national anthem

На этот раз ему не снятся кошмары. Когда Льюис просыпается в 5 утра на следующее утро, на улице ещё темно, но он чувствует себя на удивление отдохнувшим и, почистив зубы, решает отправиться на пробежку. Так он сможет хотя бы получить представление о дворцовой территории. Он натягивает белую футболку, шорты, кроссовки и берёт телефон и ключ-карту. На мгновение он колеблется, стоит ли брать куртку, но решает этого не делать. Вряд ли он задержится надолго. Он выходит в коридор. Во дворце ещё тихо, и Льюис спускается по лестнице на улицу. Воздух холодный — как раз то, что ему нужно. Он кивает проходящему мимо охраннику и трусцой направляется к парку. Небо чистое, на востоке встаёт солнце, и пробежка помогает прояснить мысли. Он надеется встретиться с королём позже и наконец начать сбор информации о заговоре, который, судя по всему, здесь зреет. Льюис бежит вдоль канала, пока не добирается до пруда. Он делает глубокий вдох, наблюдая за лебедями и утками, плавающими в воде. Это невероятно мирное место, единственный шум — щебетание птиц вдалеке. Льюис почти забывает, что находится в самом центре города. Он медленно направляется обратно к дворцу. Стены, окружающие сады, кажутся довольно надёжными. Вернувшись в свои апартаменты, он быстро принимает душ и переодевается в свежую белую футболку и удобные брюки. Конечно, в этом он не пойдёт на встречу с королём позже, но для завтрака сойдёт. Едва перевалило за 6:30 утра, когда он заходит в здание для персонала, а Кевин и его команда уже приготовили свежие булочки и яичницу-болтунью с запечёнными томатами и пряным соусом. Рядом с яичницей и булочками стоят блюда с фруктами, йогуртами, сырами, мясной нарезкой и хлопьями. Когда Кевин выносит поднос, накрытый салфеткой, и убирает её, показывая ещё тёплые, свежеиспечённые маффины, Льюис на мгновение буквально теряет дар речи от того, сколько усилий кухонный персонал вкладывает в завтрак для сотрудников. Рядом с основным шведским столом есть отдельная веганская зона, не менее богатая — как минимум с пятью разными марками йогурта. Льюис чувствует лёгкое облегчение: голодать он точно не будет. Это куда лучше, чем та работа в Штатах три года назад, где его рацион состоял в основном из фруктовых салатов. Он смешивает немного йогурта с нарезанными фруктами и гранолой, наливает кружку английского чая «Завтрак» и садится за столик у окна. В обеденном зале пока пустовато. Льюис улыбается, когда к нему подходит Валттери с чашкой кофе. — Не против, если я присяду? — спрашивает финн, и Льюис качает головой: — Ничуть. Ты не голоден? — А, я не могу есть так рано, — Валттери пожимает плечами и делает глоток кофе. — Я скорее по части кофе. — Логично, — улыбается Льюис и отправляет в рот очередную ложку завтрака. Некоторое время они сидят в приятном молчании. Кто-то включил телевизор, висящий на стене, но звук убавлен довольно тихо. Передача на экране похожа на одно из типичных утренних шоу. Льюис доедает свою порцию гранолы. — Ты сегодня рано поднялся, — замечает Валттери. Заметив, как Льюис нахмурился, он из вежливости виновато улыбается. — Я видел, как ты уходил утром. Я был в спортзале. — А-а, — Льюис кивает и делает ещё глоток чая. — Да, я люблю бегать по утрам. Но я не знал, что здесь есть зал. — Я могу показать тебе его позже, — обещает Валттери, после чего бросает взгляд на часы и встаёт. — Думаю, Ми… Его Высочество скоро должен быть готов. Ещё увидимся. Он машет Льюису и выходит из здания для персонала. Льюис глубоко задумывается, провожая его взглядом. Значит, Валттери в основном отвечает за Мика — интересно. Ему любопытно, неужели у короля нет личного телохранителя, или эту роль просто выполняет Кими? «Скорее всего, второе», — размышляет он, унося грязную посуду в специально отведённое место. На выходе из здания для персонала он сталкивается с Себом. Немец тепло ему улыбается: — Льюис, доброе утро! Надеюсь, ты хорошо спал? — Очень, — отвечает Льюис, и Себ выглядит довольным. — Слушай, я как раз тебя искал. У тебя встреча с Его Величеством в 9:30. Просто зайди ко мне в кабинет за пять минут до этого, и я отведу тебя наверх. — Хорошо, отлично, спасибо, друг. А он уже вернулся? — Льюис хмурится, но Себ кивает. — Приехал вчера совсем поздно ночью. Он ещё раз улыбается ему и заходит в здание для персонала, а Льюис смотрит на часы. Восемь утра — у него ещё более чем достаточно времени, чтобы переодеться. — Льюис! — он оборачивается и видит идущего навстречу Халка с многоразовым кофейным стаканчиком в руке и широкой усмешкой на лице. — Готов выбирать машину? Он почти забыл об этом. Льюис кивает и проводит рукой по своим заплетённым в косы волосам. — Да. Какие варианты? — Сейчас покажу, — Халк ведёт его к ещё одному зданию, которое оказывается огромным гаражом. Стоило им зайти внутрь, как Льюис удивлённо приподнимает бровь. Он замечает черный Mercedes AMG CLA, на котором Халк забрал его вчера, а рядом — ещё несколько Мерседесов. Также он обнаруживает две Феррари, две БМВ, одну Ауди и Rimac Nevera. Льюис слегка впечатлён, и Халк усмехается: — Король — большой фанат машин. Сейчас он не особо часто на них ездит из соображений безопасности и всего такого, так что я просто присматриваю за ними. — Понимаю, — Льюис ухмыляется. Похоже, в этом они с королём похожи. У него возникает сильный соблазн взять Феррари, но это привлекло бы к нему слишком много ненужного внимания, поэтому он кивает в сторону тёмно-серого Volkswagen Polo, наполовину скрытого одной из двух БМВ. — А как насчёт вон той? — Без проблем, — Халк берёт ключ с небольшой полки на стене и подходит к машине. — С ней в Мюнхене точно будет проще найти место для парковки. Он машет Льюису, подзывая его ближе, и открывает водительскую дверь: — Я просто быстро введу тебя в курс дела. У тебя была машина в Лондоне? — Нет, — гладко лжёт Льюис, подходя ближе. — Слишком неудобно из-за всех этих пробок. Да и метро, Убера и такси более чем достаточно, чтобы передвигаться. — Да уж, представляю, какое это мучение — водить там, — Халк ухмыляется и жестом указывает на машину. — Что ж, садись. Думаю, для тебя это всё равно непривычно — внезапно оказаться на правильной стороне дороги. — На неправильной, — бормочет Льюис, но его губы подрагивают от улыбки. Он садится за руль, а Халк занимает соседнее сиденье. В Брюсселе у Льюиса (к счастью) была машина, так что правостороннее движение (и руль с левой стороны) для него не в новинку, но он всё равно послушно выслушивает объяснения Халка. Он выгоняет машину из гаража, получает собственное парковочное место под одним из высоких деревьев, и Халк хлопает по крыше автомобиля, когда они выходят. — Если с ней что-то будет не так, говори мне. — Договорились. Спасибо, друг, — Льюис улыбается ему, крутя ключи от машины на пальце. — А на чём ты сам чаще всего ездишь? — А, Его Величество предпочитает Mercedes AMG C-класса, — Халк пожимает плечами, кивая на упомянутую машину позади них в гараже. — Мы редко меняем транспорт, в том числе ради Кими. Проще обеспечивать безопасность короля, когда он всегда в одной и той же машине. «И проще напасть, если распорядок дня заранее известен», — удерживается от комментария Льюис и прочищает горло: — Хорошая машина. — Это точно, — ухмыляется Халк, после чего сверяется со своим телефоном. — Я побежал, увидимся позже! Он машет ему рукой и снова уходит в сторону здания для персонала, а Льюис на мгновение прислоняется к своей машине. Теперь ему осталось только встретиться с королём.

***

Час спустя он стоит перед кабинетом короля. Себ уже оставил его одного, и Льюис делает глубокий вдох. Он не уверен, стоит ли ему нервничать — за свою карьеру он повидал достаточно важных персон, так что это скорее любопытство, чем мандраж. Переодеваясь у себя в апартаментах, он выбрал белые слаксы и белый оверсайз кардиган (на улице всё ещё немного прохладно), дополнил образ своими привычными аксессуарами и теперь стучит в дверь. — Войдите, — раздается голос, и Льюис, сделав ещё один глубокий вдох, открывает белую деревянную дверь и заходит внутрь. На первый взгляд кабинет короля похож на кабинет Себа. Те же высокие книжные шкафы, тот же широкий письменный стол, но заметно меньше растений. На королевском столе рядом со множеством стопок бумаг лежит ноутбук и стоит монитор компьютера, а из широкого окна открывается вид на сады позади дворца. Король сидит за столом и что-то пишет на листе бумаги, он ещё не поднял глаз. Льюис пользуется этим моментом, чтобы как следует его рассмотреть. Мягкие светлые волосы, голубые глаза (которые устремлены на бумагу, а не на него) и белая классическая рубашка, которая Льюису сразу же не нравится — настолько плохо она сидит на короле. Со своего места Льюис не видит его брюк, но опасается, что они сидят ничуть не лучше. Тем не менее король выглядит скорее на тридцать с небольшим, чем на свой реальный возраст (39 лет). Льюис прочищает горло и делает короткий поклон. — Ваше Величество, для меня большая честь познакомиться с в… — Давай сразу проясним одну вещь: мне плевать на моду, и я нанял тебя только потому, что Себ внушил мне, будто в моём штате обязательно должен быть стилист, — прерывает его король, всё ещё не поднимая глаз. Льюис удивлённо моргает. Это явно не та реакция, которую он ожидал, и он хмурится. — Я понимаю, Ваше Величество, но нам действительно стоит обсудить несколько базовых вещей, таких как… — Мы можем побыстрее? — теперь король всё-таки поднимает взгляд. Его голубые глаза расширяются буквально на секунду, когда он видит Льюиса, после чего на лицо возвращается безупречное покерное выражение. Льюис удерживается от комментария. Именно в этот момент он решает, что король ему не нравится, и скрещивает руки на груди. — Это зависит от обеих сторон этого диалога. — Согласен, — король слегка прищуривается и откладывает ручку. — Мне глубоко насрать на моду, до тех пор пока я не заявляюсь голым в парламент или на официальные мероприятия. — Ну, это и так очевидно, — бормочет Льюис прежде, чем успевает себя остановить. Король в упор смотрит на него. — Прошу прощения? — Я сказал, — повторяет Льюис, заставляя себя сохранять спокойствие и не сорваться, — что если бы вы разбирались в моде, вам не понадобился бы личный стилист, помогающий с нарядами. — Минуту назад это прозвучало по-другому, — король держит его взгляд, и Льюис с трудом подавляет стон. Однако зрительный контакт он не разрывает — его не так-то просто запугать. Он выдерживал взгляды куда более пугающих людей, чем этот немецкий король. Он хорош собой, между делом замечает Льюис. Жаль только, что он такой придурок. — Ваш глава администрации нанял меня, чтобы я работал над вашими образами и гардеробом, — медленно начинает он, подавляя раздражение. Ему всё ещё нужно выполнять свою работу. — Мне жаль, что моё присутствие вас раздражает, Ваше Величество, но нам придётся работать над этим вместе, и всё закончится быстрее, если вы просто будете со мной сотрудничать. Король смотрит на него с искренним изумлением. Возможно, он не привык, чтобы с ним спорили (или пререкались), но Льюис никогда не был из тех, кто просто кивает и со всем соглашается. Пусть его главная задача — обеспечивать безопасность короля, у него всё же есть и вторая официальная работа, и отступать сейчас он не намерен. — Как ты смеешь так со мной разговаривать? — рычит король, и в его голубых глазах вспыхивает ярость. Но Льюис в своё время умудрился оскорбить главу МИ-6 и остаться в живых. Король его не особо пугает. — Мне следовало бы уволить тебя… Дверь открывается, и входит Себ. Льюис думает, что это очень кстати: он почти уверен, что иначе король уволил бы его прямо на месте. Не прошло и суток с начала его работы. Тото знатно потешался бы над ним. — Ваше Величество, — начинает Себ, но вместо извинений за то, что прервал их, он просто подходит к столу и опускает на него небольшую стопку бумаг. — Нам нужно выезжать через пять минут. Это на потом. Взгляд короля на мгновение переключается на Себа. Он делает глубокий вдох, его челюсти плотно сжаты. — Новый стилист… — Я не стану увольнять его просто за то, что он пытается делать свою работу, — спокойно, но твёрдо отвечает Себ, — и вам тоже не следует этого делать, Ваше Величество. Король стискивает зубы. Льюис уже почти ждет, что тот сорвётся на Себа, но король лишь проносится мимо них туда, где его уже ждёт Кими. Стоиь им остаться наедине, как Себ тяжело вздыхает: — Что ты натворил? — Ничего! — Льюис уставился на него, немного оскорблённый тем, что в угрозе своего увольнения виноват теперь, оказывается, он сам (хотя отчасти так оно и есть). — Он даже не дал мне представиться и сразу заявил, что ему плевать на моду! Себ лишь снова вздыхает и делает какую-то отметку на своём планшете. — Что ж, ты продержался дольше, чем его прошлый стилист. Короля не будет большую часть дня, так что можешь подняться в его апартаменты и изучить гардероб. — Мне… можно это сделать? — Льюис смотрит на Себа немного ошарашенно. Это кажется серьёзной угрозой безопасности (учитывая, что он приехал только вчера), но Себ уже снова направляется к выходу. — Да, конечно, это ведь твоя работа в конце концов. После этого поезжай в город, присмотри для него какую-нибудь новую одежду. Льюис бурчит что-то в ответ, но Себ уже ушёл. Льюис проводит ладонью по лицу. Он сам не уверен, чего ожидал. Конечно, с королями и другими мировыми лидерами никогда не бывает легко, но всему же есть предел. А он-то думал, что они с королём, возможно, даже поладят. Льюис тихонько усмехается и выходит из кабинета, подавляя в себе желание обыскать письменный стол. Риск попасться слишком высок, поэтому он сворачивает налево. Апартаменты короля, как и его рабочий кабинет, находятся на втором этаже. Охранники пропускают его без лишних слов — судя по всему, они в курсе, кто он такой. Льюис слегка им улыбается, заходит внутрь и закрывает за собой дверь, после чего оборачивается. Эти апартаменты больше его собственных — они занимают почти весь этаж крыла. Льюис окидывает комнату взглядом, чтобы составить общее представление. Большая часть помещения, где он сейчас находится, похоже, служит гостиной: два огромных серых трёхместных дивана с кушетками расположены буквой «Г» напротив массивного телевизора. Стены уставлены рядами книжных шкафов. Льюис приподнимает брови, заметив в углу унылого вида растение. Посреди комнаты стоит длинный деревянный обеденный стол с четырьмя стульями с каждой стороны и по одному во главе, а у окна он замечает небольшой письменный стол — куда более заваленный вещами, чем тот, что в официальном кабинете короля. Льюис медленно подходит к книжным шкафам. Его взгляд останавливается на семейной фотографии. Король на ней, должно быть, ещё совсем маленький, лет девяти или десяти, и он сияет в камеру. Позади него стоят родители (это точно они, сходство просто поразительное), каждый из которых положил руку на плечи сына. Их улыбки выглядят скорее забавными, и вся троица кажется невероятно беззаботной. Льюис отворачивается и идёт исследовать то, что скрывается за двумя дверями на другой стороне комнаты. Левая ведёт в довольно просторную ванную, которую Льюис пока игнорирует — его не слишком интересует, как король ухаживает за кожей. А вот вторая дверь ведёт в главную спальню, и Льюис хмурится. Апартаменты, как и сама спальня, выглядят довольно безлико — почти так, словно здесь никто и не живёт. Постельное бельё тёмно-синего цвета, на прикроватной тумбочке стоит лишь наполовину пустой стакан воды, и больше ничего нет. Слева от себя Льюис обнаруживает массивную гардеробную и, переступив её порог, морщит нос. Он не то чтобы эксперт в высокой моде, но даже он видит, что большая часть одежды сидит на короле из рук вон плохо. Кругом полно скучного белого цвета, ярких оттенков почти нет, а большинство вещей выглядит довольно дёшево — хотя Льюис сомневается, что они действительно мало стоили. Он проводит рукой по ряду белых классических рубашек, большинство из которых, похоже, куплены в обычном магазине готовой одежды, и закрывает лицо ладонью. Теперь он понимает, почему Себ так настаивал на том, чтобы у короля был личный стилист. Льюису даже не нужно рассматривать каждую вещь в отдельности, чтобы понять: это совсем не то, что король Германии должен надевать на официальные мероприятия. Он разворачивается и выходит обратно в спальню. — Ну и бардак, — бормочет он, после чего, скорее по привычке, проверяет, насколько безопасны апартаменты короля. Насколько он может судить, никаких скрытых камер или микрофонов здесь нет, а окна пуленепробиваемые — это плюс. Когда он снова выходит из апартаментов, охранники практически не обращают на него внимания. Забрав из своей квартиры ключи от машины и небольшую сумку, Льюис следует совету (или приказу) Себа и отправляется на машине в город. И очень быстро понимает, что водить в Мюнхене едва ли не так же паршиво, как и в Лондоне. Он вздыхает, останавливаясь на очередном красном сигнале светофора. У него возникает сильное искушение в следующий раз просто поехать на метро, но если ему предстоит накупить кучу одежды, то поезд, забитый другими пассажирами, — вряд ли лучший способ её везти. Парковка оказывается тем ещё испытанием, но Льюис закрывает глаза на безумно высокие тарифы. Его зарплата в МИ-6 достаточно велика, чтобы об этом не беспокоиться. Чисто технически он, наверное, мог бы потребовать возмещения расходов, но он никогда не любил бумажную волокиту, да и бог знает, как долго он пробудет в Германии. К тому же его оклад в качестве личного стилиста тоже весьма щедрый. Деньги — это меньшая из его проблем на время пребывания здесь. День выдаётся великолепным и солнечным, и Льюис искренне наслаждается прогулкой по улицам в центре города. Мюнхен красив. Прежде чем отправиться на Максимилианштрассе, где расположено большинство лучших мюнхенских галерей, дизайнерских магазинов, люксовых бутиков и ювелирных салонов, он заглядывает к знаменитой ратуше. Себ сказал ему, что у него есть ежемесячный бюджет на обновление королевского гардероба, который ему настоятельно рекомендовали тратить, и Льюис заглядывает в магазин Dior справа от себя. Какое-то время он просматривает вещи, ещё не до конца понимая, чего именно хочет. Он заметил, что улицу заполонили вывески Dolce & Gabbana, Versace, Louis Vuitton, Chanel, Hugo Boss, Gucci и многих других знаменитых брендов, но что-то подсказывает ему: король скорее отречётся от престола, чем наденет Dolce & Gabbana. Или симпатичную рубашку от Versace. Льюис вздыхает и вежливо отказывается, когда продавец-консультант поочерёдно спрашивает, нужна ли ему помощь. Ему-то помощь не нужна — она нужна чёртовому королю Германии. Тем не менее он всё же присматривает для себя отличную синюю куртку с вышивкой, после чего выходит обратно на улицу. Солнце к этому моменту поднимается уже довольно высоко, но дует прохладный ветер, благодаря чему температура на улице становится очень приятной, и его взгляд скользит по многочисленным витринам впереди. Внутренний голос подсказывает ему, что с крупными международными брендами он далеко не уедет. В конце концов, король Чарльз тоже не носит Versace, а предпочитает Anderson & Sheppard. Его внимание привлекает небольшой магазинчик на углу большого белого здания. Он выглядит как портновское ателье и почти теряется на фоне кричащих витрин Dolce & Gabbana. Льюис медленно подходит ближе. На витринах выставлены отлично скроенные костюмы, и в его груди вспыхивает надежда. Золотые буквы над входом сообщают, что магазин называется Giordano & Montmorency, и Льюис плавно толкает дверь. Внутри приятно прохладно, одежда с первого взгляда выглядит великолепно, а стены обшиты тёмным тёплым деревом, что напоминает Льюису об ателье на Сэвил-Роу в Лондоне. Молодой человек за стойкой поднимает глаза, и на его лице появляется теплая улыбка: — Hallo, wie kann ich Ihnen helfen? — О, прошу прощения, я не говорю по-немецки, — отвечает Льюис, адресуя парню виноватую улыбку. На бэйджике сотрудника написано «Шарль Леклер», и Шарль широко улыбается в ответ: — Без проблем, тогда мы можем пообщаться по-английски. Чем я могу вам помочь? У него французский акцент, одет он в отлично скроенный тёмно-зелёный костюм, и это почему-то вселяет в Льюиса надежду. — Я ищу довольно много вещей для одного моего очень… непростого клиента, — медленно отвечает он и с облегчением замечает, что при ближайшем рассмотрении одежда оказывается столь же великолепной. Все вещи высочайшего качества, костюмы выглядят превосходно сшитыми, и Шарль улыбается: — Понимаю. Что именно вам нужно? — Всё, — сухо отвечает Льюис, чем вызывает у Шарля смех. В его глазах вспыхивают искорки веселья, и Льюис вынужден признать, что парень очень недурен собой. — Что ж, думаю, я смогу с этим помочь. Какой размер вам нужен? Льюис называет ему размер короля (правда, берёт на размер меньше, вспомнив все те ужасно мешковатые рубашки в его гардеробной; и вообще, было бы гораздо проще, если бы он мог просто притащить короля в магазин и нормально снять с него мерки), и Шарль начинает отбирать классические рубашки, перенося их на пустую стойку для одежды. — У вас прекрасные вещи, — замечает Льюис, проводя рукой по тёмно-красному двубортному пиджаку, и Шарль улыбается. — Да, владельцы, мистер Джордано — он итальянец — и мистер Монморанси — он француз — по-настоящему талантливы. — Значит, они и владеют магазином, верно? — спрашивает Льюис, и Шарль кивает: — Именно так. Могу я предложить вам что-нибудь выпить? Чай, кофе, воду?.. — Кофе, если у вас есть соевое молоко, а если нет — я выпью чашку чая. И кстати, я Льюис. — Тогда будет кофе, — с улыбкой отвечает Шарль и направляется к серебристой рожковой кофемашине в глубине зала. — Рад знакомству, Льюис. Так что именно нужно вашему клиенту? — В основном костюмы, — отвечает Льюис, наблюдая за тем, как Шарль готовит кофе, — но у него много самых разных встреч и мероприятий, так что мне также понадобится что-то чуть более повседневное. Всё всегда зависит от повода. — Понимаю, — Шарль протягивает ему чашку кофе и поворачивается обратно к рубашкам. — Очевидно, было бы проще, если бы ваш клиент пришёл сам, но мне ли вам об этом говорить. — Да уж, всё сложно, — бормочет Льюис, и Шарль усмехается: — Не переживайте, так всегда и бывает. Затем он направляется к джемперам, и Льюис с любопытством наклоняет голову: — У вас много… эксцентричных клиентов? — Почти все, — сухо отвечает Шарль. — Проблемы начинаются, когда они хотят, чтобы их обслуживали лично мистер Джордано и мистер Монморанси. Но те никогда не бывают в магазине. Они хотят просто создавать моду, а не общаться с покупателями. Льюис весело фыркает и делает глоток кофе: — И как давно вы здесь работаете? — Именно в магазине? Уже три года, — Шарль достаёт великолепный двубортный пиджак тёмно-синего цвета, который, как точно знает Льюис, идеально подойдёт к глазам короля. — Я изучал моду в Милане и проходил стажировку в «Giordano & Montmorency». Я остался в Мюнхене, потому что встретил здесь своего парня, и предложил мистеру Джордано и мистеру Монморанси свою помощь в магазине. — То есть вы здесь одни? — спрашивает Льюис, и Шарль смеётся: — В основном да, хотя у меня есть двое коллег на случай, если я нахожусь в отпуске или на больничном. Но я не против, мне нравится моя работа. И он явно знает своё дело. Льюис искренне впечатлён тем, что Шарль успел подобрать за последние десять минут, и, когда он говорит ему об этом, в ответ получает улыбку. — Спасибо. А вы? Давно в Мюнхене? — Два дня, — честно признаётся Льюис. — Только вчера вышел на новую работу. Шарль приподнимает бровь и усмехается: — И сразу с места в карьер, как я вижу. — Как я и говорил, всё сложно, — Льюис пожимает плечами и делает ещё один глоток кофе. — Последние несколько лет я работал личным стилистом в Лондоне. — О, это тоже звучит здорово, — Шарль улыбается ему и разглаживает одну из классических рубашек. — Вам нравилось? — Не жалуюсь, — лжёт Льюис и откидывается на кресло кремового цвета, на которое присел минут двадцать назад, мысленно молясь, чтобы Шарль никак не был связан с лондонским миром моды. — А вы не скучаете по Франции? — Я не из Франции, — Шарль бросает на него слегка приглушённый весёлый взгляд. — Я из Монако. И да, иногда я скучаю, но сами понимаете, — он пожимает плечами. — Мюнхен не так уж далеко, так что я всегда могу съездить туда и навестить близких. Льюис не стал расспрашивать дальше, прекрасно понимая, что Шарль — всего лишь продавец-консультант, с которым он познакомился полчаса назад, и проявлять излишнее любопытство подозрительно. — Ну, как вам? — Шарль указывает рукой на стойку для одежды, которая теперь заполнена самыми разными тканями и вещами. Льюис впечатлённо кивает: — Великолепно. Я возьму всё, кроме готового костюма. Он красивый, но вы сами знаете, как трудно покупать костюм без нормальной примерки. Шарль согласно кивает и начинает переносить вещи к кассе: — Знаю. Что ж, мы всегда вам рады, Льюис. — Приятно слышать, — Льюис улыбается, допивает кофе, после чего встаёт и идёт за ним. Вещи в магазине недешёвые, но цены не такие безумные, как у некоторых других люксовых брендов, а качество при этом исключительное. Его бюджета с лихвой хватает на классические рубашки, брюки и джемперы, хотя над решением вопроса с костюмами ему ещё придётся подумать. Как-никак, Его Величество должен носить костюмы индивидуального пошива, а не то недоразумение, что висит у него сейчас — явно купленное в обычном магазине. Льюиса передёргивает от одного воспоминания о них. — Спасибо, — говорит Льюис Шарлю после оплаты, и монегаск протягивает ему четыре неприметных фирменных пакета. — Я ещё вернусь. — Буду ждать, — Шарль подмигивает ему, и Льюис ухмыляется, после чего относит пакеты в машину. Однако возвращаться во дворец он пока не готов. Оплатив запредельно дорогую парковку, он едет в сторону Нимфенбурга, ещё не зная точно, куда именно хочет приткнуться. Впрочем, парк у канала выглядит многообещающе. Найдя парковочное место (которое к тому же оказывается бесплатным), Льюис выходит из машины. Район довольно тихий: в основном жилые дома, маленькие магазинчики и детская площадка. Льюис подмечает, что канал тянется до самого дворца. Он бродит по улицам, изучая «свой» район (он считает его таковым, учитывая близость к дворцовому комплексу), и останавливается возле кофейни, зажатой между химчисткой и книжным магазином. Она называется «Perth Honey Coffee» и выглядит весьма многообещающе. Оконные рамы и дверь выкрашены в белый цвет, на стекле красуется маленькая наклейка с австралийским флагом, и Льюис заходит внутрь. В кофейне довольно многолюдно. Льюис делает глубокий вдох, впуская в лёгкие аромат кофейных зёрен. Свет здесь мягкий, вдоль кирпичных стен расставлены мягкие плюшевые кресла и диванчики, а столики почти все заняты. Некоторые посетители сидят с ноутбуками. Весь интерьер кофейни выдержан в белых и тёплых синих тонах. На фоне играет музыка, смешиваясь с негромким гулом разговоров, и Льюис подходит к стойке. В ассортименте есть капкейки, банановый хлеб и пирожные, включая веганские варианты. Льюис бросает взгляд на меню, висящее на стене. — Hiya… — это всё, что понимает Льюис, прежде чем следует фраза на немецком. Его взгляд тут же переключается на человека за стойкой. У того обаятельная улыбка, тёмные кудри, тёплые карие глаза, аккуратная короткая бородка и ямочки на щеках. Льюис прочищает горло. — Прости, друг, я не говорю по-немецки, — виновато отвечает он, и парень выглядит почти с облегчением, рассмеявшись: — А, без проблем, приятель! Что тебе налить? У него австралийский акцент. Он одет в кепку и футболку оверсайз, а на его бэйджике написано «Дэниэль». Льюис ухмыляется: — Просто американо с соевым молоком. Хотя этот банановый хлеб выглядит соблазнительно. — Он лучший, — серьёзно заявляет Дэниэль, хотя его губы подрагивают от улыбки. — Мне ли не знать, я сам его испёк. — Я за ним ещё вернусь, — обещает Льюис, наблюдая за тем, как Дэниэль готовит кофе. — Я живу неподалёку. — Обожаю заводить новых постоянных клиентов, — Дэниэль широко улыбается, и Льюис улыбается в ответ. В Дэниэле есть что-то лёгкое и располагающее к себе, что-то, вызывающее доверие. Парень бросает на него любопытный взгляд: — Ты здесь по работе? — Можно и так сказать, — Льюис вздыхает и проводит рукой по волосам. — Приехал всего два дня назад. А ты? — Всего полгода как, — Дэниэль пожимает плечами и выдает свою фирменную непринуждённую улыбку. — Мой немецкий пока не очень, но я справляюсь. Думаю, клиентам просто заходит эта австралийская атмосфера. Льюис ни капли в этом не сомневается. Дэниэль протягивает ему кофе и колеблется. — Приятель, это может прозвучать странно, но я пока мало кого здесь знаю. С немцами почему-то очень тяжело заводить дружбу, так что, если захочешь как-нибудь зависнуть вместе… — С удовольствием, — слышит Льюис собственный ответ прежде, чем успевает всё обдумать. Но… ему действительно нужны друзья. Или хотя бы иллюзия дружбы, и Дэниэль для этого кажется вполне подходящим человеком. — Супер! — Дэниэль так и сияет. Он быстро записывает свой номер телефона на клочке бумаги. — Просто черкани мне, как будешь свободен, приятель. — Договорились, — Льюис улыбается и прячет записку в карман брюк. Дэниэль подмигивает ему и уже переключается на следующего клиента, а Льюис, выходя из кофейни, пытается игнорировать приятное тепло в груди. Он здесь по работе, а не ради того, чтобы заводить друзей. К тому же для агента МИ-6 дружба — это вообще плохая идея. В любом случае скоро он снова покинет это место.