Ушёл раньше, чем нужно

— Хитоши, ну правда, мы ведь вместе уже пять лет, — Изуку сидел на краю кровати, аккуратно складывая выстиранные вещи. Ему было двадцать два, и в его голове уже давно сложилась картинка их идеального общего будущего. — Мой диплом получен, твоя фирма прочно стоит на ногах. Может, пора подумать о чём-то более... официальном? Двадцати четырёхлетний Хитоши Шинсо, стоя у зеркала и лениво завязывая галстук, лишь тихо усмехнулся. Он повернулся к Изуку, его фиолетовые глаза лучились мягкой, привычной жизнью. Он подошёл ближе, растрепал зелёные кудри Мидории и легко щёлкнул его по носу.— Изуку, куда ты вечно спешишь? — отшутился он, как делал уже не в первый раз. — Брак — это куча бумажной волокиты и пошлины. Да и кольца сейчас стоят как половина моего месячного бюджета. Ещё не время. Вот заработаем на нормальный первоначальный взнос по ипотеке, тогда и пойдём расписываться. Изуку вздохнул, утыкаясь носом в сложенную толстовку. Он знал эту манеру Хитоши — переводить всё в шутку, когда дело касалось слишком серьёзных обязательств. Шинсо любил его, в этом Мидория не сомневался ни секунды, но эта вечная привычка ускользать от темы брака оставляла в груди крошечную, едва заметную царапину. Они так и дожили до двадцати пяти и двадцати стреми. Года пролетели незаметно, сменившись рутиной обычных офисных будней. Изуку полностью ушёл на дистанционную работу — он занимался аналитикой данных, координировал логистику логистической компании и писал экспертные отчёты, практически не выходя из их общей квартиры. Хитоши же получил должность ведущего тимлида в крупной компании и буквально жил на работе. Бесконечные дедлайны, ночные созвоны с зарубежными заказчиками, литры энерготоников и пачки сигарет стали его постоянными спутниками. В тот осенний вторник утро ничем не отличалось от сотен предыдущих. Накрапывал мелкий дождь. Изуку, накинув на плечи лёгкую куртку, как обычно, вызвался проводить Хитоши до угла улицы, откуда тот садился на автобус до работы. Это был их маленький, незыблемый способ урвать ещё десять минут совместного времени перед долгим днём разлуки. — Ты взял бенто? — Изуку семенил рядом, заглядывая Хитоши в лицо. — Там рис и курица, разогрей обязательно в обед. И не пей столько кофе, у тебя в последнее время лицо совсем серое от недосыпа, и ты постоянно держишься за грудь. — Взял, Изуку, взял, — Хитоши устало улыбнулся, пряча нос в высокий воротник пальто. Его дыхание оставляло в прохладном воздухе маленькие белые облачка пара. — Вернусь около восьми. Не сиди за монитором допоздна, глаза испортишь. Автобус подошёл к остановке, шумно выдохнув пневматическими тормозами. Хитоши обернулся, на секунду крепко сжал ладонь Изуку и быстро, почти невесомо коснулся губами его виска. — До вечера, Мидория. — До вечера, Хитоши. Береги себя.