Корпоративная этика

      Санта привёл всех кандидатов в большое помещение с большими столами, приятным освещением. На столах было всё необходимое для создания чертежей.       – Можете занять любое удобное место. Ваш рабочий график может быть свободен на эту неделю. А также вы можете посещать любую часть фирмы, – после объяснений правил секретарь удалился.       Все начали потихоньку занимать понравившиеся места и Пувин последовал примеру конкурентов. Он сел за стол около окна и начал размышлять как мог бы выглядеть дом. «Дом-убежище… Камин… Природа…»– повторял омега про себя слова Перта, впитывая их как губка. Он уже представлял себя эскиз: большие панорамные окна, выходящие в лес, открытая терраса, камин в центре, но главное – кабинет. Маленький, тёплый, с толстыми стенами, чтобы ни один звук не проникал внутрь. Место, где творчество будет течь свободно.       Остальные, кто находился в этом помещении шуршали листами и обсуждали задание. Мешало. Пувин поморщился и решил прихватить с собой блокнот для зарисовок и найти место потише.       Пувин бродил по коридорам одиннадцатого этажа, но как и ожидало в разгар рабочего дня, люди постоянно слонялись туда сюда. В голове витали общие черты будущего дома, но они не могли найти конечного воплощения. Нужно было выплеснуть их на бумагу, а потом уже собрать что-то цельное. Пока Пувин размышлял над этим в него врезались.       –Ай! – Пувин зажмурился и отшатнулся от человека, который в него влетел.       – Прости! Я не хотел! – начал кто-то говорить. Как только омега раскрыл глаза, он увидел перед собой того самого айтишника, который помогал на собеседовании. В руках он нёс большую коробку, а сверху ещё была стопка бумаг, часть из которых, от столкновения, разлетелась по полу.       – Ничего. Сам виноват. Нечего в облаках витать, – улыбнулся архитектор и принялся собирать листы с пола.       – Не надо, я сам! – брюнет уже хотел поставить коробку, но Пувин остановил его жестом и продолжил своё дело. – Спасибо.       – Мне не сложно.       Данк молча смотрел, как незнакомец собирает листы. После того как последний закончил, он забрал оставшиеся бумаги у айтишника:       – Пошли, я помогу тебе.       – Правда, не нужно. Я справлюсь, –Данк начал отнекиваться. Не хотелось кого-то напрягать своими делами. – Тебе же ещё нужно выполнить задание.       – У меня есть целая неделя, – Пувин ждал пока ему покажут куда идти.       –Хорошо, – сдался брюнет и повёл нового знакомого к лифту.       – Я Пувин, а ты?       – Данк Натачай, – омега хлопнул бы себя по лбу, за то что не представился, да только руки были заняты коробкой.       – Очень приятно.       В лифте Данк украдкой рассматривал Пувина и немного завидовал. Архитектор был утонченным, симпатичным и красивым. Таким каким должен быть омега. А сам Натачай был слишком высоким, сильно накаченным, а в отношении того, что он омега, даже перекаченным, с грубым голосом. Единственное, что выдавало в нём представителя слабого пола – запах. Его запах сочного манго совершенно не вписывался в его внешность и от этого становилось ещё печальнее.       Так молча они и добрались до кабинета Данка. Хотя кабинетом это можно было назвать с натяжкой. Почти все столы были заставлены. На одном лежали картриджи для принтеров, на другом разные части компьютеров, на третьем вообще были какие провода, и только два стола были свободны.       – Чем ты занимаешь в фирме? – Пувин положил стопку бумаг на один из свободных столов.       – Сложно сказать, – Данк поставил коробки на пол. – Всем понемногу. Изначально должен был следить за внутренним программным обеспеченьем, но потом я один раз починил ноутбук для господина Наравита, и теперь я занимаюсь и починкой тоже.       – Любишь технику?       – Да, просто обожаю в ней копаться! С детства любил. Так что я даже в какой-то мере рад, что занимаюсь не только программным обеспечением.       Омеги улыбнулись друг другу. А Пувин осмотрелся ещё раз. В кабинете гудел компьютер и больше никаких других шумов.       – Можно остаться у тебя здесь?       – Что? – Данк взглянул на знакомого и упер руки в бока.       – У тебя тут тихо, а мне нужно подумать над эскизом. Обещаю, что не буду мешать! – архитектор встал по стойке смирно и, словно, скаут отдал честь.       – Если тебя всё устраивает, то конечно, – айтишник почувствовал себя неловко. Большую часть времени он проводит один, и никто не вызывался раньше составить ему компанию.       – Договорились.       Он сел за свободный стол в углу, достал блокнот и карандаш. «Сначала эскиз, – сказал он себе. –Потом детали». И начал рисовать.       Карандаш летал по бумаге, вырисовывая контуры дома, когда Пувин задумал о том, что ему сказал брат утром: «Твой талант важнее их запахов». Но сейчас в его памяти всплыл другой запах – кедр, который исходил от Понда в лифте. И почему-то при воспоминании о нём омега почувствовал странное тепло в груди. Он тряхнул головой, отгоняя мысли, и сосредоточился на эскизе.       Неделя. У него есть неделя, чтобы показать всем – брату, Перту, самому себе и, возможно, одному холодному альфе в строгом костюме– что он достоин этого места в компании.       ***       Пувин сидел в IT-отделе уже третий час, пытаясь придать эскизу ту саму «душу», о которой говорил Перт. Он перерисовывал линию за линией, но чувствовал, что чего-то не хватает. Карандаш застыл в воздухе, когда перед ним возникла рука.       – Ты так и будешь сидеть до вечера, не поднимая головы? – Данк улыбался, стоя над ним. – Пошли обедать.       Архитектор оторвался от наброска и моргнул. Он даже не заметил, как пролетело время.       – Уже обед? – удивился он, потирая уставшие глаза.       – Уже. И я знаю одно место, где кормят лучше, чем в кафетерии на первом этаже Столовая на третьем – там меньше народу и вкуснее, – Натачай уже стоял в дверях, подзывая его рукой. – Давай, я угощаю.       Пувин не стал спорить. Он отложил все и пошёл за новым другом.        Столовая на третьем этаже оказалась просторной и светлой, с большими окнами, выходящими на город. Здесь действительно было тише, чем в общем кафетерии. Несколько групп сотрудников сидели за столиками, но свободных мест хватало.       – Здесь я всегда обедаю, – сказал Данк, беря поднос. – Тут спокойно, никто не мешает.       Они взял еду– Пувин выбрал рис с овощами и курицей, Данк – том-ям с креветками – и начали искать место. В углу, у окна, сидел Санта с планшетом в руках. Перед ним стояла чашка чая и нетронутый салат. Он читал что-то на устройстве и, казалось, никого не замечал.       – Санта! – позвал айтишник, подходя к его столику. – Можно к тебе подсесть?       Санта поднял глаза и, увидев Натачая, улыбнулся. Сдержано, но тепло. Данк был один из немногих свободных омег, которые не пытались охмурить его босса. Понду важно было, чтобы сотрудники не отвлекали его на такие глупости и весь удар на себя принимал Санта яростно, отгоняя неугомонных пассий от начальника. За это же и его недолюбливают внутри фирмы.       – Конечно. Только я тут с документами.       – Мы не помешаем, – заверил омега, садясь. – Пувин, садись. Санта, это Пувин       – Мы уже виделись, – сказал Понсапак, показывая этим, что помнит архитектора.       Санта убрал планшет и сделал глоток чая.        – Как проект?       – Я уже начал делать наброски, но пока не могу увидеть целую картину дома. Перт хочет что-то особое, а у меня получается просто дом, – Пувин замялся.       Санта понимающе кивнул:       – Это сложно. Мой совет: попробуй вспомнить, что ты чувствуешь, когда теюе нужно уединиться. Где бы ты хотел оказаться?       Пувин задумался. Слова секретаря отозвались в нём чем-то важным. Он уже хотел ответить, как за соседним столиком раздался шёпот.       – Смотри-ка, опять Санта пытается показаться миленьким перед новеньким, – сказал кто-то из-за спины.       – Ага, – подхватил другой голос. – Сначала притворяется невинным, а потом показывают свою змеиную натуру.       Объект обсуждения, казалось, не слышал шёпота или делал вид. Он спокойно пил чай, но Пувин заметил, как его пальцы чуть сжали кружку, а в глазах мелькнула тень. Запах омеги тоже начал источать нарастающее раздражение. Аромат лаванды окутал помощника главы фирмы и бил в нос.       Пувин обернулся в сторону сплетников и увидел двух омег-девушек. Архитектор терпеть не мог такое. А потом все удивляются откуда пошёл стереотип о том, что всех омег хлебом не корми дай посплетничать.       – Почему вы молчите? – возмутился Пувин.       – А что я должен сказать? – Санта приподнял бровь.       – Что это не правда!       – Откуда ты знаешь, что это не правда? – ухмыльнулся секретарь.       Пувин на минуту потерялся. Ведь и правда. Они толком не знакомы, а он уже делает какие-то выводы об этом омеге. А потом ступор прошёл, и он сказал:       – Знаю и всё тут! Считайте у меня шестое чувство!       Санта лишь засмеялся на это заявление.       – Эх, всем бы это шестое чувство, – помощник вытирал слёзы, которые выступили от смеха. – Пожалуй, если тебя возьмут сюда, то ты станешь моим вторым другом.       – А первый кто? – Данк отправил ложку с супом в рот и смотрел на секретаря.       – Я думал, что ты в курсе, что ты мой друг! – Санта удивлённо ахнул.       – Я?! – айтишник слегка засмущался, но затем улыбнулся.       Теперь пришла очередь Пувина смеяться, а за ним раздался смех Данка и Санты.              После обеда Пувин вернулся в кабинет к Натачаю, чтобы продолжить разрабатывать концепцию дома. В голове вертелись мысли, сразу же архитектор выплескивал их на бумагу, однако, всё ещё не то. Чего-то всегда не хватало. Вскоре уже настал конец рабочего дня. Данк уже собрал сумку и собирался сказать новому другу, что пора идти домой. Однако, дверь в помещение резко распахнулась:       – Данк! – раздался знакомый, до жути бодрый голос. – Привет, красавчик! Я к тебе с ноутбуком, он опять тормозит.       Данк вздрогнул и чуть не выронил сумку на пол. Джун Арчен стоял на пороге, сияя улыбкой, и в руках его действительно был ноутбук. Но выглядел он подозрительно новым и дорогим. Альфа был одет в ту же чёрную рубашку, что и с утра, но теперь она была расстёгнута на одну пуговицу больше, обнажая смуглую грудь. От него пахло ромом, и этот запах мгновенно заполнил весь отдел, смешиваясь с ароматом манго.       – У тебя гости? – Джун уронил взгляд на Пувина, который сразу же отвлёкся от своих дел после хлопка двери.       – Да, – архитектор поднялся со своего места. – Данк любезно пустил меня к себе, но мне пора!       Натачай даже не успел попрощаться с омегой, как тот пулей вылетел. Он вернул своё внимание к альфе.       – У вас опять проблемы? – Данк сглотнул и постарался, чтобы голос звучал ровно.       – Ну разумеется, – Джун подошёл к столу и поставил ноутбук прямо перед омегой. – Включаешь, а он подвисает. А у меня завтра встреча с инвесторами. Нужно, чтобы всё работало как часы.       Арчен часто заглядывал в IT-отдел, когда у него возникали проблемы с техникой. Хотя Данк уже начал подозревать, что он делал что-то с ней специально. Альфа часто скачивал пиратские программы, конвертировал файлы в странные форматы и вообще относился к ноутбуку как к одноразовому предмету. Но этот ноутбук выглядел новым, и Данк уже догадывался, что проблема, скорее всего, надуманная.       – Садись, – вздохнул омега, указывая на стул рядом. – Я посмотрю.       Джун радостно присел, чуть приблизившись к Натачаю. Слишком близко. Теперь его ромовый запах был отчётливо различим, и Данк почувствовал как его собственный аромат начал смешиваться с его, создавая странный, но приятный коктейль. Омега быстро пошарил в карманах и нашёл жвачку, закинул пару подушечек в рот, опустил глаза и сосредоточился на ноутбуке.       – Так, – пробормотал айтишник, включая девайс. – В чём проблема?       – Ну, – Джун лениво откинулся на спинку стула и закинул ногу на ногу, – он долго загружается. И когда открываю браузер, всё зависает на пару секунд       Данк запустил диагностику и стал смотреть на показатели. Процессор работал на 10%- ниже среднего. Оперативная память была почт свободна. Система- чистая, ни вирусов, ни лишнего софта. Он проверил время запуска. Ноутбук загружался за 12 секунд, что было отличным показателем.       – Господин, – Натачай посмотрел на альфу и приподнял бровь, – у вашего ноутбука всё идеально. Он летает.       – Да ну? – притворно удивился Джун. – А мне кажется, что он тормозит. Может, я просто чувствую, что чего-то не хватает? – Он подвинулся ещё ближе и заглянул в монитор, почти касаясь плечом плеча омеги. – Может, у меня в системе какой-то сбой? Ты же у нас специалист, скажи, что делать?       Данк почувствовал, как горячее дыхание альфы коснулось его шеи, по коже пробежали мурашки. Он стиснул челюсть, чтобы не выдать волнение.       – Я могу проверить настройки сети, – сказал он, стараясь говорить спокойно. – Но, честно говорят, не вижу причин для беспокойства.       – Так проверь, – улыбнулся Арчен, не отодвигаясь. – Я же за этим пришёл. А то сам, знаешь, боюсь что-то не то нажать и всё сломать.       Данк вздохнул и начал открывать настройки сети. Пальцы его дрожали от близости альфы, от запаха рома, от настойчивого взгляда, который буквально жёг его щёку. Он слушал, как Джун тихо дышит рядом, и это мешало сосредоточиться. Он несколько раз перепроверил настройки, но всё было идеально.       – Всё в порядке, – наконец выдохнул Натачай, закрывая окошки на ноутбуке. – У вас никаких проблем. Ни с сетью, ни с системой.       – А если я не верю? – Джун наклонился, чтобы заглянуть Данку в глаза. – Может, ты просо хочешь, чтобы я ушёл?       Омега поднял взгляд и встретился с ним. В глазах альфы плясали смешинки, но было в них и что-то другое. Он как будто действительно искал повод зайти к нему.       – Нет, что вы, – тихо сказал Данк.       Джун замер. Его улыбка стала мягче, почти нежной.       – Я рад, – сказал он, не шутя. – Ноутбук в порядке. – Он поднялся, но, проходя мимо, легко провёл пальцами по плечу Данка, и тот вздрогнул от этого прикосновения. – До завтра, симпотяжка, – бросил Джун и вышел.       Натачай остался сидеть, чувствуя, как его сердце колотиться в груди. Он опустил глаза и снова увидел ноутбук, который Джун забыл на столе. Альфа ушёл без техники. Данк улыбнулся. Поняв, что это был ещё один предлог заглянуть.       ***       Пувин закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной, чувствуя, как напряжение первого дня медленно отпускает его. Он снял пиджак, повесил его на спинку стула и прошёл в маленькую гостиную. Квартира встретила его тишиной и запахом свежего белья, которое Эст, как всегда, постирал и оставил на диване.       Он усмехнулся. Брат всегда заботился о нём, даже когда у самого была куча проблем.       Пувин прошёл в ванную, включил душ и позволил горячей воде смыть усталостью Он стоял под струями, закрыв глаза, и прокручивал в голове события дня. Понд в лифте – его серьёзный взгляд и кедровый запах. Джун – нагловатый, но обаятельный. Перт – мечтательный и загадочный. Данк – добрый и заботливый. А Санта… Санта, которого все считают злом воплоти.       Он вышел из душа, обернул полотенце вокруг бёдер и прошёл в комнату. На телефоне уже мигало уведомление о пропущенном видеозвонке от Эста. Пувин перезвонил и устроился на диване.       – Пувин! – голос брата звучал взволнованно, когда на экране появилось его лицо. – Ну, как прошло? Ты уже всё разузнал? У тебя всё в порядке? Ты выглядишь уставшим.       – Эст, постой, – засмеялся Пувин, отодвигая телефон подальше. – Я только что из душа. Дай мне хотя бы минуту!       – Ты только посмотри на себя, – не унимался Эст. – Синяки под глазами! Что, альфы замучили? Я говорил, что там будет полно наглых альф, которые будут пытаться показать, кто в доме хозяин!       – Никто меня не мучил, – успокоил его Пувин. – Всё прошло хорошо. Нам дали финальное задание. На его выполнение есть неделя. Я нашёл тихое место в IT-отделе, уже начал работать над проектом. Завтра продолжу.       –IT-отдел? – Супха приподнял бровь. – Это же где сидят эти… ну, компьютерные гении? И что, тебя не сожрали?       – Нет, Эст, – терпеливо ответил омега. – Меня не сожрали. У меня уже есть друг- Данк, он айтишник. И мы с ним сегодня обедали. А ещё я познакомился с Сантой, помощником генерального директора. Мы, вроде, поладили.       Эст нахмурился:       – Помощник? Омега?       – Да, омега. Как прошёл твой день?       Эст замолчал на секунду, и на его лице появилось странное выражение– смесь смущения и гнева.       – Ну….– начал он, – день был … интересный.       – Интересный? – Пувин насторожился. – Что случилось?       Эст вздохнул и откинулся на спинку кресла в своей квартире. На заднем плане слышался детский смех– Сомбун играл в соседней комнате.       – Дело в том, что я встретил одного альфу. Вечером.       – И?       – И его машина чуть не сбила меня.       – ЧТО?! – Пувин подскочил на диване, чуть не выронив телефон. – Эст ты в порядке?       – Тише, тише, – засмеялся брат. – Я в полном порядке. Он затормозил. Не сбил.       – Но ты сказал «чуть не сбила», – Пувин всё ещё был на взводе.       – Да, – усмехнулся Эст. – Он проехал на жёлтый, а я переходил дорогу. Я возмутился, а он начал на меня кричать, мол, как я смею переходить на жёлтый. Какой-то напыщенный индюк!       – И что ты сделал? – осторожно спросил Пувин, чувствуя, что история не закончена.       Эст усмехнулся, и в его глазах загорелся озорной огонёк:       – Я поцарапал его капот. Ключами от своей квартиры.       Пувин застыл с открытым ртом. Он смотрел на брата, который выглядел так, будто рассказывал о чём-то совершенно обыденном, и не мог поверить своим ушам.       – Ты..что? – выдавил он.       – Поцарапал капот, – невозмутимо повторил Эст. – Этот альфа был таким высокомерный, Пувин. Я просто не сдержался. Прошёлся ключами по капоту его дорогой машины, а потом развернулся и убежал в парк. Он даже не догнал меня.       – Эст! – закричал Пувин. – Ты с ума сошёл?! Это же… это же вандализм! А если этот альфа найдёт тебя?       – Не найдёт, – уверенно сказал Эст. – Во-первых, было темно. Во-вторых, я быстро бегаю. А в-третьих, вряд ли он меня запомнил.       – Эст, это был самый безрассудный поступок в твоей жизни, – покачал головой архитектор. – Если он тебя найдёт…       – Не найдёт, – твёрдо сказал Супха. – А если найдёт, то, что он мне сделает? Он сам нарушил правила. Пусть это будет ему уроком.       Пувин вздохнул, чувствуя, как внутри смешиваются страх и восхищение. Его брат всегда был дерзким, но это…       – Ты невероятен, – наконец сказал он. – Альфа чуть не сбил тебя, а ты поцарапал его машину и сбежал.       – Знаю, – засмеялся брат. – Ладно, я пойду. Надо уложить спать Сомбуна. Завтра приходи к нам ужин.       – Приду, – улыбнулся Пувин, – ты лучший брат на свете.       – Береги себя, Пувин. И не дай этим альфам задушить тебя.       – Обещаю, – ответил архитектор.       ***       Следующее утро в фирме началось с того, что Пувин разложил на столе все свои материалы: карандаши, ластик, линейку и ноутбук с программами для 3D-моделирования. Данк помог ему установить нужное ПО и показал, где хранятся текстуры и шаблоны.       –Если что-то зависнет, то просто позови, – сказал Натачай, усаживаясь за свой компьютер.       Пувин благодарно кивнул и погрузился в работу. Он перерисовывал эскиз за эскизом, пытаясь уловить ту самую «душу», которую искал Перт.       Ещё через день, когда Пувин уже начал отчаиваться, в отдел вошёл Санта с двумя стаканами кофе. Он поставил одну перед архитектором, другую-перед айтишником.       – Пейте, – сказал он, улыбаясь. – Вы оба выглядите так, будто не спали всю ночь. Данк, опять ты сидел до утра?       – Не я один, – пробормотал Данк, кивая на Пувина. – Он вчера до восьми вечера чертил.       – Я просто не мог остановиться, – признался омега, делая глоток горячего напитка. – Всё кажется не тем.       Санта присел на край стола и заглянул в чертёж.        –Знаешь, – сказал он, – Перт говорил, что его дом должен быть как кокон. Может, тебе стоит сделать комнаты более замкнутыми, но с возможностью открываться? Чтобы он мог сам решать, когда ему нужен мир, а когда покой.       – Спасибо, Санта, – сказал архитектор. Он взял карандаш и нарисовал новый вариант с раздвижными стенами и стеклянными панелями.       – Всегда пожалуйста, – ответил секретарь и вышел, оставляя их с Данком наедине.       На третий день в IT-отдел внезапно ворвался Вильям Джакрапатр. Он выглядел раздражённым и уствшим.       – Данк, – сказал он, даже не поздоровавшись, – у меня слетела система электронной почты. Я не могу отправить важное письмо корейским партнёрам. Ты можешь посмотреть?       Натачай поднялся и подошёл к его ноутбуку, который Вильям поставил на свободный стол.       – Сейчас посмотрю, – ответил он, открывая настройки. – Вильям, ты опять скачивал что-то подозрительное?       – Я скачивал программу для перевода, – раздражённо ответил альфа. – Мне нужен переводчик на корейский. А я всё никак не могу найти человека. Все агентства говорят, что специалистов нет, а те, что есть, не разбираются в строительной лексике.       Пувин, сидевший в углу, поднял голову. Он сразу подумал про своего старшего брата:       –Прошу прощения, господин, – сказал он. – Мой брат отлично знает корейский. Он переводил технические документы для нескольких фирм. Я мог дать вам его контакты.        Вильям обернулся и посмотрел на Пувина с удивлением:       – Это кто?       – Это кандидат на место архитектора, – пояснил Данк, – сейчас у них финальный этап.       Альфа кивнул головой и вернулся к предложению:       – Я Вильям Джакрапатр, а вы?       – Пувин Тангсакюен, – омега протянул руку и её пожали в ответ.       – Так что там с твоим братом? – переспросил альфа.       – Он свободно говорит на корейском. И он очень ответственный.       Вильям на мгновение задумался, но затем кивнул:       – Хорошо, дай мне его номер. Если он действительно знает язык, я возьму его на испытательный срок.       Пувин продиктовал номер, и Вильям записал его в телефон. Альфа вышел, бросив на прощание благодарность за починку почты. ***       Пувин сидел над своим чертежом, но мысли его были далеко. Он уже несколько дней наблюдал за тем, как Джун заходит в IT-отдел, то с шуткой, то с приглашением на обед, то с «проблемами» в ноутбуке. И каждый раз Данк краснел, отводил глаза и отказывался, находя тысячу причин сказать «нет».       Сегодня Джун заходил трижды. Сначала принёс кофе и сказал, что это «просто так». Потов вернулся за забытым телефоном, который он якобы оставил на столе Данка (хотя Пувин видел, что Джун держал его в руке). А в третий раз он просто просунул голову в дверь, подмигнул омеге и исчез.        Архитектор отложил карандаш и повернулся к айтишнику, который сидел, уткнувшись в монитор, и делал вид, что очень занят.       – Данк, – позвал Пувин. – Можно тебя спросить?       – Ммм? – не поворачиваясь, ответил тот.       – Почему ты всё время отказываешь Джуну? Он явно старается. Приносит тебе кофе, приглашает на обед.       Данк замер. Его пальцы зависли над клавиатурой, а манговый запах стал чуть резче – верный знак волнения.       – Не знаю, о чём ты, – пробормотал он, но голос его дрогнул.       – Данк, – мягко сказал Пувин, – Мы же друзья. Ты можешь мне рассказать.       Наступила тишина. Натачай медленно повернулся на стуле и посмотрел на архитектора. В его глазах смешались смущение, страх и что-то ещё.       – Ладно, – выдохнул он. Данк вздохнул и откинулся на спинку кресла, глядя в потолок:       –Ты видел меня, Пувин. Я не такой, как другие омеги. Я большой, мускулистый, с резким запахом. Я никогда не был «милым» или «нежным». Все эти…– он сделал паузу, подбирая слова, – эти маленькие, хрупкие омеги, которых все хотят защищать. Это не про меня.       – Это не делает тебя хуже, – сказал Пувин. – Ты просто другой.       – Другой, – горько усмехнулся Натачай. – Да. Поэтому я знаю, что Джун смотрит на таких как я, только как на забаву. Подумай сам: он альфа, богатый, красивый, уверенный. Ему не нужен кто-то вроде меня. Ему нужны те милые омежки, которые буду смотреть на него снизу вверх, искать защиты, трепетать от одного его взгляда. А я…– он посмотрел на свои руки, – я могу прибить полку без его помощи. Я не вписываюсь.       – Но он приходит именно к тебе, – возразил Пувин. – Не к кому-то другому.       – Или ему просто скучно, – пожал плечами Данк. – Подумай: он лучший друг босса, ему легко даются деньги и власть. Что ему остаётся делать, чтобы развлечься? Флиртовать с айтишником-переростком, который слишком туп, чтобы понять, что это просто игра.       – Ты не тупой, – твёрдо сказал архитектор, – ты один из самых умных людей, которых я знаю.       – Умный в компьютерах, не значит умный в жизни, – усмехнулся айтишник. – Я видел, как он смотрел на маленьких омег. Как он улыбается им. Со мной он просто играет. А я, дурак, ведусь. Каждый раз, когда он заходит, у меня сердце уходит в пятки. И я ненавижу себя за это.       Пувин молчал, переваривая услышанное. Он не знал Джуна достаточно хорошо, чтобы судить, искренен ли тот в своих ухаживаниях. Но он видел, как Джун смотрит на Данка – и это взгляд казался ему настоящим.       – Данк, – сказал он. – Я не знаю, что у Джуна на уме. Но я вижу, как он смотрит на тебя. Это не взгляд человека, которому скучно.       – Или просто новый вызов, – грустно улыбнулся Натачай. – Я видел таких альф. Они сначала заинтригованы, потому что я не веду себя как типичный омега. А потом, когда привыкают, уходят к тем, кто более…удобный.       – Джун выглядит как человек, который не привык получать отказы, – сказал Пувин. – Но он продолжает приходить. Ты ему отказываешь, а он настаивает. Ты говоришь «нет», он приносит кофе. Если бы ему нужна была просто забава, он давно бы нашёл ту, которая скажет «да» без сопротивления.       Данк задумался. В его глазах мелькнула тем сомнения, но он быстро её подавил.       – Ты слишком добрый, Пувин, – сказал он. – Ты видишь в людях хорошее, даже когда его нет. Так было с Сантой.       – И оказался прав, – напомнил архитектор. – Санта – хороший человек.       – Может, и с Джуно я ошибаюсь, – вздохнул Натачай. – Но я не могу рисковать. Если я поверю ему, а он окажется тем, кто просто играет… я разобьюсь. Я уже разбивался, Пувин. В университете я влюбился в альфу, который обещал звёзды с неба. А потом он ушёл к омеге с идеальной внешностью и тихим голосом. Сказал, что я «слишком тяжёлый» для него. В прямом и переносном смысле.       Пувин почувствовал, как в груди закипает гнев. Он не знал того альфу, он ненавидел его за то, что он сделал с Данком.       – Это был придурок, – сказал омега. – Ты не «тяжёлый», Данк. Ты сильный, умный, добрый. Ты заслуживаешь любви не меньше любого другого омеги. И если Джун не видит этого, значит, он не достоин тебя.       Натачай посмотрел на друга с удивлением, а затем его лицо озарила тёплая, искренняя улыбка.       – Спасибо.       К пятнице Пувин почти закончил проект. Он добавил систему автоматического затемнения, камин в кабинете и стеклянный переход между домом и отдельным крылом. Осталось только отшлифовать детали.       Вечером он задержался в офисе допоздна. Данк ушел, Санта уехал домой раньше обычного, и Пувин остался один в тишине IT-отдела. Он сидел за столом, глядя на готовый чертёж, и чувствовал удовлетворение. Дом получился именно таким, как его представлял Перт– уютным, светлым и вдохновляющим.       Он откинулся на спинку стула и закрыл глаза. В воздухе витал его собственный запах жасмина, смешанный с лёгким ароматом манго от стола Данка. Но вдруг он почувствовал что-то ещё. Что-то знакомое, но неожиданное. Кедр.       Запах Понда Наравита.       Пувин резко открыл глаза и огляделся. В отделе никого не было. Сервера тихо гудели, мониторы тускло светились в полумраке. Но запах был здесь. Он витал в воздухе, окутывая омегу своим теплом.       Архитектор встал и медленно обошёл комнату. Запах усилился у двери, которая веда в коридор. Он выглянул в коридор – там было пусто. Только тихие шаги удалялись в сторону лифта.       – Господин Наравит? – тихо позвал Пувин, но ответа не было.       Шаги затихли, и дверь лифта закрылась с мягким шипением. Омега остался стоять в коридоре, чувствуя, как кедровый аромат постепенно исчезает, смешиваясь с вечерним воздухом.       Он вернулся в отдел, сел за стол и посмотрел на свой чертёж. Сердце его билось быстрее обычного. Почему Понд был здесь? Зачем приходил в IT-отдел? И почему он не показался?       Пувин не знал ответов, но чувствовал, что этот запах был не случайным. Он был как послание, как обещания чего-то большего.       – Завтра презентация, – прошептал он себе. – Завтра я узнаю, буду ли я тут работать или нет.       Он собрал свои вещи, выключил свет и вышел из офиса. Запах кедра всё еще витал в его мыслях, смешиваясь с волнением перед завтрашним днём. И он знал, что завтра будет не просто презентация. Это будет встреча. Возможно, самая важная в его жизни.