Антология КалеМомо

Звук будильника ознаменовал конец сна Калего, прервав его отдых и вернув к реальности. Учитель медленно открыл глаза, постепенно двигаясь, чтобы набраться сил на предстоящий день. Первое, что он заметил, — это недостаток света в комнате. Обычно солнечный свет проникал через большие окна, слегка освещая помещение. Однако на этот раз света не было. Затем он почувствовал более сильный, чем обычно, ветер, из-за чего слегка прикрылся руками. Закончив разминаться, он встал и подошел к окну, увидев небо, затянутое белыми облаками, на котором падали снежинки. Зима началась. Скалы вокруг его квартиры начали покрываться тонким слоем снега, а за окном сильно дул арктический ветер. Идеальная среда для Кроккел, но не для Калего, потому что ему приходилось проявлять особую осторожность, чтобы не простудиться. Его финансы были уже распланированы, и расходы на лекарства могли разорить его до следующей зарплаты. Он решил выбросить это раздражение из головы, зная, что это всего лишь снег. Закончив осматривать окрестности, он направился к прикроватной тумбочке, взял телефон, чтобы проверить время. Однако первое, что привлекло его внимание, было сообщение от Oперы на главном экране. «Эй, Директор хотел, чтобы ты пришёл двадцать минут назад, почему ты опоздал?» Слова Оперы смутили учителя. Он посмотрел на часы; до Вавилона оставалось еще полчаса. Его занятия всегда начинались в семь тридцать утра, ни минутой раньше или позже. «Что за чертовщина? Ты что, издеваешься надо мной?» «Директор изменил ваше расписание на этой неделе, чтобы вы могли встретиться с нами на семинаре, посвященном новым правилам обучения в зимний период. Вы разве не видели объявление, которое я оставил в вашем кабинете?» Калего не получил никакого уведомления, и он был уверен, что это не его вина. Он всегда проверял свой личный почтовый ящик и бумаги, которые ему оставляли коллеги, и никогда ничего не забывал по академическим вопросам. Опера, вероятно, оставил уведомление на своем столе посреди ночи, и это уже было для них эффективным предупреждением. Калего не мог ответить им, потому что знал, что одно неверное слово в разговоре с Оперой может стоить ему удара в живот. Это было обычное зимнее утро. Новые изменения в школьном расписании, о которых его никто не предупредил, климат, который он ненавидел из-за необходимости проявлять дополнительную осторожность, и уменьшение зарплаты за обучение, с которым ему теперь приходилось мириться. Калего вздохнул, не желая затевать ссоры с самого утра. Он решил продолжить свой обычный распорядок дня и подготовиться, а заодно обдумать письмо, чтобы оправдать свою первую и единственную за этот год задержку. Задержку, в которой он был уверен не по своей вине, так что его самолюбие не должно было пострадать от такой шутки. Он поспешно надел форму, чтобы не опоздать на назначенное время. Он причесался, чтобы поддерживать строгий, формальный образ, который ему приходилось создавать каждый день, и, кроме того, использовал парфюм, чтобы выглядеть презентабельно. Он надел галстук, глядя на себя в зеркало, а также значок, подтверждающий его авторитет в «Бабилусе». Хотя всё это было частью привычной ему рутины, на этот раз он не мог чувствовать себя комфортно, зная, что, вероятно, получит выговор от Директора и Оперы. И хотя он знал, что Директор — дурак и иногда может давать «мягкие замечания», настоящей угрозой для него была Опера, когда он совершал ошибки. Прошло всего несколько минут, а он уже ненавидел предстоящий день. Ему предстояло бороться с ужасной погодой, а также терпеть коллег и студентов после того, как его наказали за «безответственность». Он был так зол, что негативные вибрации разбили его зеркало. Калего с яростью наблюдал, как теперь ему придётся покупать новое зеркало. Казалось, что несчастья обрушились на него одновременно. "Чёрт возьми." Он не придумал, как это исправить, и быстро сосредоточился на поливе своих кактусов. Он мог многое вытерпеть, но не мог представить, чтобы его маленький кактус страдал без воды. Если что-то и беспокоило Калего больше, чем его работа в Бабилусе, так это, вероятно, уход за его растениями. Его коллекция была ценной, и хотя он знал, что тратит на полив немного больше времени, по крайней мере, у него была уверенность, что с ними все будет в порядке. Закончив все приготовления и создав для них более комфортные условия, чтобы холод не оказывал на них негативного воздействия, он понял, что пора выходить. Он надел пальто и фиолетовый шарф, расправил свои темные крылья и полетел в сторону академии, защищенный от холода и следя за тем, чтобы крылья не повредились от метели. Во время полета он мысленно перебирал в уме все, что ему предстояло сегодня увидеть: Оперу, своих студентов, надоедливых коллег, низкую зарплату, которую ему дал Салливан. Хорошо, что, по крайней мере, у него было меньше рабочих часов, потому что была зима, но все же он не отрицал, что этот день означал, что его ждет тяжелая неделя, вдобавок к ужасной погоде, которую придется терпеть еще долго. На его телефоне зазвонило уведомление, и ему не нужно было быть гадалкой, чтобы понять, что это от Оперы. Они были практически единственными из персонала, кто настойчиво с ним разговаривал. Он достал телефон и посмотрел еще одно сообщение от них. «Поторопись или хочешь, чтобы твой класс увидел фотографию того, как я тебя унизил в нашей первой драке». Он тут же закрыл чат в Opera и выключил телефон, чтобы не читать их сообщения. Им следовало бы быть благодарными, что он хотя бы взял на себя вину за то, за что он даже не нес ответственности. Он летел с максимально возможной скоростью, даже прилагая огромные усилия, чтобы противостоять воздушным потокам, способным отбросить любого слабого демона. Однако сила Калего была поразительной, а его готовность преодолевать все препятствия — просто невероятной. Ему потребовалось некоторое время, но наконец он добрался до академии. С первого взгляда было понятно, что он в плохом настроении. От него исходила мрачная душа, нетипичная для Калего. На этот раз он не хотел ни с кем общаться, не был настроен на розыгрыши, и вместо обычных предупреждений мог наказать кого-нибудь понижением в звании за малейший проступок. Прогуливаясь по коридорам, он излучал такую ауру, что любой ученик боялся находиться рядом с ним. Некоторые проблемные ученики прятались от Калего, в то время как другие дрожали при виде его авторитета и силы, которые можно было заметить с первого взгляда. После того ужасного утра Калего не шутил. Прибыв в кабинет Салливана, он увидел, что у входной двери его ждет Опера. «Это заняло у тебя слишком много времени», — сказали они. «Интересно, почему? Может, кто-то не прислал мне уведомление вовремя», — ответил Калего. «Это твоя ответственность. Но в любом случае, Директор ушел завтракать с Ирумой, потому что ты слишком долго задерживался, так что у тебя есть несколько минут до его возвращения. Используй их с пользой». Это означало, что он мог нормально позавтракать перед началом дня. По крайней мере, он мог извлечь что-то полезное из этого ужасного утра. Он направился в комнату для персонала, где его встретили шум и смех коллег. Они приветствовали его, как обычно, но, казалось, его аура и выражение лица не могли передать, что он не хочет ни с кем разговаривать. Дали продолжал шутить с ним, Робин по-прежнему вел себя как Робин, Марбас пытался поговорить с ним о пытках, даже Ориас спрашивал, не хочет ли он присоединиться к ночной игре с остальными сотрудниками. «Эй, Калего-сэнсэй! Сегодня я приготовил бутерброды на завтрак, хочешь?» "Нет, спасибо." «Эй, Калего, я думаю, нет необходимости так строить лицо. Не хочется растопить весь снег в первый же день зимы». «Вам не стоит об этом беспокоиться». «Калего, хочешь сегодня сыграть с нами в покер? Если повезет, сможешь выиграть немного денег». "Я откажусь." После холодных ответов он сел за свой стол. К счастью, у него была запасенная еда, и он начал ставить её в микроволновку. Пока она готовилась, он слушал, как остальные коллеги обсуждали утренние сообщения, которые они получали от близких, включая ободряющие сообщения, которые они отправляли в созданные ими групповые чаты. Калего никогда не любил участвовать в этом, но иногда он задавался вопросом, каково это — получать такие сообщения. Многие проснулись, получив ободряющие сообщения на свои телефоны, но Калего получил только сообщения от Оперы, которая советовала ему избегать глупостей в школе, или от Балама, сообщившего о новом открытии в своих исследованиях животных. Еда была готова, и он начал есть. Это была не самая лучшая еда, но её хватало, чтобы поддерживать силы. Пока он ел, он просматривал последние свои работы. По крайней мере, занятия были готовы, и у него были все отчеты, которые он собирался дать студентам — отчеты, от которых те, скорее всего, упадут в обморок, пока он будет злобно улыбаться. Однако веселье не было чем-то особенным, если им не делились. Было странно, когда он смеялся или улыбался один. Он чувствовал себя одиноким. И на этот раз не в смысле одинокой сторожевой собаки, а как брошенный всеми пес, покинутый всеми. Он посмотрел на часы. Время завтрака закончилось, и пора было идти к Директору и Оперу перед началом занятий. Такова была тяжелая жизнь учителя в Бабилсе. Он глубоко вздохнул, выбросил мусор и позволил остальным коллегам болтать и смеяться в унисон. Он покинул это место, надеясь, что зима принесет ему что-то лучшее…

————————

Два года спустя… «Хей, дорогой, пора просыпаться». Голос Момоноки был подобен сладкой мелодии, которая оживляла каждое его утро. Как только она прикоснулась губами к его лбу, он открыл глаза и увидел девушку, которая уже выглядела полной энергии. Он всегда вставал раньше нее, чтобы все подготовить к дню, но на этот раз все было исключением. «Доброе утро, дорогой. Помни, что сегодня тебе нужно встать раньше обычного». «Ты ведь очень внимательно следишь за временем, правда?» Было еще пять утра. Они встали на час раньше обычного, но на этот раз на то была веская причина. Момоноки достаточно было слегка приоткрыть окно, и арктический ветер обдул их обоих, чтобы они поняли, что зима снова вернулась в Нижний мир. Наступил сезон, который Калего так ненавидел. Высокая защита от холода и новый график, но, в отличие от прошлых лет, на этот раз он проснулся более... мотивированным и подготовленным. «Хорошо отдохнул?» — спросил Момоноки. «Да», — ответил он. «Спасибо за вопрос». Как и в прошлые годы, Опера спрятал уведомление, информирующее Калего о его новом зимнем расписании и встречах с директором и другими участниками, но на этот раз всё было иначе. Момоноки случайно нашла уведомление Калего на столе Оперы, и, хотя она старалась не смотреть на чужие вещи, она всё же взглянула и поняла, что Директор просит о встрече с ним перед началом занятий, чтобы скоординировать зимние уроки в Бабилусе. Она сфотографировала уведомление и показала его Калего, чтобы он мог добавить его в своё расписание. Именно там он рассказал ей о розыгрыше, который Опера всегда любил устраивать. Однако она винила себя, потому что считала, что поступила неправильно, рецензируя чужие работы и вмешиваясь в дела, которые её не касались. Но Калего помог ей понять, что она не стала причиной катастрофы, и поблагодарил её за то, что она спасла его от очередного сокращения зарплаты. Они оба начали переодеваться. Надели форму Бэбли и поправили волосы после долгой ночи. Им обоим приснился хороший сон, но они знали, что рассвет всегда приносит неприятности. Надели значки и надушились соответствующими духами, чтобы соблюсти формальность учительской формы, и, когда были готовы, посмотрели на часы. Было 5:45 утра. Они еще успевали на встречу Калего. Они воспользовались тем, что ещё рано, чтобы за десять минут полить растения Калего. Каждый из них налил нужное количество воды, даже Момоноки напевала небольшие мелодии, потому что говорила, что музыка — это способ порадовать растения. В конце концов он поверил ей, ведь в прошлые годы он тоже включал классическую музыку, когда поливал их. Он делал это несколько раз, потому что, помимо того, что голос Момоноки был очарователен для его растений, он также был музыкой для его собственных ушей, намного лучше всех фортепианных произведений, которые он когда-либо слышал. Закончив, они начали собирать последние вещи, чтобы отправиться в школу. Момоноки подошла к входу, чтобы подождать своего парня, но остановилась, услышав внезапный голос Калего. "Хей." Момоноки обернулась и увидела своего парня, который держал в руках какую-то одежду. Она была смущена. «Что случилось, Калего?» «Не планируйте уезжать без этого». Он подарил ей пальто и шарф, которые подходили к цвету её волос и форме. Светло-голубые, с узором в виде тигров. Момоноки приняла эту одежду, помня, что, поскольку была зима, ей также нужно было позаботиться о защите от холода. Она знала, что, если заболеет, Калего и её дедушка, вероятно, завалят её постель супами и простынями, и хотя это было мило с их стороны, ей не нужна была простуда, чтобы прекратить свою работу по обучению учеников. Момоноки всегда восхищался тем, насколько внимательно он заботился о её здоровье. Надев шарфы и пальто, они направились к школе. Расправив крылья, они полетели вместе в умеренном темпе, стараясь не допустить, чтобы метель помешала их полету. Держась за руки, избегая обрывов и любуясь окружающим пейзажем, они оба чувствовали себя расслабленно, наслаждаясь моментом, когда их никто не прерывал. Момоноки испытывала невероятную радость от того, что находится рядом с мужчиной своей жизни, а Калего улыбался, просто находясь рядом с ней, лучше скрывая свои чувства, чем она, но не отрицая их. Они прибыли в Бабилус, и там поняли, что им нужно отправиться в разные сектора. Они разделились, не забывая поддерживать связь по телефонам, чтобы знать, где они находятся в школе. Калего направился на встречу с директором, и на этот раз он выглядел как тот самый Калего, которого все знали. В коридорах по-прежнему было очень мало демонов, что его немного успокаивало, потому что ему не хотелось никого наказывать до официального начала занятий. Он шел с присущей ему властностью, но на этот раз более спокойным шагом, чем в прошлые годы. Именно там Калего получил сообщение на свой телефон. Это была Oпера. "Где ты?" «Прямо за тобой». Он отправил это сообщение за пять секунд, и через пять секунд он уже был перед Оперой. Правая рука Салливана, демон, был удивлен, увидев, что Калего вовремя прибыл на встречу, которую они с директором для него запланировали. «Я удивлен, что ты пришел так рано», — сказали они. «Предыдущий опыт уже научил меня никому не доверять», — гордо сказал Калего, зная, что на этот раз Опера не смог его обмануть. Опера вздохнула, понимая, что на этот раз Калего хорошо увернулся от их розыгрыша. Впрочем, впереди ещё были годы, чтобы попробовать провернуть с ним новые трюки. «Хорошо. Входите, пора обсудить новое расписание на зиму». Оба учителя вошли в кабинет директора. Калего снова оказался в скучной рутине, где ему приходилось слушать кучу чепухи от директора и Оперы, но он понимал, что должен учитывать некоторые важные моменты, ведь в конце концов именно они управляли школой. Главное отличие от прошлых лет заключалось в том, что на этот раз его не беспокоили за опоздание на собрание. Даже Салливан поздравил его, надев на него праздничную шляпу и подув в дудочку. Закончив совещание, он вышел из кабинета директора, воспользовавшись тем, что у него ещё оставалось несколько свободных минут до начала занятий. Он снова открыл телефон и получил короткое сообщение от Момоноки. «Я подожду тебя в комнате для персонала». Увидев сообщение, он улыбнулся и направился туда, куда указала его девушка. Придя туда, он был встречен обычными приветствиями от коллег. Каждый из них отвечал простым «здравствуйте» или «доброе утро», причём Калего всегда говорил холодно и серьёзно. Однако некоторым учителям, таким как Дали или Ориас, он мог ответить с лёгкой шуткой, ведь в конце концов, утро у него всё-таки было хорошим. Он нашёл Момоноки за её столиком, и тот поцеловал её в лоб. Она быстро покраснела, подумав, что он сделал это на глазах у всех, однако он заверил её, что никто не видит. Все были отвлечены чем-то другим, к тому же невысокие стены мешали им сделать желаемые жесты. Услышав это, Момоноки ответил поцелуем в щёку, который принял без сопротивления. Там она увидела, что Момоноки приготовила для них обоих бутерброды на завтрак. Они не смогли позавтракать в особняке Калего, потому что ушли слишком рано, но теперь воспользовались небольшим свободным временем, чтобы поесть и поговорить на любую свободную тему. Момоноки упомянула о новых заклинаниях, которые она выучила, а также о некоторых вещах, которые она слышала от своего дедушки о Калего. Он, в свою очередь, ответил несколькими шутками о своих отношениях с Мораксом, а также дал ей совет, чтобы она всегда производила хорошее впечатление на учеников. Они спокойно поели и насладились этими драгоценными минутами, проведенными вместе. Во время разговора Калего думал о том, насколько невероятное влияние оказала на его жизнь Момоноки. Он никогда не думал, что её присутствие может изменить его рассветы. Те зимние дни с ней были приятнее, чем в другие годы, даже когда он думал о том, что бы случилось, если бы он не встретил её. Он не хотел говорить об этом вслух, но ему казалось, что он нашел свою Лилит. Очаровательную девушку, прекраснейшего демона и ту, которая принесла в его жизнь огромную радость. Час ознаменовал конец свободного времени, и оба учителя понимали, что им пора идти на свои уроки. Они обменялись лёгким поцелуем и напомнили друг другу о необходимости следить за своим здоровьем, ведь в конце концов, никто из них не хотел бы видеть себя больным. Выйдя из учительской, они расстались, но с уверенностью, что после уроков они снова будут вместе, навсегда…