Я иду искать

      Ветер трепал волосы в разные стороны, мешая видеть хоть что-то на дороге. Гермиона, отплевываясь, раздраженно перебросила кудри за плечо. Вероятно, Пэнси решила их угробить, распахнув окно до такой степени, что гул сквозняка въедался по самое нутро.       Музыка била по ушам бешеным ритмом, словно они были на рейве посреди Ибицы, а не ехали по горному серпантину у черта на куличках.       — Пэнси, сделай тише!       Подруга либо не слышала ее, либо целенаправленно игнорировала, двигая плечами в такт ритму Flo Rida — Right Round. Вчера Гермиона показала Пэнс «Мальчишник в Вегасе» и была уже на сто процентов уверена, что это худшее решение в ее жизни.       Полагаете, чистокровные снобы, ненавидящие магглов и их культуру — плохо? Что ж, вы просто не делили машину с чистокровным, решившим взорвать твои ушные перепонки треком 2008 года, играющим на повторе уже час.       — ПЭНСИ! — рявкнула Гермиона так, что ее голос перебил бит припева. Та аж подскочила. Крутанула регулятор громкости вниз, и вопросительно посмотрела на профиль Гермионы, сфокусированной на виляющей в разные стороны дороге.       — Ну? Мы еще не приехали, а ты уже портишь веселье? — Пэнси демонстративно выгнула бровь, обиженно фыркая на то, что выбоины на асфальте интересовали Грейнджер явно больше, чем экспрессивная мимика ее подруги.       Паркинсон понятия не имела, как работала эта махина на колесах, и согласилась поехать с Грейнджер лишь с одной целью — чтобы та не слилась в последний момент с уже давно запланированной поездки. И все же, неужто магглы не предусмотрели автопилот на своих технических изысканиях? В самом деле, какой кретин мог наслаждаться тем, чтобы пялиться на дорогу добрых шесть часов пути?       — Ты слушаешь музыку слишком громко, — добавила Гермиона, щурясь от выглянувшего из-за зеленых крон солнца. Погода обещала быть теплой, а она, как назло, забыла взять с собой очки.       — А ты веселишься слишком тихо, — передразнила ее Пэнси, закидывая ноги на бардачок, разумеется, полностью игнорируя недовольное цоканье Грейнджер.       — Я не веселюсь.       — И именно в этом твоя проблема, — Паркинсон постучала свежим маникюром по подлокотнику, прикрывая глаза, — знаешь, просто любопытно, какие у тебя счеты с каминной сетью?       — Никаких, — Гермиона плавно повернула влево на развилке, — просто будет удобнее, если у нас будет два варианта…транспорта.       — На какой случай? — Пэнси поджала губы и закатила глаза. В правом боковом зеркале отражались горы, объятые малахитовой зеленью. Густой, концентрированно-яркой. Родной слизеринский цвет радовал глаз.       Гермиона пожала плечами. Не хотелось начинать очередную лекцию о том, что стоит быть готовым ко всему, даже когда ты вооруженный до зубов волшебник. Она была тревожником, абсолютным — таким спокойно разве что в стерильном пузыре.       — Лучше перестраховаться.       Пэнси прикрыла глаза, не желая вступать в очередной непродуктивный диалог о пунктике ее подруги. Лицо припекало майское солнце, ветер приятно покалывал на ключицах. Определенно, такой путь имел и свои плюсы.       — Ребята уже там, как думаешь? — уточнила Гермиона, всматриваясь в навигатор и проверяя расстояние до заправки.       — Уизли с Блейзом будут вечером, а Драко и Тео, скорее всего, да.       Настроение Гермионы трансформировалось за долю секунды. Казалось, кондиционер в машине внезапно понизил температуру градусов на десять.       Пэнси громко выдохнула.       — Грейнджер, серьезно, хватит реагировать на него так.       — На кого? — абсолютно бездарно сыграла дурочку Гермиона, подцепляя пальцами левой руки сигарету из сумочки.       Брюнетка на соседнем сидении закатила глаза.       — Мерлин, да в самом деле, о ком же может идти речь?       Пэнси подожгла сигарету Гермионы безпалочковой магией. Та затянулась, выдыхая дым в окно.       — Мы просто не ладим, вот и все, — притворно спокойная констатация фактов Гермионы была едва ли безмятежнее, чем Инсендио посреди ветхой библиотеки.       — Ага, с самой школы. Серьезно, Герм, прошло уже сколько, пять лет? Вы же не виделись с Хогвартса, — Пэнси зацепилась босоножкой за край коврика, чертыхнувшись.       — Да…эм…с самой школы, — Гермиона только смела надеяться, что дурацкая дрожь в голосе ее не выдала. Пять лет. Со школы. Ага.       — Да и к тому же, — Пэнси поднялась, высвободив ногу и растянула губы в ухмылке, — вы с ним оба свободные. Кто знает, какими красками может заиграть ваше противостоян…       Привычно аккуратная до раздражающей педантичности Гермиона припарковалась так, что мозги Пэнси едва на остались на лобовом.       — Ты сумасшедшая? — психанула Пэнси, тут же поймав виноватый взгляд Гермионы, — ладно, больше не упоминаю его имя, пока ты в фарш нас не раскатала. Не хочу умирать в убогой маггловской Норе.       — Это Рено, — поправила ее Гермиона.       — Плевать.       — Тебе взять что-то? Кофе? — уточнила Гермиона, выходя из машины.       — А почему я не могу пойти с тобой? — Пэнс взглянула на обшарпанное здание заправки, выглядящее так, словно там снимали слэшеры категории С, — впрочем, забей, я передумала.       Гермиона исчезла за дверью крохотной, почти ретро заправки, звякнув колокольчиком на входе.

*🌲*

      Пэнси громко пела в машине, не стесняясь ни кружащих вокруг работников заправки, ни собственных скверных вокальных данных, когда Гермиона вернулась.       Трек в динамиках стал тише, уступив шелесту упаковок батончиков, которые она закинула в подставку между сиденьями. Гермиона передала Пэнси картонный стаканчик с кофе и свежий Еженедельный пророк.       Брюнетка вопросительно выгнула бровь, делая глоток и тут же морщась.       — Где ты это взяла? Я и про это отвратное пойло, и про Пророк, — Пэнси ткнула пальцем в шершавую поверхность газеты.       Гермиона забрала ее кофе себе, заранее прекрасно понимая, что так и будет. Довольно простонала, когда ванильный сироп прокатился сладостью по ее языку.       Пэнс с сомнением взглянула на подругу.       — Даже не хочу спрашивать, сколько ты не трахалась, что издаешь такие звуки от растворенной грязи в кипятке.       — Это называется капучино.       — Я знаю, что такое капучино, от него там только название, — Пэнси развернула газету, — так откуда Пророк взялся на маггловской заправке?       — Хороший вопрос, — Гермиона размяла затекшие плечи, — может, заезжал кто-то из наших? Но ты лучше на оборот посмотри.       Пэнси перевернула газету другой стороной, тут же наткнувшись на огромную колдографию мужчины в робе. Почти плотоядно хищная ухмылка, морщины, сальные, всклокоченные волосы — идеальный кандидат в каст Франкенштейна.       — Джейкоб Кеннеди, бывший Пожиратель смерти, сбежал из Азкабана три дня назад.       Гермиона сглотнула. Упоминания Пожирателей все еще отзывались в голове многочисленными кровавыми флешбеками. То, что творила с ней Беллатриса в Малфой-мэноре ни в какое сравнение ни шло с тем, что она видела в битве при Хогвартсе. С тех пор прошло пять лет, а она все еще варилась в кошмарах ночами.       По окнам забарабанил дождь, Пэнси полностью выключила музыку. В машине повисла напряженная тишина.       — Это так жутко, — первой заговорила она, — последний раз, когда Пожиратели были способны выбраться из Азкабана…       Гермиона не дала той продолжить, сжав руль так, что на кожаной обивке остались очертания ее пальцев.       — Нет, Пэнс, — уверенно выдала она, смотря четко вперед. По навигатору до их домика оставалось не больше пяти миль, — такого больше не будет. Мы этого не допустим.       Пэнси прикусила губу, смотря, как растворяется листва деревьев во влажных разводах на скорости.       — Что ж, по крайней мере мы сейчас в сотнях миль от его возможного местонахождения, — добавила Паркинсон.       Гермиона подыграла подруге, кивнув, хоть и прекрасно понимала, что выбравшийся Пожиратель едва ли ограничивал себя в перемещениях.

*🌲*

      Гермиона щелкнула по кнопке на брелке, открывая багажник. Словно материализовавшийся из ниоткуда Теодор, достал оттуда две дорожные сумки девушек.       — Привет, кудряшка, — он подмигнул Гермионе, закидывая сумку на плечо, — как доехали?       — Привет, да нормаль…       — Полагаю, это мой первый и последний опыт в маггловском транспорте, — Пэнси показала пальцами кавычки на последнем слове.       — Грейнджер настолько плохо водит? — Тео поиграл бровями, наблюдая, как Гермиона сжимает челюсти.       — На самом деле она единственная, c кем я бы вообще туда села, — Пэнси выхватывает свою сумку из рук Теодора, и уходит в дом.       Тот пожимает плечами на такое пренебрежение его джентельменскому порыву, и возвращает взгляд к Гермионе.       — От нее это почти комплимент, — он заговорщицки улыбнулся Гермионе, они направились в домик, — тебя тут очень ждали, к слову.       Гермиона сглотнула, тут же вспоминая об одном отягчающем грядущий отдых факторе.       Тео, видя изменения на ее лице, хохотнул.       — Никогда не пойму, вы так с ним начинаете прелюдии или действительно друг друга не переносите, пока дело не доходит до…       Гермиона угрожающе сверкнула карими глазами, и Тео не договорил.       — Он рассказал тебе?       — А это что, секрет? — Тео притворно прикрыл рот рукой, словив уже второй, полосующий его на барбекю, взор, и примирительно замахал рукой.       — Выдохни, Грейнджер, я никому не расскажу.       — Спасибо, — приглушенно выдала она, чувствуя, как по щекам растекается жар. То ли от неловкости, то ли от навязчивых воспоминаний, тут же вспыхнувших в голове.       — Все прекрасно всё поймут и без меня, стоит вам обоим начать метать друг в друга ножи и вот эти раздевающие взгляды, — Тео увернулся, когда Гермиона нацелилась кулаком в его бок.

*🌲*

      Стоило им оказаться на кухне, Гермиона радостно охнула, обнаружив внушительную гостиную, укутанную в деревянные лакированные стены. Кожаные диванчики, аутентичные вязаные коврики, компактный кухонный гарнитур в углу, отделенный от основной зоны небольшой перегородкой.       Посреди гостиной висел огромный плазменный телевизор, окруженный несколькими винтажными плакатами.       Уютный, выкупанный в солнечном свете домик среди густых лесов обещал уединенные выходные, и это ей нравилось. Настроение поднималось, позволяя забыть о долгой дороге и новости о сбежавшем заключенном. Здесь их никто не потревожит.       Кроме, разве что, собственных демонов.       — Привет, Грейнджер, — она даже не заметила, как Малфой появился в комнате. Его голос полоснул мурашками по ее спине даже с расстояния, пока она разбирала пакет с продуктами на кухонной тумбе.       Ей стоило усилия не повернуться. Интересно, как он выглядел сейчас? Много ли изменилось за прошедший год?       Он облегчил ей эту дилемму, появившись на периферии ее зрения, открывая холодильник справа от нее.       — Будешь игнорировать меня всю поездку? — насмешливо уточнил он.       — Что? — Гермиона только сейчас осознала, что не поздоровалась в ответ, — нет, прости, я задумалась.       И только сейчас она повернулась к нему, застав того с бутылкой воды в руках, смотрящего на нее. Неизменные платиновые волосы, чуть длиннее, чем она помнила. Он заправил челку назад, чтобы волосы не лезли в глаза. Кажется, с последней их встречи он стал активнее заниматься спортом, став шире в плечах и как будто бы даже выше? Только если совсем немного.       Какая бесполезная внутренняя торговля за детали. Гермиона совершенно безрезультатно пыталась игнорировать очевидное.       Было трудным усилием для собственного эго признавать, что с каждым годом засранец становился все привлекательнее, будто держал в подвале ручную вейлу и выкачивал из нее все соки. Мерлин свидетель, он это умел.       — Земля вызывает Грейнджер, — Малфой выглядел таким довольным, словно слышал все ее мысли.       — Не буду я тебя игнорировать. Полагаю, для всеобщего комфорта будет проще, если мы будем вести себя…ну, как обычно.       Буквально на физическом уровне не способный игнорировать интересные формулировки Малфой, с довольной ухмылкой провел взглядом по лицу Грейнджер, запечатлевая ее смущенную неловкость в голове.       — Как обычно — это грозить наколдовать друг другу слизней за шиворот, или…гардероба будет сильно меньше? — если бы Гермионе платили деньги за каждый раз, когда мысль об убийстве Малфоя закрадывается в ее золотую голову, ее хранилище потеснило бы бюджет всей их чистокровной семьи.       — Я имею в виду — вести себя как адекватные люди.       Драко скептически приподнял бровь, откручивая крышку.       — О, ну это, знаешь ли, совсем не как обычно, Грейнджер, — он наклонился над ее плечом, понизив голос, — если мы вдруг начнем так себя вести друг с другом, Забини упрячет нас в Святого Мунго в ту же секунду. Решит, мы сошли с ума.       Гермиона закатила глаза.       — Просто минимум контактов, ладно? — в ноздри навязчиво забирался его запах: яблоки, мята и какой-то эфемерный мороз, покалывающий ее шею множеством мурашек.       Сглотнув, Гермиона отодвинулась от него, убирая уже ненужный пакет подальше. Послышались шаги с лестницы позади них.       — Ладно, — согласился Малфой, тут же потеряв интерес к их неоднозначному диалогу. И почему-то это отозвалось маленьким, неприятным уколом внутри Гермионы. То, как легко он переключался.       — ГЕР-МИ-О-НААА! — завизжала Уизли, явно задавшись целью погубить все живое вокруг децибеллами.       Джинни захватила подругу в объятия, явно ждущая треска ребер той, чтобы убедиться, что выражение ее чувств достаточно яркое.       — Я так скучала, — ее хватка чуть ослабла, давая Гермионе долгожданный кислород.       Та улыбнулась в ответ.       — Я тоже. Где Блейз?       — Болтает с Тео на улице, — Джинни с любопытством разглядывала овощи на разделочной доске, — будешь готовить сама?       — Почему нет? — Гермиона слишком устала от магии, и хотела позволить себе забыть о бытовых заклинаниях хотя бы на эти несколько дней.       Джинни же отнеслась к идее подруги с плохо скрываемым скепсисом.       — Делай, как знаешь, но предлагаю не тратить время на кулинарные шедевры прямо сейчас, — Джинни заговорщицки поиграла бровями, — может пройдемся? Я не видела тебя сто лет и хочу знать все о твоей жизни.       Гермиона согласилась, и подруги двинулись изучать местные леса.       — Кстати, я недавно видела Гарри, он сказал, его повысили.       — Да, теперь он курирует новичков-авроров и отправляется с ними на миссии, как глава отряда, — голос Гермионы затих, за девчонками закрылась дверь, оставляя домик в тишине.       — Получается, он теперь начальство? Выходит, я могла быть женой генерала? — с притворной грустью выдала Джинни.       Гермиона вопросительно выгнула бровь, не поняв шутки.       — Скучаешь по нему?       — Честно говоря нет, но я рада, что у него все хорошо, — Джинни шла по правую руку от Гермионы по лесной дорожке рядом с их домиком.       — А как у вас с Блейзом? — Гермиона задала этот вопрос, тут же почувствовав себя совсем не деликатной. Но она ведь могла такое спрашивать? Они, в конце концов, подруги, хоть и общались мало последний год. Он был сложным.       Джинни же ни капли не смутилась.       — Да все супер, никогда бы не подумала, что брак может быть таким… ну знаешь, не как у моих родителей. Я думала, придется зависнуть дома, погрязнув в быту, оставить квиддич. В итоге Блейз сам едва не выгоняет меня на поле.       Гермиона тепло улыбнулась. Такие пары возвращали ей веру в любовь.       Но было в этом и что-то неприятно горчащее внутри. Зависть? Нет, скорее тоска.

*🌲*

      Ближе к вечеру, когда темнота поглотила лес, разнося по округе стрекот сверчков, ребята собрались за широким столом в гостиной. Парни приготовили мясо и колбаски, Джинни достала заготовленные сырные рулетики с беконом, а Гермиона и Пэнси без зазрения совести внесли свой вклад в виде белого полусухого и огневиски.       У одной абсолютно не было времени готовить, вторая — брезговала «статусом кухарки».       В камине потрескивали поленья. По плечам ласково катилось тепло.       Гермиона баюкала в руках пузатый бокал вина, слушая рассказы друзей. Блейз закончил обучение на колдомедика и сейчас проходил практику в Мунго, уже успев зарекомендовать себя, ассистируя на сложной операции жены действующего Министра магии.       Теодор, к удивлению Гермионы, занялся юриспруденцией. Окончание войны с Волан-де-Мортом подвесило в воздухе много скользких вопросов, касающихся чистоты крови и прилагающихся к этому привилегий или их отсутствия.       И Гермиона даже почти впечатлилась, желая похвалить его, когда тот пояснил, что текущее бешеное рвение магов в вопросах защиты прав магглорожденных заставляет его опасаться, что на пути они ненароком подвинут и права чистокровных.       Гермиона поджала губы, и отведя глаза, столкнулась со взглядом Малфоя, явно зафиксировавшего и ее порыв, и последовавшее за ним разочарование. Тот не удержался от полуулыбки, наслаждаясь явной неосведомленностью Гермионы о характере Теодора.       Он вовсе не был расистом. Скорее насмехался над тем, как все носятся с сакральными догмами, идеально выдрессированными внутри каждого магического рода, но стоило речи зайти об урезании его собственных свобод — этот плут был тут как тут, вооруженный своей неуправляемой харизмой и никогда не затыкающимся ртом.       — Малфой, а ты чем занимаешься? Блейз говорил что-то с финансами, — вклинилась Джинни, поймавшая странное напряжение между ним и ее подругой краем глаза, но не спешащая как-либо это комментировать.       Блейз оглаживал лопатки жены, с любопытством наблюдая за ее внезапной вспышкой интереса к ее самому нелюбимому его другу.       Драко отпил огневиски, лениво развернувшись в кресле, — сеть частных кредитных организаций.       — О, — Джинни усмехнулась, — Малфои теперь делятся деньгами?       Драко на это лишь пожал плечами.       — За хорошие проценты почему нет? Многим магам нужны дополнительные финансы. Особенно после…тех событий.       Гермиона поджала челюсти, теребя пальцами тканевый ремешок на рукаве рубашки. Невольно вспомнила, как выбиралась из тотального физического, ментального, и в особой степени финансового, раздрая после войны.       Она стерла родителям память задолго до битвы у Хогвартса, и целых три года искала способы ее восстановления. Стоило ли говорить о том, что финансов к свободному существованию у только выпустившейся школьницы, резко по собственной инициативе ставшей сиротой, было едва больше пары гнилых кнатов?       Никаких кредитных организаций у Малфоя тогда не было, да и Мерлин свидетель, она бы не обратилась к нему, даже если бы жила под мостом. Она не просила даже у Гарри — как-то справилась сама. Днем подрабатывала в кофейне, вечером в закусочной, пока на нее не вышел сам Кингсли, предложив работу в Министерстве.       — Осмелюсь предположить, что ты обдираешь их, как липки? — Джинни отчего-то не на шутку завелась, задавшись какой-то только ей одной известной целью. Блейз устало выдохнул за ее спиной — началось.       Драко, на удивление, вел себя сегодня сытым котом. Отвечал спокойно, лениво, наслаждался огневиски и, казалось, вовсе не замечал попытки провокаций со стороны Джинни. Потому ответил ей самым безмятежным тоном, на какой только был способен.       — Мне не за чем. Семь-восемь процентов от любой суммы, возврат долгов равными платежами каждый месяц. Это выгодно обеим сторонам.       Джинни не была сильна в расчетах и точно не погружалась в маггловскую кредитную систему, чтобы понимать принцип, который Малфой себе позаимствовал. На ее лице все еще царило недоверие.       — На самом деле, это действительно неплохие условия, — вмешалась Гермиона, удивленная параллели кредитования Малфоя и реальных маггловских банков Англии.       В общем-то, она ответила почти на автомате, очевидно, не планируя его защищать.       И встретив вопросительный взгляд Джинни, ощутила острую потребность обьясниться.       — В маггловских банках Англии средний процент по кредитам от девяти до двенадцати. Плюс минус.       — То есть у него даже выгодно? — с изрядной долей скепсиса уточнила Джинни.       — Ну, там кредитование в фунтах, в магическом мире в галлеонах, так что возможно и нет, но если судить в общем, то вполне себе.       — Польщен, что ты оценила мою добросовестность, Грейнджер, — Драко отсалютовал ей бокалом.       — Может, вспомним, что мы здесь ради веселья? — устало выдохнул Теодор.       — Полностью поддерживаю, — Пэнси закинула ноги на подлокотник кресла.       — А что это? — Блейз, отошедший за дополнительной порцией виски, подцепил пальцем корешок газеты.       — Свежие новости. Один из Пожирателей сбежал, — отмахнулась Пэнси, явно не желавшая показывать всем свое беспокойство по этому поводу.       — Кто? — тут же напрягся Малфой.       — Какой-то Джейкоб Кеннеди, — Блейз пожал плечами, — не знаю его.       Драко сглотнул, его взгляд похолодел.       — Ты его знаешь? — обеспокоенно спросила Пэнси.       — Да, — мрачно ответил Малфой, и замолчал на какое-то время, раздумывая, стоит ли продолжать. В конце концов, они тут, чтобы отдохнуть, забыть о душащих воспоминаниях, побыть обычными людьми. Но старая, мрачная дорожка едва ли хотела их выпускать. По позвоночнику прокатился сквозняк.       — Его прозвали Мясником, — начал Драко, — он подчинялся Реддлу и близко общался с моим отцом. Прозвище, как вы понимаете, ему дали не просто так, — Драко глотнул огневиски, ощутив сухость во рту, — он истреблял всех, кого видел — магглорожденных, полукровок, плевать. Потрошил их, будто они скот.       Гермиона подобралась, обхватив руками колени. Малфой подметил ее движение краем глаза, и тут же отвернулся.       — Опасный тип, — прокомментировал Тео, явно не ожидавший, что диалог свернет в такую плоскость. Подобное едва ли попадало в его понимание веселья.       Вечер скис.       — Мы с Джинн пойдем спать. Дорога была долгой и… думаю, завтра у нас всех настроение будет получше, да? Прогуляемся в лесу.       — Ага, вдруг набредем на Мясника, интересный будет интертеймент, — с усмешкой ответил Тео, поигрывая бровями.       Мрачного задора шутки никто не оценил.       — Ладно-ладно, — он примирительно вскинул руки, — просто пытался разрядить обстановку.

*🌲*

      Гермиона, уже давно забывшая о том, что такое лечь спать в адекватное время, решила себя не мучить и испытать джакузи на заднем дворе их домика.       Она пыталась забыться в бурлящей пене с розовой подсветкой. Как было бы просто, если бы все накопившиеся мысли можно было разом утопить.       Обновить все нейроны так, чтобы никакие ее деформированные части больше не напоминали о себе.       И на какое-то время ей действительно стало спокойно.       Ветер шуршал листвой, ночные птицы щебетали где-то вдали, по плечам бежали мурашки от контраста горячей воды с холодом улицы.       Она прикрыла глаза и даже задремала на какое-то время, пока напротив нее не раздался плеск. От резкого звука и ощущения чьих-то ног, коснувшихся ее, она вздрогнула.       — Салазар, Грейнджер, выдохни, — Драко развалился напротив нее, облокотившись на бортики джакузи, и слегка склонил голову, наблюдая за ее ошарашенным видом.       Раздраженная тем, что ему было так легко ее напугать, Гермиона тут же ощетинилась.       — Что ты здесь делаешь?       — Купаюсь, как и ты, — совершенно игнорируя ее недовольный тон, ответил он, — что, нельзя?             — Это довольно неловко, — Гермиона злилась, что ей приходится озвучивать очевидное.       — Почему?       — Ты сам знаешь.       — Не знаю, скажи, — он подначивал ее дешевой провокацией, а внутри Гермиона уже клокотало так, что бурлящая пена казалась лишь слабой пародией.       — Потому что у нас был секс, — она даже на миг почувствовала себя победительницей. Говорила прямо и таким тоном, словно это ничего больше не значило. Ей было все равно. Она молодец.       — Я все еще не вижу связи, — Драко пожал плечами, явно не оценив ее показное равнодушие. Вот кто действительно выглядел так, будто все произошедшее совсем его не тревожило.       Гермиона не ответила ему, и когда она отвернулась, рассматривая непроглядную темень за деревьями так, будто это было самое захватывающее зрелище на планете, он ткнул ее ногой в лодыжку.       — Неужели, все было так плохо, Герми? — его тон отдавался на каждом ее нервном окончании навязчивой вибрацией, ища путь к давно закрытой двери. Ее бесило, что он все еще мог так воздействовать на нее. И что он так ее называл — она же просила так не делать. Еще тогда.       — Секс был вполне обычным, — попыталась сбить с него спесь Гермиона, и тут же поймала насмешливый взгляд.       — А ты ждала фаер шоу и танец со шпагой?       Джакузи бурлило переливами на его серой радужке. Это гипнотизировало.       — Да?       — Что?       — Ждала цирковой номер, когда сидела на моем члене? — он получал тотальное удовольствие, плавя нервную систему Гермионы.       Стоило ей потеряться всего на мгновение, он приблизился и приподнял ее подбородок. Скользнул большим пальцем вдоль линии челюсти, поглаживая. Туда-сюда.       Давно забытое, совершенно потрясающее ощущение — по телу побежал жар только от одного взгляда. Такого самодовольно-ехидного, и настолько концентрированно ядовитого, что даже дышать одним воздухом с ним было чревато.       Она слишком детально помнила все их ночи, чтобы мозг не подкинул картинку слишком уж быстро и легко. Абсолютно не вовремя. Сердце дребезжало внутри, как фарфоровая копилка. Жар сгущался между ног.       — Мы можем не обсуждать такие вещи? — раздраженно выдала Гермиона, тут же откидываясь назад, надеясь скрыть свои телесные реакции под плотным слоем пены и пузырьков. Вибрирующая массажная насадка, на которую она легла, ни капли не помогла в этом процессе, и она тут же отпрыгнула от нее, как ужаленная.       — Какие вещи? Секс? Ты стала набожной? — Малфой откровенно наслаждался, паясничая и жадно впитывая любые ее эмоции. В маггловском мире таких как он называли энергетическими вампирами — правда, у него так работало лишь с одной целью. Ее уже давно не было в поле его зрения, и он слишком долго оставался голодным.       Гермиона, видя его сочащуюся провокацией ухмылку, мечтала лишь о двух вещах:       1) Опробовать летучемышиный сглаз на Малфое       2) Повторять первый пункт до бесконечности       К сожалению, это едва ли способствовало бы ее продвижению по карьерной лестнице в Министерстве, а значит, стоило рассмотреть и второй, более радикальный, но действенный вариант — убийство и сокрытие улик.       — Язык проглотила, Грейнджер? — Малфой прищурился, вновь подплывая к ней ближе.       — Просто не обсуждаю секс с людьми, которые больше не соприкасаются с этой плоскостью моей жизни.       Драко облизал пересохшие губы, слегка склонив голову, и продвинулся еще на шаг вперед, сокращая расстояние.       — Какой официальный ответ, Грейнджер, — он поддел кончиком пальца ее влажную кудряшку, — а факсимиле в конце будет?       Гермиона набрала в легкие воздух, балансируя на шатком краю собственной эмоциональной устойчивости.       — Могла бы представить себе такой диалог на работе? — Малфой не спешил покидать ее личного пространства, напротив, демонстративно опустил руку на бортик, всего в нескольких сантиметрах от ее бедра.       — Никто не спрашивает меня о таком на работе, Малфой, — скривилась она, скрестив руки на груди в защитном жесте. Бесполезный дополнительный слой на ее прохудившейся ментальной броне. Диалоги с этим блондином никогда не были простыми.       Он заметил, как та ссутулилась, пряча себя руками. Что-то в его взгляде потухло, поглотив азартный блеск радужек.       Драко отстранился, вернувшись к противоположному бортику, перелез через него и подхватив полотенце, бросил напоследок:       — Именно поэтому у вас там так скучно.       Стоило Гермионе вновь остаться одной, в доме раздался крик.       — Это он! Мясник! Я его видела!