Красные огни

POV Наоми

Я смотрела на экран ноутбука и не верила своим глазам. Статья была опубликована. Моя статья. Та, над которой я работала три дня. Та, которую перечитывала шесть раз, вычитывая каждое слово, проверяя каждую цифру, каждую запятую, каждую точку. Я была уверена, что сделала всё идеально. Я проверила факты, перепроверила цитаты, сверила всё с записями интервью. Я была так сосредоточена, так уверена в себе, что не заметила самой главной ошибки. И всё равно умудрилась пропустить это. Данные о настройках машины Mercedes. Конфиденциальные данные, которые инженер случайно упомянул в интервью. Я должна была вырезать их. Должна была заметить. Но я устала, я торопилась, я думала о чём-то другом. И теперь они были там. В открытом доступе. Для всех. Я сидела в своей комнате в отеле, чувствуя, как город за окном продолжает жить своей жизнью. Где-то вдалеке слышался гул машин, смех прохожих, звуки ночного Монреаля. А я сидела, уставившись в экран, и чувствовала, как внутри всё замирает. Я не могла пошевелиться. Я не могла дышать. Я только смотрела на слова, которые разрушали всё. Моё сердце остановилось. А потом забилось с удвоенной скоростью, гулко отдаваясь в ушах. Я перечитала статью. Снова. И снова. Мои глаза бегали по строкам, выискивая ошибку, которую я уже нашла. Цифры, графики, данные. Всё, что могло помочь другим командам получить преимущество. Всё, что могло разрушить сезон Mercedes. Всё, что могло разрушить Кими. Я почувствовала, как внутри всё сжимается. Как в груди разрастается паника. Как становится трудно дышать. Воздух, казалось, закончился в комнате. Я сидела и смотрела на экран, чувствуя, как мир рушится. Я перечитала статью ещё раз, надеясь, что ошиблась. Что я просто не так поняла. Что это не те данные. Но нет. Всё было именно так. Я сжала край стола, чувствуя, как ногти впиваются в дерево. Боль отрезвила меня, но ненадолго. Паника снова накрыла меня, как волна. Я не могла дышать. Я не могла думать. Я только чувствовала, как мир рушится вокруг меня. Я схватила телефон, чувствуя, как руки дрожат. Пальцы не слушались. Я набрала номер редактора, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Внутри всё переворачивалось. Я не могла дышать. Не могла думать. Я только чувствовала, как паника овладевает мной. Трубка гуддела, и каждый гудок казался вечностью. — Алло? — сказал он, и его голос был спокойным. Спокойным и довольным. Как будто он ждал моего звонка. Как будто он знал, что я позвоню. — Ты опубликовал статью? — спросила я, и мой голос сорвался на хрип. Я слышала, как он дрожит, и ненавидела себя за это. — Ты опубликовал её без моего разрешения? Я не давала финального согласия. — Да, — ответил он спокойно, как будто ничего не случилось. — Мы опубликовали её час назад. Всё хорошо. Ты отлично поработала. Мы уже получили первые комментарии. Люди заинтересованы. Это лучший материал за последние месяцы. Ты молодец, Наоми. Редакция в восторге. — Нет, — сказала я, чувствуя, как паника поднимается в груди. Она душила меня, сжимала горло. — Там есть информация, которую я не должна была публиковать. Данные о настройках машины Mercedes. Это конфиденциально. Инженер случайно упомянул их, я хотела вырезать, но забыла. Я была уставшей, я не заметила. Мы должны удалить статью. Немедленно. Пожалуйста. Сделай это ради меня. Ради нас. Он рассмеялся. Коротко, снисходительно. Как будто я сказала что-то глупое. Как будто моя паника была смешной. — Удалить? Ты с ума сошла? Это сенсация. Это самая важная информация, которую мы публиковали за последние месяцы. Люди будут читать это, делиться, обсуждать. Мы не будем её удалять. Это был бы профессиональный самоубийство. Ты хочешь, чтобы нас перестали воспринимать всерьёз? Ты хочешь потерять всех наших читателей? — Но это может навредить команде, — сказала я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Я пыталась сдержать их, но они всё равно текли по щекам, горячие и солёные. — Это может навредить Кими. Если другие команды узнают об этом, они получат преимущество. Это нечестно. Мы можем разрушить их сезон. Мы можем разрушить его карьеру. Ты понимаешь это? — Наоми, — сказал редактор, и его голос стал холодным, как сталь. — Ты журналист. Твоя работа — публиковать информацию. Ты сделала свою работу. Ты не должна думать о том, кому это навредит. Это не твоя проблема. Это проблема команды. Они должны были лучше охранять свои секреты. Или не говорить их журналистам. Ты не нарушала никаких законов. Ты просто сделала свою работу. И ты сделала её хорошо. — Но я обещала им конфиденциальность, — сказала я, чувствуя, как голос срывается. — Я дала слово. Мы договаривались, что я не буду публиковать технические детали. Я нарушила обещание. Это нечестно. Это неправильно. Я не могу жить с этим. Это съест меня изнутри. — Ты не нарушала обещание, — ответил он. — Ты просто сделала свою работу. И если ты хочешь продолжать работать в этом издании, ты не будешь поднимать шум. Ты поняла меня? Если ты начнёшь требовать удаления статьи, я буду вынужден задуматься о твоём будущем в компании. Ты этого хочешь? Ты хочешь потерять всё, чего добилась? Я молчала. Я не могла говорить. Я только слышала его голос в голове: «Ты сделала свою работу». Но это была не моя работа. Моя работа — быть честной. А я была нечестной. Я была невнимательной. Я была глупой. — Ты поняла меня? — повторил он, и его голос стал жёстче. — Ты слышишь меня, Наоми? — Да, — сказала я тихо, чувствуя, как голос срывается. — Я поняла. — Отлично, — сказал он, и его голос снова стал спокойным. — Тогда отдыхай. Завтра будет новый день. И не переживай. Это всего лишь работа. Ты сделала то, что должна была. Он повесил трубку. Я сидела и смотрела на телефон, чувствуя, как мир рушится. Я сделала это. Я разрушила всё, что мы строили с Кими. Всё доверие, всю хрупкую связь, которая появилась между нами. Я предала его. Не нарочно. Но это не имело значения. Результат был тот же. Я сжала телефон в руке, чувствуя, как пальцы впиваются в пластик. Я смотрела на закрытый экран, на своё отражение, и не узнавала себя. Мои глаза были красными, лицо бледным. Я выглядела так, будто только что потеряла всё. И я потеряла. Я закрыла ноутбук и уставилась в стену, чувствуя, как внутри всё замирает. Я не могла дышать. Я не могла думать. Я только слышала голос редактора в голове: «Ты сделала свою работу». Но это была не моя работа. Моя работа — быть честной. А я была нечестной. Я была невнимательной. Я была глупой. Я сидела в тишине, чувствуя, как время тянется бесконечно. Прошло десять минут. Двадцать. Полчаса. Я не знала, сколько именно. Я просто сидела и смотрела в стену, чувствуя, как внутри всё пустеет. Я не могла ни о чём думать. Я не могла ни на чём сосредоточиться. Только пустота и боль. Внезапно телефон завибрировал. Я вздрогнула, вырванная из оцепенения. Я посмотрела на экран. Сообщение от Кими. «Наоми, ты видела новости? Кто-то опубликовал наши настройки. Это катастрофа. Команда в панике. Тото звонит всем подряд. Инженеры в шоке. Я не знаю, как это случилось. Ты что-нибудь знаешь? Ты же говорила с инженером вчера. Он что-то говорил о настройках? Может быть, он что-то сказал, а ты не поняла?» Я смотрела на экран, чувствуя, как сердце останавливается. Он не знал. Он не знал, что это сделала я. Он думал, что это кто-то другой. Он доверял мне. Он верил мне. И я должна была сказать ему правду. Сейчас. Или никогда. Мои пальцы дрожали, когда я взяла телефон. Я открыла чат и начала печатать. Слова не шли. Я стирала их, начинала снова, стирала опять. Я не знала, как сказать ему это. Как признаться в том, что я разрушила всё, что мы строили. Я сидела и смотрела на пустое поле ввода, чувствуя, как слёзы застилают глаза. Наконец я набрала: «Кими, мне нужно тебе кое-что сказать. Это я. Я написала ту статью. Информация попала туда по моей ошибке. Я не хотела. Я случайно оставила её в тексте. Я была уставшей, я не заметила. Я пыталась убедить редактора удалить статью, но он отказался. Он сказал, что это сенсация. Я не знаю, что делать. Я так виновата. Прости меня, пожалуйста. Я не хотела причинить тебе боль. Ты должен знать, что это была случайность. Я никогда не сделала бы этого нарочно. Ты должен верить мне. Пожалуйста, поверь мне. Я не могу потерять тебя.» Я нажала «отправить» и замерла. Прошла минута. Две. Пять. Десять. Ответа не было. Я смотрела на экран, чувствуя, как внутри всё сжимается. Я видела, что он прочитал сообщение. Я видела, что он был в сети. Но он не отвечал. Он молчал. И это было хуже, чем любой гнев. Хуже, чем любые обвинения. Я сидела в тишине и ждала. Каждая секунда длилась вечность. Я чувствовала, как внутри всё рушится. Как надежда угасает. Как страх овладевает мной. Я смотрела на экран, надеясь увидеть хотя бы один символ. Хотя бы одну точку. Но ничего не было. Наконец телефон завибрировал. Я схватила его, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. «Я не знаю, что сказать. Мне нужно время подумать. Я не могу говорить с тобой сейчас. Это слишком больно. Ты не представляешь, что ты сделала. Команда в панике. Тото в ярости. Инженеры не знают, что делать. И всё из-за тебя. Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь доверять тебе снова. Ты была единственной, кому я доверял. А ты сделала это. Ты разрушила всё.» Я смотрела на его ответ, чувствуя, как внутри всё рушится. «Мне нужно время подумать.» Он не злился. Он не кричал. Он просто сказал, что ему нужно время. И это было хуже всего. Потому что это означало, что он разочарован. Что он больше не доверяет мне. Что я потеряла его. Я отложила телефон и закрыла глаза. Слёзы текли по щекам, горячие и солёные. Я не могла остановить их. Я не хотела останавливать их. Я сидела в тишине и чувствовала, как мир рушится. Я сделала это. Я разрушила всё. И теперь я не знала, смогу ли когда-нибудь исправить это.

***

Я не могла просто сидеть и ждать. Я должна была что-то сделать. Я должна была исправить эту ошибку. Любой ценой. Я не могла позволить этому разрушить всё. Я схватила телефон и начала звонить. Сначала своему редактору. Он не ответил. Я позвонила снова. Снова. Снова. Никто не брал трубку. Я оставила голосовое сообщение, чувствуя, как голос срывается: «Это Наоми. Я знаю, что ты не хочешь говорить со мной. Но я умоляю тебя, перезвони. Это очень важно. Мы должны удалить статью. Пожалуйста. Я сделаю всё, что ты скажешь. Я напишу новую статью. Я сделаю что угодно. Только удали эту.» Я позвонила в редакцию. Секретарша ответила после третьего гудка. — Редакция спортивного отдела, — сказала она. — Чем могу помочь? — Это Наоми Риччи, — сказала я, чувствуя, как голос дрожит. — Мне нужно поговорить с главным редактором. Срочно. — Его нет на месте, — ответила она. — Он уехал на встречу. Он вернётся только завтра утром. — А кто-то ещё есть? — спросила я, чувствуя, как паника поднимается в груди. — Кто-то, кто может помочь мне удалить статью? Пожалуйста, это очень важно. — Удалить статью? — переспросила она, и в её голосе послышалось удивление. — Но статью только что опубликовали. Она уже получила много просмотров. Зачем её удалять? — Это срочно, — сказала я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Там есть информация, которую не должны были публиковать. Я нарушила конфиденциальность. Я могу разрушить чью-то карьеру. Пожалуйста, помогите мне. — Я не могу помочь вам, — сказала она. — Я не имею права удалять материалы. Вам нужно поговорить с редактором. Позвоните ему завтра утром. Он будет в офисе с восьми. Она повесила трубку. Я смотрела на телефон, чувствуя, как отчаяние овладевает мной. Я позвонила другому редактору. Потом третьему. Потом четвёртому. Я звонила всем, кого знала. Всем, кто мог помочь. Но никто не мог. Никто не хотел. Все говорили одно и то же: «Это сенсация. Мы не будем её удалять. Ты сделала свою работу. Не переживай. Всё будет хорошо». Я чувствовала, как внутри всё рушится. Я пыталась сделать всё возможное. Но ничего не работало. Я была бессильна. Я не могла остановить это. Я не могла исправить это. Я могла только сидеть и смотреть, как мир рушится. Я сидела в тишине, чувствуя, как время тянется бесконечно. Я смотрела на телефон, надеясь, что он напишет. Что он даст мне шанс объясниться. Что он поймёт, что это была ошибка. Что он сможет простить меня. Но он молчал. Я не могла просто сидеть и ждать. Я взяла телефон и написала ему ещё одно сообщение. Не для того, чтобы оправдываться. Не для того, чтобы просить прощения. Просто чтобы он знал, что я чувствую. «Кими, я знаю, что ты не хочешь говорить со мной сейчас. И я понимаю почему. Я не прошу тебя простить меня. Я просто хочу, чтобы ты знал: это была ошибка. Самая большая ошибка в моей жизни. Я не хотела причинить тебе боль. Я никогда не сделала бы этого нарочно. Ты стал для меня важным человеком. Ты стал кем-то, без кого я не представляю свою жизнь. И я разрушила всё это. Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь простить себя. И я не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь простить меня. Но я хочу, чтобы ты знал: я буду бороться за тебя. Я сделаю всё, чтобы исправить эту ошибку. Даже если это займёт всю мою жизнь. Даже если ты никогда не сможешь простить меня. Я буду ждать. Всегда.» Я отправила сообщение и отложила телефон. Я не знала, прочитает ли он его. Я не знала, ответит ли он. Но я должна была сказать это. Я должна была попытаться.

***

POV Кими

Он сидел в своей комнате и смотрел на телефон. Её сообщение пришло через час после первого. Он прочитал его, чувствуя, как внутри всё переворачивается. «Ты стал для меня важным человеком. Ты стал кем-то, без кого я не представляю свою жизнь.» Он смотрел на эти слова и чувствовал, как боль смешивается с чем-то ещё. С надеждой. С желанием простить её. С желанием верить ей. С желанием быть рядом с ней. Но он не мог. Не сейчас. Боль была слишком сильной. Разочарование было слишком глубоким. Он доверял ей. Он верил ей. А она сделала это. Она разрушила всё. Он думал о том, как она плакала в паддоке, когда диктофон сломался. Как она смотрела на него, когда он дал ей свой. Как она благодарила его. Как она улыбалась. Он думал о том, как она стала важна для него. Как он начал чувствовать что-то большее, чем дружба. Как она стала его опорой. Его надеждой. Его светом. И теперь всё это было разрушено. Её ошибкой. Её глупостью. Её невнимательностью. Он отложил телефон и закрыл глаза. Он не знал, что будет дальше. Но он знал, что ему нужно время. Время, чтобы понять, сможет ли он когда-нибудь доверять ей снова. Время, чтобы понять, сможет ли он когда-нибудь простить её.

***

POV Наоми

Я сидела в темноте, чувствуя, как внутри всё пустеет. Я не знала, сколько прошло времени. Может быть, час. Может быть, два. Я просто сидела и ждала. Я смотрела на телефон, надеясь, что он ответит. Но экран оставался тёмным. Я взяла телефон и снова написала ему. «Я буду ждать тебя столько, сколько потребуется. Я не сдамся. Я верю, что мы сможем пройти через это. Вместе. Если ты когда-нибудь захочешь поговорить, я буду здесь. Всегда. Я не уйду. Что бы ни случилось. Даже если это займёт годы. Я буду ждать.» Я закрыла глаза и позволила себе почувствовать боль. Я не знала, что будет дальше. Но я знала, что я сделаю всё, чтобы исправить это.

***

Ночь тянулась бесконечно. Я лежала в темноте, смотрела в потолок и слушала, как город за окном постепенно затихает. Где-то вдалеке стихли машины, замолкли голоса, исчезли звуки ночной жизни. Монреаль засыпал. А я не могла уснуть. Я не могла даже закрыть глаза, потому что каждый раз, когда я это делала, я видела его лицо. Его глаза. Его разочарование. Я взяла телефон. Экран горел ярко в темноте, освещая моё лицо. Я открыла чат с Кими. Наши последние сообщения висели там, как приговор. Его слова: «Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь доверять тебе снова.» Мои слова: «Я буду ждать тебя столько, сколько потребуется.» Я перечитывала их снова и снова, как будто надеялась, что они изменятся. Что он напишет что-то ещё. Что он скажет, что прощает меня. Но экран оставался тёмным. Я закрыла чат и открыла статью. Просмотры росли. Комментарии появлялись один за другим. Люди обсуждали данные, анализировали их, делились ими. Информация распространялась со скоростью света. Я не могла остановить это. Я была бессильна. Я встала с кровати и подошла к окну. Ночной Монреаль был прекрасен. Огни сверкали, как звёзды, упавшие на землю. Но я не видела их. Я видела только его лицо. Его глаза. Его боль. Я прислонилась лбом к холодному стеклу и закрыла глаза. Я чувствовала, как внутри всё пустеет. Как надежда угасает. Как страх овладевает мной. Я не знала, что делать. Я не знала, как исправить это. Я вернулась в комнату и села на пол, прислонившись спиной к кровати. Я обхватила колени руками и уставилась в стену. Время потеряло смысл. Минуты сливались в часы. Часы — в вечность. Я не знала, сколько прошло. Я просто сидела и ждала. Я снова взяла телефон. Написала. «Я не сплю. Я думаю о тебе. Я хочу, чтобы ты знал: я здесь. Я всегда буду здесь. Даже если ты никогда не захочешь видеть меня снова. Я буду здесь.»

***

POV Кими

Он тоже не спал. Он сидел на подоконнике в своей комнате, глядя на ночной Монреаль. Город был прекрасен в темноте. Огни сверкали, как звёзды, упавшие на землю. Он перечитывал её сообщения снова и снова. «Я не хотела. Я случайно. Я пыталась убедить редактора удалить статью.» Он знал, что она не врала. Он чувствовал это. Но боль была слишком сильной. Он думал о том, как она плакала в паддоке. Как она смотрела на него, когда он дал ей свой диктофон. Как она благодарила его. Как она улыбалась. Он думал о том, как она стала важна для него. Как она стала его опорой. Его надеждой. Его светом. И теперь всё это было разрушено. Её ошибкой. Её глупостью. Её невнимательностью. Он сжал телефон в руке. Её последнее сообщение пришло несколько минут назад. «Я не сплю. Я думаю о тебе. Я хочу, чтобы ты знал: я здесь. Я всегда буду здесь. Даже если ты никогда не захочешь видеть меня снова. Я буду здесь.» Он смотрел на эти слова и чувствовал, как внутри борется злость и что-то ещё. Что-то тёплое. Что-то, что он не хотел признавать. Он хотел ответить ей. Хотел сказать, что всё будет хорошо. Хотел сказать, что он прощает её. Но он не мог. Не сейчас. Он отложил телефон и закрыл глаза. Он не знал, что будет дальше. Но он знал, что ему нужно время. Время, чтобы понять, сможет ли он когда-нибудь доверять ей снова.

***

POV Наоми

Рассвет застал меня врасплох. Я сидела на полу, прислонившись спиной к кровати, и смотрела, как за окном начинает светать. Серый свет проникал в комнату, постепенно заполняя её. Я смотрела, как город просыпается, и чувствовала, как внутри всё пустеет. Я не спала всю ночь. Я не могла спать. Каждый раз, когда я закрывала глаза, я видела его лицо. Его разочарование. Его боль. Я взяла телефон. Экран был пуст. Ни одного сообщения. Ни одного уведомления. Он не ответил. Он не написал. Он молчал. Я чувствовала, как внутри всё рушится. Я знала, что заслужила это. Но это не делало боль меньше. Я встала, чувствуя, как тело онемело от долгого сидения. Я подошла к окну и посмотрела на просыпающийся город. Где-то там, в одном из отелей, он тоже не спал. Я чувствовала это. Я знала это. Я взяла телефон и написала ему последнее сообщение. Самое короткое. Самое простое. «С добрым утром. Я хочу, чтобы ты знал: я всё ещё здесь. Я буду ждать. Сколько потребуется.»