absurdity under the cover of night

      — Хирота Рики, тебя вызывают к декану.       По аудитории проносится гул. Рики переглядывается с Юмой, который только плечами пожимает, и собирается. С чего бы декану его вызывать?       Возле нужного кабинета он оказался быстро. Постучав дважды, он дожидается разрешения войти и открывает дверь. В лицо ударяет свежий воздух. Позади декана было открыто окно, пуская освежающие потоки весеннего ветерка. Женщина сидела за дубовым столом и что-то печатала на компьютере, будто не замечая вошедшего. Рики мнётся возле входа, ожидая, что на него хотя бы внимание обратят. Миссис Ван переводит взгляд с монитора на студента, чуть опуская подбородок, отчего пронзительные глаза устремляются напрямую на парня, не скрытые за линзами узких очков. Она смотрела на него пытливо долго, словно ждала, пока парень сам начнёт в чём-то оправдываться. Рики нервно кашляет, но взгляд выдерживает.       — Подойдите, мистер Хирота.       Рики повинуется и встаёт посреди кабинета, принимаясь слушать декана. Он старается держаться расслабленно, хотя неизвестность всё равно пугала.       — До меня дошли сведения, крайне сомнительного характера, — она снимает очки и кладёт их перед собой. У парня внутри всё ухает вниз. В голове мелькают миллионы мыслей, что как-то стало известно, что он забирался в дом Ванов и его сдадут полиции. — И я считаю, что должна повлиять хоть как-то ради сохранения репутации университета.       — Я не понимаю, — не дрогнув голосом, говорит Рики.       — Мистер Хирота. Правда ли это, что вы увлекаетесь уличными гонками?       — Да, — парень еле сдержался, чтобы не выдохнуть с облегчением, однако, в голове мелькает мысль о том, откуда или от кого узнала декан о его увлечении.       — Как мне известно, это незаконно.       Она не спрашивала, она утверждала.       — Отчасти.       — Вы считаете, правомерно таким заниматься?       — Это мой заработок, а из незаконного только то, что гонщики скорость превышают.       Женщина поджимает накрашенные губы и встаёт со своего места. Она огибает стол и встаёт перед студентом.       — И всё равно это нарушение. Для меня неприемлемо такое поведение. Это может плохо сказаться на имидже и университета, и его студентах. Поэтому я бы настоятельно вам рекомендовала покончить с этим, пока не стало поздно.       — Я занимаюсь стритрейсингом, потому что это моё хобби. Мои увлечения являются моим личным делом, не касающимся жизни университета. Я не пытаюсь менять устав и правила университетской жизни, так пусть и университет не вмешивается.       — На вашем месте я бы следила за языком, мистер Хирота, а то как бы не попасть в список исключённых.       — Зачем вы мне угрожаете, декан Ван? У вас какие-то личные причины?       Она опасно сверкает глазами.       — Нет, просто я забочусь об имидже университета, — она уходит обратно за стол и надевает очки. — Идите, Хирота. Настоятельно советую подумать над моими словами.       Рики не прощается и выходит из кабинета. Пальцы раздражённо сжимают лямки рюкзака. Какая крыса рассказала о Рики? О том, чем он занимается в свободное от учёбы время, знают немногие. Парень делает себе пометку: заняться этим вопросом позже.       На пару идти не было никакого желания. Рики раздражённо фыркает и двигается в сторону столовой. Сунув руки в карманы, парень нащупывает знакомый сложенный листок бумаги. Он выуживает его и долго вглядывается в цифры. В голове проносятся воспоминания с пресловутой ночи, и в голове щёлкает идея, заставляя гадко усмехнуться.       — Говорите, нет личных причин? Значит, устроим.       ***       — Что, блять? — Юма аж вскакивает со своего места и ошарашенно смотрит на Рики. — Ты знаешь, кто это сделал?       — Неа, деканша тебе же не будет вскрывать всё. Она просто кинула в меня этим и настоятельно посоветовала заканчивать с моим хобби во благо имиджа университета.       — Да это бред какой-то. Какое она имеет право тебе указывать, что делать в твоё личное время?       Рики безэмоционально пожимает плечами.       — Никакого. Однако, именно она занимается организационной работой, поэтому есть резон её послушать. Но подгадить ей я тоже хочу.       Накакита хмурит брови.       — Как?       — Есть одна идейка, — довольно ухмыляется Рики. Он показывает зажатый в двух пальцах листок из комнаты Николаса. — Беру слова назад, Юма-сан. Твоя идея влезть к ним в дом была твоей лучшей идеей.       Юма непонимающе смотрит на младшего, пытаясь догадаться, к чему тот клонит.       — Меня пугает твоя ухмылка. Что ты будешь делать?       — Просто чуть-чуть развлекусь.       ***       — Ты сегодня снова на дополнительные? — тянет Харуа, на ходу поправляя светлую чёлку. Николас мычит и кивает.       — А как же. Отец настаивает, чтобы я ходил туда регулярно.       Харуа закатывает глаза и возмущается:       — Нэко-я, твои баллы и так уже все потолки пробили, куда ещё умнее-то?       Николас смеётся.       — Всегда есть к чему стремиться.       Шигета оставляет фразу без ответа и куксится. Они расходятся на третьем этаже, откуда Ван уже уходит на дополнительные занятия, а Харуа — в общежитие.       Заходя в аудиторию, Николас здоровается с Такаяма Рики, милым пареньком со второго курса, и тут же попадает под раздачу экстравертной натуры младшего. Тот взахлёб рассказывает о своей поездке в Альпы с семьёй, гордо показывая синяк, который умудрился себе поставить на руке, когда упал со сноуборда.       — Господи, не сильно болит? — переживает Николас, на что младший отмахивается.       — Да всё нормально, Нико. Было не так больно. Вот когда я прошлым летом с мотоцикла упал, там да, было неприятно.       Такаяма был репрезентацией фразы «угадай, что выкину». Его жизнь текла бурным потоком, которой, если быть честным, Ван завидовал. Ему до младшего, как до Китая пешком.       — А у тебя что нового произошло? — парнишка лучезарно улыбнулся и подпёр кулаком подбородок. Николас стушевался из-за заинтересованного взгляда и кашлянул.       — Да… Ничего. У меня жизнь скучная, Таки-я, — пожимает плечами. — Ты же знаешь, что я не гоняюсь за приключениями.       — Ну, может, просто что-то интересное происходит в жизни?       Николас мнётся и неловко улыбается.       — Да не-е-е. Учёба, дом. Всё как всегда скучно и спокойно.       — Нет ничего скучного в спокойствии, — назидательно говорит Таки, и в кабинет входит преподаватель. Она начинает занятие, и Николас всецело погружается в изучение японского языка. Ему невдомёк, что сидящий за ним Хирота Рики слышал его диалог с другом.       ***       — Николас, у тебя потрясающие знания языка. У тебя кто-то в семье знает японский?       — Нет, но я какое-то время жил в Японии, когда был маленьким. Сейчас же стараюсь просто поддерживать знания.       — Поняла. Ты молодец. Твои старания так греют душу, побольше бы таких студентов. Я уверена, что твоё рвение служит для кого-то вдохновением. Продолжай в том же духе.       Николас благодарно улыбается преподавателю и забирает своё домашнее задание. Таки уже ушёл. Он что-то говорил про поездку в центр, поэтому Николас не стал его задерживать. Ван убирает свои вещи в сумку, не сразу замечая знакомый листок бумаги с каракулями. По спине бежит холодок, и он нервно оглядывается. В аудитории он был один, за исключением преподавателя. Парень снова смотрит на листок и дрожащими руками берёт его. Цифры, что были записаны на нём ранее, были безжалостно зачёркнуты, а под ними был написан другой номер и приписка:       «Забудь о том номере, сейчас здесь написано всё, что тебе нужно. Жду сообщения, Нико.»       Вана кидает в холодный пот, и он комкает бумажку и кидает её обратно в сумку, потом сверху намеренно пихает учебник и тетрадь, словно они заставят исчезнуть этот пресловутый кусок бумаги, и пулей вылетает из аудитории. Ему срочно нужно на воздух.       Николас быстро оказывается на улице, делая глубокий вдох. Холодные руки страха сдавливали грудь. Мелкая дрожь била всё тело, а паника медленно затмевала адекватные мысли. Ван начал оглядываться и пытаться высмотреть в окружающих хоть кого-то подозрительного. Ему стойко казалось, что за ним следили, но всем и дела не было до него — каждый занимался своими делами. Николас вцепился пальцами в сумку и сглотнул подступивший к горлу ком. Чувство тошноты подкатило следом, и парень прикрыл рот ладонью. Он буквально заставил себя взять в руки и успокоиться. Он снова сделал глубокий вдох, медленно выдыхая. Через какое-то время паранойя отпускает, но неприятный осадок остаётся.       — Бред какой-то. Это всё не со мной.       Николас мотает головой и идёт в сторону выхода с территории. На сегодня учебный день закончен.