Королевская Защита.

Через пару недель, когда отель пропитался запахом спирта, а Хаск смирился с бледным виски, правила игры снова изменились. Тишину холла нарушило не шипение Отравителей, а мягкий перезвон колокольчиков. Зеленый туман Зависти рассеялся, и по коврам пополз нежный голубой пар с ароматом лаванды и ромашки. Из этого марева вышли новые гости. Жители отеля, зевая, вышли в холл. Перед ними стояли Медики — элитная санитарная служба Бельфегора из Круга Лени. Они были одеты в уютные синие халаты, напоминающие одеяла, носили чепчики и марлевые маски. Вместо оружия у них были подушки, пледы, стетоскопы и кружки с чаем. Отравители Зависти молча собрали свои капельницы. Пухлый демон-предводитель Медиков, который умудрялся сладко зевать на ходу, медленно протянул Чарли свиток из мягкой бархатной ткани. Внизу пергамента лениво мерцала неизменная золотисто-алая печать Люцифера. — Принцесса Шарлотта... — сонно пробормотал командир Медиков, едва сдерживая зевок. — Официальный указ Королевы. С этой секунды весь Отель Хазбин переходит под опеку Круга Лени. Зеленые химики исчезли в тумане, оставив постояльцев отеля наедине с этой вялой армией. — Вектор угрозы изменил направление, — лениво сказал медик, глядя в медицинскую карту. — Королева Люцифер решила, что её преемница и её окружение находятся в состоянии эмоционального выгорания, нервного истощения и длительного стресса из-за блокады. Диагноз: хроническая усталость. Наш протокол безопасности: полный покой. — Какой ещё покой?! У нас же программа искупления грешников! — возмутилась Вегги, но тут же зевнула. — Никаких грешников, — ответил медик, махнув рукой своим подчиненным. — Первое терапевтическое действие по королевскому приказу: немедленный тихий час для всех в отеле. Прежде чем кто-то успел понять, что происходит, медики Лени начали масштабную «сонную атаку». Чарли попыталась возразить, но её личный медик бережно укутал её в огромный пушистый плед поверх делового костюма, усадил на мягкий диван и положил ей под голову подушку. Вегги, которая хотела поднять оружие, санитар мягко обнял со спины, обездвижил и аккуратно уложил на ковёр, укрыв двумя одеялами. Энджел, одурманенный лавандовым паром, с удовольствием растянулся на кушетке, пока его медик заботливо подоткнул ему пододеяльник под все четыре руки. Хаска, застывший у барной стойки с бутылкой в руках, его личный доктор аккуратно забрал у него бутылку, дал плюшевого мишку и уложил его спать на любимую розовую подушечку. Аластор яростно сопротивлялся, но его усилия были тщетны. Он попытался призвать свои иссиня-черные тени, чтобы расправиться с синими докторами, но из его микрофона вырвалось лишь сонное шипение старого радиоприемника. Успокаивающий газ Бельфегора заблокировал его агрессию. Его личный Медик, не боясь Оверлорда, подошел к Аластору, изящно отобрал у него микрофонную трость и отставил её в угол. Затем он легко толкнул Радио-демона, помогая ему опуститься в глубокое кресло. На Аластора накинули тяжелое пуховое одеяло до подбородка, а на глаза натянули забавную шелковую повязку для сна с вышитыми закрытыми глазками. Через десять минут в холле Отеля Хазбин наступила абсолютная тишина. Все жители, укутанные в пледы и подушки, погрузились в глубокий сон. Медики Лени тихо ходили между ними, проверяя пульс и следя, чтобы никто не проснулся раньше времени. На следующее утро в Отеле Хазбин начался новый день. Вместо привычного джаза Аластора тишину холла нарушил мелодичный звон хрустальных колокольчиков и размеренный голос командира Медиков. — Подъём, дорогие пациенты… Время восстанавливать нервные клетки. Жители отеля, сонные и растрепанные, в нежно-голубых халатах, собирались в холле. За каждым из них следовал Медик, словно пушистая синяя тучка. В центре холла стоял стол, уставленный глиняными кружками. Над ними поднимался густой сладкий пар. Запах хлорки, который раньше витал в воздухе, сменился ароматом домашнего уюта. — Наш первый утренний ритуал — снятие стресса и нормализация сна, — объявил главный Медик, зевая. — Каждому пациенту нужно выпить кружку тёплого молока с мёдом и ромашкой. Начнём. Чарли взяла свою кружку, зажмурившись от удовольствия. Но на другом конце стола атмосфера накалялась. Хаск с тревогой смотрел на дымящееся молоко с пенкой. Кот уныло опустил хвост и взглянул на свою синюю хозяйку, которая мягко подталкивала кружку к его носу. — Эй, стоп! Вы издеваетесь?! — взмолился Хаск, его усы яростно задрожали. — Я кот, конечно, но я взрослый кот-алкоголик! Какое, к черту, молоко с медом?! Где мой утренний виски?! Пускай эти зеленые химики Зависти снова фильтруют мою выпивку через капельницы, пускай суккубы Асмодея шлепают меня в подсобке, но я не буду пить эту теплую гадость! У меня от мелатонина лапы отнимутся! — Возражения пациента Хаска не принимаются, — сонно, но непреклонно пробормотала медик, аккуратно приподнимая кружку к его губам. — Алкоголь разрушает печень и расшатывает нервы, а Королева просила вернуть вас в состояние душевного покоя. Пейте, или мы перейдем к принудительному внутримышечному введению сиропа. Хаск с недовольным стоном пил сладкое молоко. Энджел, обнимая кружку всеми четырьмя руками, заливисто смеялся над ним. Но самым жутким зрелищем был Аластор. Радиодемон сидел в кресле, укутанный в тяжелый пуховый халат. Его вечная улыбка превратилась в леденящий, искаженный оскал. Из микрофона трости, которую держал медик, доносился пронзительный ультразвук радиопомех. Великий Оверлод Пентаграмм-Сити, властитель грешников и пожиратель душ, мелкими глотками пил теплое молоко из кружки, украшенной пушистыми овечками. Мед Бельфегора нейтрализовал его ярость, оставляя лишь глухое, удушающее бессилие. — Отлично, первый этап завершен, — лениво хлопнул в ладоши командир Медиков, когда все чашки опустели. — Теперь — обязательная утренняя гимнастика для улучшения лимфотока и борьбы с гиподинамией. Всем встать в круг. Лучше бы они этого не делали. Через минуту холл отеля превратился в сцену из самого нелепого реабилитационного центра. Под медленную, заторможенную музыку Медики начали показывать упражнения. Вегги, пылающая от стыда и ярости, была вынуждена под строгим взглядом делать глубокие приседания, пока её копьё сиротливо стояло в углу. Энджел, путаясь в четырёх верхних лапах, попытался грациозно выполнить упражнение «мельница», то и дело задевая Хаска. Хаск уныло переминался с лапы на лапу, лениво наклоняясь в стороны на своей дорогой розовой подушечке, которую его Медик заботливо перекладывала вслед за каждым его движением. Аластора заставили делать плавные круговые движения головой и руками. Великий Радио-демон, имя которого заставляло Оверлордов дрожать, стоял в холле в синем чепчике, надетом для защиты от сквозняков. Он медленно поднимал и опускал руки в такт сонной музыке, словно ленивый лебедь. Из его глаз-циферблатов летели искры неловкости, а тени на стенах отеля уныло повторяли его движения. — Глубже вдох, Аластор, выдох... Избавляемся от негативной энергии, — мягко шептал его медик, поправляя халат. Обязательная гимнастика плавно перешла в следующую фазу санаторного режима Бельфегора, которую жители отеля ждали с тревогой. После ленивых упражнений, усыпивших остатки бодрости, командир Медиков зевнул и посмотрел на часы. — Разминка окончена, — протянул он. — Теперь время для климатотерапии. Всем пациентам предписан часовой отдых на свежем воздухе. Организму нужен кислород, чтобы справиться со стрессом. Для этого Медики выбрали просторный внутренний дворик отеля Хазбин. Там уже стояли белоснежные шезлонги, а над каждым из них был раскрыт уютный голубой зонтик от тусклого багрового солнца Ада. Однако для мужской половины отеля климатотерапия превратилась в испытание. Хаска, пытавшийся укрыться за барной стойкой, мягко, но решительно вывела его во внутренний двор. Кот неохотно плелся, волоча хвост по траве. Его аккуратно уложили на шезлонг, подложив под пушистую попу роскошную розовую подушечку от суккубов Асмодея. — Медики Лени всегда следуют рекомендациям специалистов, — пояснил личный медик Хаска. — Руки вдоль тела, пациент Хаск, — пробормотал медик, укрывая кота тяжелым шерстяным пледом с лавандовым ароматом. — Закрывайте глаза. Никакого виски. Только покой. Хаск глухо зарычал из-под одеяла. Его когти царапали ткань, но ромашковый чай и теплое молоко сделали свое дело: глаза слипались, превращая бывшего Оверлорда в пушистый кокон под розовым зонтиком. Шезлонг Аластора стал настоящим шедевром абсурда. Великого и ужасного Радио-демона, чье имя наводило ужас на грешников, медики уложили рядом. Он сидел в мягком голубом халате, его вечная улыбка превратилась в ледяной оскал. Из глаз летели искры ярости. Трость отобрали, а из микрофона на столике рядом доносился тихий писк радиопомех. Личный медик Аластора аккуратно расправил огромный пуховый плед, укутав его так плотно, что наружу торчала только бледная голова в синем чепчике. Чтобы пациент расслабился, доктор натянул ему на глаза повязку с изображением милых закрытых глаз пушистого олененка. — Сделайте глубокий вдох, пациент Аластор... Спите, — мягко сказал Медик, садясь рядом на маленький стульчик и внимательно следя за его пульсом. Чарли и Вегги, лежа на соседних шезлонгах, с сочувствием смотрели на Радио-демона. Энджел Даст, прикрывшись одеялом, с трудом сдерживал смех, уткнувшись носом в подушку. Под голубым зонтиком, полностью укрытый пуховым пледом и с повязкой с оленями на глазах, Великий Радио-демон излучал ленивый, сонный белый шум. На следующее утро санаторный террор Круга Лени достиг нового, пугающе детального уровня. В восемь часов, когда гости отеля допивали теплое молоко с медом, в центре холла появился командир Медиков. Он сладко зевнул, поправил марлевую маску и развернул длинный медицинский свиток с золотисто-алой печатью королевы. — Внимание, дорогие пациенты… — сонно протянул он, сверяясь со списком. — Наша Королева обеспокоена вашим состоянием. Её Величество решила, что блокада Ада вызывает у вас скрытые проблемы. Каждому из вас предписана индивидуальная лечебно-профилактическая программа. И начнем мы с Оверлорда Аластора. Радио-демон в кресле, одетый в пушистый голубой халат, замер. Его вечная улыбка сменилась леденящим оскалом, а глаза-циферблаты закрутились, издавая яростный скрежет рвущейся магнитофонной ленты. Из трости вырвался опасный ультразвук. — О, дорогой доктор, вы совершаете огромную ошибку! — голос Аластора был бархатистым, но в нем чувствовалась ярость. Рога на его голове начали стремительно расти, отбрасывая длинные тени на стены холла. — Мое здоровье в полном порядке! Я настоятельно советую вам убрать этот свиток, иначе я превращу вашу медицинскую службу в фарш для ужина! Бельфегор, медик Пентаграмм-Сити, даже не дрогнул. Он спокойно перевернул страницу свитка и прочитал назначение: — Пациенту Аластору, учитывая его повышенную нервозность и последствия ангельских ожогов, предписаны следующие процедуры: во-первых, общеукрепляющая витаминная капельница; во-вторых, глубокая очистительная клизма для удаления демонических токсинов; и, наконец, — доктор кашлянул в кулак, — полное андрологическое обследование мужского здоровья на наличие скрытых повреждений и оценку репродуктивной функции. В холле отеля повисла оглушительная тишина. Хаск, который собирался сделать глоток молока, внезапно закашлялся и выронил кружку. Вегги удивленно расширила глаза, а Энджел от неожиданности упал с дивана на ковер. Он зажал рот руками, чтобы сдержать громкий, истерический крик восторга. — Что?! — взревел Аластор. Его микрофон разразился оглушительным визгом помех, а тени рванулись вперед, готовые разорвать врачей. — Вы не имеете права! Никаких клизм! Никаких проверок! Я уничтожу Круг Лени вместе с вашим Бельфегором! Медики действовали с механической, усыпляющей оперативностью. Четверо санитаров в светло-синих халатах молниеносно выбросили руки вперед. Из их рукавов со свистом вылетели светящиеся голубые нити. Они мгновенно опутали Аластора, блокируя его движения. Жгуты Оверлорда со звуком "пшик" испарились в лавандовом тумане. Его рога втянулись обратно. Великий Радио-демон оказался привязан к креслу, превратившись в яростно шипящий голубой кокон. — Пациент Аластор, не сопротивляйтесь. Это вредно для вашего давления, — мягко сказал личный врач, подкатив к креслу штатив с капельницей и большой резиновой грушей. — Ваши возражения бессмысленны. Королева Люцифер лично поручила провести обследование. Она тщательно изучит ваш отчет. Особое внимание уделит последнему пункту. Королева должна быть уверена, что её любимый радио - олень в полной боевой готовности по всем показателям. Пожалуйста, расслабьтесь. — Отпустите меня! Я прокляну всех вас! Чарли, сделай что-нибудь! — яростно шипел Аластор. Его бледное лицо пылало багрянцем от стыда и бессильной ярости. Глаза-циферблаты вращались с бешеной скоростью, а из микрофона раздавался жалобный, прерывистый писк старого приемника. Чарли густо покраснела и быстро отвернулась к окну, закрыв уши руками. Санитары аккуратно подняли кресло с крепко связанным и пылающим от стыда Оверлордом. Энджел торжествующе беззвучно рассмеялся, и они понесли его по коридору к процедурному кабинету. Процедурная комната Отеля Хазбин, временно переоборудованная медиками Круга Лени, напоминала операционную, совмещенную с роскошной спальней. В воздухе витали ароматы лаванды, спирта и жидкого меда. Аластор, плотно обмотанный светящимися нежно-голубыми медицинскими нитями, лежал на высокой белой кушетке. Его вечная улыбка превратилась в дикий, перекошенный оскал, а бледное лицо горело багровым румянцем. Из динамика его микрофонной трости, запертой в прозрачный герметичный шкаф, доносился белый шум, перемеженный испуганными трелями старого радио. Личный медик Оверлорда, пухлый демон в синем халате с марлевой маской, сонно приблизился к кушетке с металлической стойкой. На ней покачивался огромный стеклянный флакон с мерцающей лавандово-розовой жидкостью. — Начинаем витаминную терапию для снятия стресса и тонуса рогов, — зевнув, пробормотал доктор. Он аккуратно протёр спиртом бледную кожу на сгибе локтя Радио-демона. Аластор зажмурился, его глазные линзы внутри век бешено закрутились. Когда игла вошла в вену, по его телу разлилось мягкое расслабляющее тепло Круга Лени. Теневые жгуты, которые Аластор пытался призвать под кушеткой, обмякли, превратившись в безвредные серые кляксы. — Не сопротивляйтесь, пациент Аластор. Раствор Бельфегора блокирует агрессию, — мягко прошептал санитар, настраивая капельницу. — Переходим к санации пищеварительного тракта, — сказал главный медик, выкатывая на тележке большой эмалированный бак с длинным резиновым шлангом и зловещим наконечником. Аластор издал пронзительный, вибрирующий ультразвук, от которого в процедурном кабинете задрожали медицинские пробирки. — Уберите это немедленно! — прошипел он, но нити сонной магии держали его крепко. Санитары ловко и уверенно перевернули спеленатого Оверлорда на левый бок. Они бесцеремонно подняли его голубой халат. Аластор уткнулся лицом в подушку, издавая звуки взрывающихся генераторов и рвущейся магнитофонной ленты от невероятного стыда. Процедура очищения от «демонических шлаков» проходила с холодной медицинской отстраненностью. Радио-демон ощущал, как внутри него бурлит травяной отвар Лени, вымывая остатки его грозного величия. Аластор лежал на спине, опустошённый морально. Впереди его ждал самый важный и секретный этап — личный указ Королевы Люцифер. — Наконец, андрологический осмотр на репродуктивный тонус, — пробормотал доктор, натягивая латексные перчатки. Они со звуком хлопнули на его запястьях. Врач бесстрастно раздвинул полы халата Аластора. Демон замер, его взгляд остекленел, устремлённый в потолок. Из микрофона в шкафу донёсся тихий, жалобный свист радио, которое выключалось. Врач действовал профессионально и методично. Сначала он провёл пальпацию, чтобы выявить скрытые травмы от магии барьера, затем измерил пульсацию сосудов с помощью специального датчика и проверил рефлексы пациента. Каждый свой шаг врач детально описывал ассистенту, который аккуратно записывал информацию в медицинскую карту. — Репродуктивный тонус в норме, скрытых повреждений малого таза нет. Анатомическое развитие на высшем уровне, как у чистокровных Оверлордов с человеческим происхождением. Запиши: пациент готов к выполнению любых демографических задач Королевства. Доктор снял перчатки и бросил их в урну. Затем он нежно похлопал Аластора по плечу, тот был пунцовым от стыда и почти окоченевшим. — Всё, оленёнок, — сказал доктор. — Осмотр закончен. Вы абсолютно здоровы. Королева будет очень довольна этим отчётом, особенно последней страницей. Голубые светящиеся нити с тихим шипением исчезли, вернув Аластору свободу. Великий Радио-демон медленно встал с кушетки, торопливо запахивая халат. Его улыбка вернулась, но теперь она была пугающе бледной. В глазах горел холодный огонь, обещавший Кругу Лени персональный апокалипсис, как только Королева Люцифер снимет свою блокаду. Аластор медленно шагал по длинному коридору обратно в холл. Его шаги были неестественно медленными. Пастельно-синее одеяние слегка шуршало, а микрофонная трость с ручкой настройки молчала. Из набалдашника не лилась музыка — внутри Радио-демона царила оглушительная тишина. В его голове, всегда чёткой и расчётливой, бушевал ураган эмоций: уязвлённая гордость, ярость и незнакомое чувство. «Унизительно. Абсурдно. Невероятно!» — пульсировала в его голове первая, самая яростная мысль. Оверлод Пентаграмм-Сити, перед которым трепетали даже самые древние души, лежал беспомощным коконом под присмотром пухлых лекарей Бельфегора. Его могущество, его знаменитая магия вуду — все это оказалось бессильным перед параноидальными медицинскими предписаниями. Они прочистили его организм, проверили вены, и… этот проклятый третий пункт! Аластор до хруста сжал пальцы на своей трости. Впервые за многие десятилетия его лицо горело живым румянцем стыда. Но сквозь пласты растоптанного самомнения медленно пробивалась другая, куда более тревожная мысль. «Она сделала это намеренно.». Аластор остановился у дверей холла, глядя на свои бледные руки. Этот безумный осмотр, унизительная клизма, издевательская проверка его мужского достоинства… За всем этим медицинским безумием отчётливо виделась её изящная рука. Королева Люцифер знала, что он не сможет усидеть на месте. Она знала, что он попытается прорваться через ангельский барьер, сжечь свои тени и рваться к ней сквозь радиоволны, не думая о безопасности. И этот указ Круга Лени был её хитроумным, чисто женским способом удержать его, запереть в уютной комнате, напоить ромашковым чаем и связать по рукам и ногам, чтобы защитить от глупой смерти. «Она лично будет читать отчёт… Особенно внимательно — последнюю страницу», — всплыли в памяти его сонные слова Медика. Сердце пропустило удар. Аластор медленно поднял голову. Его вечная улыбка вернулась на лицо, но теперь она выглядела пугающе острой, голодной и маниакальной. Гнев утих, сменившись ледяной одержимостью. Если Королева ждёт этот отчёт в своём замке, если она хочет видеть своего радиооленя в боевой готовности, она его увидит. Радиодемон выдержит любое молоко, капельницы и тихий час. Но если этот барьер падёт, он сам придёт в замок, чтобы показать результаты проверок Круга Лени. И тогда Оверлорд Ада отомстит за каждую минуту унижения.