Излом

      Одно-единственное условие. Этот ультиматум перечеркнул все спасательные протоколы и лишил Перлику права на ошибку. В полумраке чужого зала бессознательного Эндминистратора распинали темно-бурые цепи. Они не просто удерживали его, как свинью на бойне — металл словно дышал, методично сдавливая грудную клетку пленника в ожидании, пока Перлика сделает свой выбор. Каждая искра от трущихся звеньев и каждый скрежет отдавались у нее ледяной дрожью по позвоночнику. Её взгляд метался от бледного лица Эндминистратора к центру этой пыточной конструкции — массивному замку. На его поверхности ярко пестрил белый знак вопроса, где вместо точки зиял острый наконечник перьевой ручки. Это была не просто преграда, а приглашение в больную игру, правила которой ей придется принять.       — Мы долго будем за этим наблюдать? — скучающе вклинилась в мысли Перлики Флюорит. Она сидела на деревянной бочке и беззаботно болтала ногами в воздухе. — Я и не подозревала, руководитель, что у вас есть склонность к садизму.       — Я анализирую ситуацию! — сорвалась Перлика, метнув на оперативницу такой хмурый взгляд, словно это она была виновата в пленении Эндминистратора.       Флюорит лишь раздражала, но настоящим источником паники было другое. На борту высокотехнологичной станции «Дицзян» из ниоткуда материализовался кусок средневекового зала. Камень, скрипучие доски и чадящие настенные факелы — эта аномалия захлопнулась вокруг Эндминистратора, словно спрятанный в кустах капкан, стоило ему оказаться в эпицентре. Персонал станции сделал всё возможное перед тем, как Перлика окончательно потеряла чувство контроля: у ног пленника лежали искорёженные болгарки, промышленные резаки, даже ориджиниевые технологии оказались бессильны против цепей. Как эпилог всего издевательства, на ближайшей каменной стене кровавым, но безупречно каллиграфическим почерком горело то самое условие: «Пройдите моё испытание и сразите босса — лишь тогда цепи падут».       — Времени в обрез, — голос Чэнь Цяньюй мгновенно разбил давящую тишину каменных сводов. Мечница вошла уверенным шагом и заняла место рядом с Перликой. — Давайте начинать.       — Я бы советовала отнестись к этой кровавой каллиграфии предельно серьезно, — отозвалась Авивенна.       Она неспешно огибала эпицентр с цепями, направляясь к главной пространственной загадке. Посреди зала, игнорируя законы физики, возвышалась массивная деревянная дверь в тяжелой раме. Абсолютно автономная конструкция.       — Раз уж мы лишены логичных объяснений появлению этого зала, прочности металла и природе самого перехода... — Авивенна остановилась вплотную к створке. Раздался глухой, отдающийся эхом стук — она играючи прошлась костяшками пальцев по рассохшемуся темному дереву — Есть кто дома?       — А если это ловушка? Спланированная засада для ликвидации группы? Расчет вероятностей указывает на критически высокий шанс отсутствия выхода...       Перлика пыталась вернуть контроль над ситуацией через сухой анализ, но её корпоративный фасад трещал по швам. Поток тревожных гипотез прервался, когда ладонь Чэнь легла на её плечо. Хватка мечницы была теплой и отрезвляющей — физический якорь стабильности посреди хаоса.       — Значит, прорубим выход сами, — бодро заявила Чэнь. Её лучезарная, заразительная уверенность мгновенно вернула командиру рабочий настрой. — Пан или пропал!       — Разговоры слишком утомляют, — хмыкнула Флюорит.       Бывшая наемница легко спрыгнула с бочки. Она бесшумно миновала начальство, подошла вплотную к раме и решительно потянула кованую ручку на себя. Ржавые петли отозвались протяжным, болезненным скрипом. Тяжелая створка поддалась, и в лицо оперативникам ударил запах плесени. Внутри рамы вибрировала светло-пурпурная червоточина. Пространственный разрыв пульсировал в ритме чужого сердцебиения, выплевывая на каменные плиты россыпь светящихся искр. Они кружились в искаженных потоках воздуха и медленно оседали на пол, словно лепестки экзотического дерева. Завораживающая, гипнотическая красота аномалии манила сделать шаг, скрывая за мягким свечением абсолютную неизвестность.       — Пан или пропал, значит… — Авивенна хищно ухмыльнулась, вглядываясь в самую пучину пульсирующего света. — Мне по душе такой расклад.       Первый шаг сделала именно каут. Стоило её сапогу коснуться пурпурного свечения, как пространственный разрыв плотоядно зашипел. Из центра аномалии вырвались полупрозрачные дымные щупальца. Они жадно обвили фигуру Авивенны и мощным рывком втянули её внутрь, мгновенно растворяя силуэт в водовороте искр.       — Стойте! — Перлика бросилась вперед в попытке перехватить оперативницу, но её пальцы схватили лишь пустоту. — Мы идем абсолютно вслепую!       Флюорит полностью проигнорировала панику руководителя. Она молча повернулась к червоточине спиной, лениво отсалютовала двумя пальцами и преспокойно завалилась назад. Гравитация портала подхватила её тело, утаскивая в пурпурный туман следом за каут.       Чэнь действовала иначе. Мечница крепко и горячо перехватила ладонь Перлики, лишая ту возможности отступить.       — Вперёд! — жизнерадостно скомандовала лун.       С энтузиазмом, граничащим с безрассудством, она сделала мощный прыжок, увлекая руководителя за собой. Очередная волна дымных щупалец сомкнулась вокруг них, навсегда обрывая связь с орбитальной станцией и швыряя отряд в пасть неизвестности.       Выброс из червоточины ударил по легким резким перепадом давления. Пурпурный свет за спиной с хрустом схлопнулся, обрубая пути к отступлению и уперев оперативников спинами в глухую, покрытую склизким мхом каменную кладку. Встречный ветер обрушился на отряд тяжелыми, яростными порывами. Он нес с собой густой запах ржавчины и застоявшейся сырости, ощущаясь как живая враждебная сущность — защитный механизм этого мира бил в грудь, физически выталкивая чужаков прочь.       Пронизывающий, въедливый морозный ветер сковал Перлику мгновенно. Холод оказался настолько неестественным, что безжалостно прошил её легкий наряд, пробираясь под ткань платья и добираясь до самой кожи. Он обжигал, словно ледяные иглы, пробирая до костей и провоцируя у девушки острый приступ пространственной дезориентации. Мозг дал сбой, полностью уступая место первобытной физиологии. Давящий дискомфорт перерос в осязаемое предчувствие беды: кожа покрылась колючими мурашками, а каждый кончик перьев на голове Перлики жестко нахохлился. Её тело напрямую считывало пульсацию угрозы, разлитую в самом воздухе.       — Гротескно, — с легкой усмешкой протянула Авивенна.       Эта спокойная, эстетическая оценка сработала как психологический якорь, вырывая Перлику из сенсорного оцепенения. Она подняла взгляд и увидела колоссальный архитектурный монолит, подавляющий любые попытки логического анализа. Перед отрядом уходил вверх широкий каменный тракт. Расколотые плиты под ногами устилал ковер из серого крошева и пожухлой травы. Дорога представляла собой изувеченную арену: по правую руку из земли хищно торчали вбитые под углом толстые колья баррикад, а по левую тянул свои изогнутые, костлявые ветви мертвый ствол дерева. Во мраке у разрушенных парапетов зловеще полыхали чаши с огнем, отбрасывая рваные оранжевые тени на холодную кладку.       Впереди, заслоняя собой горизонт, доминировал Замок. Две исполинские башни со сложной, шипастой готической резьбой вонзались в свинцово-зеленое штормовое небо. Камень казался изъеденным тысячелетиями войн и покрытым уродливой чешуей. Штормовой ветер с гулом проносился сквозь эти шипы, заставляя цитадель издавать низкий, утробный вой. А далеко вверху, в правом углу небосвода, сквозь густые тучи пробивалось чужеродное, эфемерное золотое свечение огромных ветвей, превращая пейзаж в пугающе прекрасный, дышащий кошмар.       Внимание Перлики зацепилось за чужеродную деталь. Из каменной кладки тракта торчал грубый деревянный столб, к которому толстым ржавым гвоздем был прибит кусок плотного пергамента. Девушка приблизилась к нему, ведомая болезненным гипнотическим любопытством. Каждое её движение выдавало крайнее напряжение — она тянулась к листу так осторожно, будто сама бумага готова была вонзить нож. Текст был выведен знакомым безупречно каллиграфическим почерком, а красные чернила блестели в полумраке:       «Добро пожаловать в Междуземье, оперативники! Пока вы просчитываете вероятности, я устанавливаю правила этой игры:       1. Смерть в пределах Замка Грозовой Завесы вернет вас в родной мир. Цена возврата: предсмертная агония и первобытный ужас гибели навсегда отпечатаются в вашем разуме. Это переживание гарантированно ломает слабую психику.       2. Ваша цель — тронный зал. Архитектура Замка линейна и требует крови: ваш путь завершится исключительно убийством местных боссов.       3. Вы полностью отрезаны от орбиты. При этом ваши навыки и Искусства сохраняют стопроцентную эффективность.       4. Единственный способ снять цепи с Эндминистратора — уничтожить боссов. Любой иной сценарий его убьет.       5. Ваш таймер установлен ровно на одни сутки, с момента прочтения данного пункта.       Желаю удачи!»       Каждое слово било по сознанию сильнее физической пощечины. Перлика судорожно вдохнула ледяной воздух, вчитываясь в красные строки. Условия были гротескными, садистскими, но они давали главное — систему координат. Переменные обрели форму: таймер запущен, цена провала определена, условие победы требует ликвидации целей. Дрожь в руках супервайзера утихла. Её аналитический ум вцепился в эти пункты мертвой хваткой, переплавляя хаотичную панику в холодную, целенаправленную решимость. Уравнение составлено.       Подошедшая Чэнь остановилась рядом, и хруст каменного крошева под её тяжелыми сапогами на мгновение перекрыл завывания ветра. Мечница быстро считала перемену в настроении руководителя. Её подбадривающая улыбка резко контрастировала с давящим мраком ущелья.       — Что там? Вводные данные радуют? — поинтересовалась Чэнь.       — Таймер запущен на двадцать четыре часа. Цель — тронный зал. И вместо одного Босса нас ждет как минимум несколько, — сухо отрапортовала Перлика.       Перейдя в боевой режим, руководитель поправила на запястье компактный терминал управления. На его голографическом дисплее вспыхнули метки состояния отряда, и Перлика, сжав стилус, сосредоточенно вызвала в реальность «Модуль Взрыва». Тяжелый желтый дрон с хищными шипами послушно отделился от её снаряжения и завис рядом с хозяйкой, подстраиваясь под её нервный, прерывистый ритм дыхания. Его механическое гудение и мигание красных сигнальных полос казались абсолютно чужеродными на фоне древней, покрытой мхом кладки. Перлика до побеления в костяшках сжала управляющий стилус.       — У нас ровно двадцать четыре часа, чтобы вернуть Эндминистратора… — голос Перлики дрогнул, выдавая её страх, но она глубоко вдохнула, заставляя себя говорить тверже. — Эта крепость не отпустит нас просто так. Каждый шаг к трону — это риск, и я… я не имею права требовать от вас невозможного, но я прошу. Пожалуйста, будьте предельно собраны. Мы нужны друг другу целыми, чтобы вытащить его оттуда. Помните: любая ошибка здесь может стоить кому-то из нас слишком дорого.       Авивенна играючи крутанула в руках «Прочное притяжение». Сложная лучевая гарда копья, напоминающая стальную шестеренку, рассекла спертый воздух и холодно блеснула в свете далеких костров. Тяжелое древко с глухим стуком легло на плечо каут.       — Готова выложиться на полную, если по возвращении мне выпишут премию и отпуск, — усмехнулась девушка. — Выдвигаемся, девочки?       Демонстрация оружия сработала как сигнал. Отряд начал затяжной подъем по изувеченному тракту. Массивные решетчатые ворота Замка с каждым шагом нависали всё сильнее, физически подавляя своей монументальностью. Авангард взяла на себя Чэнь Цяньюй. Её рука намертво сжимала рукоять клинка «Устремление», а цепкий взгляд непрерывно сканировал ряды вбитых кольев и слепые зоны у парапетов. Замыкала строй Флюорит. Наемница ступала мягко, почти бесшумно, искусно маскируя свою боевую готовность ленивой, вальяжной походкой.       Группа продвигалась сквозь ледяной сквозняк. Авивенна поравнялась с руководителем, с интересом разглядывая искореженные остатки деревянных укреплений вдоль дороги.       — Есть теории о природе этого места? — подала голос каут. — Моя ставка: параллельная реальность.       — Слушаю, — кивнула Перлика.       — Мы здесь чужие. Техно-пришельцы, рухнувшие на дикую, враждебную землю. Сканеры мертвы, связь с орбитой отрезана, а те цепи на станции плевали на любые промышленные резаки. Здешняя среда отторгает наши технологии, лишая отряд привычного тактического превосходства, — пояснила оперативница. – Элемент неожиданности не на нашей стороне.       Чэнь на ходу обернулась через плечо, сверкнув глазами.       — Зато с нами руководитель! — звонко парировала мечница. — Мы собираем данные, она их анализирует, и преимущество снова в наших руках.       Флюорит с характерным металлическим лязгом сняла пистолет с предохранителя. Звук взводимого механизма гулким эхом отскочил от каменных стен.       — Разумеется, если сам процесс сбора данных пройдет без летальных исходов, — меланхолично хмыкнула наемница.       Стоило отряду подойти вплотную, как тяжелая решётка издевательски заскрежетала, начиная медленный подъём. Едва проход приоткрылся достаточно для человека, оперативники молниеносно разделились, уходя по разные стороны от потенциального сектора обстрела.       Их предосторожность оказалась оправданной. За воротами открывался широкий, уходящий вверх мощеный двор, превращенный в идеальный коридор смерти. На возвышениях, за рядами деревянных рогаток, хищно скалились заряженные станковые баллисты. Их массивные болты, размером с хорошее бревно, смотрели точно на дверной проем.       — Шагнем на свет, и нас распнут на этих болтах, — холодно констатировала Флюорит, вжимаясь спиной в холодный камень стены. — Классика.       Перлика осторожно выглянула из-за укрытия, сканируя позиции стрелков.       — Огневых точек минимум четыре… — супервайзер перевела взгляд на темный боковой проход, зияющий слева от главных ворот. — Ищем обходной маршрут.       Мрак бокового пролома быстро сменился резким порывом ледяного ветра. Отряд вышел на узкий скалистый карниз, опоясывающий внешнюю стену Замка. Справа высилась монолитная, испещренная глубокими трещинами кладка, а слева зиял головокружительный обрыв. Густой туман полностью скрывал дно ущелья, откуда доносился лишь глухой, утробный гул сталкивающихся потоков воздуха. Пространство здесь было пронизано странными, медленно кружащимися красными искрами, похожими на тлеющие угли.       Чэнь Цяньюй двигалась первой, вжимаясь плечом в холодный камень. Мечница выверенно ставила ногу на каждый выступ, проверяя на прочность не только дикую породу, но и осыпающуюся кирпичную кладку разрушенной стены, по обломкам которой им приходилось пробираться. Под её тяжелыми сапогами то и дело крошился известняк, беззвучно исчезая в бездне.       — Ветер бьет наотмашь! Аккуратнее! — скомандовала Чэнь, перекрикивая шум шторма.       Перлика продвигалась следом, жестко подавляя приступы высотной дезориентации. Руководитель делегировала часть сенсорной нагрузки своему «Модулю Взрыва». Тяжелый желтый дрон послушно скользил прямо над пропастью. Его сканеры выхватывали из полумрака безопасные плоские камни и красным мерцанием помечали предательски скользкие участки, заросшие бурым мхом.       — Держите мой темп и ступайте строго по подсвеченным зонам, — ровным тоном проинструктировала Перлика, крепко сжимая управляющий стилус. — Порода нестабильна.       Замыкающая строй Флюорит скользила по краю обрыва с грацией дикой кошки. Наемница переступала через каменные расщелины абсолютно бесшумно. Она полностью игнорировала высоту, сфокусировав хищный взгляд на торчащих из скалы сломанных досках и изломах камня впереди.       Обогнув опасный участок, отряд забрался на каменистую возвышенность. Отсюда открывался вид на скрытую ложбину — изолированную поляну, зажатую в тиски между отвесными скалами и замковой стеной. Этот природный мешок зарос густым пожелтевшим кустарником и чахлыми деревьями, чья осенняя листва резко выделялась на фоне окружающего серого мрака.       Оказавшись на краю, Чэнь смерила взглядом расстояние до земли. Расслабленно выдохнув и не дожидаясь формального разрешения руководителя, мечница легко спрыгнула вниз, первой ступая в густые заросли. Её сапоги только коснулись земли. В ту же долю секунды пространство разорвал свирепый, вибрирующий рев.       Звуковая волна обрушилась всей мощью. Древняя стена Замка содрогнулась, выплевывая из трещин облака серой каменной пыли. Мечница рефлекторно вскинула «Устремление», но масштаб угрозы моментально сломал все тактические расчеты.       Из-за вертикальной узкой скалы впереди показался враг. Подобно выпущенному из мортиры снаряду, в воздух взмыл гигант, всей своей массой пикируя на позицию Чэнь. Ударная волна от приземления многотонной туши едва не смела Чэнь с ног. Мечница устояла лишь чудом, с силой вогнав клинок «Устремления» в плотную почву ложбины и используя его как рычаг. Прямо перед ней возвышалось чудовище, сотканное из истощения и древней боли. Исполин с пепельной, туго натянутой на кости кожей выглядел живым трупом с торчащим из-за спины золотым мечом. В центре его туловища зияла разорванная дыра с могильным камнем, изнутри заросшая черными корнями, а голову венчала грива из жестких, похожих на сухие ветви волос. Глубоко посаженные глаза полыхнули яростью. Гигант распахнул пасть и издал истошный рев, окатив траву вокруг Чэнь ошметками вязкой белой слюны.       Ответом на этот рык стала сухая трескотня выстрелов. Флюорит, оставшаяся на уступе, хладнокровно всадила в горбатую спину монстра целый десяток пуль. Плазма с Искусством природы с чавканьем рвала плоть и крошила высохшие мышцы противника, но из пробитой плоти не выплеснулось ни единой капли крови.       Полностью проигнорировав пули в спине, исполин сфокусировался на ближайшей цели. Он с гулом рассек воздух своей непропорционально длинной рукой, пытаясь смахнуть мечницу, словно крошку со стола. Чэнь не стала принимать удар на блок: оттолкнувшись от рукояти воткнутого в землю клинка, она ушла из-под смертоносной ладони крутым сальто назад и мягко приземлилась в боевую стойку.       — Как же невыносимо несет из твоей пасти! — с вызовом бросила девушка, вырывая «Устремление» из почвы.       Вместо отступления она рванула на врага. Воспользовавшись тем, что после промаха монстр опасно накренился вперед, Чэнь нанесла два молниеносных рубящих удара. Острое лезвие с мерзким хрустом вскрыло сухую плоть, оставив на плечах гиганта глубокие рубцы. От внезапного урона исполин резко выпрямился и зашелся новым рыком. В слепой ярости он вколачивать огромные ступни в почву. По ложбине пошли сейсмические толчки, заставляя Чэнь непрерывно петлять и уворачиваться от дробящих ударов прямо под ногами чудовища.       Именно в этот момент инициативу перехватила Авивенна. Взяв короткий разбег по каменистому уступу, каут оттолкнулась от края и взмыла в воздух. Перехватив тяжелое копье обратным хватом, она обрушилась сверху вниз, намереваясь всей массой своего тела вогнать лезвие в обезображенный череп гиганта.       — Не атакуй! В защиту! — ледяной крик Перлики, казалось, был способен перебить даже оглушительный вопль гиганта.       Рефлексы каут сработали быстрее осознания. За долю секунды до рокового контакта Авивенна сломала траекторию атаки. Вместо того чтобы пронзить монстру череп, она впечатала тупой конец древка в его макушку. Используя копье как шест, девушка оттолкнулась от исполина, уходя в резкий боковой пируэт. И ровно в ту точку пространства, где мгновение назад находился её живот, со свистом вонзился каскад тяжелых арбалетных болтов. Смертоносный залп прошил воздух и с хрустом впился в лохматую голову не успевшего отмахнуться тролля.       — Я займусь, — кротко произнесла Флюорит.       Её пули оказались быстрее слов. Череда оглушительных выстрелов разорвала воздух, посылая плазму в сторону скалистого уступа. Там, на возвышенности, уже занимали позиции солдаты. Их покоробленные металлические доспехи густо оплетали колючие ветви, а головы скрывались под бесформенными мотками грязной бордовой ткани.       Имея абсолютное тактическое преимущество в высоте, стрелки не лезли на рожон. Они трусливо жались за выступами камней, сливаясь с серым фоном, и высовывались лишь на долю секунды, чтобы спустить тетиву тяжелого арбалета. Эта подлая игра в прятки вынудила Флюорит переключиться на превентивный огонь. Бывшая наемница хладнокровно выцеливала края укрытий, всаживая пули в камень за мгновение до того, как оттуда покажется очередной безликий красный капюшон.       Методичный огонь Флюорит быстро свел угрозу сверху на нет. Пробитые пулями арбалетчики один за другим срывались со скалы, глухо разбиваясь о камни ущелья. Ликвидация стрелков полностью развязала авангарду руки.       Чэнь превратилась в размытую тень: клинок «Устремления» с влажным хрустом рубил толстые сухожилия гиганта, высекая глубокие борозды в мертвых мышцах его ног. Авивенна действовала в идеальном тандеме. Каут игнорировала сейсмические толчки от тяжелых шагов, филигранно проскальзывая прямо под дробящими ударами огромных ладоней. Стоило исполину накрениться, как её копье безжалостно вонзалось в открытые суставы.       Перлика хладнокровно анализировала бой с безопасной дистанции уступа. Улучив момент, руководитель перевела «Модуль Взрыва» в режим атаки. Три коротких, ослепительных разряда высоковольтной дуги сорвались с дрона, ударив точно в глубоко посаженные глаза чудовища. Монстр истошно взвыл. Это должно было стать идеальной почвой для добивания, но логика Междуземья дала сбой. Вместо того чтобы рухнуть на колени, ослепленный гигант завел руку за спину и с тошнотворным чавканьем вырвал торчащий из его собственной плоти золотой меч.       Издав утробный, полный агонии мычащий рев, тролль с размаху впечатал навершие клинка в почву. Сейсмический удар оказался такой чудовищной силы, что Чэнь с Авивенной сбило с ног, а саму Перлику едва не сбросило с карниза в пропасть.       Обретя оружие, монстр превратился в стихийное бедствие. В слепой ярости он принялся хаотично размахивать многотонным мечом. Золотое лезвие со свистом вспарывало воздух, стирая кустарники в труху и высекая фонтаны искр из древних каменных стен. Этот первобытный, непредсказуемый шквал застал Чэнь врасплох. Огромное лезвие обрушилось на неё по широкой дуге. Понимая, что уклониться невозможно, мечница сгруппировалась и выставила клинок под жестким углом, чтобы не принять смерть прямо, а скользнуть по ней.       И всё же законы физики были неумолимы. Кинетическая энергия замаха смяла защиту лун. Чэнь оторвало от земли и швырнуло через всю поляну с такой силой, словно она ничего не весила. Пропахав спиной жесткий грунт, мечница остановилась лишь чудом: её тело замерло на самом краю обрыва, а сапоги зависли над серой, завывающей ветрами бездной.       Ослепленный, но не сломленный гигант нашел новую жертву. Развернувшись к Авивенне, он пошел напролом. Его золотой меч превратился в орудие первобытного разрушения: с каждым тяжелым шагом чудовище с размаху вонзало лезвие в землю. Он вспахивал ложбину, словно обезумевший плуг, оставляя за собой глубокие борозды и фонтаны вырванного с корнем кустарника.       Катастрофу предотвратила Флюорит. Наемница сфокусировала плотный огонь на изрубленных коленях монстра. Плазма окончательно раздробила ослабленные кости, и туша с жалким мычанием просела на колено. Тяжелый меч с лязгом уткнулся в камень, образовав идеальный пологий мост.       Авивенна не упустила этот подарок. Продемонстрировав нечеловеческую координацию, каут взбежала по широкому золотому лезвию, оттолкнулась от гарды и взвилась над головой великана. С победным криком она всадила копье ему в щеку. Энергетический блок оружия выдал пиковую мощность: ослепительный каскад высоковольтных молний разорвал плоть изнутри. Воздух мгновенно наполнился едким запахом озона и горящей органики, когда сухие волосы на голове гиганта с треском объяло пламя.       Невероятно, но даже выжженные высоковольтными молниями нервы не остановили чудовище. Ослепленный, дымящийся исполин судорожно дернулся, издавая булькающий рык. Он упрямо попытался подняться с колена, чтобы стряхнуть с себя оперативницу.       Его прервала Чэнь Цяньюй. Вырвавшись из смертельной ловушки у самого обрыва, лун в несколько широких, хищных прыжков преодолела разделяющее их расстояние. Использовав толстую рукоять брошенного великаном меча как точку опоры, она взмыла вверх, оказавшись за сгорбленной спиной монстра. Занеся «Устремление» высоко над собой, мечница намертво перехватила рукоять обеими руками.       Удар был нанесен с пугающей, безжалостной силой. Широкое лезвие клинка с мерзким хрустом вошло точно в основание вражеского черепа. Под давлением падающего веса девушки сталь разорвала шейные позвонки, прошла сквозь мозг и с отвратительным влажным треском вырвалась из переносицы гиганта, разбрызгивая густую черную кровь. Окровавленное острие хищно сверкнуло в тусклом свете Междуземья.       Агония оборвалась мгновенно. Весь первобытный запал чудовища испарился в ту же секунду, а огромные руки плетями повисли вдоль туловища. Жизнь окончательно покинула серое, истерзанное тело. Мертвая туша качнулась и с оглушительным грохотом рухнула лицом в изрытую каменистую почву. Тяжелый удар сотряс поляну, подняв в воздух плотное облако серой пыли и пепла. Окружающие скалы отозвались глухим эхом на падение исполина, и над местом жестокой бойни остался гулять лишь безразличный, завывающий штормовой ветер.       — И всё-таки я устранила больше целей, — хвастливо прокомментировала бой Флюорит, невесомо спрыгивая с каменистого уступа на усеянную пеплом землю. — Как вам гостеприимство местного населения?       Чэнь уперлась сапогом в затылок монстра и с влажным чавканьем выдернула «Устремление» из пробитого черепа.       — В этом даже была своя доля веселья, — с тяжелой, адреналиновой улыбкой отозвалась лун, стряхивая густую черную кровь с лезвия. — Что скажешь, Перлика? Каковы наши шансы в этой мясорубке?       Руководитель не спешила с выводами. Она медленно обошла поверженную тушу, анализируя не только великана, но и прошедшую стычку в целом.       — По общему уровню угрозы местный гарнизон вполне сопоставим с нашими Костоломами, — сухо констатировала Перлика. — За одним исключением: их ярость и живучесть полностью игнорируют нормальную биологию.       — К тому же, конкретно этот экземпляр явно не был в лучшей форме, — заметила Чэнь, кивнув на разорванный живот великана, из которого торчали сухие корни. — Выглядит как жертва очень долгого и изощренного истязания.       Авивенна расслабленной походкой прошла мимо авангарда и брезгливо пнула тяжелым сапогом труп одного из упавших арбалетчиков.       — Если здесь есть замученные рабы, значит, где-то сидят и надзиратели, — рассудила каут. — Учитывая логику того, кто зашвырнул нас в этот мир, я сильно сомневаюсь, что эта свора дотягивает даже до среднего уровня местной угрозы. Скорее, агрессивная приветственная комиссия.       — Перед нами деградировавшее средневековье, — Перлика задумчиво потерла подбородок, глядя на нависающие над ними башни Грозовой Завесы. — Но я уверена, что уровень сопротивления будет экспоненциально расти с каждым шагом к тронному залу.       — О чем и речь, — мрачно кивнула Авивенна, перехватывая копье поудобнее. — Будьте осторожны, девочки. Мы ведь еще даже не вошли в Замок.       Миновав ложбину, отряд вышел к новому рубежу. Перед ними возвышалась монументальная, испещренная глубокими рытвинами и следами древних осад крепостная стена. Вдоль её отвесной кладки, нависая над завывающей туманной бездной, лепились хрупкие деревянные подмостки. Этот шаткий инженерный кошмар из почерневших досок и вбитых в камень свай вел к круглой башне, чей резной фасад мрачно выделялся на фоне свинцового неба.       Стоило авангарду сделать шаг из-за укрытия, как сработала система защиты. С дальних позиций громыхнул сдвоенный залп станковых баллист. Тяжелые болты с оглушительным свистом разорвали штормовой воздух и с чудовищной кинетической силой ударили в каменистую почву перед оперативниками. Камень брызнул во все стороны смертоносной шрапнелью, а локальная взрывная волна от попадания заставила землю содрогнуться, напрочь отсекая любые мысли о тактическом отступлении или долгом обдумывании маршрута.       Перлика едва успела набрать в грудь воздуха для приказа, но её слова потонули в звонком лязге. Чэнь Цяньюй уже сорвалась с места. Выхватив из ножен второй клинок, лун превратилась в стремительный смазанный силуэт. Игнорируя риск сорваться в пропасть, она рванула прямо по скрипящим, ненадежным подмосткам на сближение со стрелками.       Однако путь оказался перекрыт. Из темного зева башни, блокируя узкий деревянный настил, навстречу ей синхронно вышли четверо изгнанников в алых капюшонах. Солдаты глухо сомкнули строй, выставив перед собой тяжелые щиты, густо оплетенные шипастыми лозами, и обнажили зазубренные мечи, готовясь принять лобовой удар авангарда.       Перестрелка мгновенно переросла в оглушительный хаос. Пока Флюорит обрушивала на дальние позиции баллист непрерывный, прицельный шквал плазмой, прижимая расчеты к камню, Перлика и Авивенна бросились на деревянные подмостки следом за авангардом. Гнилые доски угрожающе заскрипели над пропастью под тяжестью их шагов.       Враг только этого и ждал. Едва оперативницы ступили на шаткий настил, один из солдат в алом капюшоне резко вынырнул из-за щитов. В его руке вспыхнул фитиль. Смазанный бросок — и пузатый горшок с зажигательной смесью полетел по крутой дуге, метя в грудь бегущей Авивенне. Огонь на деревянных лесах означал верную смерть для всей группы.       Реакция Перлики опередила панику. Одно резкое движение стилусом — и тяжелый желтый «Модуль Взрыва» сорвался с места, перехватывая угрозу. Ослепительный зигзаг тактической молнии ударил в горшок еще на подлете. Оглушительная детонация разорвала снаряд в воздухе, обрушив на отряд лишь безвредный дождь из искр и пепла, чудом не подпаливший сухую древесину.       — Как же я ненавижу импровизацию! — сквозь зубы прорычала руководитель, её взгляд ледяным сканером скользил по узкому проходу, выхватывая каждую цель.       В эту же секунду Чэнь Цяньюй сломала геометрию боя. Понимая, что лобовое столкновение на узком карнизе застопорит отряд, лун с разбега оттолкнулась от края подмостков и взбежала прямо по отвесной стене башни. Игнорируя гравитацию, она пронеслась над укрытыми щитами солдатами и смертоносной тенью приземлилась им за спины.       Вспышка стали. Оба клинка скрестились в безжалостных ножницах, одним слитным, текучим движением снося головы сразу двум изгнанникам.       Третий выживший с истошным воплем развернулся, обрушивая на неё зазубренный меч. Чэнь даже не сдвинулась с места: она с издевательской легкостью поймала его тяжелый удар в крест из своих мечей. Короткий выворот кистей, жесткий толчок тяжелым сапогом в грудь — и потерявший равновесие солдат рухнул с подмостков в серую, завывающую бездну.       Оставался последний. Четвертый стражник, слепо прикрываясь шипастым деревянным щитом, попытался броситься на Чэнь с фланга. Его рывок прервал резкий хруст. Набравшая скорость Авивенна с хода вогнала свое копье в зазор между шлемом и кирасой изгнанника, намертво пригвождая его к деревянной опоре башни.       — Сначала делаешь, потом думаешь, да, милашка? — с легкой игривостью бросила каут, небрежно спихивая убитого стражника вслед за его товарищем в пропасть. — Давай уже разберемся с… Сзади!       Чэнь инстинктивно уловила изменение плотности воздуха за спиной. За долю секунды до фатального контакта лун резко ушла вниз, буквально падая на корточки. Над её головой с хищным свистом пронеслось тяжелое лезвие длинной секиры, со скрежетом высекая фонтан каменной крошки из древней стены.       Инерция промаха совершенно не смутила врага. Рослый изгнанник в алом капюшоне без малейшей заминки перенес вес тела и впечатал тяжелый кованый сапог между лопаток сидящей мечницы. Жесткий удар заставил Чэнь, отчаянно пытающуюся восстановить равновесие на скрипящих досках, кувырком отлететь вперед.       Авивенна мгновенно закрыла образовавшуюся брешь, бросившись в атаку с прямым колющим выпадом. Но стражник оказался пугающе быстр для своих габаритов: он играючи отбил острие «Прочного притяжения» толстым обухом секиры. Не теряя набранной скорости, враг прокрутил тяжеленное оружие вокруг себя с неумолимостью смертоносного маятника. Размашистый удар древком пришелся точно в цель, отшвырнув каут на несколько метров назад, к ногам Перлики.       В этот момент ситуация стала критической. Один из расчетов станковых баллист, полностью проигнорировав подавляющий огонь Флюорит, резко развернул орудие в сторону авангарда. Залп ценою в жизнь стрелка. Тяжелый разрывной болт врезался не в оперативников, а в несущие конструкции под их ногами.       Доли секунды — и оглушительный каскад взрывов разорвал почерневшие доски в щепки. Опорные сваи с треском переломились, прошитые шрапнелью, и целый сегмент многоярусного деревянного настила со стоном начал проседать в серую бездну.       Понимая, что пути назад нет, Чэнь судорожно рванула вперед, прямо на платформу вокруг круглой башни. Ей пришлось протискиваться в миллиметрах от солдата. Враг успел среагировать, жестко приложив её древком по плечу, но лун, стиснув зубы от боли, всё же вырвалась к позициям баллист.       Перлика и Авивенна оказались отрезаны. Они замерли на стремительно осыпающемся островке из гнилых досок, безуспешно пытаясь найти баланс. Конструкция под их сапогами ходила ходуном, грозя в любую секунду рухнуть в завывающий штормовой туман.       — Так, госпожа руководитель, план следующий, — напряженно выдохнула каут, не смея отвести взгляд от зияющих в настиле дыр. — Делаем максимум два широких шага вперед на уцелевшие балки и стараемся не умереть. Договорились?       — Будто у меня есть выбор… — процедила Перлика, до хруста в пальцах сжимая управляющий стилус. — Выполняем.       «Сказать куда проще, чем сделать», — пронеслось в голове Перлики. Балансируя на крошащихся досках, руководитель впервые ощутила, как ледяные тиски животного ужаса сковывают тело.       Густой штормовой туман внизу больше не казался просто пейзажем — он превратился в голодную, завывающую пасть. Разум, привыкший к холодному расчету, сейчас предательски подкидывал ей пренеприятные, математически точные симуляции того, во что превратится человек после встречи со скалистым дном ущелья. Ноги откровенно дрожали, а координация летела к черту.       Авивенна не стала давать страху времени на раздумья. Выждав идеальную долю секунды, каут сорвалась с места. Два невероятно широких, стелющихся шага. Гнилые балки под её сапогами издали протяжный, предсмертный стон, но девушка с кошачьей грацией миновала провал, успешно ворвавшись на платформу круглой башни — к позициям баллист.       Настала очередь Перлики. Оттягивать неизбежное было равносильно смерти. Паника сбивала дыхание, но она заставила себя прыгнуть следом.       Первый широкий шаг. Тяжелый ботинок опустился на треснувшую деревянную балку. Древесина жалобно хрустнула и резко накренилась вниз, чудом удерживаясь на древних заржавевших гвоздях. Сердце ухнуло куда-то в желудок, но Перлика по инерции бросила тело дальше.       Второй шаг должен был стать спасительным — на устойчивый край платформы. Но покрытая гнилью и мхом поверхность сыграла злую шутку. Подошва предательски скользнула. Опора мгновенно исчезла, сменившись абсолютным, парализующим чувством невесомости. Перлика молча, даже не успев вдохнуть для крика, полетела спиной в серую бездну.       Она бы точно погибла, если бы не рефлексы её подчиненной. Едва ступив на безопасную зону, Авивенна молниеносно развернулась на каблуках. С яростным выдохом каут выбросила вперед «Прочное притяжение», вонзая копье в пустоту так, чтобы его длинное металлическое древко оказалось точно на траектории падения руководителя. Руки Перлики в отчаянном, первобытном порыве намертво сомкнулись на холодной стали за долю секунды до того, как гравитация успела утащить её во мрак.       Синхронная работа спасла руководителю жизнь. Пока Авивенна намертво удерживала металлическое древко копья, не давая Перлике соскользнуть, «Модуль Взрыва» с надрывным гудением спикировал вниз. Тяжелый дрон ухватился механическими фиксаторами за прочный пояс и плотную ткань её куртки. Совместным рывком они втащили тяжело дышащую девушку на уцелевший деревянный настил.       Авивенна не стала тратить драгоценные секунды на долгие расспросы. Она лишь ободряюще похлопала бледную начальницу по плечу, сверкнув теплой, наполненной адреналином улыбкой, и тут же сорвалась с места — добивать последнего уцелевшего стрелка у баллисты.       В это же время Чэнь ставила жестокую точку в дуэли с алебардщиком. Как бы ни старался рослый изгнанник, его тяжелое, инерционное оружие оказалось абсолютно бесполезным против смертоносного вихря в ближнем бою. Лун изящно скользнула под очередным замахом, сокращая дистанцию до минимума. Два синхронных росчерка стали — и руки солдата по самые локти отлетели в стороны, выронив секиру. Изгнанник широко распахнул рот от шока, но лезвие «Устремления» хладнокровно снесло ему голову еще до того, как первый звук боли успел разорвать глотку.       — А местные ребята заносчивы, но в тактике явно смыслят, — резюмировала Авивенна, смахнув кровь со своего копья. Разобравшись со своей целью, она вернулась к тяжело дышащей Перлике. — Ну как ты, командир? Перышки знатно растрепались!       — Жить буду, — хрипло, но с достоинством отозвалась руководитель, отряхивая пыль с формы и заставляя себя подняться на ноги.       Шум боя окончательно стих, сменившись лишь завыванием штормового ветра и глухим скрипом расшатанных балок.       Флюорит преодолевала разрушенный участок подмостков с грацией, граничащей с издевательством. Бывшая наемница практически летела над бездной. Она делала легкие, пружинистые прыжки, отталкиваясь от треснувших досок ровно в те доли секунды, когда они с грохотом срывались в туманную пропасть под тяжестью её шагов. Словно не замечая смертельной опасности, Флюорит мягко приземлилась на широкую деревянную платформу у баллист, театрально раскинула руки в стороны и с самодовольной ухмылкой выдала:       — Оп-ля.       — Ладно, не расслабляемся, — скомандовала Перлика, окончательно сбрасывая с себя оцепенение от едва не оборвавшейся жизни.       Оперативники вошли в темный зев круглой башни, а оттуда внутрь крепостной стены.       После завывающего над пропастью шторма внутреннее пространство встретило их давящей, почти склеповой тишиной, в которой гулко отдавался каждый шаг. Контраст ударил по органам чувств: холодный ветер сменился спертым, неподвижным воздухом, пропитанным запахом пыли, старого дерева и горелого масла.       Внутри царил тяжелый полумрак. Единственным источником освещения служили редкие настенные факелы, чье тусклое, пульсирующее пламя отбрасывало на изогнутую каменную кладку длинные пляшущие тени. Высокие своды башни поддерживались массивной системой деревянных перекрытий. Толстые, почерневшие от времени и сырости колонны, увенчанные резными укрепляющими арками, были небрежно стянуты грубыми канатами — словно крепость пытались удержать от распада на скорую руку.       Просторный зал, в который они вошли, напоминал скорее заброшенную кладовую, нежели оборонительный рубеж. Прогнивший деревянный пол был щедро усеян разбитыми бочками, обломками ящиков и сухой соломой. Высокие каменные своды густо заросли паутиной и мертвыми, иссохшими корнями, а в дальнем конце помещения возвышался дощатый помост. Над ним, в свете тусклых факелов, мрачно висело выцветшее зеленое знамя с золотым геральдическим львом.       Засада, ожидавшая их среди этого мусора, не стала для отряда проблемой. После битвы с великаном и смертельного акробатического этюда над пропастью, рядовые стражники Замка оказались лишь досадной помехой.       Боевое столкновение пронеслось по залу коротким, безжалостным ураганом. Отряд работал с пугающей, почти математической эффективностью, не оставляя местным солдатам ни единого шанса. Плазма Флюорит методично прошивала полумрак, прерывая хриплые крики изгнанников еще до того, как они успевали выскочить из укрытий. Чэнь и Авивенна двигались сквозь ряды врагов единым, непрерывным фронтом: там, где не успевала блеснуть сталь парных клинков лун, плоть пробивало высокотехнологичное копье каут.       Сопротивление было смято, растоптано и оставлено истекать кровью среди разбитых бочек всего за пару минут. Оперативники даже не сбили дыхание.       Не тратя времени на мародерство или перекличку, группа быстро поднялась по широким деревянным ступеням на внутренний ярус зала. Там, под гербовым знаменем, их ждал следующий рубеж. Это была тесная каменная арка, выхваченная из мрака неровным светом одинокого настенного факела. За ней виднелась лишь глухая пыльная шахта и уходящая вертикально вверх деревянная лестница — прямой путь на верхние уровни Грозовой Завесы.       — Знаете, а ведь в этом есть своя извращенная романтика, — нарушила глухую тишину Авивенна, мерно поднимаясь по скрипучей деревянной лестнице за Чэнь. — Запредельный риск, высочайшие ставки, этот мрачный готический антураж… Где бы мы еще такое пережили?       — Лично я бы предпочла этого не «переживать», — холодно отозвалась Перлика снизу. — Особенно когда на кону стоит жизнь нашего товарища.       — Это понятно, командир. Но если мы сохраним холодную голову и будем грамотно щелкать местные угрозы, то жизнь нашего любимого Эндминистратора будет вне опасности.       — А если буквально за следующим пролетом нас ждет тварь, которая превосходит того великана в несколько раз? — мрачно подала голос Чэнь Цяньюй, не сбавляя темпа подъема.       — Если там окажется такая тварь, нам всё равно придется её убить. Разве нет? — хмыкнула каут.       — Придется. Но я бы не хотела оказаться в ситуации, где для победы потребуется выложиться далеко за предел собственных возможностей, — тяжело вздохнула лун.       — Надо же, а я думала, ты фанатка превозмогать и ломать лимиты, — иронично донеслось от замыкающей строй Флюорит.       — Я люблю преодолевать препятствия, — строго отрезала Чэнь. — Но Перлика права: сейчас на кону жизнь Эндмина. Права на ошибку у нас просто нет.       — Мы его вытащим. А всё остальное — пустая трата нервов, — уверенно подвела итог Авивенна, цепляясь за очередную перекладину. — Дальше просто не думай.       Поднявшись по лестнице, отряд миновал узкий коридор, скудно освещенный лишь тусклым мерцанием оплывших напольных свечей. Каменная кладка здесь плавно переходила в трухлявые доски очередной просторной кладовой, стены которой густо обросли мертвыми корнями, а пространство было заставлено покосившимися штабелями ящиков и бочек.       Засада, устроенная здесь жалкими остатками гарнизона, не заслуживала даже звания полноценного боя. Трое изгнанников, попытавшихся атаковать из слепых зон, были молниеносно сметены слаженной работой авангарда. Короткий всплеск черной крови на старом дереве, глухой стук разрубленных тел — и путь к открытым арочным дверям был окончательно расчищен. Никто из оперативников даже не сбавил шаг.       За порогом их вновь встретил холодный, завывающий штормовой ветер. Группа вышла на открытую каменную террасу, опоясывающую более величественную и уцелевшую часть крепости. Высокие резные колонны, до самого верха увитые колючими лозами, подпирали тяжелые готические своды. Впереди, вдоль гладкой стены, уходила вверх широкая, монументальная каменная лестница.       Вокруг не было ни души. Ни патрулей, ни притаившихся арбалетчиков. Лишь серый штормовой туман вдалеке и застывшее величие древней архитектуры.       И именно эта гробовая, обманчивая тишина заставила Перлику внутренне сжаться.       Открытая свирепая схватка была ей понятна — это тактическая задача, набор переменных, векторов атак и показателей эффективности. Но этот пустой подъем выбивал почву из-под ног. Недавняя брошенная вскользь фраза Чэнь про «монстра за первым поворотом» теперь ядовитым эхом пульсировала в сознании руководителя.       Ступая на холодный камень, Перлика поймала себя на том, что дыхание снова становится поверхностным, как тогда, над пропастью. Её взгляд, словно параноидальный сканер, впивался в каждый дюйм пространства. Она искала угрозу в глубоких тенях между колоннами, в слепых зонах на вершине пролета, в неестественной тишине, которую нарушал лишь лязгающий шаг её собственного отряда. Пальцы до побеления костяшек сжали стилус управления дроном.       Логика тактика безжалостно била по нервам: столь важная архитектурная артерия замка просто не могла оставаться без охраны. Если на этой лестнице нет дешевого пушечного мяса с арбалетами, значит, территория принадлежит хищнику совершенно иного порядка. Каждая преодоленная ступень казалась Перлике шагом вглубь тщательно расставленного капкана, невидимая пружина которого уже натянута до предела. На плечи давил не только страх неизведанного, но и чудовищный груз ответственности — ведь любая непросчитанная ею угроза в этих стенах будет стоить жизни не только ей, но и Эндминистратору.       Миновав каменную лестницу, отряд прошел через массивную арку, створки которой были сорваны с петель еще сотни лет назад. За ними открылось чрево куда более масштабной, круглой башни.       Внутреннее убранство резко контрастировало с пустыми складскими помещениями, которые они зачищали ранее. Это была многоярусная, колоссальная структура. Стены уходили далеко во мрак, где виднелись паутины подвесных лесов и толстых канатов. Пол здесь был вымощен ровными, плотно подогнанными каменными плитами. В центре зала, окруженная массивными деревянными колоннами, зияла квадратная шахта, уходящая на нижние, сокрытые в темноте уровни. Скудное освещение обеспечивали лишь редкие напольные канделябры с тонким, неподвижным пламенем.       Но главным источником напряжения стала не архитектура. Как только оперативники переступили порог, воздух вокруг них словно сгустился. Он стал тяжелым, затхлым, пропитанным отчетливым запахом старого пепла и паленого металла. Это давление ощущалось почти физически, заставляя инстинктивно сжать оружие.       Именно тогда, сверху, раздался звук.       Среди давящей тишины деревянные перекрытия скрипнули под тяжестью размеренных, неотвратимых шагов. Кто-то медленно спускался по широкой лестнице со второго яруса. Этот шаг не принадлежал жалкому стражнику или изувеченному рабу. В нем чувствовались вес, уверенность и абсолютный контроль над территорией.       Отряд отреагировал мгновенно. Перлика резким жестом приказала рассредоточиться, уводя Флюорит на огневую позицию к колоннам. Чэнь Цяньюй, напротив, осталась в центре зала. Лун замерла, опустив клинки, не рискуя идти навстречу слепой угрозе. Она предпочла дождаться, пока хозяин этого места сам выйдет на свет.       Шаги стихли.       Из полумрака лестничного пролета выступила фигура, заставившая даже бывалую Флюорит крепче вжаться в приклад.       Перед ними стоял мужчина, облаченный в тяжелое, пыльное одеяние из плотной белой ткани, скрывающее ноги и руки. Его плечи укрывал капюшон и меховая накидка, из-под которых виднелась почерневшая от копоти кольчуга. Но самым жутким элементом была его кираса — громоздкий, выкованный из тусклого золота панцирь в форме гротескного лица с раздутыми щеками и циклопическим оком во лбу.       Его глаза, скрытые в тени капюшона, тлели безжизненным красным светом. В закованных в золото руках он с пугающей легкостью сжимал колоссальный двуручный меч. Его широкое, волнообразное лезвие не имело привычной заточки — сталь была выкована в форме застывших языков пламени, предназначенных не резать, а ломать кости и разрывать плоть.       Незнакомец остановился у подножия лестницы. Он не стал издавать боевых кличей. Он просто поднял свой чудовищный клинок, медленно перенося вес тела, и одним своим присутствием превратил просторный зал в арену для казни.       В свободной, не занятой мечом руке ветерана внезапно вспыхнуло пламя. Это не был привычный рыжий или багровый огонь — над ладонью заплясал неестественный, дымчато-белый сгусток с густой, грязно-черной сердцевиной. Яростное, словно пожирающее само себя пламя казалось абсолютно непослушным, но невидимая воля неизвестного воина жестко удерживала его в повиновении.       Резкий взмах — и сформированный огненный шар сорвался с места, ударив точно в геометрический центр построения отряда. Взрыв ослепил оперативников, обдав их волной испепеляющего, мертвого жара и вынудив судорожно броситься врассыпную от эпицентра.       Враг не стал дожидаться, пока осядет пепел. Вопреки тяжелой броне и габаритам, он сорвался с места с пугающей, хищной скоростью. Преодолев разделяющее их расстояние за пару неестественно широких, быстрых шагов, он издал глухой рык. В глубокой тени капюшона дернулась густая седая борода и сверкнули налитые яростью глаза, когда он сокрушительно обрушил свой двуручник на Чэнь Цяньюй.       Лун едва успела вскинуть мечи, принимая атаку в жесткий блок. Звон столкнувшейся стали резанул по ушам. Кинетическая энергия и вес чужого оружия оказались чудовищными: от первого же удара сапоги девушки со скрежетом проскользили по каменным плитам назад, а плечи отозвались острой болью.       Но это было лишь начало. Противник продемонстрировал абсолютное доминирование в ближнем бою. Не давая Чэнь ни единого шанса на контратаку или разрыв дистанции, он продолжил обрушивать на неё серию грубых, сокрушительных ударов, безжалостно вдавливая оперативницу в глухую оборону. Каждый взмах его тяжелого меча падал как кувалда.       Боец не просто бил — он контролировал ход клинков. Поймав ритм, он позволил лезвию «Устремления» скользнуть вдоль своего оружия. Изогнутые стальные «языки пламени» на его двуручнике сработали как жесткий захват: они намертво закусили меч Чэнь, мощным рывком уводя его в сторону и полностью раскрывая её защиту.       В образовавшуюся брешь тут же устремилась тяжелая латная перчатка. Кованый кулак с тошнотворным хрустом впечатался в лицо мечницы. Удар был такой колоссальной силы, что голова лун резко откинулась назад. Перед глазами вспыхнули ослепительные белые пятна, во рту мгновенно появился солоноватый привкус крови, а окружающие звуки боя потонули в пронзительном, оглушающем звоне. Пространство вокруг на несколько долгих, критических секунд потеряло всякие очертания, ошеломив Чэнь и лишив её координации.       Авивенна ворвалась в слепую зону монаха мгновенно, не дав тому нанести добивающий удар по дезориентированной лун. Её рывок идеально прикрывала Флюорит: оружие наемницы выплюнуло глухую очередь, и с десяток тяжелых пуль со злым лязгом обрушились на массивную фигуру врага. Плазма бессильно рассеивалась о закопченную кольчугу и кирасу, но кинетическая мощь шквала заставила того пошатнуться и прервать замах.       Этой заминки каут хватило с лихвой. Выйдя на дистанцию, Авивенна с силой выбросила копье вперед, метя в зазор между броней и капюшоном. Однако рефлексы воина оказались пугающими: он резко вывернул запястье, с оглушительным скрежетом принимая острие на широкую плоскость своего меча, и тут же перешел в жестокую контратаку. Он крутнулся на месте, вкладывая весь вес своего тела в горизонтальный, срубающий удар двуручником.       Но Авивенна не собиралась повторять ошибку Чэнь. Вместо того чтобы пытаться заблокировать многокилограммовую сталь, она превратила бой в смертоносный танец. Едва лезвие со свистом рассекло воздух там, где она только что находилась, каут изящно поднырнула под удар и мягким перекатом ушла за спину врага. Монах глухо зарычал, обрушивая на юркую оперативницу град сокрушительных, размашистых атак. Вся его первобытная ярость разбивалась об идеальную геометрию её движений: Авивенна кружилась вокруг неповоротливого мечника, словно оса, в миллиметрах пропуская мимо себя смертоносные волны металла и тут же жаля короткими, точными выпадами копья в открытые сочленения брони.       В этот момент в ритм схватки включилась Перлика. Повинуясь резкому, выверенному движению её стилуса, тяжелый «Модуль Взрыва» с надрывным гудением спикировал с верхнего яруса. Дрон ударил в спину воина тактическим электрическим разрядом, заставив его судорожно выгнуться. Одновременно с этим Флюорит сменила позицию, возобновив безжалостный природный прессинг с фланга и отсекая врагу пути к отступлению.       Оказавшись зажатым в тиски непрерывных ударов, молний и пуль, ветеран осознал, что грубой силой этот рой не раздавить. В его левой руке с гудящим ревом вновь вспыхнуло яростное, грязно-черное пламя.       Не тратя время на замах или формирование сферы, воин с утробным криком обрушил пылающий кулак в каменные плиты под своими ногами. Камень жалобно треснул, лопаясь от колоссального перепада температур. Из эпицентра удара во все стороны с чудовищной скоростью брызнула кольцевая лавина мертвого, испепеляющего огня. Черно-белая взрывная волна взметнулась на несколько метров вверх, пожирая кислород и сметая всё на своем пути, вынуждая оперативников экстренно прервать атаку и броситься врассыпную, чтобы не сгореть заживо.       Едва кольцевое пламя опало, монах не дал отряду времени на перегруппировку. Короткие, резкие взмахи левой руки — и с его ладони один за другим сорвались три сгустка яростного грязно-черного огня. Первый снаряд заставил Перлику судорожно нырнуть за колонну, второй опалил укрытие Флюорит, обрывая её стрелковый шквал, а третий разорвался под ногами наступающей Авивенны, отрезая каут вектор маневра.       Используя эту огненную завесу, противник рванул вперед. Сократив дистанцию, он вложил всю свою массу в чудовищный вертикальный рубящий удар, намереваясь разрубить девушку надвое.       Но Авивенна в очередной раз продемонстрировала издевательское превосходство в реакции. Легкий, почти грациозный шаг в сторону — и многокилограммовое лезвие двуручника со звоном высекло искры из пустого камня в сантиметрах от её бедра. Инерция удара открыла шею врага, и каут незамедлительно выбросила копье вперед, метя сверкающим наконечником в уязвимую щель между кольчугой и капюшоном.       Однако рефлексы монаха оказались под стать его силе. Вместо попытки уклониться, он выбросил свободную руку навстречу удару и с лязгом намертво перехватил копье прямо за металлическое древко под хищным зубчатым эфесом.       Грубый, невероятно мощный рывок на себя лишил Авивенну равновесия, и монах тут же выбросил вперед тяжелый кованый сапог, целясь ей в живот.       Попытка вырвать оружие стала бы фатальной ошибкой. Вместо этого каут использовала собственное зажатое в тисках врага копье как шест. Оттолкнувшись ногами от пола, она ловко крутнулась вокруг оси древка, пропуская смертоносный пинок под собой, и мягко приземлилась по другую сторону от лезвия, удерживая контроль над оружием.       Этот акробатический трюк выиграл отряду решающие секунды. Сбоку, набирая скорость, уже неслась оправившаяся Чэнь Цяньюй. На её скуле наливался багровый синяк, а из глубокой ссадины на щеке по подбородку текла кровь, но в глазах лун горела лишь холодная ярость.       Не сбавляя темпа, мечница оттолкнулась от каменных плит. Сгруппировавшись в воздухе, Чэнь обрушила сокрушительный удар обеими ногами с хода в бронированное плечо. Кинетическая энергия этого тарана оказалась столь велика, что неповоротливый боец потерял баланс. Его пальцы разжались, выпуская копье, и воин с грохотом отшатнулся на несколько шагов назад, подальше от Авивенны.       Отшатнувшись от мощного удара Чэнь, ветеран даже не подумал терять равновесие окончательно. Его тяжелые кованые сапоги с лязгом впились в каменные плиты, гася инерцию. Едва лун приземлилась и попыталась развить наступление, враг резко выбросил навстречу её лицу раскрытую левую ладонь.       Воздух перед его пальцами на миг исказился, а в следующую долю секунды прогремел хлопок. Короткий, но чудовищно плотный и яростный взрыв грязно-черного пламени ударил в упор, заставив Чэнь с шипением прервать атаку и экстренно отскочить назад, спасая глаза от ослепительного жара.       Но это была лишь подготовка. Воин в капюшоне изменил стойку. Он чуть присел, выставил руку вперед, и из его ладони вырвался уже не одиночный заряд, а непрерывный, ревущий поток мертвого огня. Противник повел бронированной рукой по широкой дуге, словно из пожарного брандспойта заливая каменный пол пылающим черным морем.       Стена бушующего, непроглядного пламени взмыла к самым сводам башни. Этот огненный заслон идеально выполнил свою тактическую задачу: он наглухо отсек Перлику, Флюорит и отступившую Чэнь от единственной оставшейся на другом фланге цели — Авивенны.       Ради этого всё и затевалось. Оставив троих оперативников по ту сторону огненной стены, воин развернул свой массивный корпус к изолированной каут. Он перехватил двуручник обеими руками, и волнистое лезвие тут же с прожорливым гулом покрылось густым слоем черного огня. С утробным, давящим на уши ревом закованный в золото ветеран взмыл в коротком, тяжелом прыжке, вкладывая весь свой колоссальный вес в сокрушительный вертикальный удар сверху.       Отрезанная от поддержки и лишенная пространства для своего привычного акробатического маневра, Авивенна поняла, что уклониться не успеет. Стиснув зубы, она жестко уперлась ногами в пол и вскинула «Прочное притяжение» в глухой горизонтальный блок.       Удар обрушился с грацией падающего метеорита. Пылающий двуручник со страшным скрежетом впечатался в металлическое древко копья. Кинетическая мощь удара заставила Авивенну болезненно охнуть и осесть на одно колено, но металл выдержал.       Однако главным врагом оказался не вес клинка. Яростное грязно-черное пламя при столкновении брызнуло во все стороны, словно напалм. Мертвый огонь мгновенно перекинулся на копье, омывая руки сдерживающей удар девушки. Запахло паленой тканью и жженой кожей. Авивенна сдавленно, сквозь сжатые челюсти, закричала от пронзительной боли — неестественный жар с легкостью прошил её защиту, оставляя на предплечьях и кистях первые жестокие, саднящие ожоги.       Боец обрушивал на Авивенну удар за ударом с безжалостной ритмичностью кузнечного молота. Он больше не пытался пробить её блок хитростью — он откровенно ломал её, методично вбивая каут в пол, намереваясь раздробить кости её рук сквозь вибрирующее металлическое древко копья.       Внезапно, замахнувшись для очередного сокрушительного вертикального удара, воин замер буквально в сантиметре от защиты девушки. Вместо того чтобы опустить клинок, он с пугающей для своих габаритов пластичностью перехватил рукоять двуручника. Резкий разворот всего массивного корпуса — и лезвие со свистом описало широкую горизонтальную дугу у него за спиной, вынудив наступавшую Чэнь с лязгом вкопаться в камень, чтобы не оказаться разрубленной надвое.       В это же мгновение в гущу боя ворвалась Перлика. Повинуясь её отчаянному приказу, тяжелый дрон спикировал с высоты и хищно завис прямо над макушкой противника. Внутренние накопители энергии взвыли, воздух вокруг с шипением наполнился запахом озона, и «Модуль Взрыва» обрушил на врага ослепительный, концентрированный столб молнии. Этот разряд был сродни личной мести руководителя за обожженные руки её подчиненной.       Но чудовищный вольт-амперный удар не поставил бойца на колени. Электрические дуги лишь со скрежетом пробежались по золотой маске на его груди, стекая в каменный пол.       Понимая, что одной молнии недостаточно, в слепую зону врага стремительно ворвалась Флюорит. Наемница не стала тратить время на позиционную стрельбу. В едином текучем движении она оттолкнулась от плит, совершая виртуозное акробатическое сальто над головой врага. В полете ствол её оружия угрожающе засиял, концентрируя плотный сгусток чистой энергии, рожденной Искусством природы.       Грянул выстрел. Перегретый плазменный заряд впечатался в затылок воина, обдав пространство ослепительной вспышкой.       Мощь выстрела разорвала плотный белый капюшон в клочья. Верхняя часть одеяния мгновенно обуглилась и осыпалась пеплом, обнажив массивные плечи, закованные в черную от копоти кольчугу. Затылок и шея воина покрылись страшными, дымящимися ожогами от плазмы.       Но напор воина даже не дрогнул. Эта тварь словно не чувствовала боли.       Не издав ни единого стона, он резко опустил левую руку. Пальцы сжались, словно зачерпывая из пустоты невидимую субстанцию, и в его ладони вновь с гулом вспыхнуло грязно-черное пламя.       Сменив стойку, воин с силой выбросил руку перед собой, совершая хлесткое, дугообразное движение слева направо, будто разрывая саму ткань пространства. С его закопченных пальцев сорвалась широкая, расширяющаяся волна ревущего мертвого огня. Заклинание хлынуло вперед, образуя колоссальный конус карающего черного пламени, который не просто обжигал, а с жадным шипением разъедал каменные плиты, заставляя оперативников судорожно отпрыгивать назад, спасаясь от этого всепожирающего вала.       В бою такого калибра тактика не прощает даже секундной потери концентрации. Перлика, привыкшая диктовать условия и контролировать каждую переменную на поле боя, упустила всего один такт. И этого оказалось достаточно.       Воин продемонстрировал, что за его всесокрушающей первобытной яростью скрывается пугающая, холодная расчетливость ветерана. Широкая волна черного пламени была не просто попыткой сжечь отряд — это был инструмент контроля территории. Загнав оперативников в слепые зоны, он мгновенно определил самое слабое звено в их построении.       Вынырнув из рассеивающегося дыма, он рванул на руководителя. Это была психологическая атака: вид надвигающейся горы закопченной брони и мышц, над которой возвышалось изуродованное ожогами лицо с густой седой бородой, ударил по базовым человеческим инстинктам. Перлика, осознав, что дрон не успеет перехватить цель, сделала инстинктивный, роковой шаг назад, пытаясь разорвать дистанцию.       Ее каблук скользнул по самому краю каменной кладки. Ловушка захлопнулась. Она отступила к зияющему провалу в центре башни.       Осознание собственной фатальной ошибки отразилось в её расширенных глазах, но исправить что-либо было уже невозможно. Монах даже не стал использовать свой двуручник. Вместо этого он завершил свой маневр чудовищным, откровенно карательным жестом.       Его громадная левая рука, закованная в почерневшую от копоти перчатку, молниеносно выбросилась вперед. Жесткие металлические пальцы сгребли лицо и затылок Перлики с такой легкостью, словно это был не человек, а хрупкий тренировочный мяч.       Девушка инстинктивно вцепилась руками в бронированное запястье врага, пытаясь ослабить хватку, но разница в физической силе была абсолютной. Он глухо зарычал, без малейших усилий отрывая руководителя от земли. Её ноги беспомощно заболтались в воздухе. Металл перчатки безжалостно сдавил череп, грозя проломить кости при малейшем движении.       Сделав тяжелый, размеренный шаг вперед, мучитель вытянул руку над бездной центрального пролета. Под ногами Перлики теперь была лишь густая, завывающая тьма нижних ярусов.       Ситуация в зале мгновенно стала патовой.       Авивенна, превозмогая боль от ожогов, вскинула копье. Чэнь замерла с обнаженными клинками, готовая к рывку. Флюорит взяла голову противника на мушку. Но никто из них не смел спустить курок или сделать хотя бы шаг. Идеальный тупик. Любая атака, плазменный заряд или удар Искусства, который не убьет его в ту же долю секунды, приведет к тому, что его пальцы рефлекторно сожмутся, превратив голову Перлики в месиво, или просто разожмутся, отправляя её в смертельный полет на дно башни.       Воин замер. Тяжело дыша, он обвел взглядом застывший отряд оперативников. В его тлеющих, налитых кровью глазах, сверкавших из-под разорванного выстрелом капюшона, читалось абсолютное, безоговорочное превосходство хищника над загнанной в угол добычей.       — Не смей… так… мною пользоваться, — сдавленно прошептала Перлика. Превозмогая боль от сдавливающей череп металлической перчатки, она из последних сил дернула большим пальцем, намертво сжимающим стилус управления.       «Модуль Взрыва», до этого вынужденно зависший в воздухе, резко сменил тональность гудения. С оглушительным треском тонкая, но сверхмощная дуга концентрированного тока ударила не в тяжелобронированный корпус воина, а точно в открытые сочленения пальцев его левой перчатки.       Металл лязгнул. Мышцы рефлекторно спазмировались от прямого электрического разряда по нервным узлам, и железная хватка на долю секунды ослабла. Этого хватило.       Перлика молча, без единого вскрика, выскользнула из железных тисков и полетела спиной в густую завывающую тьму бездонной шахты. Тяжелый дрон не задержался наверху ни на мгновение: сложив манипуляторы, он хищным металлическим соколом спикировал в бездну за своим руководителем, мгновенно растворяясь во мраке.       — Командир! — истошно сорвался голос Чэнь.       Разъярённая мечница первой сорвалась с места. Патовая ситуация разрешилась худшим из возможных сценариев, и теперь инстинкт самосохранения уступил место слепой, первобытной ярости.       Чэнь Цяньюй влетела в радиус поражения оппонента не как расчетливый тактик, а как обезумевшая фурия. Два её клинка превратились в сплошной серебристый вихрь. Она не пыталась уклоняться или держать дистанцию — она откровенно шла на размен. Первый же перекрестный выпад прошил брешь в закопченной кольчуге воина, оставив на его боку глубокий, кровоточащий крест. Он взревел, наотмашь взмахивая своим пылающим двуручником, но Чэнь даже не попыталась уйти в глухой блок. Лезвие прошло вскользь по её плечу, сминая элементы брони и глубоко вспарывая кожу. Лун лишь зашипела от острой боли, но вместо отскока шагнула еще ближе, вонзая «Устремление» прямо под бронированное колено врага.       Воин с силой отшвырнул её тяжелым пинком в грудь. Чэнь жестко приложилась спиной о каменную колонну — в зале отчетливо хрустнуло треснувшее ребро, — но девушка тут же вскочила на ноги, выплевывая на плиты сгусток крови, и снова рванула вперед.       К бойне уже подключилась Авивенна. Игнорируя страшные, саднящие ожоги на предплечьях, из-за которых каждое движение тяжелого копья отдавалось пульсирующей агонией, каут превратилась в безжалостный механизм для убийства. Она больше не танцевала и не экономила силы. Когда оппонент попытался обрушить на неё очередной рубящий удар, Авивенна намеренно пропустила лезвие в сантиметре от себя. Раскаленный металл с шипением прожег её форму на боку, оставляя длинный рваный ожог, но это позволило ей вогнать «Прочное притяжение» в открытый плечевой сустав воина. Раздался тошнотворный влажный треск: зубчатый наконечник провернулся в мясе и со скрежетом соскользнул по кости.       Враг с утробным ревом попытался схватить каут за горло левой рукой, с которой еще срывались искры, но его грудь и лицо внезапно взорвались каскадом ослепительных вспышек.       Флюорит, полностью отбросив концепцию безопасной огневой позиции, подобралась вплотную. Наемница стреляла навскидку, намертво зажав спусковой крючок. Сгустки перегретой плазмы, заряженные Искусством природы, беспощадным градом били по золотой кирасе и изуродованному лицу воина, прожигая кольчугу и превращая плоть в дымящееся месиво.       Монах, практически ослепленный и истекающий кровью из десятка ран, отчаянно ударил кулаком по каменному полу. Взрывная волна черного пламени прошлась низом, ударив по ногам Флюорит. Ударная волна сбила наемницу с ног, а неестественный жар оставил на голенях болезненные, пузырящиеся ожоги. Флюорит с грязным ругательством рухнула на плиты, но даже лежа не прекратила огонь, методично всаживая плазменные заряды в раненое колено противника.       Это больше не был слаженный тактический маневр элитного отряда. Это превратилось в кровавую, отчаянную драку на истощение, где каждый из оперативников был готов вырвать жизнь этого ублюдка даже ценой собственных переломанных костей и сожженной плоти.       Развязка наступила откуда не ждали. Из непроглядного мрака шахты, куда только что сбросили руководителя, с оглушительным треском вырвался ослепительный столб света. Мощный электрический разряд ударил оппонента в обожженный затылок, заставив того содрогнуться всем своим массивным телом и прервать атаку на Флюорит.       Следом за молнией из бездны с надрывным воем двигателей вынырнул «Модуль Взрыва». Тяжелый дрон на своих механических фиксаторах вытянул Перлику обратно на уровень зала. Оказавшись над спасительной твердью, девушка отцепилась от аппарата, сгруппировалась в воздухе и погасила инерцию мягким, профессиональным перекатом по каменным плитам.       Не тратя ни доли секунды на передышку, руководитель резко вскинула стилус. Верный дрон, поймав команду, завис над полем боя, сфокусировал остатки энергии и обрушил на изуродованную голову врага жестокий, тройной каскад электрических дуг. Эта серия точечных вольт-амперных ударов по поврежденному черепу окончательно дезориентировала монаха. Его руки безвольно опустились, координация была разрушена, а пылающий двуручник со звоном выскользнул из ослабших пальцев, ударившись о камень.       Этой идеальной брешью тут же воспользовалась Чэнь Цяньюй. Игнорируя пронзительную боль в сломанном ребре, струящуюся по лицу кровь и общую физическую истощенность, лун сорвалась в свой последний, решающий рывок. Набрав максимальную скорость, она оттолкнулась от пола и вложила всю инерцию своего тела в сокрушительный удар обеими ногами с хода.       Её сапоги с громким лязгом впечатались в центр закопченной золотой кирасы. Кинетическая мощь этого тарана оказалась фатальной для полностью потерявшего баланс воина. Он отшатнулся назад, его тяжелые кованые сапоги беспомощно скользнули по самому краю пропасти. Враг, так и не издав ни единого крика, опрокинулся спиной в ту самую бездну, куда мгновениями ранее намеревался отправить Перлику.       Оперативники замерли, тяжело втягивая носом воздух, густо пропитанный озоном, порохом и запахом жженой плоти. Спустя несколько долгих, тягучих секунд из непроглядной глубины шахты донесся глухой, тяжелый звук —хруст ломающихся костей, сопровождаемый скрежетом сминаемого металла.       Гробовая тишина, повисшая под сводами башни после этого звука, ознаменовала их тяжелую, вырванную на зубах, но безоговорочную победу.       Тяжелое, хриплое дыхание четверых оперативников эхом разносилось под высокими сводами опустевшей башни. Адреналин, еще секунду назад заставлявший их игнорировать сломанные кости и сожженную плоть, начал стремительно отступать, оставляя после себя лишь свинцовую усталость и пульсирующую агонию.       — Монстр за первым поворотом, черт возьми, — первая подала голос Авивенна, нарушив гробовую тишину.       Каут тяжело выдохнула, поморщившись от саднящей боли в покрытых ожогами предплечьях, подошла к тяжело дышащей лун и с легкой, нервной игривостью отвесила ей неуклюжий подзатыльник.       — Не каркай больше! — добавила она, выдавив из себя подобие облегченной улыбки.       Чэнь лишь глухо зашипела, когда это движение отдалось резкой вспышкой в сломанном ребре, но спорить не стала. Мечница утерла тыльной стороной ладони кровь с разбитой щеки и виновато, но искренне хмыкнула, убирая свои клинки в ножны.       Флюорит, кряхтя и тихо ругаясь сквозь зубы, с трудом поднялась с каменных плит. Наемница отряхнула покрытые волдырями голени, проверила целостность оружия после взрывной волны и молча привалилась плечом к ближайшей колонне, давая обожженным ногам хоть какую-то передышку.       Взгляды команды скрестились на руководителе. Перлика все еще стояла у самого края пропасти, бездумно глядя в густую тьму шахты, где нашел свой конец их чудовищный противник. Девушка медленно подняла дрожащие руки к голове, осторожно ощупывая виски и затылок, словно проверяя, не треснул ли череп от железной хватки врага. Её форма была густо перепачкана гарью, а лицо приобрело нездоровую, пепельную бледность.       «Модуль Взрыва» с тихим, будто бы виноватым гудением подлетел к ней, преданно зависнув на уровне плеча.       Перлика наконец отвернулась от зияющего провала. Она окинула внимательным взглядом свой измотанный, переломанный, истекающий кровью, но чудом выживший отряд. Логика бескомпромиссно диктовала: запас их прочности исчерпан до самого дна, и следующий подобный бой без подготовки они просто не переживут.       — Давайте найдем безопасное место и отдохнём… — устало, почти шепотом предложила Перлика.       Несмотря на слабость в голосе, в этой фразе звучал непререкаемый приказ. Спорить никто не собирался. Поддерживая друг друга и хромая, оперативники медленно двинулись прочь от смертоносной арены, углубляясь в мрачные коридоры верхних ярусов. Замок Грозовой Завесы еще не пал, а их главная цель так и не была достигнута, но право на передышку они вырвали с кровью.