шагом направляясь обратно в комнату. — Я сейчас. В её комнате уже было всё готово к дороге — она не успела полностью распаковать вещи после прибытия. Она схватила свою сумку, проверила, что на месте всё необходимое, и вышла к остальным. Гномы уже стояли у входа в один из боковых коридоров, ведущих из Ривенделла. Они были молчаливее обычного, и даже Кили не шутил. Рид подошла к ним, и Торин бросил на неё короткий взгляд, который можно было истолковать как одобрение. Не хотел ждать Гэндальфа, ее и подавно. — Мы уходим, — произнес он для всех, и его голос был твёрдым. — Тихо. Быстро. Без лишнего шума. Гэндальф догонит нас позже. Никто не задавал вопросов. Они просто двинулись вперёд, скользя по каменным дорожкам Ривенделла, избегая эльфов, которые могли бы задать лишние вопросы.

***

Только когда они оказались за пределами города, в ущелье, ведущем в горы, атмосфера немного расслабилась. Гномы заговорили, зашумели, и Кили уже начал рассказывать какую-то историю, которая, скорее всего, была приукрашена. Но даже выдумки от него слушать было интересно. Рид шла рядом с Бильбо, который выглядел задумчивым. Возможно, думал о Гэндальфе. Или предвкушал дальнейшее приключение и тревожился о том, что ждало впереди после такой "разминки". — Бильбо, — сказала она тихо, чтобы никто не слышал. Хотелось побеседовать только с ним, зная, как хоббиту нужна поддержка. И ей самой не меньше, но она уже привыкала. — Ты знаешь, куда мы идём? — начала она, будто бы все еще ничего не понимала. — В горы, — ответил он. — Дальше в горы. А потом, я полагаю, к Одинокой Горе. Если мы, конечно, не умрём по дороге. — Не умрём, — заверила его Рид, и в её голосе прозвучала уверенность, которой она сама не ожидала. Частично она убеждала и себя саму, но ей-то хотя бы были понятны масштабы катастрофы. — Мы справимся. Бильбо посмотрел на неё и улыбнулся. Рид успела заметить за это время, что знала его, что он одновременно опекает ее и прислушивается к ней. — Ты изменилась, — отметил он. — Ты стала увереннее. Когда я впервые встретил тебя, ты была растерянной и потерянной. А теперь ты идёшь с этими гномами как равная. И так не только я считаю. — Я не знаю, что я делаю, — призналась Рид. — Может, будь у меня вся память я бы развернулась давным давно. Но сейчас я знаю, что хочу быть здесь. С ними. Они замолчали, и Рид почувствовала, что настало время для другого разговора. И Бильбо был лучшим собеседником в таком случае. — Бильбо, — начала она осторожно и еще тише. — В Ривенделле... я разговаривала с эльфами. И они... они были приятными. Некоторые из них. Не все, но некоторые. Бильбо посмотрел на неё с удивлением. — Ты думаешь, они приятные? — переспросил он. — Я знаю, — сказала Рид, догадываясь, почему Бильбо об этом спрашивает. — И я понимаю, что гномы их не одобряют. Я не буду с ними встречаться, если это может помешать мне быть частью этой компании. Но я просто хочу, чтобы ты знал... я не думаю, что все эльфы плохие. Бильбо улыбнулся ей. — Я знаю, Рид. И я рад, что ты не закрываешься от мира. Это важно. Но ты права — гномам это не понравится. Ты уже заметила, какие они ревнивые? Рид усмехнулась. Трудно было не заметить, ведь даже Двалин бросил что-то о том, что у них из отряда так единственную женщину уведут. Она же не огрызнулась, только извинилась, разговор и сошел на нет. Причем, им не нужно было испытывать к ней особые чувства, чтобы опекать и ревностно охранять. — Заметила. Фили мне уже сказал. — Фили, — Бильбо многозначительно поднял бровь. И этот туда же. — Он часто тебя ищет, не находишь? — Бильбо! — воскликнула Рид, чувствуя, как краснеет. Некоторые — Оин, Дори и Балин, которые шли впереди, обернулись на них. — Не начинай. — Я ничего не начинаю, — ответил Бильбо с невинным видом. — Просто констатирую факт.

***

Фили, идя с братом и придумывая новые шалости, что-то сказал, где было упомянуто "Рид". Рид, которая шла примерно в центре их своеобразной колонны, бросила на них взгляд. Она не поняла, о чем шла речь, но в этот момент её взгляд упал на Кили. Он что-то оживлённо рассказывал Фили, и она вдруг подумала о Тауриэль. Если всё пойдёт так же, как в фильмах, он встретит её в лесу. И между ними что-то будет. Рид задумалась — это было странно, знать что-то о будущем, даже если это было просто знание из книг и фильмов, часть из которых совпадала с реальностью, в которой она присутствовала. «Что, если это действительно случится? — подумала она. — Что, если они встретятся? Будут ли они так же смотреть друг на друга, как в фильме? Или это будет по-другому, в реальности?» Она поймала себя на том, что улыбается этой мысли. Она не знала, чему суждено случиться, но ей было интересно. И в то же время она чувствовала странную грусть. Потому что думать о Кили и Тауриэль значило думать о будущем. А будущее в этом мире было опасным. И оно могло отнять тех, кто был ей дорог. Рид вспомнила мужа и дочку. Как они улыбались. Как дочка, маленькая и смешная, бегала по дому с растрёпанными косичками. Как муж обнимал её по вечерам, когда она уставала от работы. Как они все смотрели фильмы по вечерам, и она чувствовала себя счастливой. А потом этого не стало. Их не стало. И она осталась одна. Но сейчас, глядя на гномов, которые шли впереди, на Бильбо, который шагал рядом, она понимала, что не одна. Она была частью чего-то большего. И это что-то могло отнять у неё снова, если она позволит себе слишком сильно привязаться. Она думала о смерти Фили в фильмах. Как его настигли орки. Как он умирал на глазах у Торина. Как больно было ему в тот момент. Она не хотела, чтобы это стало реальностью. Она не хотела видеть его мёртвым. Она не хотела, чтобы кто-то из них умирал. — Рид? — раздался голос Бильбо, вырывая её из раздумий. Иногда он был слишком внимателен. — Ты в порядке? Ты побледнела. — Я... я в порядке, — ответила она, пытаясь улыбнуться. — Просто задумалась. — О чём? — О том, как всё может измениться, — сказала она. — И о том, что я не хочу терять никого из вас. Бильбо остановился и посмотрел на неё с удивлением. Потом его лицо смягчилось. — Мы никуда не денемся, Рид, — сказал он. — Мы будем рядом. Я обещаю. Рид кивнула, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Она знала, что он не может обещать этого. Никто не мог. Но в этот момент ей нужно было поверить. И она поверила. *** Они шли ещё несколько часов, поднимаясь всё выше в горы. Воздух становился холоднее, и Рид чувствовала, как её дыхание начинает сбиваться. Но она не жаловалась. Она просто шла, стараясь держаться рядом с остальными, чувствуя себя частью этой компании. Когда они остановились на привал, она села на камень и посмотрела на звёзды. Они были такими же яркими, как в Ривенделле, но здесь, в горах, они казались ближе, почти осязаемыми. — Ты устала? — спросил Кили, садясь рядом. — Немного, — призналась Рид. — Но это хорошая усталость. — Хорошая, — повторил он с усмешкой. — Ты начинаешь говорить как гном. Или, может быть, как хоббит. Это сбивает с толку. Рид усмехнулась. Ей нравилась лёгкость в общении с Кили. С ним было просто, как с младшим братом, которого хочется иногда прихлопнуть, но которого невозможно не любить. — Кили, — сказала она. — Ты думаешь, мы доберёмся до Горы? — Доберёмся, — ответил он без колебаний. — Торин не остановится, пока мы не будем там. Мы не остановимся. Она смотрела на него, вспоминая ту эльфийку, которую он должен был встретить. Тауриэль. Она думала о том, какой он станет, когда встретит её. Каким он будет, когда влюбится. — А ты когда-нибудь думал о том, чтобы остепениться? Может, если все будет хорошо? — спросила она вдруг. Кили удивлённо посмотрел на неё. — Остепениться? Я? Нет. Я хочу жить свободно, искать приключения, смотреть на мир. А остепениться... это не про меня. Фили — да. Он всегда был серьёзнее, чем я. Думаю, когда он встретит ту, кто ему нужен, он остепенится сразу. А я... я ещё не готов. Рид улыбнулась, думая о том, какой будет встреча Кили с Тауриэль. И о том, как это изменит его. "Ты изменишься, Кили," — подумала она. — "Ты даже не представляешь, как сильно". — Что ты так странно смотришь на меня? — спросил Кили. — У меня что-то на лице? — Нет, — сказала Рид, улыбаясь. — Ты просто смешной. — Я? — возмутился он. — Я самый серьёзный гном в этой компании! — Конечно, — кивнула Рид. — Само собой. Она чувствовала, как в груди разливается тепло. Она знала, что это не её мир, что она здесь случайно. Но она была здесь. Она была частью этого. И она была готова идти до конца, кем бы она ни была. Потому что эти гномы, этот хоббит, этот путь — это было то, что давало ей смысл.

***

Когда она легла спать, она смотрела на звёзды и думала о Фили. Она не могла перестать думать о его смерти в фильме. Она не хотела, чтобы это произошло с ним в реальности. Она не хотела, чтобы кто-то из них умирал. «Я не допущу этого, — сказала она себе, закрывая глаза. — Я сделаю всё, чтобы они выжили. Все. Пусть и могу не так много, но научусь». Она знала, что это может быть невозможно. Но она была готова попытаться. Ради них. Ради себя. Ради того, чтобы у этого мира был шанс на счастливый конец.