Часть 2 . Объяснение
19 июня 2026 г., 17:27
Они нашли укрытие в небольшой пещере. Костер был разведён с осторожностью, чтобы дым не привлёк внимание патрулей. Зуко сидел у стены, его рана была перевязана, но все всё ещё были в шоке от того, что он сделал.
Катара не могла смотреть на него, не думая о том, как он прижёг свою рану. Сокка сидел, уставившись в землю. Аанг смотрел на Зуко с болью и непониманием. Тоф стояла у входа, прислушиваясь к звукам леса.
— Почему ты это сделал? спросил Аанг наконец. Ты мог бы дать Катаре исцелить тебя. Она целительница.
— Это было бы долго, сказал Зуко, и его голос был ровным, без эмоций. И она бы потратила много силы. А так меньше энергии, быстрее, и я не истеку кровью. Если нас найдут, я должен быть готов сражаться.
— Но ты сжёг себя! Воскликнул Сокка. — Ты прижёг свою рану! Это же безумие!
— Это нормально, сказал Зуко, пожимая плечами.
— Я делал это много раз.
Тишина повисла в воздухе. Катара смотрела на него, и в её глазах была боль.
— Много раз? Переспросила она.
— Ты делал это раньше?
— Конечно, сказал Зуко.
— Когда я был солдатом Империи Огня, целителей не было. Нужно было выживать любыми способами. Это самый быстрый способ остановить кровь и избежать инфекции. Особенно когда ты в бегах.
— Но это же больно! Сказал Аанг.
— Как ты можешь так спокойно к этому относиться?
Зуко смотрел на огонь, и на его лице появилась странная тень.
— Боль это просто сигнал, сказал он.
— Он говорит о том, что что-то не так. Но если ты научишься игнорировать его, он становится просто фоном. Как шум ветра или вода в реке. Когда ты в бегах, ты не можешь позволить себе быть слабым.
— Ты говоришь о себе? Спросил Сокка. — Ты научился игнорировать боль?
— Я научился, сказал Зуко, и его голос стал тише. Когда я был ребёнком, отец бил меня. Он наказывал меня за ошибки. Если я кричал или плакал, он наказывал меня сильнее. Поэтому я научился не кричать. Я научился не чувствовать.
Катара взяла его за руку, и он не отстранился.
— Ты не должен был учиться этому, — сказала она. Ты был ребёнком. Ты заслуживал любви и защиты.
— Возможно, сказал Зуко. Но это было давно. Я уже привык. И сейчас это помогает мне выживать.
