…я сжигаю свои письма
4 июля 2026 г., 19:00
Знаешь, мама, наверное, я сожгу это письмо.
Зачем? Точно не знаю.
Зачем отправлять тоже.
Ты расстроишься, если его получишь. Посмотришь на Мартина и Санни так, что они про себя меня похоронят.
Это ничего. Это правильно.
Быть может
(я столько об этом думал, мама)
им лучше не знать, кто я.
Какой я.
С кем сплю. Кого люблю. Кого целую.
Я столько об этом думал, мама…
О нём и писать ли тебе это письмо.
Он удивительный. Иногда мне досаждает. Иногда мне хочется его убить и поклясться даже не носить цветов на могилу (он скажет, что не любит, но вообще то неравнодушен к подсолнухам).
Только знаешь, мама, я последую за ним в ту же секунду.
Иногда он смотрит на меня
(я столько об этом думал, мама!)
и весь мир становится чужим.
Или я просто к нему глух.
Ему не нужно меня целовать, чтобы наложить проклятие.
Ну или хотя бы
(просто чтобы ты была спокойна, ведь ты такая суеверная)
околдовать.
У него необыкновенные глаза и голос.
Сначала
(скажу сразу: это не так, ведь ты такая суеверная)
я принял его за лидера секты.
Не как Мэнсон конечно или кто покруче. Такой, местечковой. Где курят траву, много говорят о Боге и поклоняются не ему.
Я знаю, мама, ты очень любишь Бога. Ты даже думаешь
(не отнекивайся и не пропускай)
что Бог однажды на тебе женился. А потом взял и ушёл восвояси.
Тебя только почему то здесь оставил.
Да, наш папа был такой. КАК БОГ.
Но ты думаешь, мама, он бы меня не принял? Сжигал бы наши центры как фанатики? Избивал бы таких как я на улицах гвоздодёрами? Плескал бы зелёнкой или даже кислотой на тех, кто никогда не выпишется?
Это твой Бог?
Значит у нас они разные.
Знаешь, мама, я верю в милосердного Бога. Он обнимет меня как любимого сына, когда меня не станет, и примет моего мужчину, если не станет его (и тоже обнимет как любимого сына).
Или когда. Честно говоря я не знаю.
Мы любим Боуи но не фантазируем что станем героями или чём то таком.
Даже если хочется.
Даже если на этих мыслях я тоже вижу печать своего Бога.
Мой Бог оплакивает моих друзей.
Мой Бог даровал им любовь способную их уничтожить.
Мой Бог целует меня на ночь в макушку как любимого сына и обещает зажечь свет завтра в моём доме.
Прости меня мама
Честно? Я никогда не жил в Пресидио Хайтс. Даже никогда не проезжал мимо.
Ты простишь меня?
Ты ставишь меня в пример Мартину и Санни?
Быть может и не зря..
Скажи им пожалуйста правду. Что я каждый день на фронте против нескольких войск и каждое грозится нас уничтожить.
У меня было много друзей, мам
(сослуживцев, если хочешь)
а теперь ни осталось ни одного
Мне очень тяжело, мама. Очень больнои очень страшно
Я ношу эту боль внутри как ты когда то своего первенца. Она тоже растёт с каждым месяцем. Наверное, однажды меня разорвёт.. я не знаю.
Я ничего не знаю, мам.
Кроме своего милосердного Бога. Кроме твоего, мстительного и злого.
Кроме моего мужчины
Кроме того что завтра может что то случиться.
Вирус мутирует? Придёт новый?
Я ничего не знаю, мама.
Даже надо ли отправлять тебе это письмо. Можетбыть брошу его тайком в твой ящик или в ящик своего стола или сожгу
Пепел всегда лучше слов. Его можно сдуть. А слова навсегда отпечатаются. В голове и на бумаге.
Знаешь, мам
(я столько над этим думал)
этот мир нежестокий.
Я так считал правда, но узнал его лучше. В нём много любви и милосердия.
Я узнаю его каждый божий день в больницах и центре и письмах и в глазах моих "сослуживцев".
Никто из них не отсиживается в тылу в отличие от всех вас
Вы залепили мокрой землёй свои уши, забили ею глотки, замазали глаза глиной.
Так тебе приказал твой мстительный Бог??
Я не осуждаю, мам. У меня не осталось на это сил.
Моих сил хватает только на любовь и милосердие и если мой Бог существует он наградит меня ими ещё в десятки, сотни, тысячи раз больше.
Я буду ими переполнен как труп ветошью
Знаешь, мама, я впрямь думал отправить тебе это письмо. Но ты никогда не прочтёшь этих строк.
Я избавлю тебя от этой ноши, ведь каждому нести свой крест на Голгофу.
В конце концов
(ты лучше меня это знаешь)
Спаситель тоже был один.
Твой Мышонок
