Система "Второй шанс" для главного героя: как достучаться до Шэнь Цзю, если он влюбился в другого

Внутри Ло Бинхэ что-то опасно хрустнуло. Последняя нервная клетка, кажется, только что совершила самоубийство. — Я — Владыка демонов, — процедил он сквозь зубы, и воздух вокруг него ощутимо похолодел. — Я подчинил этот мир и тот, что лежит за его пределами. Мои руки по локоть в крови, и я ни разу не дрогнул, отправляя на тот свет даже младенцев. А ты — бестелесный паразит, у которого нет даже рта, чтобы я мог вырвать тебе язык, — смеешь указывать мне, каким местом теперь обходиться? [Уважаемый пользователь Ло Бинхэ! Система вынуждена напомнить: после перезагрузки вы больше не являетесь Повелителем двух царств. Актуальный статус: несовершеннолетний сирота без определённого места жительства. Рекомендуем воздержаться от необоснованных угроз и сосредоточиться на прохождении вступительных испытаний. Пожалуйста, вернитесь к заданию.] Он так и остался стоять, замерев перед деревом. Четырнадцатилетний заморыш с тонкими запястьями и глазами, в которых застыли слезы вперемешку с бессильной яростью. Где-то на задворках сознания он уже придумал для Системы не меньше трёх сотен способов мучительной казни, и ни один из них, к сожалению, не годился против бесплотного голоса в голове. От этого осознания хотелось то ли крушить всё вокруг, то ли сесть на землю и не вставать. Учитывая его нынешнюю физическую форму, второй вариант был реалистичнее. Он несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь обуздать клокочущую внутри демоническую ци — и с раздражением напомнил себе, что никакой демонической ци у него сейчас нет. Вообще никакой. Даже жалкой искры. — Хорошо, — произнёс он наконец тоном, от которого у любого, кто знал его в прошлой жизни, мурашки побежали бы по позвоночнику. — Будь оно всё неладно. Я пройду твой отбор. Но ставить условия здесь буду я, а не ты. Я решился на весь этот балаган по одной-единственной причине — я буду с Шэнь Цинцю. В этой жизни он станет моим. Ты меня поняла? Открывай свои параметры и меняй всё так, чтобы он меня любил. Последние слова прозвучали уже не так уверенно. Куда-то испарилась сталь, только что звеневшая в голосе, и наружу проступило что-то совсем иное — то, что Владыка демонов никогда и никому не позволил бы увидеть. Где-то там, под слоями напускного холода и величия, скрывался человек, который отчаянно, до дрожи в пальцах, хотел быть любимым. И этот «кто-то» прямо сейчас сидел на возвышении в нескольких десятках шагов от него, обмахиваясь веером. [Система больше не может вносить глобальные изменения. Все доступные настройки были использованы при перезагрузке. Однако я могу активировать функцию «Первое впечатление». Она позволит вам получить начальные симпатии окружающих. Некоторые ребята обязательно обратят на вас внимание. Активировать функцию?] Ло Бинхэ почти пропустил мимо ушей всё, что пробубнила Система. Да и стоило ли вслушиваться? Собственные слова, сказанные секундой ранее, задели куда глубже, чем любой механический голос. В нутре скребло паршиво — и от унизительного, совершенно неподобающего Владыке желания понравиться этому надменному заклинателю Шэнь Цинцю, и от осознания, что теперь у будущего повелителя всего сущего маленький член. Он попытался взять себя в руки. Получалось плохо. — Ответь, — процедил он, не разжимая зубов. — Сколько баллов симпатии от Шэнь Цинцю принесёт мне эта твоя… функция? [Главный злодей Шэнь Цинцю не способен испытывать симпатию к вам. Это невозможно в силу его базовых параметров.] Ло Бинхэ потёр переносицу. От бессилия хотелось разорвать себе голову собственными руками, но он сдержался — хотя бы потому, что толку от этого было бы мало. Какое-то время он потратил на то, чтобы выпытать у системы значение новых терминов, потому что надо же было как-то прийти к общему языку. Раз он не может физически повлиять на эту бесплотную тварь, приходилось тратить время и издеваться над мёртвой нервной клеткой через бесконечный диалог с механическим голосом. — Открой параметры Шэнь Цинцю, — потребовал он, решив пока отложить эмоции в сторону. [Вы можете видеть только минимальный набор данных. Доступны к ознакомлению: «уровень цинизма», «уровень ненависти к Ло Бинхэ» и «здоровье».] — Почему я не могу узнать о нём всё? И с какого перепуга уровень ненависти ко мне выделен отдельно? [Все персонажи этого мира имеют ограниченный объём данных. Характеристики каждого персонажа, к сожалению, скудны. Другими словами — более подробной информации о персонаже «Шэнь Цинцю» не существует.] И лучше бы система этого не говорила. Пока остальные дети один за другим демонстрировали свои духовные корни и отчаянно пытались пройти отбор, Ло Бинхэ стоял в стороне и вникал в то, что такое «книга» и кто такие «неигровые персонажи». Под лавиной новой информации он даже умудрился ненадолго забыть и про отбор, и про свой теперь уже маленький член. Теперь он начинал понимать, почему в прошлой жизни всё мироздание словно вращалось вокруг него одного, — да потому что так оно и было. А теперь, после перезагрузки, мир больше не крутится вокруг него. Теперь Ло Бинхэ обладает такими же скудными и «уникальными» данными, как любой другой персонаж, потому что почти все изюминки, делавшие его исключительным, были безжалостно убраны. — Ты можешь сделать так, чтобы эти твои персонажи не были такими плоскими? — спросил он, чувствуя, как в груди закипает раздражение пополам с отчаянием. — Например дать добро на возникновение новых характеристик? [Данное изменение повлечёт создание новых сюжетных линий, которых не было в оригинале. Следовательно, сюжет станет непредсказуемым.] — Понял, — выдохнул Ло Бинхэ. — Ты можешь это сделать. Делай. Открывай новые сюжетные линии. И, в частности, — он на мгновение осёкся, но всё же закончил, — на увеличение члена. [Система провела анализ текущей сюжетной траектории и пришла к выводу, что при существующем наборе параметров вероятность успешного завершения истории стремится к нулю. Пользователь Ло Бинхэ более не обладает протагонистическими привилегиями, а окружающие персонажи лишены достаточной глубины для формирования значимых связей. Данное сочетание с высокой долей вероятности приведёт к преждевременному коллапсу сюжета. На основании вышеизложенного Система признаёт предложенное изменение обоснованным и запускает процесс. В данный момент проводится проверка целостности данных и подготовка к развёртыванию новых сюжетных линий, включая запрошенное расширение характеристик неигровых персонажей и изменение физических параметров. Однако вынуждена напомнить: текущее задание «Пройти отбор» остаётся в силе и не подлежит отсрочке. Вам по-прежнему необходимо стать учеником любого пика гор Цанцюн, и условия выполнения на данном этапе не были изменены. Все обещанные коррективы, в том числе касающиеся интересующего вас аспекта, будут внедрены в последующих сюжетных линиях. А пока — рекомендую сосредоточиться на том, чтобы вас вообще куда-нибудь взяли.] — Меня и не взять? Ха! Да я... Ло Бинхэ осёкся на полуслове. Пройти отбор и правда не составит проблем — в конце концов, из всех его физических данных изменился только размер достоинства, а всё остальное осталось при нём. Талант, духовные корни, потенциал — всё это никуда не делось. Но теперь его волновало другое: Шэнь Цинцю. Надо было пройти испытание так, чтобы эта заносчивая фигура в белых одеждах не получила лишние баллы ненависти к его скромной персоне. И тут в голову пришла простая, но удивительно отрезвляющая мысль: «Я же главный герой! А значит, каким бы плохим я ни был, меня всё равно куда-нибудь да определят. Можно вообще не привлекать сейчас внимание Шэнь Цинцю — и, следовательно, не заработать ни единого балла ненависти!» Воодушевлённый Ло Бинхэ дождался своей очереди. Он оттолкнулся от дерева и шагнул вперёд, протиснулся сквозь толпу таких же оборванцев, стараясь не встречаться ни с кем взглядами. Сейчас они были друг другу никем. В прошлой жизни в этот день Ло Бинхэ вглядывался в лица с надеждой — вдруг кто-то окажется другом. Теперь он знал цену этой надежде и чем всё обернётся. В центре площади, на грубо обтёсанном каменном постаменте, покоился Испытательный Шар — древний артефакт секты Цанцюн. Выглядел он невзрачно: мутный, зеленовато-серый, похожий на речную гальку, которую великан обточил ладонями. Но стоило прикоснуться к нему, как внутри пробуждался свет, безошибочно считывающий духовные каналы претендента. Рядом с Шаром стоял старший ученик — высокий, с застывшим лицом человека, который провёл на этой должности уже не один час и успел смертельно устать от детского гомона. За его спиной, на возвышении, полукругом сидели пиковые лорды. Двенадцать пар глаз, перед которыми сейчас проходил весь этот смотр. — Имя, — бросил ученик, не поднимая головы от свитка. — Ло Бинхэ. Голос прозвучал ровно. Ни подобострастия, ни дерзости — ровно столько, чтобы не запомниться. Ученик сделал пометку и кивнул на Шар: — Обе ладони приложи. В темпе. Ло Бинхэ вытянул руки, на мгновение задержал ладони над поверхностью камня, чувствуя исходящий от артефакта холод, и опустил их. Шар отозвался сразу. Сперва в глубине его затеплился слабый, едва различимый золотистый огонёк — такой же, как у других детей со средними духовными корнями. Ученик уже открыл рот, чтобы назвать следующего, но внезапно золото полыхнуло ярче, а следом, из самой сердцевины камня, пробился алый отблеск. Тёмно-красный, густой, как вино, он пульсировал в такт биению сердца, и две стихии — золотая и алая — переплелись, точно змеи, не желающие уступать друг другу место. По толпе пробежал шепоток. Кто-то из претендентов испуганно отшатнулся. Старший ученик нахмурился и перевёл взгляд со свитка на Шар, затем на Ло Бинхэ, затем снова на Шар. На возвышении веер в руке Шэнь Цинцю на мгновение замер. Ло Бинхэ не смотрел в ту сторону — сознательно, упрямо не смотрел, — но краем глаза уловил эту мимолётную заминку, и внутри у него всё похолодело. «Проклятье», — подумал он. Он надеялся, что отголоски демонической крови в этом теле ещё спят достаточно глубоко, чтобы Шар их не считал. Напрасно. Артефакт Цанцюн не обманешь — он вытаскивает наружу даже то, что скрыто от самого носителя. Ученик кашлянул, явно не зная, как реагировать. Такие показатели были редкостью. — Духовные корни… сильные, — произнёс он наконец, тщательно подбирая слова. — Тип смешанный. Дальнейшая оценка — на усмотрение мастеров. Он отступил на шаг, давая понять, что испытание для Ло Бинхэ окончено. Тот убрал руки с Шара. Алый свет погас не сразу — он ещё пару мгновений тлел в глубине камня, словно нехотя отпуская добычу. Ло Бинхэ повернулся и пошёл прочь с площадки. Спиной он чувствовал взгляды: детские — испуганные и завистливые, взрослые — оценивающие, холодные. Он не обернулся. Сейчас имело значение лишь одно: Шэнь Цинцю его заметил. Оставалось надеяться, что одного взгляда недостаточно, чтобы разглядеть всё. Ло Бинхэ вернулся на своё место под деревом и прикрыл глаза, делая вид, что происходящее его больше не касается.