Приключения дракона попаданца

Утро на Олухе выдалось пасмурным. Серые облака низко висели над островом, и воздух пах дождём. Азурит проснулась в своей ложбине под корнями дуба, быстро поймала зайца, съела его и, не задерживаясь, поднялась в воздух. Пора было возвращаться домой — на свой остров, к своей поляне, к своему недостроенному дому. Но путь домой она снова проложила не по прямой, а зигзагами, облетая каждый встречный остров. Она всё ещё искала Древоруба. Часы тянулись. Острова мелькали внизу — лесистые, скалистые, песчаные. Где-то она замечала стаи диких драконов, где-то — одиноких хищников. Но того, кто был ей нужен, всё не было. Она уже начала терять надежду, когда на очередном острове, поросшем густым сосновым лесом, заметила характерные следы: поваленные деревья, сломанные стволы, глубокие борозды в земле. А потом увидела его. Древоруб был именно таким, каким она его запомнила: оранжево-коричневый крупный, змееполобный, с огромными крыльями. Он стоял или седел? посреди поляны и задумчиво жевал ствол молодой берёзы, с хрустом перемалывая древесину. Его маленькие глазки были полуприкрыты, и весь его вид выражал полное удовлетворение жизнью. Азурит приземлилась неподалёку, стараясь не делать резких движений. Древоруб заметил её и перестал жевать. Его голова чуть наклонилась — он разглядывал её с тем же туповатым спокойствием, с каким разглядывал, наверное, всё на свете. — Привет, — сказала она негромко. — Ты меня понимаешь? Древоруб моргнул. Потом кивнул — медленно, тяжело, будто каждое движение давалось ему с трудом. Но в его глазах мелькнуло что-то похожее на интерес. — Мне нужна помощь, — продолжила Азурит. — Я строю дом. Мне нужны деревья — много деревьев. Срубить и притащить на поляну. Я сама не могу. А ты можешь. Если поможешь — я дам тебе еды. Много еды. Дичь, ягоды, всё, что захочешь. Древоруб снова моргнул. Потом перевёл взгляд на поваленную берёзу, которую только что ел, потом снова на Азурит. Прошло несколько долгих секунд. А потом он кивнул — уже увереннее. — Ты... правда согласен? — Азурит не могла поверить своей удаче. Древоруб издал низкий, утробный звук — не рык, а скорее довольное урчание — и двинулся к ней. Он был огромен, но двигался на удивление тихо. Казалось, сама земля расступается перед его массивными крыльями. — Тогда летим, — сказала Азурит и поднялась в воздух. Древоруб тяжело, с треском ломая ветки, оторвался от земли и полетел следом. --- Они добрались до острова Азурит уже к вечеру. Она показала Древорубу лес, объяснила, какие деревья нужны, и попросила таскать их на поляну и помогать со стройкой. Тот кивнул, развернулся и вздетел, рассекая ближайшую сосну. Дерево рухнуло с жалобным треском. Азурит смотрела на это и улыбалась. Теперь дело пойдёт быстрее. --- Месяц пролетел как один день. Работа шла с утра до вечера. Древоруб таскал брёвна — огромные, ровные, очищенные от веток. Он ставил их друг на друга, а Азурит обмазывала стыки глиной, которую нашла у ручья. Глина была серой, жирной, отлично схватывалась и держала тепло. Крышу она сделала из плотно уложенных веток и досок, облеплённые глиной — не идеально, но от дождя защищало. Древоруб оказался не только сильным, но и на удивление понятливым. Ему не нужно было объяснять дважды. Он запомнил, куда таскать деревья, какой толщины должны быть брёвна и даже как укладывать их ровнее. Иногда он замирал и долго смотрел на постройку, будто оценивал результат, а потом удовлетворённо кивал и возвращался в лес за новой партией. В свободное от стройки время Азурит охотилась. Теперь ей нужно было кормить двоих — и если сама она довольствовалась парой зайцев в день, то Древоруб ел как... ну, как дракон, который целыми днями таскает брёвна. Она таскала ему всё, что попадалось: кабанов, оленей, крупную рыбу из моря. Один раз даже попыталась принести ему фрукты, но Древоруб предпочёл фруктам молодую осину. Иногда Азурит с древорубом устраивали выходные. Она улетла с острова, чтобы развеяться и поискать бузделушек для дома, а древоруб, ну делал драконьи дела. Постепенно из груды брёвен и глины начало вырастать что-то похожее на дом. Стены поднялись на три драконьих роста. Окна — два больших проёма из стекла (стекло Ахурит получила с помощью своей молнии и песка) — смотрели на лес и на горы. Дверь, которую Азурит сколотила из трёх толстых досок, висела на кожаных петлях, стащенных у охотников. Это была деревянно-глиняная коробка — простая, грубая, но своя. И вот наконец дом был готов. Азурит стояла перед ним и не могла поверить своим глазам. Месяц работы. Тысячи поваленных деревьев. Тонны глины. И вот — дом. Её дом. Древоруб, к тому времени привыкший к острову, уже не улетал. Он поселился на опушке леса, неподалёку от дома, и мирно жевал поваленные стволы, не мешая Азурит и не требуя внимания. Они стали чем-то вроде соседей. --- Снаружи дом был похож на прямоугольную избу с глиняными стенами внутри дома. Внутри дом был именно таким, каким она его представляла. Всё было в натуральном стиле. Пол был прохладный из-за камня с глиной. На полках, которые она смастерила из украденных досок, стояли книги — те самые, стащенные у охотников. Она их не читала, но сам вид книг грел душу. Рядом лежали разные мелочи: пара красивых камней, найденных на пляже, голубые цветы в вазе, стащенной у охотников, какие-то игрушки, которые она стащила в одной из деревень — деревянный дракон, тряпичная кукла. Бесполезные, но создающие уют. У стены под окном стоял стол — вернее, широкий пень, ровно спиленный и отшлифованный песком. На нём — фонарь. Тот самый, из чёрного металла, с витыми узорами по бокам. Азурит нашла его в одной из деревень и не смогла пройти мимо. Теперь внутри фонаря горел маленький кусочек жира в плошке, и тёплый тусклый свет заливал комнату, отбрасывая на стены пляшущие тени. У стены стояло кресло. Огромное, сколоченное из толстых веток и обитое овечьей шерстью в несколько слоёв. Оно было достаточно большим, чтобы в него поместился дракон, и, когда Азурит садилась в него, чувствовала себя почти человеком. А напротив кресла в углу — лежанка. Та самая, из шерсти и ткани, похожая на огромную кошачью подстилку. Мягкая, тёплая, пахнущая овчиной и лесом. Азурит оглядела комнату. Свет фонаря мягко освещал стены, книги, игрушки на полках. За окнами шумел лес, стрекотали ночные насекомые, где-то далеко кричала ночная птица. И было в этом что-то такое... правильное. Такое, чего ей не хватало всё это время. Уют и покой. Теперь у неё было место, где ей всегда будут рады и никто не потревожит. Место, где можно отдохнуть от разных приключений и хаоса. Она легла на лежанку, свернулась клубком, обернув хвост вокруг себя, и посмотрела на огонёк в фонаре. Он подрагивал на сквозняке, но не гас. «Как на даче, — подумала она. — Помнишь, мы ездили на дачу, когда я была маленькой? Деревянный дом, лес вокруг, и ты сидишь внутри, а за окном темнота. И так спокойно, так хорошо». Она вздохнула. Воспоминания о прошлой жизни уже не приносили боли — только лёгкую, тёплую грусть и опустошение, как от старой фотографии. — У меня есть дом, — прошептала она. — Настоящий дом. Мой. С этими словами она закрыла глаза. Сон пришёл быстро — глубокий, спокойный, без тревог и страхов. За окнами шумел лес. Фонарь догорал, отбрасывая на стены последние блики. И впервые за долгое время Азурит чувствовала, что она именно там, где должна быть.