Разговор в гримерке
20 июня 2026 г., 10:34
Через час, когда я умылась холодной водой и более-менее привела лицо в порядок, в дверь постучали. Негромко, неуверенно.
- Ника? Ты тут?
Это голос Оли, одной из танцовщиц. Мы не были близкими подругами, скорее коллегами, которые уважали друг друга. Но сейчас в ее голосе я слышала беспокойство.
- Да, заходи, - хрипло ответила я.
Оля просунула голову в щель. Ее глаза расширились, когда она увидела мое опухшее лицо.
- Ох, Ника... - она зашла и прикрыла за собой дверь. - Он был слишком суров.
- Все нормально, - соврала я, натягивая улыбку. - Я сама виновата. Сбивалась постоянно.
- Ничего подобного! - Оля всплеснула руками. - Мы все устали. Просто он... Он сегодня сам не свой. Димон сказал, что у него какие-то проблемы с продюсерами. Может, поэтому он так взбесился.
Я знала, что Оля пытается меня утешить, найти оправдание его поведению. Но мне было легче от этого? Нет. Ведь в глубине души я знала: его гнев был вызван не только усталостью. Он был вызван моей слабостью. Моей уязвимостью, которую я так тщательно скрывала, но которая сейчас вырвалась наружу.
- Я пойду, - сказала Оля, сжимая мою руку. - Ты главное не переживай. Он отойдет.
Она вышла, и я снова осталась одна. Я думала о том, что произошло. Он сказал «стоп», когда я была на пике. Когда я почти поймала этот ритм. Как будто он специально остановил меня, чтобы показать мою слабость. Чтобы указать на мое место.
И тут меня осенило. А что, если он уже знает?
Холодный пот покрыл мое тело. Что, если кто-то из труппы рассказал ему о моих чувствах? Что, если Катя, которая вечно завидует моей близости с Сергеем, проболталась? И он теперь смотрит на меня иначе. И ему это не нравится. Он ведь всегда говорил, что ценит нашу дружбу. Что я - «исключительный человек», «удивительная», «незаменимая». Но никогда - «желанная».
Я встала, подошла к зеркалу. Мои карие глаза были красными от слез. Я взяла тональный крем и начала маскировать следы. Я не могу показаться ему слабой. Я должна доказать, что я профессионал. Что мои чувства - это ерунда.
«Просто танцуй, Ника. Просто танцуй», - сказала я себе.