Сквозь недоверие

Данте находится рядом почти всегда. Он маячит где-то на периферии зрения днём, ночью во сне - на периферии сознания. Ступает след в след, словно невесомая тень. Следит за каждым движением, смотрит внимательно, если думает, что Верджил не видит. Видит. Если не глазами, то чувствует кожей. Они не так давно вернулись из ада, но Данте все никак не может успокоиться. И не собирается оставлять своего близнеца одного. Даже если они находятся в разных комнатах, Верджил знает, что Данте не ослабляет внимание ни на секунду. Если долго копаться в этом, то можно почуять страх. Не за себя или город, или людей. Это страх одиночества. И почти звериное желание обладать тем, что принадлежит ему по праву. Верджил не силен в словах. Язык силы ему понятен больше. Ему сложно, почти невозможно донести до брата, что этот караул бесполезен. Это юного Данте ещё можно было обвести вокруг пальца, с этим такие ходы не пройдут. Этот прячет под своей маской легкомысленности хищную бдительность и недоверие. Привкус этого слова горчит на языке, и эта правда Верджилу совсем не нравится. Вот и сейчас - Данте делает вид, что его ужасно интересует журнал, который он листает, пока Верджил полулежит на диване с книгой. Он держит дистанцию, хотя его желание оказаться ближе едва ли не висит в воздухе. И Верджил поддается: - Данте, иди сюда. Данте мгновенно опускает журнал, весь подбирается. Смотрит настороженно, почти удивленно, едва ли не склоняя голову набок. - Иди сюда, пока я не передумал Он с лёгкостью ведётся, словно только этого и ждал. Он надеется на возможность прикосновения и попытку построить нормальные отношения. Верджил не знает, что именно думает и выстраивает Данте в своей голове, но его действия выдают его полностью. Верджил почти не против. Не все сразу. Недоверие злит его, но он пока ничего не может противопоставить. Если бы Данте мог заковать брата в цепи и запереть в подвале - он бы сделал это. Ради своего спокойствия. Ради своего страха одиночества. Стоит брату прижаться к его боку, заключив в кольцо своих рук, Верджил странным образом успокаивается. Демон в глубине довольно рокочет, почуяв знакомый запах и равную силу. Словно это единственные вещи, которые могут его уравновесить и с самим собой и с миром людей. Он знает, что Данте чувствует то же самое. Близнец едва ли не с урчанием трётся щекой о его живот, закрыв глаза, и выражение его лица самое умиротворённое. Верджил поднимает руку и медленно запускает пальцы в серебристые волосы Данте. В глубине души он тоже не хочет его отпускать.