Илюшка

Проснувшись утром, Мастика первым делом взглянул на Илью. Тот ещё спал — мирно, безмятежно, уткнувшись носом в подушку. Волосы разметались по подушке, дыхание было ровным и спокойным. Сердце Криса сжалось от нежности. «Я явно не так хотел признаться ему в любви», — подумал он, тихо вставая с дивана. — «Он, кстати, ничего на это не сказал. Вообще. Он любит меня? Или нет? Ладно, об этом позже подумаю. Спасибо, что хоть общаться со мной не перестал после того, как вспомнил. Я бы на его месте... я бы не простил такого. Я бы вообще не подошёл к тому, кто меня почти убил». Он пошёл умываться, а потом направился на кухню — готовить завтрак. Решил, что творог и чай — отличный вариант. Не слишком сложно, но вкусно и полезно. Закончив, он вернулся в комнату и аккуратно присел на край кровати. Погладил Сецко по волосам — невесомо, почти боязливо, — и тихо позвал: — Илюш, вставай... Новки открыл глаза, сонно похлопал ресницами, и Крис почувствовал, как внутри всё переворачивается от этой картины — спросонья, растрёпанный, тёплый. — Доброе утро, — улыбнулся Мастика. — Я приготовил завтрак. Илья моргнул, в голове всё ещё крутились обрывки вчерашнего разговора. Тёплые слова. Холодные воспоминания. Его обещание дать шанс. Он кивнул, встал и пошёл умываться, а Крис смотрел ему вслед и молился, чтобы всё получилось. На кухне Илья сел за стол и принялся за еду. Он ел молча, рассматривая кухню друга. Она была в светлых тонах, везде царил порядок — идеальный, почти стерильный. Как будто ею вообще не пользовались. «Наверное, когда ты один, несложно соблюдать порядок на кухне», — подумал он и перевёл взгляд на подоконник, где стояли баночки. Протеин, креатин, всякие витамины с непонятными названиями. — Крис, — спросил он, стараясь разрядить тишину, — а зачем столько разных банок? Мастика улыбнулся, радуясь, что Илья хоть что-то сказал. Он напряг руки, показывая бицепсы: — Ну, я же в зал хожу. Видишь? Илья посмотрел на его руки и почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Те самые руки, которые вчера он видел обнажёнными. Те самые руки, которые били его. И которые так нежно касались его лица в больнице. «Даа... круто», — мысленно протянул он, чувствуя, как щёки начинают гореть. — Даа, круто, — вслух ответил он, отводя взгляд. В голове уже крутились не самые приличные мысли: «Как бы я хотел, чтобы эти руки прижимали меня к стене...»Новки смутился, отогнал их и доел завтрак. — Спасибо, — сказал он, чувствуя искреннюю благодарность. — Очень вкусно. Мастика улыбнулся: — Пожалуйста. Иди переодевайся, а я пока посуду помою. Илья кивнул и направился в комнату. Уже в дверях он обернулся и, немного смущаясь, спросил: — А... можно я в твоей футболке пойду? Крис замер на секунду, чувствуя, как сердце пропускает удар. Он снова будет носить его вещи. Будет пахнуть им. Весь день. — Да, конечно, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Спасибо, — Илья улыбнулся и скрылся в комнате. По дороге в школу парни молчали. Каждый думал о вчерашнем. Напряжение висело в воздухе, но не тяжёлое, скорее — как перед прыжком в воду. Они знали, что что-то должно произойти, но боялись сделать первый шаг. Крис закурил и протянул вторую сигарету Илье. Тот согласился без раздумий. Едкий дым успокаивал нервы, а мелкий снежок, кружащийся в воздухе, напоминал, что зима уже близко. В классе Новки заметил Кирилла и поспешил поздороваться. Друг сразу нахмурился: — Че от тебя сигами несёт? — он принюхался. — Да и выглядишь не очень весело. Вы с Крисом вместе пришли? Он что-то с тобой сделал? — Я всё вспомнил, — перебил его Илья. Голос звучал ровно, но в нём слышалась усталость. — Вообще всё. Даже тот самый день. Кирилл выдохнул: — Ох. — Он обнял друга. — И что теперь? — Мы поговорили с Крисом, — ответил Новки. — И я дал ему шанс. Но если он хоть раз меня ударит, я больше никогда не буду с ним общаться. — Ты очень добрый человек, — покачал головой Кирилл, собираясь что-то добавить, но тут подошла Полина. — Приветик, — улыбнулась она. — Илья, не хочешь сегодня сходить погулять после уроков? Она заметила настроение ребят и забеспокоилась: — Что-то случилось? — Я всё вспомнил, — ответил Новки. — Давай в другой раз. Сегодня не хочу. — Да, конечно, — девушка понимающе кивнула и отошла. Два урока Илья и Мастика просидели молча. Каждый витал в своих мыслях, поглядывая друг на друга украдкой. Напряжение росло, и Крис наконец не выдержал. Он потянулся и выдал, как бы между прочим: — Щас бы пива выпить, а не вот это всё. — А давай, — ответил Новки. Крис удивлённо посмотрел на него: — Что? — Говорю, давай. Урок через пять минут закончится. Пойдём. — Мне не показалось? — Крис не верил своим ушам. — Илья Сецко предлагает мне прогулять уроки, чтобы выпить? — Ну да, — Новки пожал плечами. — Хочу немного расслабиться. Улыбка Мастики растянулась до ушей. Он начал считать секунды до звонка. Наконец прозвенел звонок. Парни вышли из кабинета, потом из школы. Дошли до того самого ларька, закупились и отправились домой к Крису. — Пойдём на балкон. Курить хочу, — Мастика уже открыл бутылку и сделал глоток. — Окей, — Илья последовал за ним. На балконе было прохладно, но не холодно. Крис сел на плед и похлопал рядом, приглашая Новки. Тот присел, и они закурили одну сигарету на двоих, прижавшись плечом к плечу. Тишина была тёплой, почти уютной. На телефон Ильи пришло уведомление: Кирилл 11:45 — Илья, ты где? И Криса нет. — Вы куда пропали? Илья — Привет. Мы сидим у Криса на балконе. — И пьём пиво) Кирилл — Илья, тебе не стыдно? — Прогуливаешь и бухаешь. Илья — Стыдно. — Но не очень)) Мастика, прочитав переписку, усмехнулся и чмокнул Илью в макушку — легко, почти невесомо. Новки улыбнулся, чувствуя, как тепло разливается по телу. Какое-то время они сидели молча, но им было хорошо. Настолько хорошо, что Сецко вдруг понял: пора действовать. Руки немного тряслись, сердце бешено колотилось, но он повернулся к Крису, взял его за подбородок и притянул к себе. Мастика удивлённо распахнул глаза, но не отстранился. Илья поцеловал его. Поцелуй получился чувственным. Медленным. Осторожным, но полным того, что они оба так долго держали в себе. Крис ответил на поцелуй почти сразу — легко, нежно, боясь спугнуть этот момент. Внутри всё перевернулось, сердце колотилось где-то в горле, а мир сузился до их губ. «Мы целуемся... я наконец-то целую его... без боли... без страха... он сам этого захотел...» — пронеслось в голове Криса, и он прикрыл глаза, чувствуя, как по телу разливается счастье. Илья тоже закрыл глаза, чувствуя вкус губ Криса — горькие от пива, с лёгким привкусом сигарет. Таким знакомым, таким родным. Он понял, что хочет запомнить этот момент навсегда. Через несколько секунд они отстранились. Новки смотрел в глаза Криса, а Крис — в его. В тишине, нарушаемой только их дыханием, они улыбались друг другу. — Ну... — выдохнул Мастика, чувствуя, что не может говорить. — Я не ожидал... — Я тоже, — усмехнулся Новки. — Но я рад, что сделал это. Крис притянул его к себе, уткнувшись носом в его волосы, и прошептал: — Я люблю тебя, Илюшка. Так сильно, что уже не могу без тебя. — Я тебя тоже люблю, — прошептал в ответ Илья. — Теперь я точно в этом уверен. Посидев ещё немного на балконе, парни начали замерзать. Ветер становился всё холоднее, а снежок — всё настойчивее. Крис первым почувствовал, как по телу пробежали мурашки. — Пойдём в комнату, — сказал он, вставая и протягивая руку Илье. — А то замёрзнем тут окончательно. Новки взял его руку и поднялся. Они переместились в комнату Мастики, и Крис рухнул на кровать, потянув Илью за собой. Тот с лёгким смехом упал рядом, и через мгновение они уже лежали, обнявшись, прижимаясь друг к другу так тесно, как только могли. Это было волшебно. Мастика чувствовал, как сердце Новки бьётся где-то рядом с его собственным, как его дыхание щекочет шею, как его пальцы перебирают пряди его волос. Они целовались — медленно, сладко, без спешки. Словно хотели наверстать всё то время, что боялись этого. Когда наступил вечер, Новки понял, что пора идти домой. Он нехотя оторвался от Криса, сел на кровати и оглядел себя. Футболка Мастики, которую он так и не снял, теперь пахла не только яблочным шампунем, но и древесным ароматом его духов. Илья задумался: — От меня сильно пахнет? — беспокойно спросил он. — Мама может заподозрить что-то... Крис усмехнулся и подошёл к нему, принюхиваясь к его волосам: — Ну, не прям... — он протянул Илье жевачку, а потом взял свой флакон духов и легонько прыснул на него. — Теперь всё супер.  Новки улыбнулся, вдыхая знакомый аромат. Тот самый — древесный, тёплый, от которого у него всегда кружилась голова и внутри разливалось тепло. Крис проводил друга? Или уже даже не друга? А парня?.. Они еще не обговорили этот момент, до своего подъезда и поцеловал на прощание  — Увидимся завтра? — спросил Крис, отстраняясь. — Обязательно, — ответил Новки, чувствуя, как улыбка расплывается по лицу. Утро пятницы. Мастика проснулся от резкого, пронзительного звука телефона. Он сонно потянулся к тумбочке, взял смартфон и посмотрел на экран. Мама. Он удивлённо приподнял бровь. — Алло? — голос его звучал хрипло со сна. — Крис, привет, — голос матери был ровным, деловитым, без лишней теплоты. — Как дела? Ты там как, справляешься? — Да, нормально, — ответил он, садясь на кровати. — Вы где? — Мы задерживаемся ещё на неделю, — коротко сказала она. — Дела. Я скину тебе деньги на карту. Купи себе что-нибудь, поешь нормально. Ладно, пока, у меня встреча. Она повесила трубку, даже не дождавшись ответа. Крис смотрел на погасший экран и чувствовал внутри привычную пустоту. Ещё неделя. Они не спросили, как он, что он ест, не скучает ли. Просто «дела» и «скину деньги». Он уже привык. Но всё равно было немного горько. Он откинулся на подушку и уставился в потолок. В комнате было тихо — слишком тихо. Тишина, которую он привык заполнять либо музыкой, либо мыслями об Илье. На телефон пришло уведомление. Крис взял его и открыл банковское приложение. Поступил перевод: 10 000 рублей. Крис протёр глаза, чтобы убедиться, что они ему не врут. Но цифра на экране была всё той же: 10 000. И подпись — «Порадуй себя чем-нибудь». — Охренеть... — прошептал он, уставившись на баланс. — Она ошиблась нулём? Или... Он подождал — вдруг мама напишет, что ошиблась, и попросит вернуть часть. Но экран молчал. Мастика медленно опустил телефон и почувствовал, как сон слетает с него, словно его и не было. В голове загорелась мысль. Яркая, чёткая, безумная. «Я хочу сводить его на свидание. Как я и мечтал. Настоящее. В ресторан. Как он того заслуживает». Улыбка растянулась до ушей. Он резко вскочил с кровати, открыл браузер и начал искать итальянские рестораны. Не просто пиццерию, а настоящий ресторан — со свечами, скатертями, хорошей едой, чтобы Новки почувствовал себя особенным. Он быстро забронировал столик, записал время и адрес, сердце бешено колотилось от волнения и предвкушения. «Главное, чтобы у него не было никаких планов». Он принял душ, оделся, посмотрел на себя в зеркало — и улыбнулся. Наконец-то он мог сделать что-то правильное. Красивое. Настоящее. В школу он пришёл раньше всех. Сидел за партой, нервно постукивая пальцами по столу, поглядывая на дверь. Внутри всё трепетало от волнения. Когда в проёме показалась знакомая красная макушка, сердце Криса пропустило удар. Он вскочил, подошёл, крепко обнял Илью и поцеловал его в макушку — быстро, почти незаметно для других. — Ты свободен сегодня вечером? — спросил он, не скрывая счастливой улыбки. Новки удивился такому прекрасному настроению друга с самого утра, но улыбнулся в ответ: — Пока ничего не планировал. Ты что-то хотел? — Отлично, — Мастика сиял. — Значит, сегодня мы идём на свидание. Будь готов к шести. — Свидание? — Илья смутился, чувствуя, как к щекам приливает тепло. Но внутри разлилась такая приятная радость, что он не смог сдержать улыбку. — Хорошо. 17:15 — на телефон Ильи приходит уведомление. Крис — Илюш, ты не забыл про свидание? Илья — Нет, конечно  — Уже потихоньку собираюсь. Думаю, что надеть. Крис — Что-нибудь красивое. — Хотя ты в любой одежде прекрасен. — Но лучше какую-нибудь рубашечку. — В шесть выходи из дома. Буду тебя ждать. Илья уставился в экран, чувствуя, как щёки заливаются румянцем. «Ты в любой одежде прекрасен»... Он сказал это. Серьёзно. Боже, у меня сердце сейчас выпрыгнет. Он подошёл к шкафу и начал перебирать вещи. Рубашка? Да, рубашка. Он выбрал чёрную, слегка приталенную, которая подчёркивала его плечи, и свободные джинсы. Посмотрел в зеркало, поправил волосы и улыбнулся своему отражению. — Ну, поехали, — прошептал он. Ровно в шесть Илья вышел из подъезда. Вечерний воздух был прохладным, но не холодным, и он чувствовал, как сердце бьётся быстрее обычного. Возле двери его уже ждал Кристиан. Новки замер на мгновение, разглядывая его. Крис был в чёрных брюках и пиджаке, под которым угадывалась белая рубашка. Волосы уложены, лёгкий древесный запах духов доносился даже с расстояния в несколько шагов. — Прекрасно выглядишь, — сказал Крис, подходя ближе, и легко поцеловал его в губы. — Привет. — Привет, — выдохнул Илья, чувствуя, как внутри всё переворачивается от этого поцелуя. — Ты тоже... очень красиво выглядишь. Мастика улыбнулся, открыл дверь такси и жестом пригласил Сецко внутрь: — Присаживайся. Новки аккуратно сел на заднее сиденье, а Крис, обойдя машину, занял место рядом с ним. Их руки встретились на сиденье, и Крис мягко переплёл их пальцы. — А куда мы едем? — спросил Илья, чувствуя, как внутри разгорается любопытство. — Это секрет, — Мастика загадочно улыбнулся. — Скоро узнаешь. Машина остановилась у красивого итальянского ресторана. Крис вышел первым и подал руку Новки. Тот в свою очередь замер, разглядывая фасад: тёплый свет лился из окон, внутри виднелись белые скатерти и живые цветы. Илья почувствовал себя маленькой принцессой из сказки. — Как здесь красиво... — прошептал он, когда они вошли внутрь. Официант проводил их к уютному столику у окна, подал меню. Сецко не переставал улыбаться. Он смотрел на Мастику на его счастливое лицо, на то, как он сидит напротив и смотрит на него с такой теплотой, что хотелось плакать от счастья. — Спасибо тебе большое, Крис, — сказал он, чувствуя, что слова не передают и половины того, что он чувствует. — Это всё... просто невероятно. — Рад, что тебе нравится, — улыбнулся Мастика. — Выбирай, всё что хочешь. — Правда? — Конечно. — Крис наклонился чуть ближе и добавил с лёгкой усмешкой: — Ну, кроме алкоголя. Его нам не продадут. Илья рассмеялся и открыл меню. В итоге они заказали пиццу, пасту с морепродуктами, лимонад и тирамису на десерт. Они ели, болтали, смеялись. Крис рассказывал смешные истории из своей жизни, Новки — о том, как они с Алисой однажды пытались испечь торт и чуть не устроили пожар. Время пролетело незаметно, и оба чувствовали себя так, будто знают друг друга всю жизнь.   - Поехали ко мне после - предложил Крис - Хорошо - Новки с радостью согласился  Когда с десертом было покончено, Крис взял счёт и оплатил его. Илья попытался возразить, но Мастика только покачал головой: — Сегодня я угощаю. Я тебя пригласил, я и плачу. Это моя идея. Они вышли на улицу. Вечерний воздух был свежим, небо уже было темным, и где-то за горизонтом зажигались первые звёзды. Крис заказал такси через приложение — до его дома было около десяти минут езды. — Это было очень классно, — сказал Новки, глядя на Криса с сияющей улыбкой. — Спасибо тебе большое. — Я рад, что тебе понравилось, — Мастика  взял его за руку и мягко сжал. — Кстати... Илья, давай встречаться? Новки на секунду замер, а потом его лицо осветила счастливая улыбка. — Я думал, мы уже, — сказал он, и голос его дрогнул от радости. — Конечно, буду.  Крис не сдержался. Он шагнул ближе, взял Илью за подбородок и поцеловал — долго, глубоко, чувственно, вкладывая в этот поцелуй всё, что не мог сказать словами. А когда рядом остановилось такси, они отстранились и, улыбаясь друг другу, сели в машину. Сецко написал маме короткое сообщение: «Мам, я сегодня у Криса. Не жди, спокойной ночи». И убрал телефон в карман. Они ехали в тишине, держась за руки, и смотрели на огни города за окном. Зайдя в лифт и нажав нужный этаж, Крис не выдержал. Он развернул Илью к себе, прижал к стене и поцеловал. Жадно, глубоко, вкладывая в этот поцелуй всё своё желание, которое копилось так долго. Новки ответил сразу же — обхватил его за шею, притягивая ближе, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Лифт остановился, двери открылись, но они оторвались друг от друга только когда створки начали закрываться. Крис быстро схватил Илью за руку и вытащил его в коридор. Зайдя в квартиру и закрыв дверь. Парни разулись и прошли в комнату Мастики. Он снял пиджак, повесил его на спинку стула и повернулся к Новки. Тот уже расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, и этот жест, такой простой и естественный, заставил Криса сглотнуть. — Хорошо было, — сказал Мастика, делая шаг вперёд. — Даа... — подтвердил Илья, чувствуя, как его снова тянет к нему, словно магнитом. Крис подошёл ближе. В его взгляде читалось что-то глубокое, почти первобытное. Он снова поцеловал Сецко, но теперь поцелуй стал глубже — Крис добавил язык, проникая в его рот медленно, но уверенно. Илья застонал — тихо, почти беззвучно — и приоткрыл губы. Поцелуй получился очень страстным. Остранившись Мастика потянулся к шее красноволосого. Он начал целовать кожу — там, где бился пульс, — оставляя влажные дорожки, лёгкие укусы, засосы. Его пальцы сами собой начали расстёгивать пуговицы на рубашке Ильи — одну за другой.  — Крис... — выдохнул Новки, откидывая голову назад, давая ему больше доступа. — М? — голос парня был низким, почти мурлыкающим, и он поднял на него глаза, полные желания и нежности. — Я люблю тебя, — прошептал Илья, чувствуя, как его тело горит под прикосновениями. Крис замер на мгновение, а затем его лицо осветила тёплая, почти благоговейная улыбка. — А я тебя, — ответил он. — Больше жизни. Он поцеловал его снова, и в этом поцелуе было всё — их путь от ненависти до любви, от боли до прощения, от одиночества до того, что они теперь были друг у друга. Рубашка Новки соскользнула с плеч, обнажая его бледную кожу. Мастика мягко толкнул его на кровать, нависая сверху, и продолжал целовать его шею, переходя на ключицы и грудь. Медленно, почти молитвенно, оставляя дорожки из поцелуев и лёгких укусов, от которых у Ильи перехватывало дыхание. Его руки скользили по телу Новки, изучая его, запоминая каждый изгиб, каждую родинку, каждый вздох. Крис снял с себя рубашку — не торопясь, но решительно, чтобы оказаться с Ильёй на равных. Кожа к коже. Без барьеров. Затем он спустился ниже, целуя живот Ильи, и начал стягивать с него джинсы — медленно, чувствуя, как под его пальцами подрагивает кожа. Новки послушно приподнял бёдра, помогая, и уже через мгновение остался только в тонких чёрных трусах. Крис замер, глядя на него: бледная кожа, лёгкий румянец, сбитое дыхание — идеально. Он потянул за резинку, и трусы скользнули вниз, обнажая напряжённый член Ильи. Тот дёрнулся и прикусил губу, чувствуя себя абсолютно уязвимым, но при этом — в полной безопасности. — Боже... ты прекрасен, — прошептал Крис, наклоняясь к его бедру и целуя кожу рядом с пахом. Илья выгнулся, тихо застонав от такого прикосновения, и вцепился пальцами в простыню. Мастика быстро избавился от собственных брюк и трусов, и Илья мельком глянул вниз, сравнивая. «Больше, чем у меня...» — пронеслось у него в голове, и он почувствовал, как смесь смущения и возбуждения заливает его жаром. Но Крис не дал ему уйти в эти мысли. Он мягко перевернул Илью на живот, навис сверху, прижимаясь к нему всем телом, и поцеловал его в плечо. Тот вздрогнул от тяжести, но не отстранился. — Тише, — прошептал Крис, открывая тумбочку и доставая оттуда тюбик смазки и пачку презервативов. — Откуда?? — удивлённо выдохнул Илья, чувствуя, как щёки заливаются краской. — Да так, на всякий случай лежат, — на лице Криса появилась та самая пошлая ухмылка, которую Илья так любил, но теперь она действовала на него совершенно иначе. Крис выдавил немного смазки на пальцы, согрел их о кожу, а потом осторожно коснулся входа между ягодиц Ильи. Сначала просто поцеловал его в шею, чтобы расслабить, а потом аккуратно ввёл один палец. Илья вздохнул — коротко, с хрипотцой. Это было странно и ново, но не больно. Только чуть дико. И очень жарко. — Дыши, — прошептал Крис, целуя его в лопатку и медленно двигая пальцем внутри, привыкая к ощущениям Ильи. — Я осторожно. — М-м-м... — промычал Новки в подушку, чувствуя, как тело начинает отвечать на это движение — расслабляться, раскрываться. В комнате пахло потом, смазкой и их — смесью двух тел, двух запахов. Мастика добавил второй палец и стал двигаться чуть быстрее, постепенно подготавливая Илью. Тот уже не сдерживал стонов — тихих, разбитых, но совершенно честных.   Крис медленно вытащил пальцы из Ильи — и тот ощутил пустоту. Небольшую, но заметную, которая тут же напомнила ему, как приятно было чувствовать внутри что-то горячее и живое. Новки чуть сжал ягодицы, словно пытаясь удержать это ощущение, но сразу же расслабился, услышав, как Мастика открывает упаковку презерватива. — Тише, — прошептал Крис, быстро и ловко надевая его на себя. Его руки дрожали — от волнения и желания, которые уже невозможно было скрывать. — Я тебя не обижу. — Я знаю, — выдохнул Сецко в подушку, чувствуя, как к его бедру прикасается что-то твёрдое и горячее. Мастика пристроился у входа и начал медленно входить. Медленно, чтобы Илья привык, чтобы его тело раскрылось до конца. Тот втянул воздух сквозь зубы, сжимая простыни, но не закричал и не попросил остановиться. Только зажмурился, чувствуя, как Крис наполняет его изнутри. — Дыши, — прошептал Мастика, нависая над ним, целуя его затылок и плечи. — Хорошо? — М-м-м... — только и смог выдохнуть Новки, чувствуя, как Крис полностью входит в него — до конца, до упора. Из его горла вырвался долгий, протяжный стон: — Аах... К.. Крис... Мастика почувствовал, как внутри него всё сжалось от этого звука. Он замер на мгновение, давая Новки привыкнуть к ощущению полноты, а потом начал двигаться — сначала медленно, почти невесомо, пробуя. — Илюшка... — выдохнул он, уткнувшись носом в его шею. — Ты мой. Всегда. Илья хотел ответить, но слова застревали в горле, перерастая в стоны. Крис наращивал темп, постепенно входя в ритм, и каждый толчок отдавался в теле Новки волной удовольствия. А когда Мастика нашёл ту самую точку — то место, от которого у Сецко перехватывало дыхание, — он вдалбливался в неё что есть сил, не давая передышки. По комнате разлились громкие стоны Ильи. Он уже не пытался их сдерживать — только вцеплялся в подушку, сжимал её, кусал губы, но звуки всё равно вырывались наружу. — Крис.. — выдохнул он, пытаясь прикрыть рот ладонью, но Мастика мгновенно перехватил его запястья и свел их за спиной, прижимая к пояснице, лишая последней возможности спрятать свои голоса. — Не надо прятаться, — прошептал он, продолжая двигаться, — я хочу тебя слышать. Илья почувствовал, как от этой фразы по телу пробегает дрожь. Он больше не сдерживался — стоны были громкими, как позволяло горло, парень выгибался, вжимаясь в Криса, чувствуя, как тот берёт его всего, без остатка. Они двигались в едином ритме, и весь мир перестал существовать — остались только они. Только их дыхание, их стоны, их любовь, которая превратилась в действие. Когда всё закончилось, Мастика упал на Илью, обнимая его со спины, пытаясь отдышаться. Тот лежал под ним и чувствовал, как внутри всё ещё пульсирует от пережитого. — Это было... — начал Крис, но Новки перебил его, улыбаясь в подушку: — Идеально. Теперь точно. Мастика засмеялся — счастливо, устало, и поцеловал его в плечо. Они лежали молча, прижавшись друг к другу, и это было лучшее молчание в их жизни. — Люблю тебя, — прошептал Крис. — И я тебя, — ответил Илья и закрыл глаза.