Дом там, где ты

Марк Я проснулся сам. Не от противного визга будильника, который обычно вырывает меня из сна, а медленно и естественно, словно организм наконец-то вспомнил, что такое нормальный отдых. Сначала пришло ощущение тепла — одеяло уютно укутывало меня в мягкий кокон, а простыня приятно холодила ноги. Потом появились звуки: за окном чирикали воробьи, и этот звук не раздражал, а, наоборот, казался приятным и почти музыкальным. И только потом я открыл глаза. Тело было лёгким, почти невесомым. Я несколько секунд просто лежал, глядя в потолок и наслаждаясь этим непривычным состоянием глубокого покоя. А потом потянулся влево — туда, где всю ночь должно было быть тёплое, живое тело Паши. Рука нащупала пустоту. Простыня оказалась холодной. Я резко сел на кровати. Шторы были плотно задёрнуты, ни один лучик света не пробивался в комнату. Нашарил на тумбочке телефон. Долго щурился на яркий экран, пока цифры не сложились в сознание. Тринадцать ноль две. Я выронил телефон. Час дня. Я проспал почти до обеда, хотя обычно вскакиваю в семь даже в выходные. Потянулся к шторе, чтобы впустить свет, сделал шаг и чуть не споткнулся обо что-то, чего вчера вечером здесь точно не было. Цветы. Я замер на месте. На полу у тумбочки стоял пышный, яркий, совершенно невозможный букет. Тюльпаны — красные, жёлтые, белые, оранжевые, будто кто-то вытряхнул в мою комнату целую радугу. Головки цветов были ещё закрыты, но некоторые уже начали приоткрываться, показывая нежные бархатистые лепестки. Они стояли в обрезанной пятилитровой бутылке из-под воды — пластиковой, с неровными краями и вмятинами. Нелепый сосуд для такой красоты. Паша явно ставил их в спешке. Я опустился на корточки, чтобы рассмотреть букет поближе. Тюльпаны пахли тонко, свежо, почти неуловимо, но этот запах уже успел наполнить всю комнату. Весной. Они пахли весной. Рядом с бутылкой лежала записка. Я развернул её дрожащими пальцами — обычный листок из блокнота, вырванный наспех. На нём был Пашин размашистый, торопливый почерк. «С первым днём весны! Уехал на пару дней в соседний город по делам. Не скучай, скоро буду. На работу сегодня можешь не идти — я всех предупредил, что у тебя выходной». И в самом низу — маленькая звёздочка. Моё лицо само собой расплылось в самой глупой улыбке. Я сидел на корточках посреди полутёмной комнаты в одних трусах, с клочком бумаги в руках, и улыбался так, будто выиграл в лотерею. «Зачем? Он подарил мне цветы. Будто я какая-то девушка». Я попытался изобразить возмущение — хотя бы для вида, хотя бы перед самим собой. «Мужчины не дарят мужчинам цветы. Это глупо. Это нелепо. Это… чёрт». Я снова посмотрел на букет. Тюльпаны переливались в полумраке насыщенными, живыми красками. Улыбка не сходила с лица. *** В следующие несколько дней я начал замечать за собой странные вещи. Каждый раз, проходя мимо букета, я останавливался. Сначала просто смотрел. Потом начинал поправлять: поворачивал тюльпан, который наклонился, переставлял бутылку чуть левее, чтобы солнце лучше освещало раскрывшиеся бутоны. Пару раз я даже переставлял цветы местами, добиваясь идеального порядка. Я ловил себя на том, что делаю это пять-шесть раз за день, и каждый раз чувствовал себя немного глупо. И каждый раз улыбался. А потом пошёл и купил нормальную вазу. *** Утром я открываю глаза, и первое, что вижу — тюльпаны. Свет из окна падает на них так, что каждый лепесток словно светится изнутри. Но я замечаю и другое. Они начинают увядать. И вот тогда до меня дошло по-настоящему — не умом, а где-то глубоко внутри. Почему девушки так любят получать цветы. Почему их лица светлеют, когда они разворачивают бумагу и видят букет. Почему они хранят засохшие лепестки в книгах, фотографируют их и не могут выбросить, даже когда те превращаются в коричневые хлопья. Это не просто знак внимания и не просто красивый жест. Это доказательство, что другой человек думал о тебе. Не тогда, когда вы были вместе, а когда ты спал, работал или занимался тысячей других дел. Он выбрал их специально для тебя. Я закрыл лицо подушкой и спрятал в ней свою широкую, почти болезненную улыбку, от которой начали ныть скулы. «Паша, чёрт бы тебя побрал. Ты даже не рядом, а я всё равно чувствую тебя».