Saraydan Evvel Bir Yara

Тёмными становятся взгляды. Их взоры, обращены друг к другу реже чем солнце покидает небо и в самый облачный день. Но резче даже самого неожиданного редкого солнечного блика на ярких волосах женщины. Рисунками украшенные стены не выдерживали напряжения. Душно стало почти всем, но без жеста султана и лишнего дыхания никто себе не позволял. В какой-то из дней его чуть не потеряли, ожидая вести о победе. Тогда ещё всё лишь начиналось. Она, став Хюррем, обманывалась влюблённостью, которую построила на безысходности и упоении богатствами, которых не имело его имение. И его дивное стремление ко всему чуждому Османской империи. Не от любви к свободе, чего-то совсем другого словить всё не мог. - Подойди, Ибрагим. - теперь её голос звучит слегка тепло, точно как у падишаха. - Слушаю. - Госпожа. - несколько секунд, которые ощущались далеко не вечностью, но и не лучшими. - Особенно твоя. - тише кинула. Для Сулеймана это походило на дерзкую угрозу, что не мог пропустить. Знал бы он что упустил, разрушил. Одним лишь появлением как оазис превратил в озеро, где чуть ли не умер один из её сыновей. Только её, так как совсем не думлаа о династии за те месяцы, что он провёл в тёплом укрытии. Там, где когда-то начинали лишь порхать бабочки, когда резкий аромат мускуса заполнил всё её существо. Благородный аромат богатства и принадлежности к высшим. Всего того, к чему она начала стремиться только от разочарования в том, кому однажды пела под его тихую неладную игру. Будь тот тёмный вечер неладен, когда весна оборвалась. И началось лето, превратившееся в позднюю осень для первых женщин султана Сулеймана.