Эсмеральда

Жеан и Феб шли по Университетскому кварталу, обмениваясь пошлыми шутками, смеясь и не замечая тенью следующего за ними Клода. Приятели прошли мимо «Яблока Евы» и вскоре остановились перед развалюхой, больше похожей на сарай. На ржавой вывеске с трудом можно было разобрать название — «Старая наука», и надо признать, что слово «старая» описывало это заведение как нельзя лучше: гнилые доски, покосившаяся крыша, кое-как затянутое промасленным холстом окно… — Всё, мы пришли! — торжественно провозгласил Жеан. Уж на что у Феба не было вкуса, но даже он возмутился: — Куда ты меня привёл? Это даже не кабак, а ночлежка какая-то! — Зато тут дешевле! — заявил бывший школяр. — Сам посуди: за мои деньги мы могли бы позволить себе в «Яблоке Евы» только одну бутылку, а здесь сможем взять целых три! Здорово, да? Такой довод убедил капитана, и они вошли внутрь. Чёрная фигура, сопровождавшая их от самой соборной площади, притаилась за углом. Внутри заведение оказалось ещё более убогим, чем снаружи. Несмотря на побитые окна, из-за которых в помещении гулял жуткий сквозняк, там стоял запах сырости и гнили (Феб только вздохнул, вспомнив, как пахло вином и жареным мясом в «Яблоке Евы»). В крохотном зале помещалось только два грубо сколоченных стола. Жеан и Феб взяли немного вина с парой кусочков хлеба — на большее Жеановых грошей не хватило — и заняли один стол. Больше, кроме них, посетителей не было. — Что у тебя нового, капитан? — поинтересовался Жеан, разливая вино. — Ничего, служба. Но от невесты нет покою. После того, как… ну, в общем, одного случая она стала такая капризная, просто сил нет! — И поэтому ты сегодня идёшь на свидание? — Вовсе нет. Просто не хочу менять свой образ жизни из-за какой-то свадьбы! — Ну ты и хитрец! — фыркнул Жеан. — Будь я девушкой, бежал бы от тебя со всех ног! — Они глупые, — доверительно сообщил Феб, обрадовавшись, что можно кому-то выговориться. — Скажешь любой: «Ах, ангел мой, вы прекраснее всех! Я умру ради одного вашего поцелуя!» — и всё, она сделает для тебя что угодно. Так выпьем же за то, чтобы девушки внезапно не поумнели! Приятели выпили и закусили хлебом. Внезапно дверь с жутким скрипом отворилась, и в кабак вошли ещё два человека. Жеан сразу узнал Робена и Жоффруа. Оказывается, пока он работал в «Яблоке Евы», они ходили сюда. — Привет, Жеан! — с порога крикнул Пуспен и подошёл к их столику, чтобы пожать другу руку. Жоффруа молчал. — Ну, здравствуй, Робен, — ответил Жеан, демонстративно отворачиваясь от его спутника. — А кто это с тобой? Ба, да это же капитан де Шатопер! Феб поприветствовал знакомого кивком головы, и Робен ушёл к другому столу, откуда уже звал его успевший заказать вино Жоффруа. Вскоре у Жеана и Феба закончилось вино, и офицер стал подталкивать собутыльника локтем. — Это же твои приятели? Попроси у них денег. Уж очень выпить хочется! Жеану тоже хотелось. Но он боялся просить у Пуспена, своего единственного друга, и поэтому обратился к Жоффруа: — Не дашь ли мне немного в долг? Тот взглянул на него сквозь стёкла очков так, словно Жеан одной попыткой заговорить нанёс ему страшное оскорбление, но всё же процедил сквозь зубы: — Ты не дал мне денег на учёбу, а я должен дать тебе свои, чтобы ты их пропил? Пьяница! — А ты разве нет? — опешил Жеан. — Я тут бываю редко, когда нужно отвести душу. После экзамена или чего-то такого, — снисходительно пояснил Жоффруа. — А ты без бутылки и дня прожить не можешь! Бывший школяр хотел было возмутиться, что в последние две недели даже глотка не сделал (пусть и не по своей воле), но тут Робен вынул из своего кошеля целую горсть монет и швырнул на стол со словами: — На, возьми, от души даю! Жеан был поражён таким поступком. — Спасибо, я верну… — Да брось, мы же друзья! У Жеана, с непривычки уже захмелевшего, от такого подарка вмиг поднялось настроение. Он сгрёб в объятия слегка ошалевшего Робена, ссыпал в ладонь монеты и направился искать хозяина, напевая по дороге какую-то странную песенку про двух подравшихся в кабаке пьяниц. Жоффруа, глядя ему вслед, брезгливо поморщился. — Пожалуй, нам пора, — заявил он Робену и увёл его чуть ли не силой. Жеан тем временем заказал ещё вина, хлеба и даже колбасы. Впрочем, даже такая закуска уже его не спасала. Он то снова принимался петь, то жаловался на брата, то цитировал кого-то на латыни. Феб смотрел на него с лёгкой жалостью: — Эй, дружище, а не хватит ли тебе? Ты и так уже пьян. — Ну к-какая р-разница? — пробормотал тот заплетающимся языком. — Это ж-же у тебя с-сегодня сви… сви-да-ни-е! А я могу пить сколько з-захочу! — Точно, свидание! Чёрт, так я же уже опаздываю! — Капитан вскочил и принялся поспешно прикреплять к поясу шпагу. Он и не подозревал, что притаившийся за дверью Фролло услышал из их разговора всё, что ему было нужно, и в его голове уже оформился план мести. Услышав нетвёрдые шаги, Клод отошёл подальше от горящего перед входом фонаря и совершенно слился с тенью. Первым вышел Феб, за ним поплелся совершенно пьяный Жеан. С помощью приятеля юнец кое-как спустился с крыльца, чтобы тут же споткнуться о камень и рухнуть прямо на кучу объедков. Капитан нагнулся было к нему, но тут же, услышав, как вдалеке бьёт колокол, выругался и пошёл дальше, бормоча: — Не в луже лежишь, и хватит с тебя! Может, кто-нибудь сжалится и подберёт, а мне пора. Жеан, судя по всему, был с ним вполне согласен и уже сладко храпел. А Клод последовал за Фебом. На одном из поворотов, когда священник потерял осторожность, Шатопер его всё же заметил и инстинктивно схватился за эфес шпаги, но тут же успокоился. «Да кому я нужен, если у меня нет ни единой монетки!» — подумал капитан и пошёл было дальше, но тут сзади донёсся замогильный голос: — Стойте, капитан Феб де Шатопер! Чёрт, а вот это уже не шутки! — Кто вы такой? И откуда знаете моё имя? — Я знаю всё. И даже то, что у вас назначено свидание. С цыганкой. Это верно? — Да! Её, кажется, Смаральда зовут… или Симиляр… Хотя какая разница? — Вы лжёте! — взорвался Фролло. — Да как вы смеете?! Я вызываю вас на дуэль! — Можете доказать то, что говорите? Капитан обнажил шпагу. — Вот моё доказательство! Перестаньте прятаться под плащом, презренный трус, и ответьте, как подобает мужчине! Чёрная фигура дёрнулась было навстречу, но тут же замерла и произнесла почти спокойным, но чуть хриплым голосом: — Не стоит. Идите на свидание. Феб понял, что это его шанс: — В таком случае, сударь, кем бы вы ни были, вам придётся откупиться! Для свидания мне нужно снять комнату у одной старой карги. Она не поверит мне в долг, а у меня при себе нет даже паршивого медяка! Дадите мне су — я пойду на свидание. Нет — мы будем драться! — Держите! На мостовую со звоном упала монета, и капитан, как последний попрошайка, тут же кинулся её поднимать. — Но с одним условием! — продолжил священник. — Вы должны позволить мне поприсутствовать на этом свидании. Я хочу знать точно, та ли это девушка. — Ну, это пустяк! — обрадовался Феб. — Я сниму комнату с кладовкой. Оттуда через щель в двери вам всё будет видно. — На том и договорились. Проводите меня. — Идёмте. Конечно, капитан был рад получить деньги и давно растерял остатки стеснительности, но всё же положение, в которое он попал, не очень-то ему нравилось. Будь он уверен, что за ним наблюдает обычный мужчина, он бы ничуть не опасался и, напротив, воспринял бы это как повод похвастаться своим мастерством любовника. Но вот человек-призрак всё же внушал ему страх. Хотя неизвестно, не испугался ли бы он ещё больше, если бы узнал, что под чёрным плащом скрывается архидьякон собора Богоматери…