Первобытный красный

– Дай прикурить. Вот так, вместо “спасибо, любимый друг” и “что бы я без тебя делал” Леонардо начал разговор. Прекрасно, просто замечательно. Зороастр обернулся и выдохнул облако дыма прямо ему в лицо, но знак возмущения был проигнорирован. Да Винчи смотрел по-прежнему выжидающе. Пришлось спросить прямо: – Это что еще за начало? – Какое начало? – Разговора. Леонардо да Винчи – тварь без сердцебиения и души, чье существование противоречило здравому смыслу еще при жизни – стоял на пороге балкона побитый и помятый. Душ не особо помог ему прийти в себя, зато смыл трупную вонь. Трупная вонь на нем взялась, собственно, от трупов. Четыре часа назад в квартире Зороастра зазвонил мобильник, и он подорвался за город, следуя за пропадающим маячком геолокации. Час езды. Спасибо, что без пробок. Никогда ранее, ругаясь на грузовики на трассе, он не задумывался, какой груз они везут. А теперь узнал: как минимум часть перевозит мертвецов! Учение, мать его, свет. Наблюдая за демонстративным бездействием, да Винчи скорчил раздраженное лицо. – Зор. – Ну? – Дай прикурить, умоляю. Это ебаная удача, что водитель остановился заправиться. Зороастра до сих пор потряхивало от мысли, что его могли застукать за кражей двух (двух! какого черта?) тел прямо посреди пустой загородной трассы. Не меньше беспокойства вызывал сам факт наличия в машине кучи свежих трупов. А уж та мысль, что водитель спокойно проехал пост транспортной службы без досмотра, когда некоторых законопослушных граждан останавливают при входе в любой торговый центр – вообще вызывала негодование. Он понимал, что Лео, вероятно, пережил не меньший ужас. Но он уже выкурил сигарету в машине, пока они добирались обратно в город! Молча выкурил! С тех пор, как Леонардо обратили, он почти перестал курить сам. Зо привык помогать ему с этим, но сегодня на второй сигарете терпение иссякло. Лео подождал, раздраженно вздохнул и вскинул руки: – Ладно! Один вопрос. И потом курить, окей? – Что за стремный мужик? – тут же спросил Зо, кивая в сторону двери. Там, в затхлой старенькой студии на раскладном диване спал незнакомец. Тело номер два. Тело, которое Лео помог извлечь из грузовика и незаметно (до сих пор не верится) перенести на заднее сидение машины. Неожиданно. Но Зороастр даже слова не сказал. – Ты конкретный труп выбирал или первый попавшийся? – Это новообращенный. – Вампир, что ли? Он обернулся, пытаясь оценить, насколько незнакомец похож на вампира. Кожа бледноватая, черные волосы, весь жилистый и острый – пожалуй, такой и при жизни вполне может сойти за дракулу. Зо повернулся обратно. – А кто обратил? Вместо ответа ему с умоляющим видом протянули сигарету. Зороастр выругался и достал зажигалку, давая время отвернуться, прежде чем высечь огонек. Спустя несколько минут, Лео соизволил ответить. Не на заданный вопрос, естественно, но ожидать от него подобной щедрости приходилось редко. – Сегодняшний груз должны были передать в логово Тремеров. Я проследил за курьером – у них есть база где-то в подвалах “Астории”. – Которая бизнес-центр? Лео кивнул. – Скорее всего, «Астория» принадлежит Тремерам целиком. Это удобно: никого лишнего, полный доступ к камерам, пропускная система. Ну и, естественно, по проекту никакого подвала там нет – пока не побываешь внутри, не догадаешься. – Тогда как ты узнал про подвал? Да Винчи вымученно улыбнулся, и Зороастр пожалел, что вообще дал ему закурить. – Лео, опять? – Меня же не поймали, – заметил он, и тут же бегло заговорил, не позволяя возразить: – Слушай, Тремеры уже пару месяцев мутят воду, но никто не знает подробностей. Как всегда. А тут вдруг курьер приводит меня прямо в логово. Я пробрался внутрь и подтвердил свою догадку: витэ им нужна для какого-то ритуала, причем не простая витэ – иначе зачем так рисковать? Боятся пролить собственную кровь? Не-ет, им нужна кровь разных кланов! Не думаю, что до наших контрабандистов у них была возможность такое провернуть. Кто бы согласился добровольно жертвовать витэ Тремерам? – То есть ты проник к ним не просто так, а во время какого-то важного ритуала? – Ну, сам ритуал я не видел. Только часть приготовлений. – И как… – Зо потер виски. - Почему тебя не засекли? – Их гули были не в себе, как сонные мухи. Явно под чем-то. Водитель в том числе. Ты так громыхал дверью этого контейнера – чудо, что нас не заметили. – Это вместо “спасибо”? – Я же сказал “спасибо”... – нахмурился Леонардо. – Нет? Извини. Спасибо, Зо, ты меня очень выручил. – Ладно… Пожалуйста. Некоторое время они курили. В холодном ночном воздухе клубы дыма окрашивались в оранжевый – под цвет фонаря. Тишина медленно успокаивала нервы. – А не опасно управлять грузовиком под наркотой? – спросил наконец Зо. – Это мог быть не наркотик. Магия, возможно. – Магия... С каждой новой подробностью о таинственном и раздражающем “мире тьмы”, Зороастру казалось, что его просто разыгрывают. Каждый раз он думал – с этим фактом точно не свыкнется. Но проходила неделя, две – и в картину мира уже прочно вписывались вампиры, гули, деление районов между правящими кланами и вот теперь – магия. Зо обернулся на комнату, где на раскладном диване лежал новообращенный. – А это кто, Гарри Поттер? – Его вынесли после ритуала вместе с трупами, – ответил Леонардо. – Я почувствовал, что жизнь покинула его не до конца. Он, наверное, первый свидетель магии Тремеров за последние полвека. Свидетель ритуала с витэ – понимаешь? – Нихрена себе. Типа обратили и не заметили? – Конечно нет, они же не идиоты, – нахмурился Лео. – Это я его обратил. Образцом витэ. Заявление было брошено с намеренной небрежностью – но уловка не сработала. Закашлявшись сигаретным дымом, Зороастр воскликнул: – Ты шутишь?! Скажи, блять, что ты шутишь! Лео, ты проебал единственную улику? – Это был исключительный случай. – Ты даже не знаешь, был ли он задействован в ритуале! Может, они просто жрать хотели! – Они одели его в ритуальную одежду, – начал злиться в ответ Леонардо. – Посмотри, во что он одет! – В тряпку? – Это туника! Греческая туника, обшитая золотом – ты думаешь, он в ней по улице ходит?! – Может! Я, блять, даже не знаю, что это за мужик, вдруг он псих какой-нибудь? – О, ну конечно, псих! Ведь гораздо вероятнее, что они притащили к себе душевнобольного, чем моя версия, что… Лео вдруг замолчал на полуслове и дернул головой в сторону двери. Чуткий вампирский слух, должно быть, уловил шевеление. Или это была уловка для прекращения спора – Зороастр не знал точно. После недолгого молчания, да Винчи продолжил шепотом: – Слушай, у нас сейчас другая проблема. Я понятия не имею, сколько продлится обращение. Нужен круглосуточный караул, потому что он очнется голодным и попытается выпить первое, что попадется ему на глаза. Зо поднял брови. – Ты теперь просишь меня побыть сиделкой? – Только этот день. Я без сил, просплю до следующей ночи. – Если ты забыл, у простых смертных тоже бывает личная жизнь! – Пожалуйста. Леонардо посмотрел на него так умоляюще и искренне, что Зороастр, сам того не желая, растерял всю свою злость. В попытке его доломать, да Винчи предложил: – Можешь пить мою кровь каждый день до конца месяца. Будешь соблазнять симпатичных девчонок и мальчишек – но только когда этот очнётся. Идёт? – Я и без твоих способностей справляюсь, – проворчал для порядка Зо, но все же согласился: – Идёт. Что мне делать? – Ты золотой человек! – воскликнул Леонардо. – В холодильнике два литра крови. Это немного, но хватит, чтобы привести его в рассудок. Не вздумай кормить своей – у него не хватит выдержки остановиться. И, как только очнется, буди меня всеми возможными способами. – Окей. Но если он вылакает все запасы, что будешь пить ты? – Это ещё одна маленькая просьба. – ...Леонардо, блять, да Винчи, я бы убил тебя второй раз, если бы это было возможно! Он облизнулся. – Это возможно. Шея или рука? Зороастр вздохнул, и во вздохе этом, помимо раздражения, чувствовалось толика предвкушения. Уж в чем, в чем, а в кормлении он никогда не мог отказать. Конечно, от вампирства Лео была целая тонна проблем – входила туда и повышенная опасность, и ночные вылазки, и отсутствие личной жизни, но в такие моменты все страдания Зо окупались. Он чуть наклонил голову, обнажая шею. Лео приблизился, кожу пощекотало дыхание – симуляция жизни специально для него. – У тебя новый парфюм? – Кусай уже. Я знаю, как ты жрать хочешь. – Ты действительно очень хороший друг, спасибо тебе, – быстро проговорил Лео, перед тем как приступить. Однажды Зо попросил описать, какого это, пить кровь как вампир. Сам он пробовал: пахнет потом и выветрившимся одеколоном, во рту солоно, привкус металла. Не особо приятно, но походит на прием лекарства. Приятно должно стать после, когда ему, пусть и временно, передадутся сверхъестественные способности. Леонардо чувствовал больше. Он пытался описать это, сверкая глазами и жестикулируя, красочно описать. Выходило что-то пугающе-сексуальное, совсем не похожее на простой прием пищи, но определенно завораживающее. Всё тело излучало живительное тепло, двигалось, дышало, текло внутри горячими пульсирующими каналами. Лео чувствовал жар, исходящий от сердца, и гулкие учащенные толчки. Когда Зо вдыхал, крохотные алые клеточки наполнялись кислородом и неслись дальше, к органам, к мышцам, которые так мягко и приятно двигались под кожей. Упругой человеческой кожей... Она стягивала это горячее, живое содержимое, эту аппетитную алую влагу в одно целое. Порой эту оболочку хотелось разорвать, сжать пальцами и разорвать на части, как лопающийся от сока нектарин. Неторопливо слизывать с рук манящий липкий сок, вгрызаться зубами в податливую плоть... Но погружаться в такие мысли Лео мог себе позволить лишь полностью сытым. Природа заставила жертв полюбить своих бездушных охотников: укус сопровождался для них блаженством, сравнимым с наркотическим. Руки Зо обвили его с двух сторон, крепко прижимая к себе и не позволяя отстраниться. Лео прикрыл глаза, погладил его шею начинающей теплеть ладонью. Силы вновь возвращались к нему, даря единственное доступное подобие жизни. Он снова чувствовал нетерпение в теле, и мог, не напрягаясь, увидеть ауру Зо – еще одно удивительное умение. Какого он был цвета? Красного? Красный - цвет агрессии, а еще любви, похоти и желания обладать. Наконец, Зо сглотнул, хрипло выдохнул и проговорил: – Постой... Всё, всё. У него начала кружиться голова. Лео, сделав последний глоток, усилием воли заставил себя остановиться и тут же провел языком по кровоточащим следам. Слюна вампира заживляла раны в считаные секунды. Иногда чуть дольше. Иногда Леонардо просто не хотелось отстраняться, тогда его губы и язык ещё долго возмещали ущерб хрупкому человеческому телу. – Может, подождать со сном? – пробормотал Леонардо и слизнул алую капельку, сползающую вниз, к воротнику. – Где подождать? Рядом с твоим гостем пристроиться хочешь? Он все еще злился, но, вообще говоря, довод резонный. На подставной квартире диван был один. Дома у Леонардо стояла хорошая двуспальная кровать и мягкая софа. Здесь же ему придется коротать день, сидя на старенькой дешевой табуретке – пока да Винчи без задних ног спит, а притараненая им машина для убийств с минуты на минуту готовится очнуться. – Ладно, в другой раз, – согласился Леонардо. – До конца месяца еще пересечемся. Я буду самым наглым образом пользоваться твоим обещанием. Лео закатил глаза: – Нельзя использовать очарование на Тореодоре. Тем более, когда ты гуль. – Ещё раз повторяю: мне не нужны твои фокусы, чтобы завладеть чужой симпатией. Я имел в виду, что… В этот момент в комнате снова послышалось шевеление. Лео отреагировал первый: в одно мгновение он испарился с балкона и очутился прямо около дивана. Блеснули его чуткие к темноте глаза. Раздался незнакомый голос: – Где я?

***

Он пытался проснуться несколько раз, но ничего не выходило. Джироламо полоскало где-то на границе сознания. Он только успел подумать, что заболел, даже не пытаясь установить логическую связь между всем, что происходило в его жизни, и этим умозаключением. Когда Риарио последний раз болел? В детстве? Разве бывают такие болезни? Не может быть, чтобы, когда болеешь, так невыносимо хотелось жрать. Или пить? Странное ощущение... как будто это одно и то же. Он пытался проснуться, но выходило посредственно. Каждый раз, когда он ненадолго приходил в себя, то чувствовал, как все болит. Вокруг почему-то вилось непривычно много звуков и ощущений. И этот невозможный голод. Он не мог понять, сколько времени прошло, сколько он пытался проснуться. А когда ему наконец удалось продержаться в сознании достаточно долго – Джироламо увидел темноту. В другой раз в темноте мелькнул угол потолка. Комната. Она была ему незнакома. Первым делом Риарио рефлекторно потянулся за пистолетом на поясе, но ничего не смог нащупать. Его одежды вообще не было! Во что, черт возьми, он одет? На силу он сел на кровати. Голова кружилась и гудела то ли от странного белого шума, то ли от голода. Странный голод. Практически невыносимый. Хотелось зубами разорвать кусок сырого мяса с кровью. Джироламо сильно стиснул голову руками, пытаясь привести себя в чувство, но эта фантазия уже завладела им настолько, что он был готов выйти на улицу и вцепиться в первого попавшегося прохожего, только бы голод ушел. Если бы еще тело и голова его слушались… – Где я? Собственный голос показался ему каким-то незнакомым, и Риарио не был уверен, от кого надеется получить ответ. Вопрос выбирал долго, воли на формулирование слов недоставало. Но “где я" – это ему показалось правильным вариантом. Начать стоит с этого. Он нащупал под собой скрипучую поверхность дивана и открыл глаза. Перед ним стоял мужчина. Риарио дернулся от неожиданности, моргнул – и мужчина исчез. Где он, черт возьми? Что с ним случилось? Как… он разглядел что-то в этой кромешной темноте? В следующее мгновение фигура снова возникла рядом, держа в руках две упаковки чего-то текучего. Голод внутри взвыл. – С добрым утром. Ты в безопасности, это главное. Он упрямо пытался бороться с голодом. Смотреть незнакомцу в лицо, задать вопрос, осмотреть комнату, встать, найти свой пистолет – это все, но в какой-то более правильной последовательности. Но взгляд, неподконтрольный его воле, фокусировался только на одной точке. Шея. Артерия. Адский голод. Он сожрёт себя изнутри, если сейчас же не утолить жажду крови. Почувствовав на себе этот хищный взгляд, мужчины быстро протянул к нему один из пакетов и приказал: – Пей.