Глава 5. Заговор
3 июля 2026 г., 12:05
Незнакомый, хотя нет, уже знакомый потолок. Катерина, лежала на простенькой кровати и бездумно глядела на пресловутый потолок простенькой офицерской комнаты в казарме, освещаемого закатным солнцем из зарешёченного окна.
Вот уже неделю как, после события, разделившего её жизнь на «до» и «после», она была фактически под домашним арестом и ждала неизвестно чего. О том, что творилось на берегу после её сообщения Хельге, она могла только догадываться, но шум наверняка был преизрядный. Торпедный удар Северовой, а точнее, его последствия, слышала половина восточного побережья Северной Америки, а затем ещё Хельга вышла на связь с районным координационным центром и доложила о том, что происходит.
Их конвою приказали немедленно прервать текущее задание и уходить максимальным ходом к ближайшей базе. Катерине поступил персональный приказ — контролировать и глаз не спускать с Арины, ни в коем случае не допуская её контакта с конвоем, а в их район экстренно перебросили пару дежурных эскадр ударных Дев, которые чуть позже, по слухам, размотали несколько приплывших на шум стай глубинных. Но это по слухам, так как к Соболевой и Арине прилетело целых два «Сикорских» в морском варианте, в один из которых с большой опаской погрузили саму Арину, которая даже не думала оказывать сопротивление, а в другой — Катерину, после чего их эвакуировали в какие-то закрытые научные центры.
Ну а далее для неё начался ожидаемый, но всё же крайне неприятный персональный ад. Полные медосмотры, рапорты и многочасовые расспросы о происходившем, более походившие на допросы. Следователи методично требовали от неё максимально подробно вспомнить о событии: что, где, когда, почему. Что делала Северова, куда смотрела, что говорила, каким тоном?
После нескольких дней таких допросов, выжав из неё всё, что можно и нельзя, её просто перевели на территорию небольшого наблюдательного поста на побережье и фактически посадили под арест, запретив до особого распоряжения общаться с посторонними и без разрешения выходить из выделенной комнаты.
На любые вопросы о судьбе Северовой сотрудники служб, работавшие с ней, просто отмалчивались или говорили, что ей не надо этого знать. И только перед самым переводом сюда офицер, передавший приказ, сухо обмолвился, что Северова оказалась инфицирована Глубиной с какой-то странной мутацией, и с ней сейчас пытаются разобраться ученые, а самой Катерине стоит побыть под карантинным наблюдением вдали от прочих Дев, чтобы убедиться, что она полностью стабильна и точно не несёт в себе эту новую инфекцию.
Услышанное произвело на Соболеву эффект ледяного душа: Арина — глубинная? В памяти всплывала четкая картина, как морская вода не желала задерживаться на обвесе «Стремительного», и глаза... Светящиеся голубоватым светом глаза её систершипа. Глубинная? Но от неё не было ощущения яростного безумия, как от других Дев, погрузившихся в Глубину. Да и говорила Северова вполне спокойно и внятно, не демонстрируя никаких признаков глубинного бешенства. А обвес, какие глубинные могут так убирать его в никуда по щелчку пальцев? Новая мутация? Новая волна? Или Северова говорила правду, но тогда... Чего тогда ждать?
Вынужденное безделье и неведение просто убивало. Хотелось устроить истерику, погром. Рвануть, наконец-то, в открытое море и схлестнуться в яростной схватке с очередной стаей. Но вместо этого ей приходилось сдерживать свои порывы и лежать днями на кровати или шататься по доставшемуся ей небольшому номеру, отвлекаясь только на приём пищи, которую ей приносили хмурые охранники её покоев и утренние медосмотры. Хорошо хоть не посадили в настоящую тюремную камеру, как преступницу. Внутри медленно клокотал клубок обиды: они же всё сделали правильно, и даже понимание опасности Глубины и её возможных вывертов, оправдывающих её изоляцию, не приносило облегчения.
Она с тяжелым вздохом встала с кровати, в неизвестно какой раз за день подходя к зарешёченному окну. Решётка на нём была чисто символическая, неспособная удержать Деву, но а смысл куда-то рваться? Что она может этим добиться? Даже поговорить не с кем, и новостей никаких. Она снова вернулась на кровать, прикрывая глаза и загоняя себя в этакое состояние полудрёмы — спать не хотелось, но и гонять по кругу опостылевшие мысли тоже.
Именно поэтому, наверное, она не сразу сообразила, что на личном канале до неё кто-то пытался достучатся.
— ...Алло... Ау... Да, ржавчина тебя побери, мне что, через всю Атлантику орать? Подъём!
Катерина автоматически потрясла головой, прогоняя полудрёму, садясь на кровати. Голос вызывавший её был ей незнаком, но кто кроме Девы мог использовать внутренние каналы связи?
— На связи. Кто это? — всё ещё приходя в себя, запросила она.
— Ну слава судоверфи. Кто я — неважно, но у меня есть новости про Северову. Тебе интересно или ты и дальше желаешь продолжать тупо валяться и борта полировать?
— Северову? Арину? — осторожно, не веря самой себе переспросила Соболева.
— А ты знаешь ещё кого-то другую? — А вот язвительности в голосе могло быть и поменьше. — Для тугодумных уточню на всякий случай — Северова Арина, эсминец «Стремительный», SFD 291. Теперь понятнее?
— Что с ней? — напряглась Катя. Полудрёму как рукой сняло, и она снова напоминала себе сжатую пружину.
— Эта наивная дурочка вляпалась по полной! Наговорила общавшимся с ней такого, что её посчитали опасной для национальной безопасности и решили как минимум намертво изолировать, а как максимум выжать из неё всё. В общем, никто её отпускать не собирается.
— Так она же инфицирована?!
— Что за чушь! Какая, торпеда тебе в корму, инфекция? Ты точно не наивная дурочка? Погрузившихся никогда не видела, что ли? В общем, ты хочешь Арине помочь или нет?
— А сама?
Видимо с ней связалась одна из дев-консультантов, которую могли привлечь к анализу состояния Арины. Но почему она сама не хочет помочь, а зачем-то связывается с ней, которая сама под арестом?
— А мне нельзя светиться иначе... у нас не останется никакой надежды.
— Чего? Какой ещё надежды?
— Нет, ты точно дурочка, — да сколько можно её оскорблять? — Хочешь получить на халяву весь расклад, раз сама не можешь сообразить? Ладно, так и быть, могу поделиться своей мудростью.
— Ну попробуй, — автоматически съязвила Катерина в ответ. Неизвестно, что за корабль с той стороны, но вот всадить ей в борт пару торпед желание уже возникло.
— Факт раз: Арина три года провела в другом мире, где вступила в контакт с неким Туманным Флотом.
— А-а-а, э-э-э... Это если правда, — перебила неведомую собеседницу Соболева.
— Приходится верить, или сообщи мне, кто сможет повторить то, что она тебе продемонстрировала. И не перебивай!
Тут аргументов против не было. Катя и сама уже не один раз пыталась найти объяснение продемонстрированному Ариной ранее, безуспешно.
— Факт два: по её словам, в том мире Туманный Флот является полноценным правителем в морях-океанах и без его разрешения людям даже на матрасах плавать запрещено, за исключением специально выделенных зон. При этом, сам Флот Тумана попал в ту вселенную всего за пару лет до попадания туда Арины. А по уровню технического развития тот мир примерно равен этому. Теперь поняла?
— Э, н-нет... — захлопала ресницами Катя. Она действительно не могла сообразить, какая тут связь.
— Мда, это будет сложнее чем я думала...
Нет, даже если это кто-то из линкоров, хотя, судя по экспрессии, крейсер, это не избавит её от парочки профилактических пинков.
— Ещё раз: в тот мир пришёл некий флот и за пару лет силой навёл свои порядки. Вскоре после этого к ним, по её словам, как-то попала Арина, которую они встретили, приняли, модернизировали и отправили обратно к нам. Поняла?
— Нет.
— Подумай, если Арину смогли переправить обратно, то кто помешает этому Туманному Флоту прийти сюда самому и установить свои порядки? Думаешь, они не знают маршрут? И кто им здесь сможет хоть что-то сделать? Военные флоты людей уничтожены! Или ты кроме глубинных ещё хочешь повоевать и с настоящими сверхтехнологичными кораблями?
А вот тут Катерине стало резко не по себе. Мало им глубинных, так ещё и неведомый и судя по всему могущественный флот. Хотя стоп... Она чуть не попалась, или это её визави протупила?
— Если они попробуют к нам перейти, то их попросту сожрут глубинные!
Вот это поворот, ранее даже в лютом бреду она бы никогда смела вообразить, что глубинные могут выступить неким щитом от инопланетного вторжения. И похоже её собеседница этот момент упустила.
— А вот фиг, — неизвестно чему обрадовалась та. — Факт три: Туманный Флот имеет собственный аналог глубинных. Полностью им лояльных, правда пока без высших особей. Вместо них ядром стаи выступает сам корабль Тумана.
— И... И?
— И Арина сумела каким-то образом втереться в доверие к Туманному Флоту, причём настолько, что они разработали для неё новый вариант обвеса, который вывел её по огневой мощи на уровень линкора, — а вот это аргумент, механически приняла сведения Катя, вспоминая скоротечный бой, а неведомая собеседница продолжила. — И даже потратили неизвестное количество ресурсов, чтобы её вернуть обратно. И вот после всего этого люди её тупо запирают в кутузке, требуя поделиться выданной технологией, даже не задумываясь, что будет, если Туманный Флот решит сюда наведаться самолично и поинтересуется: «А где наша знакомая?». А мы им в ответ: «Ну понимаете, она не захотела отдать нам ваши подарки, и мы её немного того... замучили в застенках». Представляешь?
Она... Нет, не представляла. То, что озвучивала неведомая ей Дева, было каким-то абсурдом. Да, ранее были эксцессы, связанные с попытками насильно понять механизм существования Дев. Но в итоге были приняты законы, запрещавшие такие опыты, по крайней мере в жестком варианте, все же исследования возможностей Дев никогда не прекращались, и что-то кто-то явно пытается их нарушить... Что она и высказала.
— Так-то ты права, — внезапно согласились с ней, — но ты не учитываешь, что воздействиям не обязательно быть физическими. Вот представь, сейчас откроется дверь твоего места обитания, и тебя объявят дезертиром, предательницей, инфицированной Глубиной... Заявят, что ты официально погибла, и законы на тебя не распространяются, и на помощь никто не придёт, но...
— Это невозможно. Да если такое всплывёт, такой скандал будет.
— Да не будет никакого скандала, — презрительно хмыкнула та. — Механизм отработан веками. Тут же найдётся или некий капитан (в США звание captain аналогично нашему капитану первого ранга), или даже адмирал, который превысил свои полномочия, и мы сейчас ему а-та-та. А так мы белые и пушистые, и сами ничего не знали. И все «поверят», ибо это всем выгодно. Пойми, с тобой, Ариной и прочими так носятся просто потому, что Девы своей кровью оправдывают своё существование. Но если сейчас вдруг Глубина исчезнет, то кому станут нужны по сути сверхлюди? Ведь Девы превосходят любого человека практически во всём, а это может быть уже опасно для властей и влиятельных людей.
Неведомая провокаторша помолчала и не дождавшись реплик от ошарашенной Катерины, продолжила:
— К тому же Деву, пусть и сложно, но всё же можно уничтожить, особенно на берегу. А теперь в этот расклад вводится некий неподконтрольный людям Туманный Флот, который: а) судя по рассказанному Ариной, не испытывает симпатии к людям; б) может из рядовой Девы-эсминца сделать мини-линкор, представь, что они могут сделать тогда из линкора; в) у Туманного Флота есть опыт общения с собственными глубинными! Да большинство правительств будет жидко гадиться при любой мысли о совмещении всех этих факторов воедино. Как это мерзко ни звучит, но сейчас правящей верхушке реально выгодна сложившаяся патовая ситуация «вечной войны». Из-за дороговизны и рисков морских перевозок бизнесмены могут получать большие барыши при меньшем использовании ресурсов. Военно-морские бюджеты сейчас сильно сократились, так как даже все Девы вместе взятые не смогут потребить столько ресурсов, сколько потребляет обычная флотилия кораблей. Но где все эти свободные деньги? И это я еще не упомянула, что за всё расплачиваются своей кровью простые моряки и Девы. Но кому интересны их проблемы, когда на кону такие деньги? Упс, упомянула. Ладно… Но сейчас у нас есть шанс это изменить, найти решение проблемы глубинных и разорвать этот порочный круг. Если у нас получится вытащить Арину и обнародовать ее историю… Если Туманный Флот её не забыл, а не просто избавился по прихоти, во что я лично не верю, то они рано или поздно заявятся сюда и, возможно, смогут нам помочь с проблемой Глубины. Да даже если они заменят собой глубинных и установят здесь такие же порядки, как и у себя, то в любом случае это будет куда лучше для всех людей, кроме кучки бизнесменов, получавших сверхприбыли, так как никому не надо будет рисковать своей жизнью для проводки торговых судов. Ну так как, ты готова? Или ты настолько зашорена пропагандой, что тебе проще ничего не делать и рисковать бесславно сгинуть в пасти какого-то глубинника, чем начать самостоятельно думать?
Голова у Соболевой, казалось, готовилась лопнуть. Вал фактов, вываленных на неё неведомой, просто оглушал. Она судорожно пыталась найти контраргументы, но... У неё просто не хватало информации. Эта утверждала, что знает, что рассказывала Арина людям, и пользовалась этим, но она, Катерина, этого-то не знала.
— Ты призываешь меня предать людей? — в аргументах неведомой явно сквозило этакое пренебрежение к людям, точнее, к их руководящему составу.
— Да ни в коем случае, — возмутилась та. — Я хочу дать всем Девам свободу выбора, а не только, как сейчас, право под бравурные лозунги сдохнуть в море ради прибыли нуворишей. Если кто-то хочет, то пусть служит дальше, подозреваю, что таковых даже будет большинство. Всё же боевому кораблю будет трудновато на гражданке. Но важен сам факт свободного выбора, которого сейчас нет! Вот напишешь ты сейчас рапорт об увольнении на гражданку, и что будет? — и тут же сама ответила. — Да ничего. В лучшем случае к тебе мгновенно пришлют мозгокрута, который начнёт промывать тебе мозг насчёт долга перед обществом и твоим «предательством» сестёр. А в худшем тебя или попытаются изолировать, или каким-то образом избавиться, чтобы ты не мутила воду.
— И что ты предлагаешь? — устало выдохнула Катя. — Если ты не в курсе, то я как бы под домашним арестом. Вдобавок понятия не имею, где сейчас Арина. Допускаю, что ты знаешь, раз в курсе происходящего, но как ты представляешь дальнейшее? Мне что, устроить побег, героически пробраться на некую закрытую базу, полную охраны, вызволить Арину из застенков и вместе с ней уплыть в счастливый закат? Почему бы тебе самой такое не провернуть, раз ты и так всё знаешь?
На канале настало этакое поражённое молчание.
— Вау, — вот только в этом выражении восторга не слышалось самого восторга. — Ты часом боевиков не пересмотрела? Ты вообще боевой корабль или гражданская калоша? Какие побеги, какие штурмы, какой закат? Всё на самом деле просто и незатейливо — я с тобой связалась только потому, что знакома с нужными людьми, которые могли лично знать Арину, и точно не можешь знать, что она говорила, кроме как с моих слов. А если ты не знаешь, то и выдать этого не сможешь при всём желании. Я бы и сама связалась, но меня в вашем флоте не знают, и доверия к моим словам будет намного меньше. Начнут проверять, сомневаться, терять время. Да и если снаружи начнут всплывать лишние факты, то вычислить меня будет несложно, и тогда наши шансы на освобождение от диктата людей могут пойти прахом. Поэтому мне надо остаться пока в тени и вне подозрений. Даже Арина не должна знать о моей помощи, мне тогда куда как проще будет вам помогать. Никогда не слышала о тайных агентах?
— Ты меня вообще запутала, — пожаловалась Катерина. — Можешь просто сказать, что ты хочешь сделать, а я тогда сама решу.
— Хрен с тобой, золотая рыбка, — на том конце «провода» развязный тон собеседницы принял скучные официальные нотки. — Надо всего лишь позвонить вашему адмиралу, который отвечает за Дев в России, Северова о нём хорошо отзывалась, и просто рассказать ему о случившемся. Надо, чтобы он поднял свои связи и затребовал официального контакта с Ариной. Я, если что, смогу вас координировать, если её захотят быстро перевести в другое место. Ещё сделаю пару вбросов через СМИ для пущего эффекта, но сильно на это не рассчитываю, так, больше перевести стрелки на других и подготовить почву. Но в любом случае без влиятельных персон, которым Арина могла бы доверять и которых у янки не получится просто так завернуть, ничего у нас не выйдет. Все страны, у которых имеются Девы, подписали конвенцию о взаимном контроле, но при приоритете национальных интересов в случае проблем межнационального взаимодействия. Иначе большинство государств просто отказывалось сотрудничать при создании Объединённого Флота. Проблема Арины в том, что она как бы «официально» мертва, а «мёртвые» никому не подчинены и не отчитываются, и за них никто не спрашивает. Она неучтённый элемент системы, да ещё носитель шок-контента, а кто владеет информацией, тот и может, как он считает, управлять ситуацией. Вот только это жестокая ошибка, и мы не должны допустить возможного конфликта людей и Дев с Туманным Флотом, если тот решит выйти на контакт.
— Ну и как я это сделаю? Думаешь, мне сейчас позволят просто так взять и позвонить адмиралу? Я и его номера-то не знаю, я же простой эсминец, а не линкор. Мне по рангу не положено с адмиралами контактировать.
— Фигня вопрос, — виртуально отмахнулась её вербовщица на авантюру. — Скоро стемнеет, и я смогу тебе через дрона незаметно забросить телефон в твои палаты. В контактах будет всего один номер, так что даже если захочешь, не ошибешься. Телефон попробуй потом спрятать, будем держать через него связь, он неотслеживаемый, но если вдруг его у тебя обнаружат и захотят отобрать, то он превратится в «кирпич». При звонке не забудь только учесть разницу по времени, чтобы не разбудить вашего адмирала, ситуация пока не настолько критична, а дальше будем надеяться, что Арина не ошиблась в его характере и он не побоится вступить в схватку с местной бюрократией. Иначе придётся придумывать что-то иное, а силовой вариант я оставлю только на самый крайний случай, или если Арину реально захотят ликвидировать, но это будет тогда провалом нашей миссии.
— А что мне ему говорить?
— Да что хочешь, только врать не надо. Доложи о том, что было в море и что я тебе сейчас рассказала, а дальше пусть он сам думает. Можешь даже мои пожелания насчёт будущей судьбы Дев высказать. Да — да, нет — нет. Если решит помочь, то я тогда подкину вам координаты, где на тот момент будут держать Северову. Сейчас это избыточно. Ну так что, приступаем к вызволению нашей узницы совести, раз та сама не захотела конфликтовать с людьми. Но долго не тяните, иначе мне придётся задействовать другие рычаги, которые куда как более жесткие будут. Да и не забывайте о Туманном Флоте, если он узнает, что его подопечную «кинули», то, боюсь, его реакция никому не понравится.
— Хорошо. Я позвоню адмиралу, — всё же один звонок своему адмиралу не является преступлением по любым нормам, максимум дисциплинарное взыскание за нарушение карантина и субординации. Хотя если всё, что ей рассказали, окажется правдой, то и никакого нарушения не будет, так как нет никакой угрозы «инфицирования».
— Отлично! Как стемнеет, жди посылку, а я пока отключаюсь, есть тут у меня свои проблемы помимо нашей потеряшки.
Подскочившая на ноги Катерина рванула к окну, судорожно оглядывая доступную для обзора территорию. Никого. Правда, глупо было ожидать, что желавшая остаться неведомой собеседница допустит такой прокол. Внутренняя связь Дев на суше действовала чуть ли не впритык, а это значит, что её собеседница, скорее всего, сейчас была на территории поста или рядом. Иначе бы просто не дотянулась. О том, что та находилась в море, и речи не шло, незарегистрированную Деву засекли бы влёт, хотя, если она в составе патруля береговой обороны... Но тогда откуда она была бы в курсе об Арине? Или, если учесть то, что она наговорила, то имеется чуть ли не целая группа Дев, которые хотят «освободиться» и её сейчас активно вербуют? Но она и слыхом не слыхивала о таком «движении». Не будет ли ошибкой, пойти у них на буксире?
Она снова выглянула в окно. Там, за забором, виднелись крыши казарм и патрульные вышки. Где-то там, возможно, сидела та, кто только что перевернула её мир. Или, может быть, она стояла прямо за этой стеной. Соболева устало прислонилась спиной к пресловутой стене. Всё как-то закрутилось совершенно в непонятную сторону. И что ей прикажите делать? Чего от неё добиваются. Ведь ей разрешили сказать адмиралу вообще всё, даже это. Значит ли что они, или она, всё же не боится разоблачения? Или уверена, что эти откровения никак не изменят ситуацию?
Из памяти всплыла фраза Арины при встрече, что её ситуация несёт в себе цунами, и, похоже, была права. Катерина уже как бы ощущала подводные толчки, которые вскоре могут сформировать волну, сметающую всё на своём пути, и ей фактически не скрываясь предложили организовать один такой толчок. Согласиться? Отказаться? Что ей делать? Она же простой эсминец, не крейсер, не линкор, даже не лидер группы.
Она глубоко задышала, пытаясь успокоить и собрать воедино разбежавшиеся в суете мысли. Раз она не может решить сама, то придётся действовать как обычно. Она поговорит с адмиралом, расскажет всё как есть, и будь что будет. Как бы то ни было, но Арину надо вытаскивать, а с проблемой Туманного Флота, если она вообще есть, будем разбираться после.
Соболева вернулась на кровать, усевшись по-турецки, и, прикрыв глаза, принялась корректировать в голове рапорт для адмирала. С учётом новых данных прошлая версия несколько устарела.
