Приключения дракона попаданца

Проснулась Азурит под вечер. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо над базой в густые оранжевые тона. Тени удлинились, поползли по скалистой равнине, накрывая клетки. Воздух стал прохладнее, и ветер принёс запах моря и дыма от факелов, которые уже начали зажигать на сторожевых башнях. Она потянулась, насколько позволяла клетка, и обнаружила у прутьев два ведра. В одном — вода, чистая и прохладная. Во втором — рыба. Свежая, даже не заветренная, крупная — не то что объедки, которые бросали на острове. — Хм, — хмыкнула она про себя. — По крайней мере, здесь лучше заботятся о драконах. Она съела рыбу быстро, почти не чувствуя вкуса, и запила водой. Голод отступил, уступая место сосредоточенности. Сегодня ночью — побег. Тянуть дальше нельзя. Пока она ела, мимо пустующих клеток прошли двое охранников. Азурит навострила уши. — …а я ему говорю: «Ты мне за эту работу платишь десять монет в неделю, а я рискую шкурой каждый раз, когда лезу к ужасному чудовищу!» — рассказывал один, молодой, с жидкой рыжей бородкой. — И что он? — спросил второй, постарше, с обветренным лицом и шрамом через бровь. — А что он? Сказал: «Не нравится — уходи. Другие найдутся». Вот и весь разговор. — Угу. Мой прошлый начальник хоть пиво по пятницам выставлял. А этот… — Этот только и умеет, что орать. «Драконов ловите! Планы выполняйте!» А сам сидит в шатре и вино пьёт. Азурит чуть не фыркнула. Надо же. В каждом мире — одно и то же. Начальники, которые недоплачивают, работники, которые жалуются, и работа, которую никто не любит, но все делают. Даже среди охотников на драконов находилось место обычным житейским проблемам. Она проводила их взглядом и нахмурилась. Ключей на поясах у этих двоих не было. Ни связки, ни отдельных — ничего, что могло бы открыть клетку. «Значит, ключи у других охранников, — подумала она. — Или их вообще забрали. Вигго мог распорядиться, чтобы ключи хранились отдельно. Это усложняло дело, но не отменяло плана. Азурит огляделась. Четверо охранников на посту. Двое, которых она только что видела, и ещё двое — у входа на равнину. Больше никого. Лагерь жил своей жизнью где-то за скалами, и крики оттуда доносились приглушённые, далёкие. Пора. Она издала первый стон — низкий, горловой, полный боли. Охранники, те самые двое, что обсуждали зарплату, насторожились и обернулись. Она издала второй стон — громче, надрывнее. Потом закатила глаза и начала дышать часто и поверхностно, как тогда, в прошлый раз. — Эй! — рыжебородый толкнул напарника. — Глянь! С синим что-то не то! Оба подбежали к клетке. — Что с ним? — Не знаю, но выглядит паршиво. Слышишь, как дышит? Как будто задыхается. — Может, рыба несвежая была? — Какая несвежая? Я сам её в море час назад выловил! — возмутился рыжебородый. — Стой здесь, я за остальными. Он убежал и через пару минут вернулся с ещё двумя охранниками — теми, что дежурили у входа. Все четверо столпились у клетки, вглядываясь в неё. Азурит лежала неподвижно, прикрыв глаза до узких щёлочек. Дыхание — частое, поверхностное, с присвистом. — Совсем худо, — пробормотал старший, со шрамом. — Если сдохнет, Вигго с нас шкуру спустит. — Надо проверить, — нервно сказал рыжебородый. — Может, ему просто воды не хватило? Или жара? — Кто пойдёт? — спросил третий. Повисла пауза. Все переглядывались. — Я не полезу, — сказал четвёртый, самый молодой, почти мальчишка. — Вы его глаза видели? Он страшная. — Трус, — бросил рыжебородый. — Ладно. Я пойду. Но вы все — за мной. Если что, прикроете. — Сообщить бы Вигго… — начал старший, но рыжебородый перебил: — Сообщить? Ты в своём уме? Он же нас в порошок сотрёт, если узнает, что мы за его драгоценным драконом не уследили! Сначала проверим, потом доложим. Если ничего серьёзного — зачем ему знать? Остальные неохотно закивали. Никто не хотел гнева Вигго. Рыжебородый достал из-за пазухи связку ключей. У Азурит внутри всё подпрыгнуло. Значит, ключи всё-таки были у охранников. Просто она не заметила. Замок щёлкнул. Дверь со скрежетом отворилась. Рыжебородый шагнул внутрь первым, за ним — остальные. Клетка была просторной, места хватало. — Ну, что тут у нас… — начал он, наклоняясь над ней. Азурит взорвалась. Хвост метнулся, как боевой бич, сбивая с ног всех четверых разом. Они рухнули на доски, кто-то вскрикнул, кто-то выругался. Азурит вскочила, занесла лапу — и обрушила её на голову рыжебородого. Удар вышел точным, дозированным: не убить, но вырубить надолго. Второй удар — старшему. Третий — третьему. Четвёртый — мальчишке. Она била быстро, не давая им опомниться, не давая закричать. Четыре удара — и четверо охранников лежали без сознания на дне клетки. Тишина. Азурит тяжело дышала. Сердце колотилось, лапы дрожали. Она наклонилась и обшарила карманы рыжебородого. Связка ключей — семь или восемь штук, тяжёлые, с грубой резьбой. Она сжала их в зубах, выскользнула из клетки и захлопнула дверь за собой. Замок защёлкнулся, запирая охранников внутри. «Простите, парни, — подумала она, убирая ключи. — Ничего личного. Но вы сами выбрали эту работу». Теперь — драконы. Она метнулась к ближайшей клетке. Злобный змеевик — синяя, как Громгильда с жёлтыми глазами. Замок щёлкнул, дверь открылась. Драконица выскочила наружу и, не мешкая ни секунды, взмыла в небо. Следующая клетка. Ещё одна злобный змеевик. Открыть. Следующий. Ужасное чудовище — он вырвался с рёвом, изрыгая пламя, и тут же поджёг ближайшее дерево. Азурит перебегала от клетки к клетке, открывая замки, срывая верёвки, освобождая драконов. Те взмывали в небо, кричали, рычали, кружили над равниной. Огонь, дым, хлопанье крыльев — хаос разрастался с каждой секундой. Где-то за скалами раздался крик: — ТРЕВОГА! ДРАКОНЫ СБЕЖАЛИ! Потом ещё один: — Все сюда! К равнине! Она услышала топот ног — десятки, может быть, сотни. Охотники бежали со всех сторон. Но Азурит не останавливалась. Она открыла последнюю клетку — там сидел громель, мелкий, перепуганный. Он выскочил, пискнул что-то благодарное и скрылся в темнеющем небе. Всё. Все свободны. Она развернулась, чтобы взлететь, — и тут же почувствовала острую боль в хвосте. Стрела. Стрела с драконьим корнем торчала из середины хвоста, там, где чешуя была тоньше. Азурит зарычала от боли, дёрнулась и, извернувшись, вырвала стрелу зубами, отбросила в сторону. Яд уже начал расползаться — она чувствовала знакомое онемение. Но на этот раз она успела вытащить стрелу быстро, и яд не успел проникнуть глубоко. Она оглянулась. Охотники приближались. Десятки факелов плясали в темноте, как стая огненных муравьёв. Арбалетные болты свистели в воздухе, сети взлетали к небу, пытаясь поймать улетающих драконов. Азурит побежала. Не к морю — там был открытый прострел. Вдоль скалы, туда, где равнина переходила в скалистый лес. Лапы стучали по камням, хвост хлестал воздух. Она петляла, уворачиваясь от стрел, стараясь держаться в тени. Драконы улетали напрямик — и многих ловили. Но она выбрала другой путь: в обход, с противоположной стороны острова, где скалы были круче, а охотников — меньше. Вот и лес. Спасительная тень деревьев. Азурит нырнула под кроны и, не останавливаясь, побежала к обрыву. Там, за скалами — море. Там — свобода. Она уже видела край обрыва, уже чувствовала ветер, который подхватит её, когда она расправит крылья. Уже предвкушала, как взмоет в небо, как оставит позади и эту базу, и Вигго, и клетки. Ещё немного. Ещё чуть-чуть. И тут она почувствовала боль в задней лапе. Острая, обжигающая боль — знакомая, как старый враг. Она обернулась на бегу и увидела его. Вигго. Он стоял на скалистом склоне, далеко, гораздо дальше, чем могла долететь стрела арбалета. Но он не был обычным. Его арбалет был тяжёлым, инженерной конструкции, с двойной тетивой и прицелом. И он только что выстрелил. «Какого хуя? — пронеслось в голове. — С такого расстояния?» Стрела вошла глубоко, и на этот раз яд жраконьего корня был сильнее. Она почувствовала это сразу — волна онемения и дезориентации, расползающаяся от бедра. Лапа стала ватной, перестала слушаться. Азурит споткнулась, попыталась выровняться, но тело уже не повиновалось. Она упала. Мир закружился. Ветви деревьев замелькали перед глазами, земля ударила в бок. Она прокатилась по склону, ломая кусты, и замерла у корней старой сосны. Темнота накатывала волнами. В ушах шумело. Последнее, что она увидела — звёзды. Равнодушные, далёкие звёзды, проглядывающие сквозь кроны деревьев. «Я почти... почти блять сбежала...» Мысль оборвалась. Азурит лежала на траве, неподвижная, как тень среди теней. В лесу было тихо. Только ветер шелестел кронами, да где-то далеко гремели крики охотников, которые праздновали победу. Или, возможно, только думали, что победили.