Там, где живет роза

      — Генри, я же положила твое полотенце на кровать, куда ты его дел? — рыская руками по спальному месту, крикнула Реджина, чтобы ее могли услышать в другой комнате, а после и сама направилась в сторону кухни.       — Мам, да я не знаю. Я же говорю, что там ничего не лежало. — сидя за столом с мокрыми после душа волосами, доедал свою порцию яичницы Генри.       — Да я его унесла! Успокойтесь! — Кора Миллс протянула ткань к голове своего внука и принялась вытирать его прическу. В разные стороны. Круговым движением. Торчать будут. — И зачем ты ему брала с собой полотенца? У меня дома их очень много. Думаю, что я смогла бы выделить хоть какое-то.       — Это его любимое. — женщина схватила кружку с американо, жадно делая первый глоток.       — Любимое или не любимое, но я его повесила сушиться. Пусть пока так. — Кора продолжала вытирать мальчика, пока тот уже справился с едой и начал теребить футболку на себе. — А ты, кстати, как скоро планируешь возвращаться домой?       — Я останусь на пару дней. Похожу с ним на кружок, проведаем все. Генри привыкнет и я сразу уеду. Чувствую, что-то неладное.       — Оставайся, конечно. Тогда, пока мой любимый внучок полностью окутан твоим вниманием, а после я смогу проводить с ним больше времени.       Реджина допила свое кофе, взяла ключи от машины. Пока автомобиль прогревался, юноша успел почистить свои зубки и прыгнул на заднее сидение. Хоть он и попытался уложить волосы с помощью расчетки, метод сушки у бабушки явно расчитан на лысых людей. В течении дня корни должны опасть и на голове станет видна нормальная картина, без переполоха.       На первое занятие оба Миллс прибыли вовремя. В актовом зале во всю блуждала Эмма Свон, смотря на текст в ее руках. Ребята сидели на своих местах, ожидая начала. Осталось дождаться еще одну девочку - Лекси. Ровно в 11-00 утра она прибыла, уселась в самом конце и просто наблюдала.       Генри отошел от матери и тоже уселся на свободное место, как раз таки с Лекси. Остальные казались для него слишком гиперактивными, странными. Не вписывался в их общество. С соседкой он вообще ни разу не обмолвился словом, только быстрые взгляды, в которых было принятие, проскальзывали мимо них. Вроде и понимают друг друга, но и общаться давалось с трудом.       Эмма оторвала свой взгляд от зубрежки, осмотрела, что пришли все и направилась прямиком к выходу, где стояла ее вчерашняя собеседница.       — Вы своего сына за ручку водить будете? - решила поинтересоваться Свон. — Я не со злости. Просто интересно.       — Мы не местные, так что Генри просто не знает дорог. Сейчас мы освоимся и я смогу уехать домой, к работе. — дверь оказалась расшатанной. — Могу ли я посидеть на задних рядах и понаблюдать за процессом?       — Не думаю, что это хорошая идея. Дети стесняются.       — Если они застесняются, то я сразу же покину помещение и буду ждать на улице. Это вводное занятие, верно? Я не думаю, что будет происходить аншлак.       Эмма выдохнула, про себя посчитала до трех и согласно кивнула, показывая рукой путь, а после хлопнула дверью, закрывая ее для посторонних глаз. Сделать одолжение. Как же глупо. Сейчас и она начнет запинаться.       — Сегодня мы с вами познакомимся чуть поближе, поэтому я бы хотела предложить вам сыграть в игру "Да,и..". — Эмма расхаживала вдоль первого ряда. — В этой игре нужно будет выходить на сцену по двое. Правила такие, что всегда нужно соглашаться с мнением своего партнера. К примеру, я говорю, что "мы проплываем океан", а второй отвечает "да, и я вижу касатку", так же я "да, и на касатке огромный кот". То есть нужно придумать такое предложение, чтобы оно звучало интересно. Попробуем?       Дети сразу же развалились огромным хохотом и желанием попробовать. Они уже начали придумывать настолько странные идеи, по которым можно написать целый сборник смешных рассказов.       — Желающие? Вызываю по очереди.       В следующую секунду появился лес рук, стараясь поднять свою ладонь выше своего товарища. Энтузиазм расстекался по стенам, обволакивая в свой шепот все находившихся под контролем их территории.       — Лиам и Мия. Выходите на сцену.       С этого момента все внимание было направлено в центр зала. Привели управляющего светом, который выключал основные лампы, а большой прожектор направлял на выступающих ребят. Все происходило слишком хорошо, всем было весело. После каждого выступления, дети обнимались, называли свои имена для друг друга и остальных. Если хотели, то могли рассказать немного о себе.       Реджина не особо вникала в происходящее, точнее делала вид, чтобы ее не выставили в одинокий коридор, так как она мешает. В руке находился телефон с сообщениями от секретарши, в которых рассказывалось о том, что в городе толком ничего не происходит, а течет обычным движением. Ничего страшного в уезде нет, можно расправить плечи.       — И так. Самые последние по ряду - Лекси и Генри. Прошу. — отозвалась Эмма, когда свет вновь осветил всю площадь.       Мальчик и девочка вышли на сцену, помахали для зрительного зала, посмотрели друг на друга, кивнули и начали игру.       — Музыкант играет на гитаре. — начал Генри       — Да, и на нем красная шляпа.       — Да, и на этой шляпе сидит лягушка.       — Да, и рядом с ней маракассы.       — Да, и на которых играет ее ручная крыса.       — Да, и она дергает музыканта за ниточки, чтобы тот правильно играл.       Миллс отвлеклась от своего мобильника, смотря как ее сын легко парирует фразами, при чем довольно эмоционально. Никогда не думала, что сможет прикоснуться к миру, не к ее вселенной. Так же женщина заметила, что именно на выступлении Генри, Эмма куда больше улыбается, чем на прошлых. Эта своеобразная от легкости усмешка дарила тепло. Можно увидеть во всей красоте студентку, не обращающей внимание на излишние элементы. Рубашка слегка выходила за границы, на размер больше, видимо, но не это не мешало разглядеть хорошую, подтянутую форму. Джинсы идеально вписывались в образ, даже небольшая дырка на их основании имела особый шарм. Возможно, девушка помимо учебы занимается спортом. Хорошо выглядит. До ужаса.       Спектакль окончен. Генри и Лекси обнялись, нелепо, но обнялись. Знакомство произошло куда раньше, чем они планировали. Вышли на край сцены и громко назвали свои имена, улыбаясь сверстникам. Лекси по ступенькам спустилась к своему месту, а мальчик схватил микрофон, стоящий рядом с ним на стойке.       — Мне очень нравится читать книжки, смотреть фильмы и узнавать новое о театре. — юноша немного замешкался, но нужно закончить. — Я очень рад, что попал сюда и буду обучаться вместе с вами. Надеюсь, что найду того, с кем можно поболтать.       После недлительного монолога, Генри вновь сел рядом с девочкой, подрыгивая ногами. Он не знает зачем сделал это, но данная идея показалась ему быстрым и легким способом завести пару друзей. Он хотел пообсуждать все то, что прочитал , посмотрел за столько лет. Компании своей мамы ему уже не хватало. Единомышленники - вот, что он искал.       — Это было просто замечательно. Каждый проявил свои умения фантазировать и реагировать на неожиданные высказывания. — Эмма Свон вновь в центре. — Я надеюсь, что каждый из вас сблизиться, будет помогать в сложных делах. Как только мы будем готовы, то нам предстоит огромная командная работа над сценками. Все будут на своих местах. А теперь я каждому выдам по книжечке, где при хорошей работе я буду выдавать вам по наклейке.       Девушка прошла мимо каждого, вручая тоненькую книжку, размером с ладонь, белого цвета. А после, из своего листа, наклеивала в каждую по одной звездочке с надписью "Умничка".

***

      Опять пусто. Опять Эмма Свон и опять Реджина со своим малышом. Становится традицией, если так смотреть. Эмма сегодня не устала, так что напряжение на лице не выскакивало наружу.       — Вам действительно нравится заниматься своим делом. — Миллс подошла почти вплотную к преподавателю.       — Нравится, как еще? С детства только об этом и разговариваю. — Свон сделала шаг назад. Слишком маленькая дистанция. — Не судите людей всего по одной встрече. Может вы ошибаетесь.       — А я вот с детства в офисе мечтала сидеть, деньги выдавать, представляла, что все мои подчиненные. Дороги привели каждого туда, о чем он желал. — Реджина тоже отступила назад. Перешла границу. — Но вы верно подметили, нельзя так сразу осудить человека. Я стараюсь думать обо всех хорошо с самого начала, вот только если человек оступился - тогда я меняю мнение.       — Довольно хороший взгляд на жизнь, незнакомый мне уровень. Театр дает тебе посмотреть на все с разных углов. Ты можешь быть злодеем, хорошим, не двигать сюжет вообще, но ты покопаешься в характере каждого.       — Да, жаль мне не понять. Скажите, Генри правда хорош? Если так, и ему это занятие доставляет удовольствие, то я готова двигать его дальше. Как у вас в университете? Образование хорошее?       — Он еще пока маленький, чтобы решать, но думаю, что да, он очень талантлив. Нельзя забирать у него способность самовыражения. — Эмма отвела взгляд на мальчика, сидевшего в углу. — Образование хорошее, не слишком сложное, если сам того хочешь. Могу рекомендовать, но для выхода в верхушки нужно искать что-то более престижнее.       — Спасибо за совет. Осталось только подождать, пока Генри сделает шаг вперед и начнет строить свою жизнь.       — Вы очень мудрая. С вами приятно пообщаться. - Свон сжала в кулак свою руку, а после медленно разжала. Приятная боль очистила сознание.       — Спасибо большое за комплимент. Завтра, я скорее всего уеду, не знаю когда вернусь, чтобы навестить сына. Оставлю его у бабушки. Буду считать вас его второй "мамой" на всякий пожарный?       Эмма замялась от странного вопроса, но не имела ничего против для поддержания связи с родителем своего обучающего. Девушка взяла в руки чужой мобильник, быстренько набрала номер телефона и забила свой контакт, а после отдала обратно.       — В любое время суток, только не ночью. — Подшутила Свон и сама же рассмеялась.       — За кого вы меня принимаете? - Реджина шутки не оценила, но добавила плюсик за старательность. — По каким дням нужно будет приходить на занятия? Со скольки до скольки.       — С понедельника по четверг. С одиннадцати утра до двух часов дня, может и задерживаться будем немного. Выходные дни и пятницу мы оставляем для провождения с семьей.       — Хорошо. Я вас услышала. Если возникнут вопросы, то прошу брать трубки.       Забрав Генри, Реджина вальяжно ушла, оставив за собой шлейф ягодных духов. Приятный аромат, навевает воспоминания о том, что раньше лето звучало как-то иначе, более цветастей, чем сейчас.       Эмма молча провожала женщину взглядом, осматривая каждую деталь тела. Красивого тела. На такое изящество не посмотрит только слепой или глупый, но она ни у тех ,ни у тех не числилах в списках, так что..право давали такое терять? Характер Миллс раскрывался все больше и больше, но продолжал держать в себе тайны, не подвластные разгадке ни одной живой душе.             

***

      Родные стены общежития приняли, как родную. В комнате вентилятор отсутствовал, приходилось довольствоваться открытым окном. Ветер по улице не шастал, стоял влажный до тошноты воздух. Температура не хотела снижаться, да хоть мать твою на градус! Только сделайся холоднее.       Эмма прошла до кровати, куда первым же делом скинула свою одежду, оставшись полностью в топике. На ноги, вместо удушающих джинс, были натянуты шорты до колена. Хоть так будет проветриваться.       Комната, в которой проживала девушка - не слишком большая. Одна двуспальная кровать, подальше у стенки находилась кухня, на которой половина электронных вещей не подавало признаки жизни. Небольшой письменный стол, на котором скопились рукописи, стопка книг. Шкаф, с малым количеством одежды. В коридоре, где входная дверь, были расположены небольшие комнатки для сан узла и ванной. Прикрывали вход в них, повешанные на дверной проем шторы темного цвета. То ли зеленый, то ли синий. Видимо поставить двери составило труда. Радовало лишь то, что это полностью бесплатно. Она проходит практику, ей платят, а квартиру предоставляют.       На лето всех студентов выселяли из общежития, а Эмме податься некуда, денег особо на сьем нет, да и работу стало сложно искать. Девушка согласилась сразу же, услышав условия труда от своего профессора.       Чемоданы были готовы заезжать в пригород, час настал. Сама идея провести это лето не за учебниками, а в компании природы и небольшой группой детишек - лучшее за последние годы. До совершеннолетия все лето за стенами приюта, а после два курса зубрежки.       Сидя за столом, Свон аккуратно выводила каждую буковку на бумагу. Меньше всего хотелось испачкать и начать переписывать заново. Сегодняшнее занятие ее не выматало, что само по себе занятием не назовешь. Нужно готовиться дальше, к завтрашнему дню. Составить план, которому они все будут следовать. Придумать задания домой, но не такие, как в школе, а простые, на которые займет мало времени, но интересные.       Не стоит забывать, что еще к ее обязанностям добавился девятилетний мальчик, за которым нужно посмотреть. Конечно, Эмма считает, что дамочка так пошутила, но к шуткам таких людей нужно относится серьезно. Генри хороший мальчик, но не для того, чтобы она стала для него "второй мамой". Это слишком. Для нее слова Реджины проносились словно лезвие , режущее воздух около уха.       — Всего два года и я смогу написать свою пьесу, поставлю ее. — бормотала про себя Свон, продолжая выводить буквы. — Скоро я отмучаюсь и буду делать то, что захочу.

***

      Генри сидел у себя в комнате и пролистывал страницы новой книжки, поглощая в себя ее содержание. Нужно отходить ко сну, но сон не приходил. Слишком тревожный день, но такой интересный!       Реджина сидела на кухне со своей мамой, выпивая по одному бокалу вина. Гордость распирала ее на двое.       — Эмма - замечательный человек. Я не вижу в ней учителя, я вижу в ней наставника для Генри. — Реджина сделала глоток из бокала, вращая его с малым усилием, влево-вправо..       — В наше время очень мало таких случаев. Нужно ценить это. — Кора гипнотизировала бокал, не сделав ни одного глотка. — Можешь не волноваться и езжать, готовится. Со мной он останется сытым, помытым и выспавшимся, а на занятиях просто будет собой.       — Да. — Миллс младшая кивнула. Бокал опустел. — Какое-то время я не буду доставать Генри своей нехваткой внимания, утопая в бумагах. Я смогу погрузиться полностью с головой.       — Решишь проблемы и вернешься. Не убежим.       Следующий день самый удачный. Тучи полностью заволокли небо и солнечные лучи не могли продолжить свой бой против человечества людского. Ветерок не дул, пропала влажность. Такой день один на миллион. Воскресенье. Семейный праздник.       Эмма Свон проснулась куда раньше и закончила пробежку. Осталось выполнить несколько упражнений и день начат отлично. Спорт доставлял огромное удовольствие. Просто сам факт его существования успокаивал. Музыка в твоих ушах, а перед глазами только путь.       Занятий нет, значит можно потратить время оставшегося дня с пользой. Лечь уютно в кроватку, накрыться одеялом. Сериал ставился любой, не имело значения, в конечном итоге Свон все равно засыпала и пробуждалась ближе к семи вечера. Оправдывалась перед собой только тем, что в рабочие дни совсем не спит. Зависимость от работы выворачивала девушку наизнанку. Она просто не знает чем заняться. Как научиться отдыхать? Наколдовать понедельник и пойти работать.       Младший Миллс сегодня толком не спал, он был увлечен перечитыванием своей любимой книги. Сюжет знаком вдоль и поперек, но на одном этапе прочитывания ты вовсе не видишь ясные детали, либо же не понимаешь в чем кроется смысл. Эта книга стала подобно библии, открывается с утра, а закрывается вечером.       На телефон Реджины приходили различные смс, но ничего стоящего. Тишь да гладь, явно перед бурей. Вчерашнее вино было лишним, давило на голову. Кора так свое и не выпила, незаметно вылила в раковину. Холодная рука держалась за висок, и в тот же момент на телефон Миллс вновь прошло сообщение. С тяжелым вздохом женщина взяла мобильный и удивилась, когда увидела от кого оно адресовано.       Эмма: "Не желаете, чтобы я вашему сыну провела индивидуальную тренировку? Мне очень скучно. Так и тянет на работу. Можем встретиться в парке."       Реджина не поверила своим глазам. Человек хочет работать и добивается этого.       — Дорогой, спустись пожалуйста. — Миллс повысила голос, положив сотовый около себя на столе.       — Что случилось? — Генри спускался по лестнице, держась крепко за перила.       — Не желаешь сходить на личное занятие с мисс Эммой?       — Я как раз таки хотел обсудить с ней, если она захочет, мою идею.       Набрав за пару секунд сообщение-ответ, женщина покинула кухню. Реджина: "Через 20 минут будем на месте"       Минута. Ответ не заставил себя ждать, но уже без получателя на конце связи.       Эмма: "Успею. У небольшого прилавка с мороженым. Там не потеряемся. Он на входе"       Свон стояла у места назначения в футболке, обтягивающую тело, а сверху накинула ветровку. Низ совершенно не изменился. В голове не пойми что. Казалось, что она выглядит очень жалкой в такой момент. Выходной день, а ей настолько нечем заняться, что готова пойти на крайние меры, так и работать без оплаты своего труда.       Сама Реджина интересный персонаж, говорящий загадками. Хотелось бы поскорее раскусить броню, скрывающую под собой настоящее лицо человека. Эмма с самого рождения сирота, она приучилась понимать каждого собеседника, досконально просчитывать шаги, но такое с ней впервые. В ее диапазоне все существующие чувства перестали ловить связь, будто на них, как на компас, прицепили магнит и вещь начинает сходить с ума.       Машину брать не пришлось благодаря шаговой доступности. Пришлось только поторопить мальчика, ведь он, в отличии от Реджины совсем не был готов к нежданной прогулке, а сидел у себя в комнате. Но лишь одна мысль о занятии с мисс Свон заставяли будоражиться. Одеться, вместе с умыванием, получилось за пять минут и двадцать семь секунд.       Парк наполнялся людьми. Кажется, что человек, проживший здесь больше пятидесяти лет, все равно каждый выходной выходит из своей берлоги и проходится от начало до конца тропинки. Просто потому что он может.       Важным оставалось не потеряться в толпе, а еще отыскать Эмму. На самом входе стояло несколько ларьков с мороженым, окруженные коалицией. Свон не сложно заметить в толпе, но Реджине мешали мелькающие пятна в глазах. Дети бегали туда-сюда, гоняли птиц, а те в свою очередь закрывали кругозор.       Пришлось пройти чуть подольше, чтобы заметить еще один, но уже неприметный ларек, тоже с мороженым, но только без огромной роты голодных ртов. Вон там, оперевшись на стенку магазинчика, стояла Эмма Свон. Спина полностью прижата, а взгляд уставлен на небо. Слегка подзамерзшие пальцы теребили подол ветровки. Реджина впервые поняла, что ощущает, когда раз за разом смотрит на эту девушку - чувство полной свободы. Именно сейчас она осознала. Свон полностью олицетворяет в своем образе свободолюбие. Загадочное недомогание ушло.       — Мисс Свон. — окликнула Реджина, держа своего малыша за руки, стараясь не врезаться ни в кого.       Эмма опустила голову на зов, исходивший от двух персон. Они надвигались прямо к ней. Свон подняла руку и принялась махать, отгородив себя от потери в многочисленной толпе.       Проходит мужчина, а из-за его спины выныривает семейство Миллс. Оба запыхавшиеся.       — Почему их так много? — Миллс стряхнула с себя воздух. Показалось, что кто-то в толпе наступил на ее обувь.       — Честно? Не знаю. Аномалия очень странная, хотела бы - разузнала. — Эмма продолжала стоять упиравшись на стенку, только в этот раз с опущенным взглядом. — Генри, как твои дела?       — Все отлично! После занятия у меня есть идея, которую вы обязаны со мной обсудить. — мальчик победно задрал голову, полностью гордившись собой.       — Вот как? Тогда нам нужно торопиться. - студентка отошла от поддерживающего объекта. — Слушай меня внимательно. Сейчас я тебе на воротник подцеплю петличку с микрофоном. Твоя задача будет минут 5 ходить по парку, делать из обычных вещей что-то опасное, и при этом озвучивать каждое твое движение и мысли на ходу. Мы пока с твоей мамой отойдем, но не далеко. Как только закончишь мы послушаем запись.       — Задание понял. Звучит не сложно.       На Генри надели петличку, и мальчик сразу же бросился по неизвестному маршруту, минуя все лавочки, деревья, кустарники.       — Мне это нужно, чтобы понять насколько сильно развито у него мышление. — опередив наступающий вопрос, ответила Эмма.       — И это все ради чего вы нас пригласили?       — Так у него же есть и своя идея, о которой он хочет поговорить. Получается, что не ради этого. — Свон опустила свою руку на плечо Реджины, аккуратно похлопала и сразу же убрала ее за спину.       Реджина кивнула, соглашаясь со сказанным.       Девушки шли друг возле друга пару минут. Мальчик так и не появился, но приглянувшись, можно заметить его тень, маячующая под большой ивой. Прошло больше пяти минут, но никто из взрослых и не собирался его торопить.       — А почему вы решили уехать в самый разгар отдыха? Посидели бы здесь, отдохнули, подумали о чем-то хорошем. С сыном бы каждый день бегали на речку. — Эмма не любила когда молчание нависало тяжелым камнем на плечах. — Если бы стало интересно, то может быть в помощники к себе взяла. Я бы много чего интересного рассказала, вам бы сразу театр понравился!       — У меня нет возможности оставаться. Все дело в том, что я - мэр в городе Сторибрук, недалеко от Бостона. — Реджина прикусила губу, подбирая в своей голове правильные слова. — Этой осенью проходят выборы. Мне нужно присутствовать в городе, иначе мое место займет последний идиот, не знающий ничего, кроме, как давать обещания, строить из себя святого, а на самом деле забудет через пять минут.       — Я, конечно, думала, что вы важная шишка, но чтоб настолько.. — Эмма остановилась, смотря на идущую женщину, будто та превратилась в золото. Миллс пришлось тоже встать на месте. — Ну да. В этом году в каждом городе идут голосовать. Я совсем забыла.       — Если бы я сидела в кресле больше пяти лет, тогда бы и удивлялась. Это мой второй год на должности, и вот, впервые попала на выборы.       — Тогда я обязательно приеду и проголосую за вас. Да, не сто голосов, но хоть один честный. — девушка продолжила ходьбу, догоняя свою собеседницу.       — Не стоит.       — Стоит, еще как. Посмотрим, что за город такой.       Реджина только вот-вот повернулась лицом к студентке, для слов о благодарности, как тут заметила, что Генри со всей скорости бежит к стоящей паре. Педаль тормоза явно отказала, так что мальчик запрыгнул прямо на руки к своей маме. Миллс еле как удерживает равновесие, чтобы не упасть. Прыжок - умопомрачительный. Не получилось и пары секунд побаловаться, как юноша оказался стоять на асфальте. Реджина бы попросту не смогла его удержать, тем более поднять. Генри вырос из того возраста, когда все это входило в рамки дозволеного. Строго до пяти лет. Дальше сил не хватило.       Эмма толкнула ребенка в плечо, обращая его внимание на себя. Ей хотелось смеяться с полностью признающего свою вину лица, но нельзя. Вдруг обидеться.       — А сейчас мы с тобой будем извиняться, пока она не начала первой. — Свон повернула Генри в сторону Миллс. — Повторяй за мной. "М-аа-ма, пр-ооос-ти". Именно так, протяжным голосом.       — Ты чему мне тут ребенка учишь?       — Мамаа, прости. — нерешительно произнес мальчик, опуская взгляд на землю. У него не совсем получилось повторить за учителем, от чего стало еще грустнее.       — Все хорошо. Только запомни важную вещь. — Реджина села на корточки, вытирая своими прохладными ладонями лицо малыша. — Ты уже большой, не как раньше. Раньше я могла тебя носить хоть одной рукой, а сейчас ты меня с ног сносишь. Никогда и никому так не делай. Вдруг человек упадет и сломает себе что-то?       — Я понял. Я больше так не буду. — мальчик посмотрел на обеих девушек.       — Так, братец. Давай посмотрим, что ты там записал по заданию. — Эмма достала из штанов джинс мобильный телефон с приложением, куда пришла запись с петлички.       Двадцать минут. Двадцать минут Генри бродил по той местности, где люди особо не появлялись, в крайних случаях. Под деревьями, в кустах, ближе к выходу в настоящий лес. Каждая кочка, каждая скамейка становились для него опасностью, стоющую избегать. Корни деревьев он представлял, как мины, с разрушающим ударом на все человечество. Насекомые становились его союзниками, готовые сражаться до смерти, защитить его спину в бою. Тени от солнца - злые духи, которые питаются только человеческой энергией. Обитают они в каждом, но некоторые настолько редкие, что их можно видеть за своей спиной.       Взрослые вникали в каждое слово, следили за правильностью и эмоцией. Миллс младший справился очень хорошо, даже перевыполнил первоначальную планку на целых пятнадцать минут. За свои старания получил от Эммы рожок шоколадного мороженого. Весь обляпался. Рот, нос , все в мороженом. Отмывать пришлось всем, что под руку попадалось.       — Спасибо, Реджина Миллс, за прогулку. Было замечательно провести время в компании двух блестящих людей. — палка хрустнула под ногами. — После отъезда не переживайте. Я справлюсь с мистером-велосепедистом. Да? Так просил тебя называть?       — Вообще-то, мистером-дупервелосепедистом. — вмешался мальчик.       — Это вам спасибо. Генри всегда был не очень активным, разговорчивым. Все время убегал в книжки и телевизор. Я не замечала особо интереса у него к другим детям. Сейчас он чувствует себя, будто бы, получше и раскрепощенным.       — Еще целых три месяца. Занятия четыре раза в неделю. За такой срок мы сделаем из него настоящего героя.       — Я очень на это надеюсь. — Миллс прижала руки к своей груди, а встречный ветер рьяно играл ее локонами. — Нам пора домой. Я уложу Генри и поеду. К полуночи буду дома.       — Не могу вас задерживать.       Эмма пожала руку молодому джентельмену, обменявшийся обещаниями, что девушка завтра выслушает парня по поводу его замысла. Сегодняшняя беготня полностью выбила мысли об этом.       Свон не стала подходить близко к Реджине, только помахала на небольшом расстоянии. Этого хватило. Они не настолько близки, чтобы при любом удобном моменте обниматься. Обе играют роль. Одна - мать моего учащегося, другая - учитель моего сына. Есть связующее звено, и пока оно существует, то и коннект тоже.       — Хорошей дороги! Я обязательно приеду и отдам свой голос за вас. — вслед уходящим спинам, произнесла Эмма Свон.