Излом

      Прошел целый час. Глухую тишину тесной комнаты на верхнем ярусе башни нарушал лишь треск дров в камине. Отряд обосновался здесь для привала, скрываясь от завывающего снаружи шторма. Тусклый огонь и пара оплывших свечей на тяжелом дубовом столе едва выхватывали из полумрака заваленные пылью книжные полки и составленные в угол пустые бочки. Пока Флюорит бесшумной тенью ушла по винтовой лестнице в разведку, остальные залечивали раны.       Чэнь откровенно скучала. Мечница сидела за столом, лениво перекатывая в пальцах пустую капсулу «Бэкпилла». Грубая корпоративная химия сработала как настоящая спасительница — быстро и без лишних проблем исцелив все ушибы и стянув сломанное ребро. Авивенна тем временем устроилась прямо на каменном полу. Каут молча грела руки у растопленного камина, пытаясь выгнать из суставов пронизывающий холод Междуземья.       Единственной, кто не позволял себе отдыхать, была Перлика. Руководитель замерла у дальнего арочного прохода, осторожно выглядывая на внешнюю стену. Её взгляд напряженно цеплялся за каждую деталь засады, которую подготовил враг. В сером тумане вырисовывалось плотное нагромождение взрывных бочек и спрятавшиеся за ящиками солдаты. Но хуже всего были сидевшие на каменных перилах крупные, уродливые ястребы с прикованными к лапам лезвиями.       Врагов было слишком много. Это обилие целей откровенно нервировало Перлику, перечеркивая все её надежды на чистый прорыв.        — Сектор заблокирован, — глухо бросила руководитель, до побеления в костяшках сжав стилус. В её голосе явно скользило сдерживаемое раздражение от бессилия перед местной абсурдной тактикой. — Там толпа пехоты. И ястребы-переростки. У них к лапам прибиты мечи.       — С мечами так с мечами, — Авивенна тяжело вздохнула, неохотно отрываясь от тепла камина и подхватывая свое копье. — Значит, будем отрубать лапы. В первый раз?       — Посмотрим, что скажет Флюорит, может, наверху есть более безопасный маршрут.       Чэнь, балансировавшая на задних ножках стула, криво усмехнулась, подбросив пустую капсулу в воздух.       — Госпожа руководитель, если после наших акробатических этюдов на гнилых досках над пропастью прогулка по местным крышам кажется вам «безопасным маршрутом», то эта засада там — вообще не препятствие. Так, легкая разминка перед завтраком, — отозвалась лун.       Авивенна издала короткий смешок.       — Согласна с рогатой, — бросила каут. — Твой последний «безопасный обход» закончился тем, что я ловила тебя за шиворот над бездной. Может, ну его к черту эти тактические изыски? Ворвемся и просто отрубим этим курям лапы. Заодно согреемся.       Перлика на мгновение замерла. В бытности на станции она славилась тем, что задавала своим стажерам колоссальные, выматывающие нагрузки, требуя идеального исполнения. Но сейчас перед ней сидели не зашуганные новички, а её отряд, с которым она уже пережила нечто ненормальное.       — Вы невыносимы, — Перлика мягко покачала головой. Напряжение в её плечах заметно спало, уступая место человечной заботе. — Если из-за вашей любви к эффектным дракам мы задержимся хоть на минуту, я лично пропишу вам такие штрафные тренировки, что этот Замок покажется курортом. Готовьте оружие.       Из темного зева винтовой лестницы бесшумно вынырнула Флюорит. Наемница вальяжно привалилась плечом к каменному косяку и с легкой, игривой издевкой оглядела отдыхающий отряд.       — Насколько сильно вы любите паркур? — поинтересовалась она. — Потому что наверху есть отличный обходной путь. Прямо по карнизам и крышам.       Чэнь резко качнулась вперед, обрывая свою ленивую позу. Передние ножки её стула с громким, сухим стуком впечатались в деревянный пол.       — И куда мы так придем? — прищурилась лун, рефлекторно проверив рукояти своих клинков. — Не обратно к обрыву, надеюсь?       — Не ручаюсь за логику местной архитектуры, но, судя по направлению, мы обогнем стену и спустимся в центральный внутренний двор Замка, — Флюорит небрежно пожала плечами. — А оттуда и до конца маршрута недалеко.       — В тот самый двор, где нас чуть не распяли из баллист? — недоверчиво уточнила Авивенна, поднимаясь с пола.       — Нет, гораздо дальше, — наемница качнула головой. — И там пусто. Совершенно. Ни патрулей, ни укреплений, ни ваших любимых птиц с железками. Мертвая зона.       Слова о пустом пространстве подействовали на Перлику как ледяной душ. Супервайзер, прекрасно понимающая логику проектирования защитных сооружений, мгновенно подобралась. Абсолютно чистая территория в самом центре укрепленной вражеской цитадели буквально кричала о засаде совершенно иного, куда более смертоносного порядка.       — Разберемся на месте, но иллюзий не питайте. Пустых дворов в таких местах не бывает, — отчеканила Перлика, стряхивая с себя остатки усталости. Она быстрым шагом приблизилась к Флюорит и требовательно окинула взглядом команду. — Выдвигаемся. Нам пора.       Покинув укрытие, отряд короткими перебежками преодолел лестницу и вышел на широкую открытую террасу, где древние каменные плиты перемежались с грубо сколоченными деревянными настилами.       Едва из-за разрушенной колонны показался патрульный, Авивенна сработала на чистых рефлексах. Каут скользнула ему за спину. Короткий выпад — и острие копья с хрустом вошло в зазор тяжелой, заросшей колючими лозами кольчуги прямо под густым бордовым капюшоном. Стражник безвольно осел на доски.       Его падение стало сигналом для остальных. Чэнь и Флюорит обрушились на рассредоточенных по террасе солдат. Враги, закованные в такую же покоробленную броню и скрывающие лица под грубым сукном, даже не успели поднять свои щиты. Флюорит хладнокровно всаживала плазменные заряды в изгнанников у мешков с песком, прошивая металл насквозь. Чэнь, не сбавляя скорости, сокращала дистанцию: её парные клинки с глухим лязгом рубили тяжелые доспехи тех, кто попытался вытащить мечи из ножен.       Десять секунд механического устранения — и на балконе остались лежать лишь мертвецы, позволяя отряду забраться на узкие каменные карнизы, опоясывающие башни. Оттуда оперативники бесшумно спрыгнули на покатый скат крыши, где им пришлось задержаться для оценки обстановки.       Авивенна резко вскинула кулак, подавая знак отряду буквально за долю секунды до того, как с серого неба спикировали боевые ястребы. Воздух над черепицей разорвал хищный клекот и свист прикованных к птичьим лапам лезвий.       Засада сработала бы на ком угодно, но только не на готовом к бою авангарде. Флюорит выстрелила навскидку, даже не целясь: сдвоенный глухой хлопок, и перегретая плазма превратила первых двух хищников в облако тлеющих перьев и падающего металла. Третий ястреб прорвался сквозь огонь и метнулся прямо к лицу Чэнь, выставив вперед бритвенно-острые клинки. Мечница не отступила ни на шаг. Одно слитное, смазанное движение руки — резкий лязг столкнувшейся стали, и разрубленная надвое птица кубарем покатилась вниз по скату крыши, оставляя на камне влажную кровавую полосу.       — Спасибо на том, что нас пока не удивляют, — с выдохом прокомментировала Чэнь, взмахом клинка брызнув кровь по черепице.       — Надеюсь… — мрачно ответила Перлика.       — Эй, ну чего так? Выше нос! — усмехнулась Флюорит.       Руководитель лишь молча кивнула в сторону продолжения пути, но они даже не успели ступить и шаг дальше, как стоящая справа башня разорвалась у основания от ужасающего взрыва. Конструкция попросту пошатнулась и развалилась прямо на их глазах, с оглушительным скрежетом оседая вправо. Направленный удар вырвал целый сегмент стены с тяжелыми колоннами, обрушивая древнюю кладку за пределы крепости.       — Да вы издеваетесь! Правый фланг уходит вниз! — перекрикивая грохот осыпающейся породы, выкрикнула Авивенна, инстинктивно прикрывая лицо от летящего каменного крошева.       Перлика мгновенно подавила рефлекторную дезориентацию от взрыва. Многотонные глыбы рухнули не на саму крышу, а в провал справа от них, с оглушительным скрежетом утягивая за собой целые сегменты балконов и каменной кладки. Край их крыши уже начал предательски крошиться, грозясь отправить отряд следом в бездну.       Взгляд супервайзера резко метнулся влево. Единственным относительно стабильным участком оставался узкий скат с синеватой черепицей. Он служил своеобразным мостиком, ведущим на следующую, более широкую крышу, которая уходила вглубь Замка.       — Уходим влево, на синюю черепицу! — скомандовала Перлика, перекрывая шум обвала. — Перебегаем по ней на ту сторону, живо!       Флюорит сорвалась первой. Бывшая наемница пружинисто спрыгнула на плитки нижнего яруса и тут же рванула налево, используя узкий скат как мост, чтобы добраться до безопасной зоны. Чэнь и Авивенна, не теряя ни доли секунды, последовали за ней. Перлика прыгнула последней, уводя отряд по единственному уцелевшему пути вглубь вражеской территории.       С верхней террасы, которую они миновали ранее, ударил залп. Рой горящих арбалетных болтов с шипением впился в черепицу, отсекая путь к отступлению.       Никаких команд не потребовалось. Флюорит первая нырнула прямо с крыши вниз, не сказав ни слова. Чэнь, едва ли не закричав от небывалого риска, тут же прыгнула следом. Пока тактический дрон Перлики короткими молниями отбивал наиболее опасные снаряды, Авивенна схватила руководителя под локоть, уперлась в крышу и силком, нагоняя темп, толкнула её следом за всеми.       На миг перехватило дыхание, едва твердая поверхность пропала из-под ног. А следом Перлика взвизгнула так, что эхом могло забить перепонки.       Однако жесткого удара о камни не последовало. Чэнь Цяньюй, уже стоявшая на узкой каменной дорожке ярусом ниже, ловко поймала её на руки. На лице лун расплылась хитрая и очень довольная улыбка.       — Легкая, как пушинка. Женственная, как принцесса, — выдала мечница, аккуратно ставя начальницу на ноги.       Флюорит издевательски уперла руки в бока, привычным жестом зацепившись пальцами за ремни на бедрах.       — Забавно. Ходили на пение? — хмыкнула наемница, чуть склонив голову в сером капюшоне. — Бокалы разбивали голосом?       Перлика густо покраснела. Жгучее, абсолютно человеческое смущение накрыло её с головой, тесно смешавшись с искренним возмущением от наглости собственного авангарда. Супервайзер суетливо одернула помятую куртку, отчаянно пытаясь натянуть на лицо привычную выдержку.       — Да ну вас! — огрызнулась она, поспешно отворачиваясь в сторону прохода в здание, с которого они спрыгнули.       Авивенна, наконец спрыгнувшая к остальным на каменную дорожку, с хрустом потянулась, делая легкую разминку.       — Они нас развлекать решили, — пролепетала каут. — Только заскучали — и нате! Как только они подорвали это всё…       — Давайте поговорим об этом уже на станции, — Флюорит невзначай обернулась и указала пальцем вдоль дорожки.       По аллее в их сторону уже бежал отряд изгнанников. Но хуже было другое: за спинами рядовой пехоты, угрожающе выпрямившись, возвышался до боли знакомый боец. Тот самый монах с колоссальным волнообразным мечом. Его давящий, тяжелый взгляд физически ощущался даже на таком расстоянии. У Перлики инстинктивно нахохлились перья на голове, стоило ей только встретиться с ним глазами.       — Идемте… — коротко бросила супервайзер, направляясь к дверному проему.       Отряд единым рывком ворвался в просторное, погруженное в полумрак помещение. Скудное освещение здесь давали лишь оплывшие свечи на длинном столе да тлеющий очаг у дальней стены, выхватывая из тени каменную кладку, массивные деревянные балки и старые книжные стеллажи.       Чэнь и Флюорит с глухим стуком захлопнули за собой тяжелую дубовую дверь. Не сговариваясь и не теряя ни секунды, оперативники бросились к ближайшей мебели. Авивенна уперлась в массивный, окованный железом сундук и с протяжным скрежетом по половицам привалила его вплотную к створке. Лун и наемница тут же подтянули следом нагромождение деревянных ящиков и пару тяжелых стульев, а затем втроем навалились на длинный рабочий стол, сдвинув его с места и намертво подперев им получившуюся баррикаду.       Оперативники не стали дожидаться, пока забаррикадированная дверь разлетится в щепки под ударами тяжеловеса. Отряд бросился прочь от нарастающей угрозы, уходя все глубже в хитросплетения замковых башен. Они миновали тускло освещенные лестницы и стремительно пронеслись по крытому деревянному мостику, проложенному прямо внутри глухих каменных стен.       Перешеек вывел их в просторный, погруженный во мрак зал со сводчатыми потолками и массивными колоннами. В нос тут же ударил тошнотворный сладковато-металлический запах — впереди, над провалом нижнего яруса, с деревянных балок свисали освежеванные, окровавленные куски плоти.       Чэнь, рвавшаяся в авангарде, едва успела ступить с деревянного настила мостика на пол зала. В ту же долю секунды из слепой зоны слева на неё бросилась тень.       Нападение сопровождалось не боевым кличем, а пронзительным, дребезжащим хихиканьем, от которого по спине моментально пробежал ледяной мороз. Из полумрака на лун выскочила высокая, неестественно дерганая фигура. Это была женщина, облаченная в грязное, заляпанное многослойное платье из плотной белой ткани с выцветшей традиционной вышивкой. Поверх седых волос, покрытых темным пыльным платком и тяжелой шалью, криво сидел венок из пестрых полевых цветов.       Её иссохшее, пепельно-серое лицо исказилось в гротескной, безумной улыбке, неестественно растянувшей губы, а в глазницах инфернально пылал ослепительный красный свет. Не прекращая свой мерзкий, прерывистый смешок, жуткая танцовщица с пугающей резкостью взмахнула зажатым в костлявой руке серпом, метя изогнутым лезвием прямо в неприкрытую шею мечницы.       Чэнь среагировала на одних инстинктах. Короткий, глухой лязг стали — и изогнутое лезвие серпа со звоном отскочило от жесткого блока. Мечнице даже не пришлось контратаковать. Шедшая шаг в шаг Авивенна сделала молниеносный выпад из-за её плеча, с влажным хрустом вогнав острие копья прямо в висок безумной танцовщицы. Дерганое тело обмякло, навсегда оборвав свой мерзкий смех.       Но это было лишь началом.       Из арочного прохода справа хлынула целая орава таких же трухлявых, иссохших женщин. Они надвигались сплошным потоком, напоминая восставших мертвецов в нелепых праздничных лохмотьях и перекошенных цветочных венках. В их костлявых руках хищно поблескивало грубое оружие: тяжелые сельскохозяйственные косы, серпы, обмотанные веревками костяные булавы и кривые ножи. Те, кому не досталось железа, тянули вперед скрюченные пальцы с почерневшими ногтями, готовые рвать чужую плоть голыми руками.       Мрачный сводчатый зал мгновенно наполнился многоголосым, истеричным хохотом. В этой дребезжащей какофонии не было ни капли радости или веселья — только слепой фанатизм и первобытная, жестокая жажда убийства ради извращенной воли своих безумных богов.       — Не останавливаемся. Если что-то с кем-то случится — продолжаем следовать плану, — проинструктировала Перлика.       Её голос слегка дрогнул, выдавая абсолютно человеческое напряжение, но рука твердо направила стилус в надвигающуюся толпу.       Дрон послушно выдал каскад дуговых разрядов, пустив по рядам цепную молнию. В ту же секунду Флюорит пустила в ход свое Искусство, накрыв авангард врага нестабильной реакцией. Эффект от тока мгновенно удвоился. Воздух со свистом разорвался от вспышки, запахло озоном и жженым мясом. Идущие впереди женщины забились в жестоких конвульсиях, их кожа обугливалась и лопалась, но даже это не заткнуло их истеричный хохот. Игнорируя смертельные ожоги, они продолжали лезть вперед.       Это послужило началом к прорыву. Чэнь с ходу врезалась в толпу. Звон её парных мечей слился со скрежетом чужих серпов и кос, перемежаясь влажным хлюпанием отсекаемых конечностей. Фанатички давили слепой массой. Они бездумно подставлялись под лезвия, насаживались на них, лишь бы подобраться вплотную и размозжить лун голову булавой или вогнать серп ей в плечо. Но Чэнь не останавливалась ни на секунду. Она плавно и смертоносно скользила сквозь строй, непрерывно прорезая живую дорогу всё дальше и дальше.       Авивенна поспевала следом, уходя от хаотичных замахов резкими акробатическими прыжками. В какой-то момент каут пришлось сделать стремительное «колесо», чтобы увернуться от скользящего удара косой по ногам, и тут же с разворота вбить копье в грудь ближайшей безумицы.       Не теряя темпа, Перлика и Флюорит плотной двойкой продвигались прямо по этой узкой, очищенной от врагов тропе, пока десятки смыкающихся за спиной фанатичек не успели отрезать им путь.       В этой какофонии истеричного смеха, влажного хруста и лязга Перлика уже не пыталась выстраивать сложную тактику — она просто безостановочно двигалась по прорубленному коридору. Чэнь, с ног до головы залитая кровью, абсолютно безэмоционально кромсала встающих на пути фанатичек. Деревянные половицы под их сапогами стали скользкими от красной жижи. Только благодаря напору лун и точечным, страхующим выпадам Авивенны, Перлика и Флюорит прошли этот зал почти без боя.       Рывок — и руководитель выскочила из-под тусклых каменных сводов на открытую террасу. Боковым зрением она успела выхватить жуткую деталь: слева, над глубоким провалом, на толстых цепях раскачивалась колоссальная освежеванная туша.       Перлика сделала шаг к спасительному дверному проему напротив, как вдруг на её лодыжке мертвой хваткой сомкнулись холодные пальцы. Рывок был таким резким, что супервайзер потеряла равновесие и с размаху рухнула на каменные плиты.       За её ногу цеплялась танцовщица, разрубленная практически пополам. Волоча за собой по камням влажные кольца вывалившихся кишок, безумица с дребезжащим смехом ползла прямо по телу Перлики. В её инфернальных красных глазах читалось только одно маниакальное желание — подобраться к лицу и задушить.       Сухой треск — и точечный разряд дрона впечатал остатки фанатички в пол. Флюорит мгновенно схватила Перлику за руку, грубым рывком ставя начальницу на ноги, пока сама свободной рукой отстреливала выбегающих на террасу врагов.       Но отступить по маршруту они не успели.       Сбоку в них врезался абсолютный монолит. Некто огромный, закованный в металл и нечеловечески тяжелый, ворвался на террасу и на полном ходу протаранил их фланг. Никто даже не успел поднять оружие. Сокрушительный удар играючи смял их оборону, буквально сметая Перлику и Флюорит за край парапета.       Опора мгновенно ушла из-под ног, и обе девушки полетели в провал нижнего яруса — прямо навстречу подвешенной на цепях окровавленной туше.       В нос тут же ударил терпкий и удушливый смрад трупного яда, запекшейся крови и въевшейся гнили. Внизу, в глухом мешке под террасой, громоздилась колоссальная, бесформенная свалка из десятков полуистлевших тел. Желудок Перлики рефлекторно скрутило спазмом. От густого, тошнотворно-сладковатого запаха разложения моментально заслезились глаза, а к горлу подкатил ком. Жесткий удар о сырую землю в считанных сантиметрах от горы трупов выбил из легких остатки воздуха, заставив супервайзера судорожно закашляться.       Оглушенная падением, Перлика с трудом перевернулась на спину и вскинула голову.       Наверху, у самого края парапета, грозно возвышалась массивная фигура монаха. Он безмолвно смотрел на упавших сверху вниз — тяжело, подавляюще и абсолютно безжалостно. А за его широкой спиной в этот же момент уже мелькали десятки перекошенных лиц. Толпа хихикающих танцовщиц сплошным потоком хлынула на террасу, наглухо блокируя пространство и отрезая Чэнь и Авивенну от упавшей половины отряда.       Сквозь марево шока Перлика не отрывала взгляда от возвышающегося на парапете ветерана. Но внезапно суровый силуэт закованного в золото ветерана исчез — обзор резко перекрыла скалящаяся морда. Из горы трупов прямо на супервайзера бросилась одичалая собака, худощавая и покрытая свалявшейся, залитой чужой кровью шерстью.       Челюсти с влажным хрустом сомкнулись на подставленной руке Перлики. Острые зубы глубоко вошли в плоть, с остервенением вырывая куски мяса.       Мир перед глазами мгновенно заволокло красной пеленой. Из глаз брызнули слезы, а из горла вырвался нечеловеческий, истошный крик — он ударился о холодные каменные стены ямы и улетел куда-то высоко в равнодушное серое небо. Боль была настолько парализующей, настолько первобытно-свирепой, что с каждым новым рывком собачьей пасти Перлика чувствовала, как её рассудок балансирует на грани полного помутнения.       В то мгновение, когда тварь перехватила челюсти для нового броска, её голова просто лопнула. Ошметки костей и горячее серое вещество брызнули Перлике прямо на щеку.       Флюорит стояла всего в паре шагов. Наемница балансировала на волоске от провала, хладнокровно отстреливая хлынувшую из темноты стаю и сбивая тощие туши тяжелыми выстрелами прямо в прыжке.       Едва какофония боя стихла, наемница нависла над лежащей на земле руководительницей. Губы Флюорит шевелились — она явно что-то говорила, но контуженные перепонки Перлики улавливали лишь глухой, ватный гул.       Не дожидаясь осмысленной реакции, наемница всадила иглу тактического шприца прямо сквозь ткань рукава, чуть выше рваной раны.       Боевая химия подействовала мгновенно. Дикая, пульсирующая боль отступила, сменяясь спасительным холодным онемением. Даже удушливый смрад гниющей ямы словно стерся из восприятия, уступая место искусственному медикаментозному покою.       Флюорит не стала тратить время на сантименты. Наемница наклонилась, перекинула руку Перлики через себя и рывком закинула обмякшее тело начальницы на плечо — жестко, по-армейски, перевесив её словно тяжелый мешок с экипировкой. Придерживая супервайзера одной рукой, а второй сжимая оружие, Флюорит тяжело зашагала прочь от зловонной ямы.       Сколько времени прошло? Минута? Десять? Час?       Реальность обрушилась на Перлику лишь тогда, когда наемница от души, наотмашь влепила ей звонкую пощечину. Словно тумблер щелкнул. Затылок болезненно стукнулся о холодный камень массивной колонны, к которой её прислонили, а щека моментально загорелась огнем.       Фокус зрения прояснился. Прямо перед ней маячило лицо Флюорит. Убедившись, что начальница пришла в себя, наемница тут же отстранилась и начала резкими, выверенными движениями водить стволами пистолетов из стороны в сторону, сканируя окружающую обстановку.       Они оказались в мрачном, вытянутом зале, напоминающем извращенную трапезную. С высоких сводов на цепях свисали освежеванные куски плоти, а на каменном полу, между длинными пустыми столами, вповалку валялись перевязанные веревками мешки, пропитавшиеся кровью. В дальнем конце помещения, тускло освещенная свечами, виднелась огромная жуткая картина.       — Нет времени отдыхать, госпожа начальник, — тихо, почти шепотом бросила Флюорит, щурясь во тьму зала. — Мы как на ладони. Рука прошла? Боли нет?       Перлика опустила мутный взгляд на предплечье. Боевая химия сработала безупречно — разодранная плоть затянулась. О пережитом кошмаре напоминала лишь зияющая дыра в рукаве куртки, размером точно с собачью пасть, да пропитавшая ткань запекшаяся кровь.       — Да, я в норме… Наверное… — хрипло выдавила руководитель.       Но свежая, фантомная память о первобытной боли всё ещё пульсировала в нервных окончаниях. Смертельный, ледяной холод прошелся вдоль позвоночника, заставив Перлику рефлекторно сжаться в комок. Её руки предательски задрожали. Она затравленно бегала глазами по каменным плитам, тяжело дыша и всё ещё отказываясь до конца верить в реальность произошедшего безумия.       — Я всё понимаю, — голос Флюорит прозвучал сухо, но без привычной издевки. — Но у нас нет времени об этом думать. Собирайтесь. Сдаётся мне, сюрпризы здесь ещё не закончились…       Адреналин стремительно отступал, оставляя после себя лишь выжигающую пустоту. Перлика прислонилась затылком к холодному камню колонны. Она отчаянно хотела встать, отдать приказ, броситься на выручку Чэнь и Авивенне, но тело попросту отказывалось подчиняться. Мышцы свело болезненной, ноющей судорогой, а в груди разлилась такая свинцовая тяжесть психоэмоционального истощения, что руководитель не могла заставить себя даже пошевелиться.       — По правде... — голос Перлики дрогнул, сорвавшись на сиплый шепот. — Мне становится не по себе от одной мысли, какие боссы нас ждут дальше.       Она сглотнула вязкую слюну, невидящим взглядом уставившись в окровавленные доски пола. Внутреннюю дамбу, которую она возводила внутри себя с самого начала вылазки, наконец прорвало. То, что копилось и росло как лавина, вырвалось наружу.       — Как бы я ни старалась... Любой мой план, любой анализ, элементарная осторожность — здесь ничего не работает, — с горьким бессилием продолжила она. — Каждый раз всё рушится. В этом проклятом Замке мы вообще ничего не контролируем, Флюорит. И сейчас... сейчас это едва не обернулось трагедией.       Наемница, до этого методично поправлявшая сбившуюся после падения экипировку, на секунду замерла. Жесткий треск отрываемой липучки на тактической перчатке резким эхом разнесся по погруженной в полумрак трапезной.       — Но не обернулось же, — сухо отозвалась Флюорит, стряхивая с рукава налипшую грязь. — А то, чего не случилось — больше не наша забота.       Она с силой потянула фиксирующий ремешок, намертво затягивая жесткую ткань на запястье.       — Всегда можно сделать лучше, госпожа начальник. Только в каком таком мире нам позволят эту роскошь? Верно?       — Да... — Перлика устало прикрыла глаза, чувствуя, как мелко и предательски дрожат пальцы. — Но сожаление о том, как всё могло закончиться, никуда не девается.       — Сожалеть мы будем только в одном случае, — Флюорит решительно шагнула к ней, протягивая руку, чтобы помочь подняться. — Если прямо сейчас не найдем и не вытащим наших товарищей. Поднимайтесь.       Перлика задержала взгляд на протянутой руке наемницы. На один короткий, едва уловимый миг на её бледном лице проступила слабая, но искренняя улыбка. Она крепко ухватилась за жесткую перчатку Флюорит, поднялась на ноги и с силой выдохнула, окончательно прогоняя оцепенение.       Взмах стилуса — и тактический дрон сорвался с места. Механический помощник с тихим гудением принялся прочесывать вытянутое помещение, расчерчивая кромешный мрак красной голографической сеткой сканера. Луч света скользил по длинным пустым столам, выхватывал из тени свисающие с деревянных балок гротескные куски плоти и, наконец, уперся в дальнюю стену зала.       Именно там, в тусклом, подрагивающем мерцании напольных свечей, возвышалась гигантская картина в массивной золотой раме.       Перлика невольно сделала шаг вперед, завороженная и одновременно придавленная исходящей от полотна аурой. На холсте, в вихре мрачных красок, был запечатлен колоссальный воин в тяжелых, украшенных сложным орнаментом доспехах. Одной рукой исполин сжимал вросшую в землю секиру невероятных размеров, а за его спиной, хищно нависая и вцепившись когтями в наплечники, возвышался призрачный, свирепый лев с развевающейся гривой.       Холодный красный луч сканера прошелся по нарисованному лицу воина, и Перлике на секунду показалось, что исполин смотрит прямо на неё сквозь пелену веков.       Внутри снова шевельнулся липкий холодок, но это был уже не тот инстинктивный, животный ужас, который она испытала в гниющей яме. Это было тяжелое, давящее чувство абсолютного превосходства чужой мощи. Глядя на эту фигуру, супервайзер вдруг остро, почти физически ощутила ничтожность их отряда и всех их технологий перед лицом законов этого мира. Картина не просто висела на стене — она дышала первозданной силой правителя, чья воля когда-то ломала континенты. Истерзанные трупы в мешках и подвешенные к потолку конечности, обрамляющие этот шедевр, казались лишь жалкой, извращенной данью уважения этому былому величию.       — Какая давящая роскошь… — едва слышно выдохнула Перлика, не в силах оторвать взгляд от потускневшего золота на холсте.       — Грозный дядя, — хмыкнула Флюорит, встав рядом. — Может, это и есть наш местный босс? Вместе с кисой.       — Очень надеюсь, что нет… — искренне отозвалась супервайзер.       — Ну, знаешь…       Её слова оборвал резкий, лязгающий скрежет металла, донесшийся из смежного прохода справа. Красный луч сканера мазнул по широкой арке, открывая вид на колоссальную замковую кухню. Вдоль закопченных каменных стен тянулись многоярусные стеллажи с утварью, а под высокими сводами на ржавых крюках мерно покачивались освежеванные мясные туши. Исполинский каменный очаг полыхал живым огнем, отбрасывая на перепачканные столы и сваленные в кучу мешки длинные пляшущие тени.       — Вот и наши девочки, — Флюорит мгновенно подобралась. Вскинув пистолеты, наемница мягким, почти невесомым шагом двинулась на звук.       Дрон успел метнуться к пылающему камину, но даже не успел зависнуть над ним. С деревянной лестницы в глубине кухни кубарем, сшибая какие-то ящики, вылетела Чэнь. Лун жестко приземлилась на каменные плиты и тут же вскинулась в низкую, пружинистую стойку. Её тело было изранено, поперек шеи наливался багровый след от удушающего захвата, а в глазах, застигнутых врасплох, плескалась чистая животная ярость.       Следом с лестницы спрыгнула Авивенна. Не тратя времени на стойки, каут грубо схватила мечницу за плечо и силком дернула на себя, утягивая её прочь от прохода.       В ту же долю секунды прямо над их головами со зловещим гудением пронесся сгусток черно-белого пламени. Снаряд врезался в дальние деревянные полки, с сухим треском пожирая старое дерево и разбрасывая вокруг бледные искры.       Из арочного проема, тяжело ступая и издавая низкое, рокочущее рычание, вырвался монах. А за его широкой спиной, протискиваясь сквозь щели подобно крысиной стае, уже мелькали перекошенные лица и истерично хихикали безумные женщины с серпами.       — Марш, марш, марш! — рявкнула каут, не отпуская руку Чэнь Цяньюй и буквально протаскивая её мимо замерших Перлики и Флюорит.       Не тратя времени на слова, весь отряд сорвался с места, бросившись прочь из кухни в тусклый каменный коридор. Под сапогами захрустела сухая солома, а в полумраке над головами зловеще качнулись подвешенные на веревках иссохшие конечности. Влетев в следующее помещение, они с грохотом захлопнули за собой тяжелую дубовую дверь. Авивенна тут же навалила к створкам пару бочек. Флюорит, мгновенно оценив обстановку, вскинула пистолет и хладнокровно всадила заряд в ветхую несущую балку деревянного помоста прямо над входом. С оглушительным треском конструкция рухнула вниз, намертво перегородив проход грудой ломаных досок и подняв облако пыли.       Оказавшись в длинном, похожем на заброшенную оружейную зале с перекрестиями потолочных балок и пустыми стойками для копий, они наконец остановились. Тяжелое дыхание эхом разносилось по помещению. Оперативники переглянулись так, словно не виделись целую вечность. И хотя Авивенна выглядела удивительно целой на фоне избитой, залитой кровью Чэнь, в глазах каждой из них читалась одна и та же свинцовая усталость — от бесконечной погони, боев на пределе рефлексов и этой абсолютно враждебной среды.       — Сколько у нас осталось аптечек? — хрипло спросила Перлика. Этот вопрос мгновенно сбил и без того хрупкий настрой отряда.       — Три штуки на всех, — с глухой досадой отозвалась Авивенна. — Три попытки не сдохнуть от ранений.       — Уже две, — отрезала Флюорит, извлекая из подсумка тактический шприц-тюбик.       Наемница решительно шагнула к мечнице, намереваясь всадить иглу прямо в шею, но та резко перехватила её запястье.       — Не надо. Я в порядке, — процедила лун, тяжело дыша.       — По тебе не скажешь.       — Он только поцарапал. Нам следует сохранить химию на боссов.       — До них еще дойти надо. Желательно в сознании и со всеми рабочими конечностями. Не сопротивляйся.       — Правда, всё нормально! — повысила голос Чэнь, сверкнув глазами. — Оставь меня.       Флюорит даже не стала тратить время на споры. Вместо слов она нанесла короткий, жесткий удар ногой под колено упрямой мечницы. Чэнь, чьи мышцы и так мелко дрожали от перенапряжения, потеряла равновесие и с глухим стуком рухнула на одно колено. В ту же секунду наемница оказалась у неё за спиной. Грубо, но выверенно схватив лун за подбородок, она рывком запрокинула ей голову, до предела натянув кожу на шее, и с размаху всадила шприц.       Короткий щелчок поршня — и мощная корпоративная химия хлынула в кровоток. Буквально за пару десятков секунд глубокие порезы, ссадины и жуткий багровый синяк от удушья начали затягиваться и бледнеть прямо на глазах.       Убедившись, что раны затянулись, Флюорит, словно извиняясь за недавнюю грубость, невзначай погладила обозленную мечницу по макушке, прямо между изогнутых рогов. Наемница мимоходом поправила сбившуюся накидку лун, а затем по-хозяйски, ухватив под мышки, вздернула её на ноги.       — Так-то лучше.       — Вот всегда ты так! — Чэнь возмущенно дернула плечами, сбрасывая чужие руки.       Её длинный, покрытый гладкой чешуей хвост напряженно вытянулся, а красноватые жесткие шипы на самом конце угрожающе растопырились, выдавая крайнюю степень возмущения. Мечница поспешно одернула подол своей формы, отчаянно пытаясь вернуть себе хоть каплю утраченной боевой солидности.       — Ты меня вообще никогда не слушаешь?! Я сказала, что могу терпеть!       — Потому что в твоих словах исторически минимум полезной информации, — с откровенно хитрой улыбкой парировала Флюорит, прячая пустой шприц. — Ты наш авангард, не забывай. Без тебя мы тут как голые котята.       — Я оценивала риски! — не сдавалась Чэнь, скрестив руки на груди, пока её хвост раздраженно и хлестко бил по воздуху. — Если мы встретим какую-то тварь-мутанта или кого похуже, эта сэкономленная доза стала бы нашей страховкой.       — Страховка не работает, если страхователь истекает кровью в грязном коридоре, — хладнокровно отрезала Флюорит. — Ты полезла на рожон. Снова. Тебя чуть не придушил этот здоровяк, а ты рассуждаешь о высоких материях.       — Я отвлекла его внимание, чтобы мы с Авивенной смогли проскользнуть! — возмутилась лун, сверкнув глазами. — Если бы я не рванула мимо него первой, мы бы вообще из того прохода живыми не вышли!       — Зато потом мне пришлось выдергивать тебя из-под удара, — вмешалась каут. Авивенна тяжело вздохнула и прислонилась спиной к пустой деревянной стойке для копий, сложив руки на животе. — Так что давайте не будем считать, кто кому больше должен. Мы квиты. Рогатая, смирись — тебя только что профессионально спасли.       — Спасли?! — Чэнь аж задохнулась от возмущения, а шипы на её хвосте угрожающе встали дыбом. — Да ты просто стояла и смотрела, как этот ублюдок использует мою шею вместо эспандера!       — Я выжидала тактическое окно.       Чэнь недовольно поджала губы, шумно выдохнув через нос. Было видно, что лун категорически не желает признавать поражение, но крыть эту циничную аргументацию ей было нечем. Она лишь сердито отвернулась, делая вид, что предельно занята проверкой креплений на своих ножнах.       Перлика, молча наблюдавшая за этой перепалкой, почувствовала, как свинцовое напряжение в груди становится чуть легче. Эти искры раздражения, эта живая, почти бытовая перебранка были лучшим доказательством того, что отряд еще жив и не сломлен.       — Оставим пререкания, — негромко, но твердо произнесла руководитель, заставляя всех переключить внимание на себя. — У нас осталось две аптечки. Факт неприятный, но с ним придется работать. Флюорит, Авивенна — осмотрите зал. Нам нужно понять, есть ли отсюда другой выход, прежде чем те бочки у двери превратятся в щепки.       Приказ супервайзера прозвучал по всем правилам станционной тактики, но в текущих реалиях выглядел откровенно абсурдно. Наемница скептически изогнула бровь.       Просторный, усыпанный сухой соломой зал просматривался насквозь, от края до края. В скудном свете настенных факелов было прекрасно видно, что никаких лабиринтов, тайных ниш или вентиляционных шахт здесь не предусмотрено. Выбор маршрута был представлен с издевательской простотой. В стене зияли всего две распахнутые двери: первая, слева, вела в глухую, непроглядную темень внутренних коридоров Замка, куда даже не пробивался свет. Вторая, расположенная в самом торце помещения, выходила прямо на улицу, открывая вид на залитый тусклым серым светом, абсолютно мертвый и пустой внутренний двор.       — Че смотреть-то, — Флюорит лениво качнула стволом пистолета, указывая на очевидное. — Два выхода: один темный, другой на улицу. Какой выберем?       Перлика тихо выдохнула и сжала переносицу, пряча лицо за ладонью. Жгучая краска неловкости опалила её щеки — въевшаяся привычка анализировать многоуровневые тактические схемы «Эндфилда» сейчас выставила её в крайне нелепом свете.       — Извините… — скомканно пробормотала руководитель, не отнимая руки от лица, а второй указав стилусом в сторону распахнутых створок, за которыми виднелся тусклый дневной свет. — Идем туда. Во двор.       Отряд миновал распахнутые створки, оставляя позади полумрак затхлой оружейной, и ступил на вытоптанную, смешанную с грязью землю внутреннего двора. В лицо тут же ударил холодный, пронизывающий сквозняк.       После удушливого смрада освежеванных туш и крови, воздух здесь казался обжигающе свежим, но Перлика сразу уловила в нем тревожный, горьковатый привкус пепла и статического электричества.       Супервайзер окинула взглядом открывшееся пространство, и её пальцы инстинктивно крепче сжали стилус. Двор оказался пугающе огромным и абсолютно голым. Ни патрулей, ни дозорных вышек, ни рядов ощетинившихся баррикад. Лишь редкие островки пожухлой травы, голая земля да массивные, почерневшие стволы мертвых деревьев. Вдалеке виднелись широкие каменные ступени, ведущие к следующей секции Замка, но и там царила мертвая, неестественная тишина.       — Какая прелесть, — процедила Чэнь, нервно поведя хвостом и вглядываясь в пустоту. — Ни одной живой души. Меня сейчас стошнит от этой паранойи.       — Идеальная зона поражения, — глухо констатировала Флюорит. Наемница смерила взглядом открытое пространство, не опуская оружия. — От края до края — ни единого нормального укрытия. Если нас зажмут здесь в клещи, мы даже пискнуть не успеем.       Авивенна зябко передернула плечами, поежившись не столько от холода, сколько от давящей атмосферы.       — Дело не только в засаде, — каут кивнула в сторону неба. — Вы наверх посмотрите.       Перлика подняла голову. Над шпилями и зубчатыми стенами Замка стремительно сгущалась тьма. Тяжелые, свинцово-черные тучи скручивались в тугую воронку, безжалостно пожирая остатки бледного дня. Атмосферное давление резко упало. Воздух стал плотным, вязким, как перед жесточайшим штормом, а порывистый ветер начал срывать с мертвых деревьев сухую труху, швыряя её прямо в лица оперативников. Грядущая буря давила на плечи не хуже физического груза.       — Я уже говорила это сегодня, — тихо произнесла Перлика, чувствуя, как по позвоночнику ползет ледяной холодок. — Пустых дворов в таких крепостях не бывает.       Её тактический дрон с тихим гудением вылетел вперед, расчерчивая пространство красной сеткой сканера. Пусто. Никаких тепловых сигнатур, никаких замаскированных ловушек под слоем грязи. Абсолютно чистый рельеф.       Дрон завершил цикл и завис в воздухе. Именно в эту секунду сквозь завывания надвигающейся бури пробился новый звук.       Глухой, тяжелый, сдвоенный ритм шагов и методичный лязг массивных бронепластин. Кто-то спускался по широким каменным ступеням в дальнем конце двора, и этот кто-то был явно не один. С каждым тяжелым стуком кованых сапог о древние плиты звон толстой кольчуги эхом разносился по пустому пространству.       Из непроглядной тени над лестницей медленно вышли два грузных силуэта.       Это были неестественно тучные, раздавшиеся вширь воины, закованные в толстую броню цвета потускневшего серебра. Поверх бледного металла на их плечах лежали накидки из пепельно-серого сукна с густыми воротниками из грязного белого меха. Их головы скрывали глухие, массивные шлемы с выкованными на них застывшими, бесстрастными лицами. А прямо на макушках этих шлемов, словно извращенные короны, покоились широкие металлические чаши.       С резким, режущим слух свистом обе чаши вспыхнули. В небо взвились языки Черного Пламени. Огонь с угольной, поглощающей свет сердцевиной и мертвенно-белыми краями не излучал привычного жара. Вместо этого по двору хлестнула волна сухого, могильного холода и едкого запаха жженого озона, от которого у оперативников мгновенно пересохло в горлах.       Первый Прелат тяжело ступил на вытоптанную землю. В его закованной в сталь руке угрожающе лязгнул двуручный боевой молот с навершием в виде шипастого бутона. Стоило воину чуть провернуть древко, как сталь тоже занялась черно-белым огнем, оставляя в плотном воздухе дымный, пепельный шлейф.       Второй шагнул следом, методично забирая вправо, чтобы сразу взять отряд в полукольцо. В его руках не было молота — противник сжимал массивную рукоять, от которой тянулась толстая, усеянная длинными шипами цепь кнута. Смертоносный металл со зловещим скрежетом волочился по камням, оставляя на них неглубокие белесые борозды.       Владыки этого двора не произносили речей и не рычали. Абсолютная, слепая тишина с их стороны, нарушаемая лишь гудением холодного пламени и лязгом доспехов, давила на психику хуже любого боевого клича.       — Кажется, мы сорвали джекпот, — процедила сквозь зубы Флюорит, рефлекторно снимая пистолеты с предохранителей. Двойной сухой щелчок прозвучал до смешного жалко на фоне ревущего в чашах огня.       — Они берут нас в клещи, — Авивенна перехватила копье двумя руками, уходя в низкую стойку и не сводя напряженного взгляда с извивающегося кнута.       Перлика почувствовала, как внутри всё сжимается в ледяной комок. Два закованных в броню танка. На абсолютно пустом, простреливаемом насквозь пространстве. Без единого укрытия и всего с двумя аптечками на весь отряд. Хуже сценария для командира нельзя было даже придумать.       — Так, Авивенна, слушай, — Перлика сглотнула вязкую слюну, с огромным усилием заставляя себя озвучить этот самоубийственный план. — Берешь на себя того, что с молотом. Уводишь его в сторону, отвлекаешь, но ни в коем случае не пытаешься навязать ему силовой обмен. Ясно? Твоя задача — выжить.       Губы каут изогнулись в широкой, игривой улыбке, словно ей только что предложили танец на долгожданном свидании с грозным ухажером. Но Перлике от этого оскала внезапно стало не по себе.       Улыбка совершенно не касалась глаз. В прищуренном лисьем взгляде Авивенны застыло нечто настолько гнетущее, тяжелое и пугающе темное, что супервайзеру на долю секунды захотелось отменить приказ. Это скрытое напряжение требовало отдельного, серьезного разговора — разговора, до которого они все могли попросту не дожить.       Не проронив ни слова, Авивенна сорвалась с места, хищной тенью метнувшись прямо навстречу первому Прелату. Закованный в сталь гигант глухо лязгнул броней и начал сдвигаться в её сторону, перехватывая пылающий молот.       — Ладно. Значит, нам нужно разобрать второго как можно скорее, пока она его держит, — Чэнь с лязгом провернула парные клинки в ладонях и решительно вышла вперед, вставая между Перликой и вторым противником. Жесткие шипы на её хвосте встали дыбом от напряжения. — Пан или пропал, так ведь у нас говорят?       — Точнее и не скажешь, рогатая, — сухо хмыкнула Флюорит, вскидывая пистолеты и беря на прицел фигуру с кнутом.       Бой начался без предупреждения. Воздух с пронзительным свистом разорвался пополам.       Прелат резко выбросил руку вперед. Толстый, усеянный длинными шипами кнут смазанным росчерком метнулся к Чэнь, покрывая немыслимое для ближнего боя расстояние. Быстрый горизонтальный срез. Лун рыбкой скользнула под летящую угрозу, но гигант даже не думал останавливать удар — он с силой рванул рукоять на себя.       Шипастая плеть хищно изогнулась, словно живая змея, возвращаясь обратно и вспарывая воздух уже за спиной мечницы.       Лязг! Чэнь чудом успела развернуться и скрестить клинки, принимая на них рвущие плоть шипы. Чудовищная отдача бросила её вперед.       Двойной выстрел Флюорит ударил Прелату точно в стык глухого шлема. Сноп бледных искр. Ноль реакции. Туша даже не замедлила шаг.       Не теряя инерции от вернувшегося кнута, исполин тяжело подался корпусом и пошел в разрушительную круговую раскрутку. Раз. Два. Три. Смертоносное торнадо из шипастой лозы начало перемалывать пустое пространство двора против часовой стрелки.       — Назад! — рявкнула Флюорит, падая на спину и уходя в перекат под свистящей над головой смертью.       Чэнь отпрыгнула, вытянутый струной хвост рефлекторно выровнял баланс. Она приготовилась рвануть вперед, в слепую зону противника, как только кнут остановится, но Прелат словно прочитал её маневр.       Не прерывая вращения, монолит начал стремительно отступать. Тяжелые сапоги вминали грязь, пока он совершал еще два широких, хлестких взмаха с отходом. Гигант методично разрывал дистанцию, выстраивая идеальную зону контроля: он оставался абсолютно недосягаемым для коротких клинков лун, но продолжал держать весь отряд на острие своего кнута.       Воздух гудел от напряжения. Прелат методично оттеснял отряд к краю двора, превращая пространство в непроходимую мясорубку из шипов и скрежещущего металла.       — Флюорит, в центр! Вытяни на себя вертикальный! — голос Перлики, усиленный динамиками дрона, перекрыл свист кнута. Супервайзер мгновенно просчитала паттерн: гиганта нужно было лишить инерции вращения.       Наемница не стала тратить время на вопросы. Она резко сменила траекторию уклонения, намеренно выходя из безопасной дуги прямо на открытый участок двора. Громкий, провокационный двойной выстрел встык нагрудника послужил идеальной приманкой.       Прелат мгновенно переключил фокус. Его массивная рука взмыла вверх. Тяжелая шипастая плеть взлетела над головой, на долю секунды зависла в воздухе, а затем с сокрушительной силой рухнула вниз, прямо на Флюорит.       Наемница ушла в перекат за мгновение до удара. Шипастый металл с оглушительным грохотом вгрызся в древние каменные плиты, высекая сноп бледных искр и фонтан каменной крошки.       Гигант тут же дернул рукоять на себя, чтобы провести возвратный рассекающий удар, но кнут не поддался. Он натянулся звенящей струной.       Чэнь уже была там. Лун в стремительном прыжке обрушила окованный сталью сапог прямо на застрявшую в раскрошенном камне плеть, намертво прижимая её к земле всем своим весом.       Прелат с глухим мычанием рванул оружие на себя с удвоенной силой. Шипы с мерзким скрежетом начали вырываться из камня, но Чэнь именно этого и ждала. Используя натянутый кнут как направляющую и поддавшись чудовищной тяге, она сорвалась с места.       Лун бросилась не назад, а прямо на противника, ныряя под летящий металл. Она проскользнула в миллиметрах от смертоносной лозы и ворвалась в абсолютную «мертвую зону» у самых ног тучного монолита, куда длинное оружие физически не могло достать.       Два клинка сверкнули в тусклом сером свете. Чэнь превратилась в размытое пятно, обрушив град молниеносных, безжалостных ударов по уязвимым сочленениям доспехов. Лезвия с влажным хрустом входили в стыки пластин под огромными коленями и вспарывали кольчугу под массивными наплечниками. Темная кровь брызнула на потускневшее серебро лат, обильно заливая вытоптанную землю.       Грузная туша дрогнула. Потеряв равновесие от массивной кровопотери в пробитых суставах, Прелат тяжело завалился вперед и с грохотом рухнул на одно колено, выронив рукоять кнута.       — Отличная работа! — Флюорит удовлетворенно хмыкнула, на долю секунды опуская пистолеты. Огромная туша опустилась на колено, и казалось, что исход предрешен.       Чэнь торжествующе выдохнула. Перехватив парные клинки обратным хватом, лун оттолкнулась от земли, готовясь нанести финальный, обезглавливающий удар в открывшуюся щель между шлемом и наплечником гиганта.       «Минус один», — пронеслось в голове Перлики, но в этот самый миг голографический интерфейс её сканера истерично вспыхнул красным, фиксируя чудовищный скачок энергии.       — Назад! Чэнь, уходи оттуда! — голос супервайзера сорвался на крик, перекрывая гул надвигающейся бури.       Ложная надежда разбилась вдребезги. Прелат даже не собирался умирать.       Глухой, утробный звук внутри металлической чаши на его голове внезапно превратился в оглушительный, пронзительный рев. Черно-белое пламя взвилось безумным столбом, разгораясь с ослепительной силой. В ту же секунду от закованного в броню тела во все стороны ударила сбивающая с ног невидимая волна могильного холода и статического напряжения.       Ударная волна с такой силой врезалась в находящуюся в воздухе Чэнь, что мечницу отшвырнуло назад, словно тряпичную куклу. Она жестко проехалась спиной по грязи, чудом не выронив оружие.       Чаша извергла из себя настоящий вулкан. В серое небо двора выстрелили сотни раскаленных осколков монохромного огня. Доли секунды они висели в воздухе, а затем смертоносным дождем обрушились на землю. Вытоптанный двор мгновенно превратился в зону ковровой бомбардировки. Сгустки концентрированного холодного пламени с шипением взрывались о камни, оставляя после себя дымящиеся воронки выжженной земли.       Оперативникам пришлось броситься врассыпную. Флюорит ушла в затяжной перекат, едва избежав попадания крупного осколка, расплавившего камень в сантиметре от её плеча. Смертоносный дождь не прекращался — чаша продолжала пульсировать, выплевывая новые порции горящей шрапнели и загоняя отряд в ловушку.       Сквозь стену падающего черно-белого огня Перлика с нарастающим ужасом увидела, как гигант, игнорируя хлещущую из пробитых суставов кровь, медленно выпрямился и вновь сомкнул стальные пальцы на рукояти шипастого кнута.       Тяжелобронированная туша, вопреки своей массе и законам гравитации, неестественно резко присела, сжимаясь, словно исполинская стальная пружина.       А затем танк взмыл в воздух.       Он пролетел над усеянным огнем двором, заслонив собой бледный свет неба, и с чудовищным грохотом рухнул прямо в центр пространства, куда отступали оперативники. Удар о землю породил локальное землетрясение. Каменные плиты вздыбились, расходясь глубокими трещинами от расходящейся сейсмической волны, а из чаши приземлившегося Прелата вырвался последний, самый мощный сноп горящих осколков, накрывая всё вокруг ослепительным куполом пламени.       Ударная волна разметала отряд, но Чэнь, чудом удержав равновесие после жесткого приземления, рывком ушла с линии огня. Она жестко впечаталась спиной в спину Авивенны, которая только что чудом ушла перекатом от сокрушительного выпада молота второго Прелата.       Зажатые в клещи, измазанные в грязи и чужой крови, они тяжело дышали, не сводя глаз со своих исполинских оппонентов. В этот момент оперативницы были до жути похожи — один и тот же звериный оскал, один и тот же безумный азарт в глазах и отчаянный запал выжить любой ценой.       — Как дела, ушастая? — с нервным смешком бросила лун, лихорадочно высматривая бреши в глухой обороне надвигающегося врага с кнутом. — Ещё жива?       — Долго развлекать этого джентльмена я не смогу, — обманчиво мелодично отозвалась каут, крепче перехватывая древко копья. — Он пугающе резкий для своих габаритов. И очень, очень подлый профессионал.       — То есть, силенок не хватает, да?       — Говорит та, которая даже после идеальной серии ударов не смогла завалить свою цель, — парировала Авивенна, не отрывая взгляда от тяжелого молота.       — Ещё не вечер! — огрызнулась Чэнь, чей хвост нервно хлестнул по воздуху.       В ту же секунду на открытое плечо Авивенны упала тяжелая, ледяная капля.       А затем небеса буквально разверзлись.       Сгущавшаяся над Замком тьма лопнула по швам. Ослепительная, ветвистая вспышка молнии расколола свинцовое небо, на долю секунды залив пустой двор мертвенно-бледным светом. За ней тут же последовал оглушительный, вибрирующий в самых костях раскат грома, похожий на артиллерийский залп.       Ливень обрушился без предупреждения и прелюдий. Не было никаких редких капель — на двор мгновенно упала сплошная, ревущая стена ледяной воды. Крупные струи с яростным шипением ударили по раскаленным чашам на головах Прелатов. Черное Пламя не погасло, но вступило с водой в агрессивную реакцию, порождая густые, клубящиеся облака едкого серого пара, мгновенно скрывающие силуэты врагов и пахнущие жженым озоном.       Земля под сапогами в одночасье превратилась в скользкое, вязкое месиво. Шум проливного дождя, барабанящего по толстым серебряным доспехам гигантов и разбивающегося о каменные плиты, превратился в сплошной глухой гул, полностью заглушающий шаги и лязг оружия. Видимость упала до нескольких метров, превращая открытый двор в смертоносную, залитую водой арену, где любая ошибка на скользкой грязи означала мгновенную смерть.       Густой серый пар, поднимающийся от раскаленных чаш под проливным дождем, превратил Прелатов в жуткие, размытые силуэты. Этим гигант с кнутом и воспользовался.       Из ревущей пелены прямо в Флюорит вылетел массивный сгусток черно-белого пламени — первый из каскада смертоносных снарядов. Наемница с ругательством бросилась в скользкую грязь, пропуская огненный шар над головой. Сгусток врезался в каменную стену позади, взорвавшись с глухим шипением и испарив целую лужу.       Но это была лишь пристрелка. Тяжелобронированная туша резко подалась вперед, сгибаясь в пояснице. Металлическая чаша на шлеме опустилась, нацелившись на отряд, как жерло осадного орудия.       — В укрытие! Ложись! — рявкнула Перлика, падая на колени и прикрывая голову руками.       С оглушительным, пушечным грохотом чаша выплюнула прямую струю концентрированного холодного огня. За ней тут же последовала вторая, прошивая двор насквозь. Снаряды выпаривали влагу из воздуха, оставляя за собой вакуумные тоннели. Чэнь пришлось уйти в затяжной скользящий перекат по вязкому месиву, чтобы не лишиться головы.       — Моя очередь! — прорычала лун, чьи глаза загорелись хищным азартом.       Используя скользкую землю как преимущество, мечница рыбкой проскользила под третьим пушечным залпом и, оттолкнувшись, рванула к гиганту. Но Прелат уже выпрямился. Свист рассекаемого воздуха слился с шумом ливня — шипастая лоза хлестнула наотмашь, поднимая стену грязной воды. Чэнь скрестила клинки, принимая скользящий удар, и её с лязгом отбросило в сторону.       Этой заминки хватило Флюорит. Наемница вскинула пистолеты, ловя в прицел зияющую брешь в доспехах на ноге монстра, которую Чэнь вскрыла ранее. Два крупнокалиберных выстрела с влажным хрустом вошли точно в израненное, истекающее кровью колено.       Гигант болезненно содрогнулся. Его исполинская туша пошатнулась, едва не рухнув в грязь от потери опоры. Это была критическая точка.       Прелат не издал ни звука, но в его движениях появилась пугающая, первобытная ярость загнанного зверя. Он с силой провел рукой по пылающей чаше на голове, а затем обхватил металл кнута. Черно-белое пламя мгновенно перекинулось на толстую лозу, с ревом пожирая сталь. Длинный усеянный шипами кнут в одночасье превратился в хлыст из концентрированного огня.       Начался Танец Пламени.       Танк рванул вперед с немыслимой для своих габаритов скоростью. Первый удар — широчайший горизонтальный взмах справа налево, отрезающий отряду путь к отступлению и превращающий лужи в плотные облака обжигающего пара. Второй удар — молниеносный возвратный хлест. Чэнь уклонилась лишь чудом, оставив на лезвии клинка оплавленную борозду от прошедших в миллиметре горящих шипов. Третий удар — Прелат раскрутился вокруг своей оси, обрушивая огненный кнут сверху вниз. Металл расколол древние плиты двора, раскидывая во все стороны расплавленную каменную шрапнель. Флюорит отшвырнуло взрывной волной. Четвертый — еще одна круговая атака на опережение, заставляющая Перлику вжаться в грязь под самым ревущим куполом пламени. А затем последовал пятый, завершающий аккорд. Гигант вложил всю массу в чудовищный круговой взмах обеими руками, раскручивая пылающий кнут, словно огненный смерч. Черно-белое пламя накрыло половину арены сплошной стеной, выжигая кислород, ослепляя и грозя превратить оперативников в горстку мокрого пепла.       Смертоносный огненный смерч был готов поглотить отряд, но Перлика не собиралась безропотно принимать этот исход.       — Перегрузка ядра! — выкрикнула супервайзер, направляя стилус прямо на гиганта.       Её тактический дрон, проигнорировав все протоколы безопасности, с пронзительным визгом сорвался с места. В тусклом свете ливня вспыхнула ослепительная дуга концентрированной, усиленной до предела молнии. Электрический разряд с оглушительным треском ударил точно в массивный нагрудник Прелата, заставив тушу судорожно дернуться назад. Инерция пятого удара была сломлена — пылающий кнут с шипением врезался в грязь.       — Пошел! Дави его! — рявкнула Флюорит.       Пистолеты в её руках хищно вспыхнули. Наемница открыла шквальный огонь на подавление, обрушив на гиганта град выстрелов — обжигающая плазма искусства Природы со звоном и агрессивным шипением впивалась в броню монолита, оставляя на потускневшем серебре светящиеся зеленоватые воронки и не давая ему восстановить баланс.       Этого окна уязвимости было достаточно. Чэнь сорвалась в отчаянный рывок. Мечница стремительно сокращала дистанцию, прорезая стену пара и дождя, её глаза хищно сузились, выцеливая открывшуюся брешь под подбородком врага.       Она занесла парные клинки для решающего удара, но рельеф сыграл против неё.       Раскисшая от ливня земля, превратившаяся в скользкое, вязкое месиво, предательски ушла из-под ног. Сапог лун проскользнул по мокрому камню, скрытому под слоем жижи. Чэнь потеряла равновесие, её тело повело в сторону, и она с глухим стуком рухнула на спину прямо перед ногами закованного в сталь монстра.       Прелат мгновенно среагировал на упавшую добычу. Игнорируя плазменные сполохи на своей броне, он вскинул исполинскую ногу вверх, намереваясь раздавить голову оперативницы всмятку. Чэнь даже не успела поднять клинки для блока.       Времени на прицельную стрельбу уже не оставалось. Флюорит, отбросив инстинкт самосохранения, рванула с места. Она влетела в зону поражения, намертво вцепилась свободной рукой в воротник формы Чэнь и с нечеловеческим усилием дернула напарницу на себя, волоком вытаскивая её из-под падающего пресса.       Кованый сапог с хрустом вонзился в грязь буквально в сантиметре от того места, где секунду назад лежала лун, обдав их ледяной жижей.       Но гигант не остановился. Вдогонку ускользающим целям он сделал короткий, мстительный взмах.       Раскаленная шипастая лоза хлестнула не успевшую полностью уйти с траектории Флюорит. Острый металл со скрежетом распорол плотную ткань куртки, и горячие шипы жестко прошлись по боку наемницы, оставляя за собой рваный, кровоточащий след.       Флюорит сдавленно зашипела сквозь стиснутые зубы, оседая на одно колено уже на безопасном расстоянии. Она инстинктивно прижала ладонь к пострадавшим ребрам. Рана оказалась не критической и не угрожала жизни, но горячая кровь мгновенно пропитала изодранную одежду, смешиваясь с ледяным дождем. Обожженные края пореза пульсировали тупой, выматывающей болью, сбивая дыхание и сковывая движения.       — Ты в порядке? В строю? — обеспокоенно бросила Чэнь Цяньюй, лихорадочно осматривая рану напарницы, пока Прелат восстанавливал баланс. — Боже, тебе нужна помощь...       — Сначала его повалим, — процедила Флюорит сквозь плотно сжатые зубы. Превозмогая пульсирующую боль в распоротом боку, наемница тяжело поднялась на ноги, решительно вскидывая пистолеты. — Скажи Перлике действовать по максимуму! Нам нужна реакция для твоей финальной атаки.       Чэнь коротко кивнула. Лун сделала глубокий вдох и на долю секунды прикрыла глаза, отсекая шум ревущего ливня, грохот грома и лязг доспехов. Она заставила себя слиться с пространством, успокаивая бешено бьющееся сердце и направляя всю энергию в рукояти парных клинков. Ей нужен был лишь один идеальный момент.       Перлика услышала их и без тактической связи. Супервайзер уже с феноменальной скоростью вводила сложнейший код подтверждения на голографическом интерфейсе своего терминала.       — Протокол ε: 70.41К. Авторизация подтверждена, — холодно произнесла руководитель.       Пространственные технологии «Эндфилда» не задавались вопросом, в каком именно мире и под каким небом сейчас находится оператор. Если координаты были заданы, система просто выполняла приказ, пробивая барьеры реальностей.       Свинцовое небо над залитым дождем двором содрогнулось. Пространство над головой гиганта с оглушительным, стеклянным треском разорвалось, открывая черную воронку. Из искрящегося зева портала, окутанный слепящим ореолом бушующих молний, прямо на арену рухнул колоссальный обломок орбитального мусора — массивный, искореженный кусок высокотехнологичного сплава.       Глыба с чудовищной силой врезалась в землю прямо перед Прелатом, порождая сокрушительную ударную волну. В ту же секунду миллионы вольт чистого Электро-урона высвободились из обломка. Ослепительные цепные молнии дикой сетью впились в мокрую, посеребренную броню гиганта.       — Лови! — рявкнула Флюорит, разряжая в искрящегося монстра весь остаток энергии.       Сгустки концентрированной плазмы искусства Природы врезались в перегруженную электричеством броню. Вода, искореженный металл и два нестабильных элемента вступили в агрессивную, разрушительную реакцию. Прогремел резонирующий взрыв, окрасивший двор в ядовито-зеленые и синие тона.       Колоссальная туша Прелата, до этого момента казавшаяся несокрушимой, не выдержала. Чудовищная сила удара и элементальная перегрузка пробили его гиперброню. Исполин содрогнулся в жесточайшем параличе. Его суставы с металлическим визгом заклинило, Черное Пламя в чаше нервно мигнуло, и многотонный танк, полностью ошеломленный, тяжело рухнул на оба колена, бессильно уронив рукоять кнута в грязь.       Чэнь Цяньюй резко распахнула глаза. Взгляд лун полыхнул первобытной яростью. Момент настал.       Чэнь сорвалась с места, превратившись в размытую тень. Скользкая грязь больше не была помехой — лун использовала её, чтобы не сбавляя скорости подобраться вплотную. Оттолкнувшись от мокрого камня, она взмыла в воздух, используя массивное, закованное в сталь колено стоящего на коленях Прелата как трамплин.       Гигант попытался вскинуть руку, но электрический паралич намертво сковал его движения.       Взлетев над ошеломленным врагом, Чэнь безошибочно нашла ту самую уязвимую брешь — узкий стык между массивным нагрудником и шейными пластинами, прямо под основанием металлической чаши. С яростным, гортанным криком она вогнала клинок сверху вниз.       Лезвие со скрежетом пробило кольчугу, но увязло в плотных слоях поддоспешника и неестественно толстых мышцах монстра. Не теряя ни доли секунды, лун изогнулась всем телом и с чудовищной силой обрушила окованный металлом сапог прямо на навершие рукояти своего же меча.       Хрясь! Удар ноги сработал как молот, вбивая лезвие глубоко в плоть по самую гарду. Исполинская туша содрогнулась от агонии, из раны фонтаном хлынула густая, темная кровь, заливая руки мечницы и смывая дождевую воду.       Но даже с пробитой шеей эта машина отказывалась умирать.       В этот момент из пелены дождя вынырнула Флюорит. Превозмогая сжигающую боль в распоротом боку, наемница подбежала к бьющемуся в конвульсиях монстру. Удар Чэнь заставил гиганта запрокинуть голову, максимально открывая нижнюю кромку шлема. Флюорит не стала медлить. Она грубо, с хрустом засунула раскаленный ствол пистолета прямо под металл глухого шлема, упирая дуло в скрытую во тьме челюсть.       — Спи, ублюдок, — выплюнула наемница и трижды нажала на спуск.       Глухие, влажные хлопки раздались изнутри. Сгустки концентрированной плазмы разорвались в замкнутом пространстве черепной коробки. Из-под шейных стыков шлема брызнули ослепительно-зеленые сполохи вперемешку с пеплом, дымом и кровью.       Черно-белое пламя в чаше на макушке гиганта судорожно мигнуло, издало предсмертный свист и мгновенно погасло, оставив лишь раскаленный, шипящий под ливнем металл.       Гора плоти и стали окончательно обмякла. Чэнь едва успела выдернуть свой клинок и отпрыгнуть в сторону, прежде чем колоссальная туша Прелата с оглушительным, тяжелым грохотом рухнула лицом в вязкую грязь, поднимая фонтаны грязной воды.       Один готов.       Торжество оборвалось, не успев начаться. Грохот рухнувшей в грязь туши первого монстра потонул в пронзительном, срывающем связки крике Авивенны.       Чэнь резко обернулась. Холод, сковавший её внутренности, оказался страшнее проливного дождя. Всю грацию, скорость и многолетний боевой опыт каут безжалостно втоптали в раскисшую землю. Идеальная оборона была сломлена самым жестоким образом.       Авивенна чудом удерживалась на ногах, пошатываясь на пронизывающем ветру. Её ведущая рука, сжимавшая когда-то копье, представляла собой жуткое зрелище: плоть превратилась в сплошное месиво, став темно-красной, а местами обуглившись до жесткой, трескающейся черной корки от прямого контакта с Черным Пламенем. Вторая рука безвольно висела вдоль тела под неестественным углом — ткань формы была разорвана изнутри, и сквозь пропитанную дождем и кровью материю наружу торчали острые, окровавленные обломки лучевой и локтевой костей.       Каут судорожно, рвано хватала ртом воздух, вскинув бледное лицо к бушующим небесам, словно ища там спасения, которого не было. Ливень безжалостно хлестал по её измученным чертам. Разодранные в клочья длинные уши, обычно чутко улавливающие каждый шорох, сейчас жалко и бессильно поникли, прижавшись к голове под тяжестью ледяной воды и собственной крови. Ревущая гроза словно исполняла по ней погребальную мессу: очередной раскат грома сотряс каменные плиты двора, а ослепительная ветвистая молния расколола небосвод, выхватив из мрака фигуру её палача.       Прямо за спиной сломленной оперативницы нависал второй Прелат. Исполин тяжело опирался на древко своего колоссального, пылающего монохромным огнем молота. От него исходила давящая аура абсолютного, безоговорочного превосходства. И хотя его лицо скрывал глухой шлем с застывшей металлической маской, в самой позе гиганта, в том, как медленно он переносил вес и смотрел на свою искалеченную жертву сверху вниз, читалось нескрываемое, извращенное удовлетворение. Он не спешил наносить финальный удар, позволяя буре отпевать поверженную добычу на глазах у замершего в ужасе отряда.       Под непомерным гнетом нависшего врага Авивенна тяжело опустила взгляд на своих оцепеневших товарищей. Сквозь пелену агонии в ее глазах на мгновение сверкнула чистая, кристальная надежда — немое пожелание им выжить, пожелание самого лучшего и ничего меньше.       Истерзанные губы каут медленно дрогнули и растянулись, сложившись в ту самую, хорошо знакомую всему отряду хитрую, игриво-издевательскую улыбку. И даже то, что ее зубы окрасились в багровый, а густая кровь, смешиваясь с дождем, размазывалась по подбородку, не могло стереть с лица этот фирменный лисий оскал.       — Спасите Эндмина… — едва слышно, но твердо выдохнула она сквозь шум ревущего ливня.       Ее слова еще не успели раствориться в раскатах грома, когда гигант привел приговор в исполнение.       Прелат без лишних замахов обрушил колоссальный боевой молот вертикально вниз. Жестоко, стремительно и абсолютно бесцеремонно. Тошнотворный, влажный хруст оборвал жизнь оперативницы в ту же долю секунды. Многотонное навершие с сокрушительной силой впечатало Авивенну глубоко в раскисшую грязь, буквально расплющив ее тело о древние каменные плиты двора, словно она была не более чем хрупким насекомым.       Не дав Чэнь и Флюорит даже вскрикнуть, закованный в сталь палач провернул древко.       Шипастый бутон молота с оглушительным свистом вспыхнул. Ревущее Черное Пламя вырвалось из-под металла и мгновенно охватило вдавленные в землю останки девушки, с агрессивным шипением выжигая плоть и кровь прямо под ледяным проливным дождем.       Оглушительный хруст и шипение горящей плоти разрубили время пополам.       Перлика застыла. Глаза супервайзера расширились от первобытного ужаса, стилус в дрожащих пальцах опустился. Рациональный ум отказывался обрабатывать картину того, что секунду назад было её оперативником. Флюорит глухо выдохнула, её пистолеты бессильно опустились — наемница замерла в оцепенении, парализованная внезапностью и жестокостью расправы.       Но Чэнь не замерла.       Сквозь рев ливня прорвался оглушительный, свирепый рык, в котором не осталось ничего человеческого. Горе, помноженное на слепую, первобытную ярость, полностью выжгло инстинкт самосохранения. Лун сорвалась с места. Она не искала тактических углов и не пыталась зайти со слепой зоны. Она бросилась в лобовую атаку.       Мечница врезалась в гиганта, обрушив на него град безумных, скоростных ударов. Но из-за пелены гнева её точность исчезла. Парные клинки со скрежетом полосовали глухую броню мимо уязвимых сочленений. Сталь лишь беспомощно царапала толстый слой потускневшего серебра, высекая фонтаны бледных искр, но не причиняя монолиту никакого вреда.       Прелат отреагировал с пугающей для своих габаритов скоростью. Закованные в металл руки провернули древко, и монстр выдал Двойной удар.       Первый чудовищный горизонтальный взмах Чэнь пропустила над головой, резко пригнувшись, но второй оказался быстрее. Она едва успела скрестить клинки. Молот врезался в блок. Чудовищная кинетическая энергия швырнула лун назад. Её сапоги вспахали грязь, оставляя глубокие борозды, но она удержалась на ногах и с остервенением бросилась обратно в мясорубку.       Гигант перехватил оружие для Вертикального удара. Долгий, тяжелый замах. Чэнь, игнорируя угрозу, успела нанести еще три бесполезных, звенящих удара по нагруднику, прежде чем пылающий бутон рухнул вниз, намереваясь расплющить её вслед за Авивенной. В последнюю долю секунды лун отскочила в сторону. Оружие раскололо древние плиты, обдав девушку каменной шрапнелью.       Но это была уловка. Не поднимая молота, Прелат тут же совершил подлый Выпад. Он резко выбросил тяжелое навершие вперед, прямо в грудь уходящей от атаки мечнице.       Тупой конец врезался в наспех поставленный блок. Раздался тошнотворный хруст. Чэнь оторвало от земли и отшвырнуло на несколько метров. Она жестко рухнула в лужу, кубарем проехавшись по скользким камням.       — Чэнь! — голос Флюорит сорвался на хрип, наемница дернулась вперед.       Но лун уже была на ногах. Выплевывая вязкую грязь пополам с кровью из прокушенной губы, она с безумным оскалом вновь подняла клинки.       Прелат не собирался давать ей ни единой секунды. Исполин с силой вогнал пылающий молот прямо в раскисшую землю. Его туша угрожающе накренилась вперед.       Начался Рывок прелата.       Танк понесся прямо на Чэнь, вспарывая землю молотом, как плугом. За ним, прямо сквозь лужи и потоки дождя, мгновенно вспыхнула ревущая дорожка концентрированного Черного Пламени. Могильный холод и обжигающий пар заполнили пространство.       Вместо того чтобы уйти с траектории смерти, Чэнь с яростным криком бросилась ему навстречу, пытаясь пробить броню на встречном курсе.       Столкновение было неизбежным. В самом конце огненного рывка Прелат резко выдернул молот из земли, проводя сокрушительный восходящий апперкот. Стена черно-белого огня и шипастая сталь врезались в хрупкую фигуру оперативницы. Удар подбросил Чэнь высоко в воздух, словно тряпичную куклу, окутав её тело дымом и мертвенным пламенем.       Чэнь рухнула на каменные плиты, как подкошенная. Черное Пламя всё ещё шипело на её изодранной куртке, выедая ткань могильным холодом, а из разбитой головы по лицу струилась кровь, мгновенно смываемая ледяным ливнем.       Любой другой на её месте потерял бы сознание от контузии или остался лежать в грязи. Но лун с пугающим, звериным упрямством вонзила клинки в раскисшую землю и, надсадно хрипя, заставила себя подняться. Пелена первобытной ярости в её глазах не померкла — она шатнулась вперед, готовая снова броситься под молот.       Но сделать следующий самоубийственный шаг ей не дали.       Нога Флюорит с силой впечаталась Чэнь прямо между лопаток. Жесткий, безжалостный пинок вышиб из легких мечницы остатки кислорода и мгновенно сбил её спесь. Лун запнулась и с глухим стуком рухнула на колени, едва не выронив оружие.       — Очнись, смертница! — прорычала наемница, нависая над ней.       Не тратя времени на уговоры, Флюорит намертво вцепилась в ремни её тактической разгрузки и с нечеловеческим усилием дернула на себя. Игнорируя скользкую грязь и пульсирующую боль, она волоком потащила отчаянно брыкающуюся лун назад, прочь от мерного, тяжелого шага надвигающегося гиганта.       Они отступили прямо под прикрытие Перлики. Супервайзер, наконец сбросившая с себя парализующие путы шока от смерти Авивенны, с побледневшим, но решительным лицом активировала протоколы защиты. Её тактический дрон метнулся вперед, разворачивая перед отступающими девушками плотную голографическую эгиду, и тут же открыл заградительный огонь ослепительными молниями по забралу Прелата, заставляя исполина поднять руку для защиты и выигрывая отряду драгоценные секунды.       — Соберись, блин! Ты победить хочешь или пойти на отдых на станцию следом? Ещё не конец! — Флюорит сама была в бешенстве, но её ярость была направлена уже на Чэнь. Наемница с силой залепила ей звонкую пощечину по одной щеке, а затем наотмашь по другой. — Успокоилась?! Я спрашиваю, успокоилась?!       — Да! Я в норме! — рявкнула лун, тяжело дыша и глядя прямо в глаза напарнице. Пелена безумия спала, оставив лишь холодную решимость. — Всё. В строю, в строю.       — Есть идея! — резко включилась Перлика, чей голос дрожал от напряжения, но звучал предельно четко. — Только быстрее!       План не требовал долгих обсуждений — отряд понял задумку супервайзера с полуслова.       Перлика первой бросилась в агрессивное наступление. Её дрон завис над гигантом, обрушивая на его шлем непрерывный, слепящий каскад искрящих молний. В ту же секунду Чэнь сорвалась с места, превратившись в юркую тень. Лун кружила вокруг Прелата, нанося десятки быстрых, жалящих ударов по ногам и отскакивая прежде, чем он успевал замахнуться.       Их напор был невыносим. Загнанный в угол постоянными атаками с двух сторон, монолит сделал ровно то, чего от него ждали. Глухой рев из-под шлема возвестил о том, что ловушка захлопнулась. Прелат вскинул голову, его огромная туша напряглась. Черно-белое пламя в чаше взвилось ослепительным столбом — он замер на месте, концентрируя энергию для сокрушительного взрыва «Прилива Веры».       Этого секундного окна неподвижности хватило.       Пока гигант готовился испепелить всё вокруг, Флюорит уже скользила по грязи к трупу первого монстра. Наемница голыми руками подхватила остывшую, усеянную шипами лозу брошенного кнута. С рычанием раскрутив тяжелую плеть над головой, она метнула её вперед.       Длинный металл хищной змеей взвился в воздухе и намертво обвился вокруг толстого запястья ведущей руки Прелата, сжимавшей колоссальный молот.       — Брось! — рявкнула Флюорит и, уперевшись сапогами в раскисшую землю, дернула кнут на себя со всей дури.       Шипы впились в стыки брони. Исполинская рука дернулась, хватка монстра дрогнула, и многотонный пылающий молот с оглушительным грохотом рухнул в лужу, навсегда лишая гиганта его главного калибра.       Осознав потерю оружия, безоружный Прелат прервал активацию взрыва. Он яростно выбросил вперед освободившуюся руку, отправляя в надвигающуюся Чэнь град обжигающих фаерболов.       Но лун было уже не остановить.       Чэнь даже не попыталась уклониться. Она приняла первый огненный сгусток на скрещенные лезвия, жестко прорвалась сквозь пелену пара и влетела прямо под бронированную руку монстра. Никакого изящества. Никакого фехтования. Только слепая, грубая мощь.       Она обрушила на беззащитный сустав плеча каскад рубящих, варварских ударов. Лезвия с тошнотворным хрустом вгрызались в кольчугу, сминали пластины и рвали плоть. С последним, гортанным криком Чэнь вложила всю инерцию тела в финальный взмах — и с омерзительным скрежетом разрываемого металла и ломающихся костей ведущая рука гиганта была отрублена напрочь.       Изувеченная конечность рухнула в грязь, а следом за ней, потеряв равновесие и заливая землю фонтаном густой крови, повалился и сам Прелат.       Дрон Перлики, словно голодный металлический падальщик, не дал гиганту даже шанса осознать потерю. Стервятник спикировал прямо к открытой, хлещущей кровью ране на месте отрубленной руки. С хищным гудением он обрушил в зияющий сустав непрерывный каскад усиленных молний. Электрические разряды впивались прямо в обнаженные ткани и торчащие перебитые кости, заставляя колоссальную тушу биться в неконтролируемых, жалких конвульсиях на раскисшей земле. Воздух мгновенно пропитался тошнотворным запахом жженого мяса и озона.       Флюорит не дала ему и секунды передышки. Сцепив зубы от пульсирующей боли в боку, наемница подошла почти вплотную. Она хладнокровно наставила стволы прямо на искрящуюся от электричества рану и разрядила в неё всё, что могла. Сгустки зеленоватой плазмы впились в обожженную плоть, агрессивно разъедая ткани и окончательно превращая плечо монстра в дымящееся месиво из кипящей крови, расплавленного серебра и пепла.       Точку поставила Чэнь. Лун, тяжело дыша, с перекошенным от горя и ярости лицом, запрыгнула прямо на грудь бьющегося в агонии гиганта. Она буквально вгрызлась в свою добычу — с первобытным, гортанным рыком Чэнь вогнала оба клинка глубоко в стык шейных пластин, прямо под основание шлема. Не останавливаясь, она провернула лезвия крест-накрест и с чудовищным усилием рванула их на себя, с мерзким хрустом вспарывая горло монолита.       Густой фонтан темной крови ударил ей на нагрудник и лицо, тут же смешиваясь с ледяными потоками ливня. Черно-белое пламя в чаше второго Прелата издало жалкий, булькающий свист и потухло навсегда. Тело в последний раз судорожно дернулось и окончательно замерло в грязи.       Двор погрузился в тишину, нарушаемую лишь раскатами грома и шумом дождя.