Feel pain

Глава 3

Поместье Семи Треф

Заподное крыло

Часовая башня.

Сидела она долго. Прошло больше часа к тому моменту, как дверь её скромной, но исполинской по размерам обители заскрипела снова. Она же всё так же сидела, обозлённая то ли на судьбу, то ли на саму себя (сказать было трудно даже ей самой). Аврора продолжала сидеть даже тогда, когда эхом приближалось цоканье туфель мятно-пастельного цвета. Наконец мейда повернула голову, когда уже нельзя было игнорировать зашедшую гостью. Это была та самая девушка, что сидела у господина в кабинете. Наконец она увидела её лицо. Аврора слегка покачиваясь встала с кресла и сказала: — Прошу прощения, госпожа. Я ведь теперь должна вам помогать, дурно с моей стороны так безрассудно поступать. Дайте мне ещё несколько минут, и я буду готова. Говоря эти слова, Аврора ощущала лишь досаду, печаль своего существования. Она считала себя марионеткой, нити которой бросают в разные стороны (хотя это было не так далеко от правды). Девушка в деловом костюме лишь вздохнула и сказала: — Не надо формальностей. Тем более через полчаса твоей ноги здесь не будет, и это притворство уже будет ни к чему. Мы же не успели познакомиться. Я, пожалуй, начну. Она сделала реверанс, которого не ожидаешь увидеть от человека в таком костюме. — Я представитель Двойки Пик — Мария. А теперь не изволишь ли представиться, моя маленькая мейда? Аврора немного заделась её словами про рост. — Да ты чертовка всего на полголовы меня выше. Тебе бы это не говорить, — огрызнулась она. — Да у тебя есть зубки, маленькая мейда, — с лёгкой, полузаметной улыбкой говорила Мария. — Не думала, что ты будешь огрызаться. Да и сама Аврора была удивлена остроте своего языка. Она была такой всегда, но отсутствие собеседников скрыло от всех её интересный характер. — Вы сами просили не фамильярничать, — парировала Аврора. — Знаешь, ты мне по душе. У нас мало времени, поэтому собирайся поскорей. — Ага, щас, — буркнула Аврора и с этими словами встала и начала собирать вещи. Имущества у неё было немного, а того, что она могла взять с собой, — ещё меньше. Так в её большой саквояж легли старые книги, которые она втихаря собиралась украсть (а кто заметит? Боюсь, что здесь лет десять души не будет, — думала она). Также туда же вошли перьевые ручки, немного чернил, блокнот, зажигалка, портсигар, платок, будильник и набор для шитья. Пока она собиралась, её новоиспечённая спутница осматривала её хоромы. Несмотря на запутанность помещений, она хорошо в них ориентировалась и быстро нашла лестницу до самого верха. Узрев инструмент, она с охотой осмотрела его. В таком положении её и нашла Аврора. — Так мы идём, сударыня? — спросила Аврора. — А это ты не собираешься взять? — сказала Мария, указывая на бас-гитару. — Нет, да и не могу. На лице Марии был небольшой конфуз от этой информации. Она явно имела на неё большие планы, которые сейчас рушились. — Ну разве он не твой? Ты же на нём играешь, чтобы запустить часы. — Нет. Я даже рада, что он остаётся здесь. Только от мысли, что со мной делали ради этой штуковины, становится тошно. Ещё раз обдумав слова Марии и почувствовав некую свободу, она подошла к ней, ехидно улыбнулась и сказала: — Моя дорогая фройляйн. Не знала, что вы так одержимы мной, что наблюдаете за моей жизнью, или вы это узнали от господина? Ох... Да вы ещё у всех спрашиваете про меня. Я так польщена, моя фройляйн. С этими словами она ушла вниз. — Буду ждать у главного хода, милая фро. Хм... Даже не думай, что я буду покорной птичкой. Хочешь её — так возьми и попробуй отсоединить эти струны. Хм-хм. Мария аж опешила от такого. Но ещё раз с досадой взглянула на гитару, вздохнула и пошла вслед за ней. Они быстро вышли на улицу, где у главного входа стоял голубовато-серый, старый, мокрый от недавнего дождя кабриолет 70-х. Мария быстро села за руль и, дождавшись, когда горничная уберёт свой саквояж в багажник и сядет на место, втопила газ. Это был, наверное, первый раз, когда Аврора выходила из поместья за последние полгода. Дороги были пусты — ни одной машины. Только редкие, почти неразличимые серые люди, что иногда ходили по тротуарам. — Спасибо, — сказала она спокойным голосом, глядя в окно. — Ты, наверное, меня прости. Ты даёшь мне условную свободу, а я тебе так отплачиваю. Как я понимаю, я лишь балласт. Ты ведь хотела заполучить тот инструмент? На кой чёрт он тебе сдался? — Этого я сказать не могу, маленькая мейда, — ответила Мария. — Да не маленькая я. — Хорошо, карликовая бестия. Аврора слегка надула щёки и отвернула голову от неё. — Дуйся сколько хочешь, — усмехнулась Мария. — А вот и не буду! — всё ещё сердито сказала она, бросая взгляд в глаза Марии. — Ладно-ладно. Ты отвлекаешь меня от темы. Да, обидно, что бас я не смогла заполучить, но и ты входила в мои планы. Теперь ты мой соратник. Или же желаешь вернуться в башню, о принцесса? — Ну, я того же мнения, — произнесла она в ответ на молчание. — Поэтому будешь помогать мне в играх. — Играх? О чём ты? — Это шутка, — с недоумением говорила Мария. — Только не говори, что за полгода ты так и не поняла законов места, в которое попала. Видя непонимание на её лице, она остановила автомобиль и поехала в диаметрально противоположную сторону. — Эй, куда мы? Разве... Да что, чёрт возьми, это значит, дорогая фро? — возмутилась Аврора. — То и значит. Раз ты задаёшь такие тупые вопросы, значит всё плохо. Я не могу доверить жизнь маленькой, да ещё и неосведомлённой служанке. После этих слов Аврора сняла кожаные лоферы, закинула ноги на бардачок, повернулась и начала пинать свою спутницу, приговаривая: — Как ты меня сейчас назвала? От этого кабриолет начал ходить из стороны в сторону — благо машин никогда нет на этих дорогах. Так и продолжилось это секунд десять, пока Мария не затормозила. Аврора припечаталась к бардачку, будучи неготовой к резкой остановке. Она хотела уже всё высказать, как вдруг Мария сказала: — Приехали. На полузаброшенной, пустынной улице стоял одинокий бар "Domina Anima Mea". — Идём же, маленькая мейда. Пора тебя просветить о нашем бедственном положении.