Господин У

С послеполуденной прохладой в город возвращалась деловая жизнь. Высокое здание трактира у юго-западного порта, неофициальное посольство Шен-Малмахшати, собрало сегодня под синими пологами множество соискателей. Их привлекли объявления, развешанные на всех афишных тумбах острова: знатный чиновник искал помощников для познавательного путешествия на Круглый остров. Всем достойным кандидатам, имевшим навыки владения оружием, врачевания, мореплавания либо сыскных мероприятий, он предлагал хорошее жалованье и оплату путевых издержек.  Жажда наживы и приключений свела вместе совершенно разных людей. Вот опытный заклинатель ветров с Архипелага, загорелый, украшенный волнистыми татуировками и будто иссушённый морским воздухом. Вот высокий темнокожий громила с массивным ожерельем из чеканных бронзовых пластинок, мрачно смотрящий перед собой. Вот группа местных наёмников в кольчугах поверх длинных узорных рубах, оживлённо обсуждающая грядущие приключения. Вот кочевники восточных степей Большой Земли, потеющие в подбитой железом стёганой броне. Вот всклокоченный старик с извилистым деревянным посохом в руках, будто уже забывший, зачем сюда пришёл. В стороне от толпы тихо прошёл господин Прорицатель. Его шаги были тяжёлыми — на плечах висели большие сумки с пожитками и гадательными принадлежностями, карманы штанов были туго забиты. Выйдя из-под тени синих пологов, он исчез в проулке между зданиями, ведущем к задней двери трактира. Слуга, дежуривший там, пропустил его внутрь и повёл дальше. За открывшейся дверью предстал кабинет чиновника, оформленный строго по протоколу Шен-Малмашхати. Среди шёлковых свитков с каллиграфическими надписями, книжных полок, уставленных документами, подставок с курящимися благовониями, за низким письменным столом, на котором были в идеальном порядке были разложены листы бумаги, калямы, печати и чернильницы, сидел господин У. — Вы знаете, зачем я вас позвал? — спросил прорицателя чиновник. — Очевидно, вы хотите узнать, с кем из собравшейся за дверями толпы вам по пути, — он окинул взглядом комнату. Его глаза остановились на боковом алькове, перекрытом синей ширмой. — Наверное, тайно. Мне туда? — Туда. Вы правы, вы будете наблюдать и гадать. Скажите, стоит ли мне задавать какие-то особые вопросы, чтобы помочь вашей работе? — Нет нужды. Главное, что я услышу их имена. Тогда я буду знать, о ком гадаю. Этого достаточно. — Интересно. А меня вы разгадали ещё до того, как я представился. — Видите ли... — господин Прорицатель замялся. — В нашем ремесле есть свои хитрости. Я гадал не о вас, а о себе. Я спрашивал орудия судьбы о том, зачем вы пришли ко мне, чего вы хотите от меня и как пройдёт наш диалог. Первый бросок костей сообщил мне о том, что вы ищете предсказаний, так что далее всё было в моей власти. С этими незнакомцами так не получится — мы не увидим друг друга. Я не получу никакой зацепки, и кости мне ничего не скажут. Вот поэтому-то мне и нужны имена. Это поможет направить орудия к их судьбам — Интересно. Поэтому вы не назвали своего имени, а предложили мне самому его сочинить? — Разумеется, — улыбнулся Прорицатель, — на моей родине только ближайшие друзья представляются друг другу. Никто не хочет, чтобы кто-то узнал о нём лишнего. — Хорошо. К делу. Увидите, что нам не по пути — постучите один раз, — ответил господин У. — Увидите угрозу — два. Если же он нам подходит... — Тогда я сохраню тишину, — перебил господин Прорицатель. — Имейте в виду, я укажу лишь на то, принесёт ли человек удачу вашему предприятию. Обо всём остальном вы узнаете от него сами. Или не узнаете. Первые кандидаты не представляли никакого интереса. Весёлые юноши, купившие по дешёвке броню и оружие на барахолке, даже не понимали, куда им предстоит отправиться. Господин У послал их восвояси, не дожидаясь сигнала Прорицателя. Высокий мужчина в начищенных доспехах назвался воином с подножья Лемприйских гор. Почувствовав уверенность в его голосе, господин У решил выяснить больше. — Платить вперёд или после задания? — спросил чиновник. — Чем больше вы заплатите заранее, тем лучше будет ваша охрана. — Благодарю, мне не интересно, — сухо сказал господин У, снова не дождавшись господина Прорицателя. В империи говорили: плох тот помощник, что верен не тебе, а лишь серебру — и старая пословица всегда оказывалась верной. Пожилой моряк утверждал, что с ним они без труда оплывут весь Круглый остров. Он охотно назвал своё имя, гарантировал верность и добрую службу. Господин У уже проникся доверием к моряку, но тут из-за занавески послышались два стука, и этого кандидата тоже пришлось отклонить. Безумный старик размахивал посохом и вещал о том, что видел лицо господина У в пламени. Чиновник, изрядно заинтересованный, около получаса пытался выяснить его имя. К сожалению, ничто не смогло прервать вдохновенные тирады старца. Когда из-за занавески послышался глубокий вздох господина Прорицателя, пришлось попросить слуг вывести этого кандидата за пределы трактира. Близилась ночь, и господин У уже начал сомневаться, найдётся ли хоть один подходящий человек. Следующий гость был настолько высоким, что ему пришлось склониться под притолокой. Загорелая кожа рук была покрыта узорами, похожими на морские волны. Лысая голова выглядела обточенной морским ветром — впрочем, как и всё его тело. Левую ключицу пересекал широкий и странно чёрный шрам — как будто вытатуированный на коже. Глубоко посаженные глаза, обвитые густой сетью морщинок, сразу вцепились в лицо чиновника. — Вихрь, — хрипло проговорил он, не дожидаясь вопроса. — Слышал, тебе нужны люди для похода на Круглый. Господин У оглядел гостя. Таких он видел немало на всех Торговых островах, куда успел причалить его корабль во время долгого путешествия. Заклинатели ветра с мелких архипелагов Граничного моря, с детства умеющие плавать на маленьких юрких лодочках, часто нанимались матросами. За ними ходила слава искуснейших моряков, ведь кто ещё сделает так, чтобы паруса были полны в любую погоду? Это и заставило господина У заинтересоваться гостем. — Вы перевозчик? — спросил он. — Если хочешь — перевозчик. Если не хочешь — контрабандист. Если сомневаешься — живая легенда. — Уголок его рта дёрнулся в усмешке. — Называй как удобно, только плати честно. — Легенда? — заинтересовался господин У. — Чем же вы заслужили такую репутацию? — Ты же знаешь о Проклятых водах, иностранец? Никто не провёл там больше времени, чем я! Никто не провёз больше грузов в обход этих жадных торгашей! — распалился Вихрь. — Конечно, такую славу держат в тайне, но всё равно — кто знает, тот знает. — И сколько стоят ваши услуги? — Зависит от того, куда именно и как тихо тебе надо. Господин У слегка наклонил голову. — Допустим, мне нужно попасть в Гавань, но без лишних вопросов от Торгового собрания. — Тогда дорого. — Вихрь скрестил руки на груди. — Паром купцов — единственный официальный путь, но есть и другие. Быстрые и глупые гибнут в Проклятых водах. А я — и жив, и неглуп. За синей ширмой стояла тишина. Ни единого стука. Господин У медленно кивнул. — Хорошо. Надеюсь, нам это не понадобится. Вы знакомы с землями за пределами Гавани? — Знаком. Бывал и в Руинах, и в Лесах Голосов, и даже в самой глубине Пустыни — хотя туда умные люди не суют носа. — Он усмехнулся. — Если нужен не перевозчик, а проводник, то это ещё дороже. — А если я скажу, что мне также может понадобиться... быстрый отъезд с острова? Вихрь глухо рассмеялся. — О! Значит, ты тоже неглуп. — Он почесал подбородок. — Тогда слушай: половина платы сейчас, половина — когда вернёмся живыми. И если что-то пойдёт не так — я решаю, куда мы бежим. Не ты, не твои слуги, не твои будущие наёмники. Я. Потому что в море я — закон. Господин У задумался. Знакомые условия, почему бы и нет? — Договорились. Но подпишем расписку, — он взял со стола документ — почти такой же, какой он дал господину Прорицателю. — Ха! — Вихрь скривился. — Бумажки. — Это «Акт о найме судоводителя», — пояснил У, заполняя графы. — По нему вы — временный сотрудник Имперского Торгового флота. Нападение на вас есть нападение на флот. А это... — он ткнул пальцем в мелкий шрифт пункта 7, — ...влечёт санкции вплоть до блокады порта. Вихрь присвистнул — целая империя встанет на его защиту! — и резко вырвал бумагу из рук чиновника. — Так-так, а сумма-то прям хорошая... Ого, да ты всё предусмотрел! Что ж, пожалуй, это меня устроит. Ладно, чиновник, играем по-вашему. Договор был подписан, Вихрь отправился в соседнюю гостевую комнату — ожидать набора всей команды для общей беседы. Начало было положено, но предстояло ещё много работы. Небо над островом уже полностью потемнело, но портовый город освещался множеством фонарей — люди здесь шли спать далеко заполночь. Поток кандидатов в конторе Господина У так же не стихал. Пришло время вызвать очередного гостя. Господин У кинул в пиалу с кипятком новый шарик цветочной пыли, покатал сосуд в руках, перемешивая напиток, и приблизил его к губам. Знакомый с детства запах наполнил его мысли воспоминаниями о родине. Сложности с подбором заставляли усомниться в успехе его миссии. Всякому человеку в его положении могло показаться, что всё предпринятое в жизни — напрасно: и возвышение в империи, и могущественные враги, и эта странная поездка, ставшая одновременно отпуском, командировкой и ссылкой. Но тут у дверей покоев послышался знакомый говор. Он поднял взгляд и замер. Перед ним стояла женщина с седыми, будто припорошёнными инеем волосами, собранными в простой узел, и лицом, на котором годы оставили лишь лёгкие тени. Но больше всего его поразила её осанка — прямая, как бамбуковый шест, с той самой благородной выправкой, которую невозможно спутать ни с чем. Ни с чем, кроме придворных дам Шен-Малмашхати. Впрочем, странные детали бросались глаза: на даме был выцветший халат с вышитыми на рукавах чужими символами, пояс, сплетённый из десятка разноцветных нитей, и причудливый посох, увешанный крохотными флакончиками и фляжками. — Цзи-Птица, — представилась женщина, слегка склонив голову, но не делая полного поклона, положенного перед чиновником его ранга. — Лешуханди У, — ответил чиновник, соблюдая протокол. — А у вас необычное имя для уроженки Шен Малмашхати. — Странствуя по миру, можно найти много нового. Я вот нашла себе новое имя. — Вы служили в Имперской медицинской палате, — констатировал господин У, не задавая вопроса. — Служила. Пока не поняла, что бюрократия — лишняя преграда на пути знахарского искусства, — её голос звучал спокойно, без вызова, но и без подобострастия. Из-за занавески не донеслось ни звука. — И что вы предлагаете вместо этого? — Знания, собранные по всему свету, — она коснулась посоха, и флакончики тихо зазвенели. — Я училась у кочевников западных степей — слушать мелодии органов, мышц и костей. У отшельников холодных гор Ойлонхоон — вытягивать яды льдом. — Её глаза вспыхнули странным огнём. — И даже у алхимиков Круглого острова научилась кое-чему, хотя их секреты для чужаков — как дым в руке. Чиновник вздрогнул. О таинственных алхимиках Круглого острова были лишь краткие упоминания в тех книгах, которые ему удалось отыскать, готовясь к поездке. Но даже их было достаточно, чтобы понять — эти люди достигли таких вершин знахарского и волшебного ремесла, что было уже даже непонятно, стоит ли их считать людьми. Его доверенный слуга был обучен лишь накладывать повязки и готовить простые целебные отвары — Цзи-Птица могла защитить его жизнь куда лучше. Затем господин У вспомнил карту Большой земли — западные степи, вопреки названию находящиеся в центре континента, гряда Ойлонхоон на дальнем северо-востоке, и, конечно, империя Шен-Малмашхати на юго-западе. Воистину, эта женщина прошла великий путь! — Почему вы хотите отправиться туда? Цзи-Птица улыбнулась. Весёлый блеск глаз оттенил седину её волос. — Разумеется, меня интересуют секреты алхимиков. Сколько бы я ни узнала на Большой Земле, остальные мастера остались на Острове. А ещё... — она слегка наклонилась вперёд, — чиновник вашего ранга, отправляющийся туда без грамоты Медицинской палаты — либо безумец, либо участник увлекательнейшей истории. И то, и другое стоит увидеть своими глазами. Господин У развернул ещё один договор. — Ваши условия? — Вы же говорите, что отправляетесь в познавательное путешествие? Тогда я тоже буду делать свои заметки. Собирать рецепты, образцы. А если мы встретим алхимиков острова, — она сделала паузу, — с ними я хотела бы поговорить без посредников. — Только если это не отвлечёт вас от ваших обязанностей. Но, надеюсь, вы не запретите мне быть свидетелем вашего диалога? Мой ум так же взбудоражен достижениями алхимиков Круглого острова. — Естественно. Если все путевые расходы на вашей стороне, — она усмехнулась, — в качестве гонорара мне достаточно знаний, которые смогу добыть. Знания не иссякают, я готова с вами поделиться. Он протянул ей договор. — От серебра вы тоже не отказывайтесь. Кто знает, когда оно может пригодиться. Добро пожаловать в команду, госпожа Цзи. Взгляд знахарки пронзил господина У подобно ножу для вскрытия. — Моё имя — Цзи-Птица, — медленно и громко проговорила она. — Госпожой я перестала быть, когда покинула эту бессмысленную империю. А Птицей я стала очень большим трудом. Уважайте и помните это, если хотите со мной работать. — Никак не хотел вас обидеть, Цзи-Птица, — в смятении пролепетал господин У. — Пожалуйста, дождитесь меня в соседней комнате. Знахарка вынула из складок халата потёртую печать и обмакнула её в чернильную подушку на рабочем столе чиновника. Оставив отпечаток на документе, она стёрла платком тушь со штампа и проследовала в гостевую. Облизнув подсохший калям, господин У делал пометки в личном дневнике, когда из-за ширмы прозвучал голос господина Прорицателя: — Странную компанию вам готовит судьба. Господин У лишь покачал головой, разглаживая документ. Далее прошла череда безуспешных собеседований, порой прерывавшихся стуком из-за ширмы господина Прорицателя, а порой самостоятельно приходивших к концу. Тьма за окнами всё сгущалась, из соседней комнаты порой доносилась брань — видно, ждавшие там помощники то ли начали знакомство, то ли уже устали. Чиновник велел более никого не пускать, отправил слуг подавать ужин. Он приводил в порядок свой письменный стол, когда вдруг дверь распахнулась с такой силой, что оставила вмятину на соседней стене. В проёме, нарушая все правила приличий, стояли двое. Они вошли вместе, плечом к плечу — два поджарых воина с тёмными глазами, широкими скулами и плоскими носами. Их стёганые доспехи, подшитые металлическими пластинами, выглядели непозволительно жаркими для климата Хельбна. — Яраланг, — коротко представился первый, ударив себя в грудь. — Аланглар, — добавил второй, делая такой же жест. Броня тихо зазвенела. Господин У поднял бровь. За занавеской не последовало ни звука — господин Прорицатель, казалось, затаил дыхание. — Соискатели входят по одному, — холодно заметил чиновник. Один из воинов, — тот, что вошёл вторым — оскалился: — А мы — братья, мы входим вместе. Что, думаешь, один меч лучше двух? Небольшая разница в осанке и манере поведения выдавала в нём старшего. Господин У удивился: из-за занавески раздался смех. До сих пор гадатель при нём не смеялся. — Вы опоздали. Приём уже окончен, — чиновник вновь попытался урезонить гостей. — Да как он окончен, если мы здесь? — непонимающе спросил младший брат. — Вы безусловно здесь... — господин У осёкся. — Скажите, откуда вы? — Из страны великих степей и гор, где земля помнит вкус крови, — неожиданно торжественно ответил младший брат. Господин У вздохнул. Только одна страна могла быть названа так. Братья пришли из Барла-Анъянглатара — Страны подземельных ханов. В тех трактатах, что попадались ему в библиотеке, она составляла впечатление края слишком грозных воинов со слишком причудливыми обычаями. — Мне известна такая страна, — кивнул он. — Та, где бессмертные ханы воюют со злыми духами под землёй. Братья переглянулись, явно удивлённые его знаниями. — Ты знаешь наши былины? — спросил Яраланг. — Я знаю многие былины. Но расскажите, что увело вас так далеко от родной земли. Аланглар оживился: — Нам стало любопытно! Столетиями мы воюем между собой, как предки завещали. Но если другие народы воюют иначе... — он сделал паузу, подбирая слова, — может, их способы помогут нашим ханам победить вечных врагов? Господин У задумался. Такие гости могли быть и удачей, и проклятьем. Верность, упорство, решительность и непредсказуемость — таковы были добродетели подземельных ханов. Стоило узнать, какое благо они поставили на первое место. — Вы предлагаете свои мечи? — Мечи, копья, луки, — перечислил Яраланг. — Всё, что нужно для хорошей битвы. — И за какую цену? Братья переглянулись, затем хором ответили: — Плата — одна на двоих. Мы всё делим поровну. За занавеской снова раздался смех. Господин У развернул последний договор. Очевидно, за чем бы ни гнались эти воины — то было не серебро. — Добро пожаловать в команду. Располагайтесь в соседней комнате, я скоро вас навещу, — сказал он, когда Аланглар нацарапал калямом на бумаге два племенных знака — за себя и за брата. Затем они удалились, явно довольные собой, а господин У с облегчением опёрся на письменный стол. Теперь его свита подобна снаряжению странствующего воина из былин: Вихрь — путеводная стрела, Цзи-Птица — целебный камень, Господин Прорицатель — талисман удачи. И теперь эти двое — оружие и броня. Пришло время ещё раз перечитать заметки и объявить начало странствия. Чиновник вошёл в гостевую комнату, пропустив вперёд господина Прорицателя, тут же усевшегося на одну из мягких скамей. Братья-воины сидели рядом в одинаковых позах, ножны мечей упирались в пол, вес доспехов прогибал пышные подушки, глаза сосредоточенно проходились по узорам паркета. На противоположной скамье удобно устроился Вихрь, развалившись на половину длины сиденья, а Цзи-Птица сидела на другом краю и нарочито смотрела в другую сторону.  — Теперь вся команда в сборе! — провозгласил чиновник. — Скоро начнётся наш путь на Круглый остров. Отправляемся следующим утром. Как вы знаете, моя цель — улучшить знания империи Шен Малмашхати о неповторимой культуре и своеобразных обычаях этих мест. Вихрь хмыкнул, Яраланг и Аланглар перевели взгляд с паркета на картины, висевшие на стенах. Только Цзи-Птица вместе с господином Прорицателем внимательно слушали. — Кроме того, я имею на острове личные цели делового характера, —продолжал господин У. — От вас всех потребуется обеспечение моей безопасности и содействие мои делам, как и указано в ваших договорах. — Да, да, чиновник, мы все читали и подписывали твои бумажки! — встрял Вихрь. — Давай ближе к делу, к чему всё это? Братья в замешательстве переглянулись. Цзи-Птица посмотрела на Вихря с упрёком. — Незачем перебивать, как раз это я и поясняю, — терпеливо ответил господин У. — Мы отплываем послезавтра на рассвете. Завтрашний же день проведите так, как вам угодно. Слуги предоставят каждому по пять квинтов серебра — не в счёт жалования, в качестве путевых расходов. Кроме того, для всех вас подготовлены гостевые спальни здесь, в трактире «Синее полотно». Не стесняйтесь воспользоваться моим скромным гостеприимством. Если вас устраивает ваше нынешнее жилище — можете переночевать там, я не настаиваю. — А, вот как! Крыша и веселье за твой счёт? — рассмеялся Вихрь. — Хорошая мысль! Пойду принесу свои вещички! Вы, ребята, тоже не зевайте, дармовое вино всегда крепче! Вихрь махнул рукой остальным и скрылся за дверью. Яраланг и Аланглар вскочили, ударили кулаками в грудь, глядя на господина У, и с облегчением пошли следом. Господин Прорицатель тоже вышел, вежливо попрощавшись с чиновником. Цзи-Птица подошла к столу и склонилась в формальном поклоне просительницы: — Скажите, господин У, как вам нравится эта компания? — спокойно спросила она. — Нравится мне эта компания или нет, она принесёт мне удачу, — так же спокойно ответил господин У. — И я особенно рад видеть рядом такого учёного человека, как вы, Цзи-Птица. Знахарка церемонно попрощалась и покинула комнату с лёгкой улыбкой. Господин У вернулся в кабинет и принялся раскладывать на столе документы. Как говорят в империи: кто хочет сплотить своих подчинённых, тот оставляет их в покое. Утром слуга доложил господину У, что все наёмники вернулись на ночлег в «Синее полотно». Это значило, что команда насладится последним днём на Хельбне с наибольшей пользой для предприятия.