Это было смешно а теперь пока 👋 КОНЕЦ
24 июня 2026 г., 23:13
Моб молниеносно сжал записку в кулаке и засунул её глубоко в карман штанов, молясь, чтобы жёлтый не заметил этого движения. Он медленно обернулся, натянув на лицо самую убедительную маску усталости, на которую только был способен.
— Нет, я просто... проверял, высохли ли карманы, — тихо сказал Моб, проходя мимо Верити обратно на кухню. Шаги давались с трудом, каждый мускул был напряжён, как гитарная струна.
— Вот и славно, — Верити проводил его взглядом, в котором на секунду мелькнуло подозрение, но тут же растаяло. — Садись, угощайся. Пирог с черникой. Твикссел... то есть, я хотел сказать, лесные ягоды сейчас самые сочные.
Эта оговорка заставила Моба похолодеть. Кое-как выдавив из себя подобие аппетита, он сел за стол. Верити, как ни в чём не бывало, отрезал ему огромный кусок и налил свежий чай. К счастью, в этот раз жёлтый отвлёкся на кастрюли у плиты, повернувшись к Мобу спиной.
Это был его единственный шанс. Действовать нужно было сейчас, пока этот псих считает, что полностью сломал его волю.
Вместо того чтобы есть, Моб осторожно опустил взгляд на деревянные половицы под своими ногами. В углу кухни, прямо за тумбой с посудой, он заметил то, чего никогда не замечал раньше из-за наваленного там хлама: старое, едва заметное кольцо люка, утопленное в доски. Подпол. Дневник Твикссела и предыдущих жертв был прямо там, под тремя слоями старой краски.
Моб бесшумно сполз со стула, стараясь не скрипеть половицами, и на корточках подобрался к люку. Сердце колотилось в ушах так громко, что заглушало свист закипающего чайника. Он ухватился за ржавое кольцо и с трудом, превозмогая сопротивление, потянул его на себя. Крышка поддалась с тихим, утробным вздохом.
Из темноты подпола пахнуло сыростью, старой бумагой и тем самым приторно-сладким, гнилостным запахом, который Моб теперь ни с чем бы не перепутал. На верхней ступеньке ветхой деревянной лестницы действительно лежал потрёпанный блокнот в кожаном переплёте.
Моб протянул руку, схватил дневник и быстро перелистнул первую страницу. На ней аккуратным почерком было написано:
«День 44. Он запер меня. Но я нашёл кое-что в глубине этих катакомб. Верити — это не просто мод. Это...»
В этот момент чайник на плите резко замолчал — Верити выключил конфорку. В тишине кухни раздался мягкий, шуршащий шаг прямо над головой Моба.
— Моб, милый, а почему твой стул пустой? — ласково спросил голос откуда-то сверху, и в следующую секунду жёлтое лицо Верити заглянуло прямо в открытый зев люка. На его губах играла странная, замершая улыбка, а в руке он сжимал тяжёлую скалку. — И почему ты читаешь чужие вещи без спроса? Ты ведь обещал, что будешь послушным
Взгляд Верити, устремлённый в темноту подпола, казался абсолютно мёртвым, несмотря на вежливую улыбку. Моб замер на лестнице, прижимая потрёпанный дневник к груди, как единственный щит. Сердце, казалось, вообще перестало биться.
— И почему ты читаешь чужие вещи без спроса? Ты ведь обещал, что будешь послушным.
Моб не успел ничего ответить. Верити действовал молниеносно: его свободная рука с железной хваткой вцепилась в воротник толстовки Моба и с силой рванула его вверх, выбрасывая обратно на чистый кухонный пол. Дневник Твикссела выскользнул из пальцев и с глухим стуком отлетел к плите.
Крышка люка с грохотом захлопнулась, отрезая путь к спасению. Верити тяжело навис сверху, перехватывая скалку обеими руками. В его глазах больше не было ласки — там горело холодное, расчётливое безумие маньяка, у которого едва не сорвался идеальный план.
— Я так старался для тебя, Моб, — тихо, почти с обидой прошептал он, медленно наклоняясь к самому лицу парня. — Приготовил завтрак. Убрал весь этот... мусор. Отпустил тебя с цепи. А ты снова пытаешься заглянуть туда, куда не следовало. Ты разочаровываешь меня.
Моб попытался отползти, судорожно перебирая ногами по полу, но спиной упёрся в кухонную тумбу. Деваться было некуда. Он посмотрел на блокнот, который лежал всего в полуметре от него. Последняя строчка из книги стояла перед глазами: «Верити — это не мод. Это...»
Верити заметил его взгляд. Он перевёл свои жуткие круглые глаза на дневник, затем снова на Моба, и его улыбка вдруг вернулась, став ещё шире и неестественнее.
— Хочешь знать, что там написано? — ласково спросил он, прижимая скалку к горлу Моба, перекрывая кислород. — Что ж. Раз уж ты так любишь секреты... Думаю, пришло время показать тебе, кто я такой на самом деле. И почему отсюда ещё никто не уходил живым.
Верити свободной рукой потянулся к собственному лицу, и Моб с ужасом заметил, как кожа на стыке жёлтой шеи и подбородка начинает... расслоиться, словно это была всего лишь маска. Наружу вырвался глухой, нечеловеческий скрежет.
Моб зажмурился, готовый закричать, но в этот момент...
