Сила чувства: от пролога и до эпилога

Гермиона крутилась у зеркала битый час бесконечно меняя цвет платья, мантия была нежно серебристого цвета, а значит нужен оттенок, который будет с ним гармонировать и смотреться нетривиально после вручения диплома и снятия мантии. Фасон она выбирала с Джинни: платье в пол с глубоким вырезом на спине и груди, плотно облегающее все ее прелести включая бедра с вырезом до самой пятой точки было изначально алого цвета, из-за этого казалось слишком броским и вульгарным, поэтому Гермиона меняла его цвет от фуксии до фиолетового миллионный раз. - Я знаю! – вскрикнула Джинни. – Все это не то! Она взмахнула палочкой перекрасив наряд в черный, и подруги одновременно ахнули от результата. Это было то, что нужно. Макияж не получился сдержанным, потому что Джинни решила превратить подругу в роковую красотку: стрелки, помада темно-кровавого цвета и чуть сияющие румяна на щеках. А вот прическа сделала свое дело, и вся откровенность образа стала смотреться как официальный шик: волосы, забранные на затылке в незамысловатый узор с парой выбивающихся локонов, обрамляющих овал лица. - Гермиона, ты просто мечта любого мужчины! – Джинни не могла налюбоваться результатами своих стараний. - Джинни, что бы я без тебя делала… Девушки обнялись, и их окутала какая-то вселенская любовь и печаль от предстоящего окончания стольких совместных лет в Хогвартсе. Гермиона накинула мантию поверх платья, и вся красота скрылась под сиянием серебра, что точно обещало вызвать неподдельное удивление у большинства после окончания вручения дипломов в начале выпускного бала. Девушки спустились в общую гостиную и, вместе с однокурсниками, вышли в коридор по направлению в Большой зал. Щеки Гермионы пылали от предвкушения последнего вечера, и она благодарила Мерлина за то, что поселил гениальную идею в голову создателю магического тонального крема, который в отличии от магловского легко это скрывал. За столами все кипело и пыхтело, студенты просто не могли наговориться в ожидании такого желанного момента, особенно после окончания войны праздники воспринимались более горячо и радостно. Преподавательский состав себе не изменял, все были в своем родном: зеленая мантия директрисы, Флитвик в классическом смокинге, Северус в классике своего личного стиля. Гермиона не могла отвести взгляда от человека, который стал центром ее жизни и улыбалась, глядя на него совсем не скрывая этого, хотя за двадцать минут, проведенных в зале, так и не поймала ни одного его взгляда. - На кого ты так смотришь? – дотронувшись до плеча, Джинни заставила Гермиону вздрогнуть. - Ни на кого, просто смешит, что в отличии от нас профессора не поменяли своих нарядов. – Гермиона попыталась отвести тему в русло, которое точно могло заинтересовать Джинни, и сосредоточила ту на рассуждениях о моде. - Особенно Снегг – расхохоталась Джинни. – У него все стабильнее чем у остальных. Почему ты смотришь на него так, как будто радуешься, что он больше не сможет над тобой поиздеваться и снять баллы? «Этого еще не хватало» подумала Гермиона и тут же увидела входящего в Большой зал Гарри, не имея возможности усидеть, она бросилась к другу. - Гарри! Ты – молодец, что приехал! Мы соскучились ужасно! – Гермиона потянула друга за руку к столу Гриффиндора. - О, Гермиона, прости, я совсем забыла тебе сказать, что он собирается приехать… - виновато хихикнула Джинни. - Я этого точно не мог пропустить! А где наш вспыльчивый друг? – оглядев стол Гарри не смог найти Рона. – Хотел с ним поговорить, в последний раз связывались через камин, и все закончилось на не особо дружеской ноте. - Я тоже последнее время не могу найти общий язык с Роном. – со вздохом сожаления ответила Грейнджер потупив взгляд. - Да что вы говорите? Я его сестра, и он бесит меня невероятно. После того как вы расстались, он стал просто невыносимым ослом, так что я не буду удивлена, что сегодня он заявится в драной квидичной форме, нечесаный и с очередной порцией гадостей на языке. В этот момент напротив со скрипом скамьи уселся Рон, но в идеальной новой черной мантии и, выбивающейся из-под нее, белой рубашке. - Не знал, что ты приедешь. – Рон будто плюнул эти слова прямо Гарри в лицо. – Приехал поддержать подружку после того, как об нее вытерли ноги? Ты же всегда на ее стороне. Гарри, Гермиона и Джинни одновременно вспыхнули, глядя на Рона. - О чем ты треплешься!? – уперев кулаки в стол, нависла над ним Джинни. - Джинни, не надо. – обхватив пальцами запястье подруги, процедила Гермиона. – Рон, это не твое дело, я уже устала повторять это тебе. Гарри, заметив пристальный взгляд всех преподавателей на их компании, резко шикнул на друзей. - Прекратите сейчас же, если не хотите неприятностей, на нас смотрит весь преподавательский стол, не хватало, чтобы из-за нас еще и выпускной полетел к чертям. – отдельное внимание он уделил другу. – Я не знаю о чем ты говоришь, но заткнись на ближайшие три часа, Рон, прошу тебя! Джинни села на место, а Гермиона прижала пальцы к вискам и нервозно выдохнула от нахлынувшего жара. Сразу с двух сторон от нее в унисон Гарри и Джинни зашептали ей в уши: «После вручения дипломов выкладывай все!». Гермиона обреченно кивнула и поблагодарила всех богов, что директор наконец начала открытие церемонии вручения дипломов.

***

Последний диплом был вручен, и перед началом бала было пятнадцать минут свободного времени. Северус как бы Гермиона не старалась поймать его взгляд и не мечтала снова услышать любимый голос у себя в голове, ни разу не взглянул на нее, и, оставив эти попытки, она удалилась в холл с влюбленной и напористой парочкой Поттер-Уизли. - Рассказывай! О чем толкует мой братец? – Джинни со свойственной ей напористостью и эмоциональностью буквально прижала Гермиону к стене. - Погоди, Джинни. – Гарри высвободил подругу из рук своей девушки и тихо спросил. – Что у вас случилось со Снеггом или чего не случилось? - А? – Глаза Джинни стали размером с два галлеона (в хлопотах построения собственных отношений, она не замечала изменений в поведении подруги). – Простите? - Гарри, когда ты связывался по камину, и я не пришла, я тогда была с Северусом. – Гермиона почти шептала. - Северус? Северус? Я не ослышалась? Когда он стал Северусом? – грубо перебила подругу Джинни. - Короче, тогда все и началось, и мы были не очень осторожны, честно говоря. – так тихо Гермиона не говорила еще ни разу в жизни. - Ты что беременна от Снегга? – У Джинни на лбу выступила испарина. - Нет! О Мерлин, Джинни, нет! Просто я почти к нему переехала, мы вместе ночевали и вечерами я тоже была всегда у него, ну и когда он дежурил тоже. – Щеки вспыхнули с новой силой. – Ну и месяц назад нас вызвала к себе Макгонагалл, и начался сущий ад. — Вот это ничего себе! А ты почему такой спокойный? У тебя ступор что ли? – Джинни больно толкнула Гарри локтем в ребра. - Гарри просто все знает. – Поспешила защитить друга от любви всей его жизни Гермиона. - Продолжай! – Подруга снова уставилась во все глаза на Гермиону. – С тобой позже поговорим. - Ну и Макгонагалл выгнала меня из кабинета посреди разговора, а потом позвала и сообщила, что Северус сказал ей о решении расстаться со мной. — Вот же сволочь! – Вскрикнула Джинни. - Мерлин… Тише, я тебя прошу. – Грейнджер уже буквально полыхала от стресса, смущения и высоких неудобных каблуков. – Я думала, что он бросил меня, он вообще на меня не обращал внимания, ни одного слова за три недели, а потом на экзамене по защите залез ко мне в голову и сказал, что… ну… что любит меня. На этом все. Джинни буквально запищала и подпрыгнув захлопала в ладоши: «Снегг любит тебя? Охренеть! Это охренеть!». Толпа студентов обернулась на них, и Гермиона была уже готова провалиться сквозь каменный пол школы, как откуда ни возьмись на ее плечо опустилась мужская рука и, притянув ее к себе, окутала таким знакомым запахом. - Вас что-то смущает, мисс Уизли? – глубокий грубый баритон заставил Джинни на секунду замереть, а всех, кто обернулся на визги Джинни, округлить глаза и открыть рты от шока. - Ничего! – Джинни улыбалась во все тридцать два идеально ровных и белых зуба. – Ничего не смущает! Я просто в шоке! Я хочу выпить! Уизли подхватила за руку Гарри и буквально уволокла его в Большой зал, куда уже заходили остальные студенты, упорно любопытно оглядываясь на них. - Хочешь остаться на выпускном или уйдем сейчас? – Северус как-то невероятно нежно поцеловал ее в лоб, и колени почти готовы были дать слабину. - Я хотела бы остаться и уйти, когда мои ноги совсем не смогут стоять в этих чертовых туфлях. – только после она поняла, как она уже буквально держится только за счет его руки, крепко обвивающей ее вокруг талии. - Как скажешь. – в глазах мужчины буквально сверкали искры нетерпения. – Я люблю тебя, Грейнджер. Они вошли в зал не вместе, не хотелось сеять еще больше сплетен, хотя они уже буквально витали в воздухе, как и всегда в Хогвартсе. Найдя друзей, она быстро подошла к ним и сбросила мантию на ближайший стул, потому что от ее тяжести уже было невозможно дышать. Глаза Рона буквально округлились, а челюсть отвисла, когда он увидел ее в платье. - Гермиона! – к ним подошли Полумна с Невилом. – Подруга, ты просто отвал башки. - Вся в черном. – резко встав со стула, с бокалом огневиски с абсолютно ненавидящим взглядом Рон буквально подлетел к ней. – Дешевая игрушка в тряпье под вкус Снегга. - Ээм… о чем это ты, Рон? – Невилл развернул Рона к себе лицом. – Не стоит так выражаться! Ты груб. Гарри втиснулся между Невиллом и Роном, но опасность вероятно была не в Невилле, и на трещащий звук пощёчины обернулся весь зал. Джинни влепила брату по лицу с такой силой, что его щека стала ярко пунцового цвета за считанные секунды. В этот же момент Гарри попрощался со всеми и вытолкал друга из Большого зала буквально на пинках. - Чертов идиот! – Джинни взяла Гермиону за руку. – Не обращай внимания. - Да я уже привыкла, честно сказать. – отмахнулась от подруги Герейнджер и спокойно улыбнулась. – Он меня изводит весь год. - Стало не так душно. – подплыла Полумна, и от ее слов захотелось смеяться. – Шампанское? - Разумеется, да! – осушая уже и без того не первый бокал, сказала Джинни. – А когда уже будет музыка? Подруги расхохотались, и этот момент как будто бы завис, замер, и в нем было так хорошо, что сердце в груди стучало как сумасшедшее, а весь воздух в легких тратился исключительно на очередной взрыв смеха. Гермиона обвела зал взглядом в поисках Гарри и наконец наткнулась на Снегга, он смотрел прямо на нее, и она ждала ледяного душа оклюменции, но он только улыбнулся правым уголком губ и , окинув ее взглядом… - Подмигнул? – больно тыкнув в ребра локтем на ухо заговорщицки сказала Джинни. – Северус, мать его, Снегг подмигнул тебе? Гермиона больше не могла сдерживаться и снова рассмеялась. К ним присоединился Гарри, но без Рона, тот, по словам друга, остывал во дворе школы. Вокруг стола с закусками собралась компания из тех, кто доучился и тех, кто бросил, но приехал на выпускной: Поттер, Уизли, Грейнджер, Долгопупс, Лавгуд, Парвати, Браун и Финиган. Несмотря на музыку абсолютно не хотелось танцевать, и ребята посвятили вечер воспоминаниям и шуткам. Вечер подходил к концу, и пора было собираться, все дружно двинули в гостиные факультетов собирать чемоданы, чтобы успеть на утренний экспресс до Лондона в последний раз. Переодевшись и скидав вещи в чемодан, Гермиона села на край кровати и обхватила себя руками. - Джинни, тебе тоже странно? - Да, Гермиона, но у нас уже есть взрослая жизнь, нельзя вечно оставаться студентами Хогвартса, хотя и жаль. Но мне точно надо отсюда быстрее сматываться пока Гарри не довел Гриммо до последней стадии упадка и запустения. Ты даже себе не представляешь какой там кошмар. – Джинни тараторила как заведенная, а потом на мгновение замолчала. – Гермиона, а ты куда поедешь? Можешь жить у нас на Гриммо сколько угодно. Ты же знаешь? - Мерлин, подруга, спасибо, Джинни! Я очень вас люблю, но мы с Северусом вроде как планировали съехаться после выпускного. - Ого, так быстро… - Джинни закусила губу. – Гермиона, ты уверена? Профессор… Я не представляю его в отношениях и вообще не представляю рядом с тобой, ну, ты понимаешь…, я…, я переживаю за тебя. Гермиона так легко заулыбалась, что этой улыбкой сняла все напряжение Джинни. - Он лучше всех, поверь мне! – Грейнджер лукаво посмотрела в глаза подруги. – Пошли уже! Уверена, что ни один из наших мужчин не готов ждать еще час из-за наших сантиментов.

***

Вечер был теплым, но ветер во двое Хогвартса окутывал свежестью и прохладой, на небе не было видно ни одной звезды, луна спряталась в грозовых тучах как это бывает перед ливнем знойным летом. - Темно хоть глаз выколи. – под нос себе проворчала Джинни. – Ты видишь Снегга? Гермиона весело и саркастично прыснула в ответ подруге. - Как я могу увидеть черное на черном, Джинни. Обе подруги расхохотались, но их остановил строгий тон директора. - Боюсь те, кого вы ищите, дамы, находятся сейчас в больничном крыле. – лицо директрисы было абсолютно непроницаемым, но глаза выдавали злость и тревогу. Гермиона и Джинни умели быстро погружаться в фазу решительных действий, это было последствием войны, они преодолели несколько лестниц и коридоров до больничного крыла за пару минут и буквально ввалились в него запыхавшиеся с горящими румянцем щеками и растрепанными волосами как после полета на метле. На девушек повернулось сразу несколько пар глаз, и каждая с облегчением вздохнула, увидев своего мужчину в сознании и без видимых повреждений. - Что случилось? – Гермиона еле справлялась с колющей болью в боку после бега. Несмотря на то, что, задавая вопрос она смотрела на Северуса и Гарри, заговорила первой мадам Понфри. - Видимо ни профессор Снегг, ни мистер Поттер не навоевались вдоволь! Вот, что произошло! – отчеканила с возмущением целительница. – Два оглушающих одновременно прямо в грудь на территории школы! У меня нет слов… Пока Гермиона пыталась понять, о чем говорит Понфри, Джинни уже обошла больничную ширму и уставилась на Рона, лежащего на постели без сознания. - Вы его, что шарахнули оглушением одновременно? – Джинни смотрела на двух мужчин. Никто из них ничего не ответил, только Гарри в очередной раз взъерошил и без того воронье гнездо у себя на голове, а Северус потер лоб рукой. - Северус? – заискивающе посмотрела на профессора Гермиона. Мадам Понфри округлила глаза и открыла в удивлении рот, глядя на Гермиону, видимо поражаясь ее наглостью по отношению к своему учителю, которую она непонятно откуда в себе откопала, как только получила в руки заветный диплом. - Мистер Уизли вылетел на нас из-за кустов в полной темноте и с палочной на изготовку, мы отреагировали как отреагировали. – отрапортовал Северус объясняя ситуацию сразу двум прибывшим девушкам. — Это был… – Гарри потупил взгляд. – эффект неожиданности. Неожиданно для всех Джинни захихикала. - Черт, Гермиона! Я ведь говорила, что надо меньше сантиментов, и тогда бы я могла к ним присоединиться или хотя бы, мы могли бы стать свидетелями этого прекрасного момента! – она уперла руки в боки прямо как Молли. – Может угомонится наконец, и перестанет быть такой занозой или потеряет дар речи хотя бы. - Джинни… - с легким укором и не менее лёгкой улыбкой протянула Грейнджер. - Что? – Уизли развела руками и хмыкнула. – Он ведь живой, просто ему надрали задницу. Мы же можем идти? - Решительно нет, мисс Уизли! – из-за их спин послышался голос Макгонагалл. – Для начала мы дождемся представителей мракоборцев, они будут разбираться в этом деле. Увы ни один из вас уже не является студентом школы, а профессор Снегг остается ее профессором. Из этого следует, что трое взрослых мужчин устроили потасовку в стенах школы с применением боевых заклинаний. — Вот же дерьмо! – выпалила Джинни. - Мисс Уизли! – в этот раз в унисон произнесли Снегг, Понфри и Макгонагалл. К большой радости всех, к ним прибыл не весь мракоборщецкий отдел, а только министр Кингсли Бруствер по старой памяти Орденцев, который полюбовно решил проблему выйдя на связь с Артуром Уизли, как с представителем Рона, в силу его недееспособности, а тот в свою очередь отказался от претензий. Ближе к трем часам ночи все четверо молча шли к воротам Хогвартса, чтобы трансгрессировать и наконец насладиться первым днем без школы. На прощание Северус и Гарри даже пожали друг другу руки, а Джинни настойчиво пригласила их обоих на вечеринку в честь начала лета на Гриммо через неделю, на что Гермиона мило улыбнулась подруге и, обнимая ее, прошептала на ухо: «Я попробую уговорить».