«Цена контракта. Право на тебя»

Следующие две недели прошли в бесконечных визитах к врачам, психологам и юристам. Лань Чжань чувствовал себя так, будто они с Вэй Ином стали главными героями какого-то сложного медицинского сериала, где каждый эпизод приносил новые вопросы и новые страхи. Вэй Ин держался молодцом. Он улыбался, шутил с медсёстрами, задавал тысячу вопросов врачам и постоянно держал Лань Чжаня за руку. Но Лань Чжань видел, как он напряжён. Как он сжимает челюсть, когда слышит слово "гормональная терапия". Как бледнеет, когда обсуждают донорство яйцеклеток. Как его пальцы дрожат, когда он подписывает согласие на участие в процессе. Вэй Ин тоже боялся. Но он не показывал этого при посторонних. Они выбрали донора — студентку медицинского университета, здоровую, умную, без вредных привычек. Вэй Ин лично изучил её анкету, проверяя каждую строчку. — Она выглядит надёжной, — сказал он, закрывая файл. — И у неё карие глаза, как у тебя. Лань Чжань поднял бровь. — Ты выбирал донора по цвету глаз? — Конечно! — Вэй Ин улыбнулся своей лисьей улыбкой. — Ребёнок должен быть похож на тебя. Я хочу видеть твои глаза каждый день. Даже если они будут смотреть на меня с обиженным выражением в три часа ночи. Лань Чжань фыркнул, но в груди разлилось тепло. Вэй Ин думал о будущем. Он видел их ребёнка. Он уже любил его. Это придавало Лань Чжаню сил. В один из выходных они сидели в кабинете психолога — обязательный этап для всех будущих родителей, проходящих через суррогатное материнство. Психолог, седой мужчина с добрыми глазами, задавал им вопросы. О детстве, о семьях, об ожиданиях. Вэй Ин отвечал легко, с юмором, рассказывая о своих родителях, о том, как его воспитывали, о его мечтах стать отцом. Лань Чжань молчал. Он сидел, сжав руки в замок, и смотрел в пол. — Господин Лань, — мягко обратился к нему психолог. — Вы не хотите поделиться своими мыслями? Лань Чжань поднял голову. Вэй Ин смотрел на него с беспокойством. — Я не знаю, что сказать, — признался Лань Чжань. — Я никогда не думал о том, чтобы стать отцом. Мои родители... мой отец был жестоким человеком. Он не любил меня. Он использовал меня как инструмент для своих сделок. Когда я вырос, я поклялся, что никогда не создам семью. Потому что боялся, что стану таким же. Психолог кивнул. — Это очень распространённый страх, — сказал он. — Многие люди, выросшие в дисфункциональных семьях, боятся повторять судьбу родителей. Но важно понимать: вы — не ваш отец. Вы уже сделали шаги, которых он никогда не делал. Вы осознаёте свои страхи. Это первый шаг к тому, чтобы быть хорошим родителем. Лань Чжань почувствовал, как Вэй Ин сжал его руку под столом. Он повернулся к мужу и увидел в его глазах такую любовь и поддержку, что на миг забыл о страхе. — Я боюсь, что не смогу любить ребёнка, — выдохнул Лань Чжань. — Я не знаю, как это делается. — Никто не знает, господин Лань, — улыбнулся психолог. — Любовь к ребёнку не рождается в момент его появления на свет. Она растёт. День за днём. С первой улыбки, с первого слова, с первого шага. Вы будете учиться любить его, как учились любить своего мужа. Постепенно. И поверьте, у вас получится. Лань Чжань сглотнул. Слова психолога отозвались в его душе эхом. Он посмотрел на Вэй Ина и понял, что тот уже улыбается ему, счастливый и взволнованный. — Мы справимся, — прошептал Вэй Ин. — Мы команда. Лань Чжань кивнул и сжал его руку в ответ. --- Но жизнь не переставала подкидывать сюрпризы. Через три дня после консультации у психолога Лань Чжань получил письмо от отца Вэй Ина. Тот приглашал их на обед в свой загородный дом. Лично. Без адвокатов. Вэй Ин, прочитав письмо, побледнел. — Я не поеду, — сказал он твёрдо. — Он хочет давить на нас. Он хочет видеть, как мы страдаем. — Если мы не поедем, он использует это против нас в суде, — возразил Лань Чжань. — Это будет выглядеть как неуважение. Нам нужно показать, что мы сильны. Вэй Ин закусил губу. Он знал, что Лань Чжань прав, но внутри всё кипело от злости на отца. — Ты не должен видеть его, — сказал он. — Он будет оскорблять тебя. Унижать. — Я выдержу, — Лань Чжань подошёл и обнял его за талию. — Я выдержу всё, что угодно, если это поможет нам выиграть время. Вэй Ин зарылся лицом в его плечо и тяжело вздохнул. — Иногда мне кажется, что я тебя не заслуживаю, — прошептал он. — Это я тебя не заслуживаю, — ответил Лань Чжань. — Ты научил меня любить. Они поехали на обед в воскресенье. Лань Чжань надел свой лучший костюм, Вэй Ин — строгий тёмно-синий пиджак. Они выглядели как бизнес-пара, которая идёт на переговоры, а не как сын с мужем к отцу. Загородный дом отца Вэй Ина был огромным — старинная усадьба с колоннами и фонтанами. Лань Чжань никогда не был здесь. Он чувствовал себя чужим в этом месте, где каждая деталь кричала о богатстве и власти. Отец Вэй Ина встретил их в гостиной. Это был высокий мужчина с пронзительными глазами и холодной улыбкой. Он был похож на старшую версию Вэй Ина, но без его теплоты. — Сынок, — сказал он, обнимая Вэй Ина, но тот остался стоять как каменный. — Рад тебя видеть. И вас, господин Лань. Он протянул руку Лань Чжаню. Тот пожал её, чувствуя, как стальные пальцы сжимают его ладонь. — Проходите, садитесь, — гостеприимно сказал отец Вэй. — Я велел повару приготовить ваши любимые блюда. Обед был формальным и холодным. Они говорили о погоде, о бизнесе, о политике. Ни слова о суде, ни слова о ребёнке. Вэй Ин сжимал вилку так сильно, что побелели костяшки, а Лань Чжань сидел с каменным лицом, отвечая на вопросы коротко и вежливо. Наконец, когда подали десерт, отец Вэй Ин откинулся на спинку стула и посмотрел на них с лёгкой усмешкой. — Я слышал, вы начали подготовку к суррогатному материнству, — сказал он, и его голос стал ледяным. — Хорошая стратегия. Но вы знаете, что ребёнок должен родиться в течение года. Если процесс затянется, я подам новый иск. Вэй Ин резко поднялся, опрокинув бокал с вином. — Ты не имеешь права, — выкрикнул он. — Ты не имеешь права использовать ребёнка как рычаг давления! — Имею, — спокойно ответил отец. — Ты подписал контракт. Ты знал условия. — Я не знал! — Вэй Ин ударил кулаком по столу. — Ты обманул меня! Отец Вэй Ин улыбнулся той же холодной улыбкой. — Ты всегда был слишком доверчивым, сын. Бизнес не терпит доверия. Ты должен был проверить. Лань Чжань поднялся и положил руку на плечо Вэй Ина, удерживая его. — Вэй Ин, — сказал он тихо. — Не надо. Вэй Ин тяжело дышал, его глаза горели яростью. Он хотел ещё что-то сказать, но Лань Чжань сжал его плечо, и он замолчал. — Мы выполним условия, — сказал Лань Чжань, глядя прямо в глаза отцу Вэй Ина. — Но запомните: мы делаем это не из страха. Мы делаем это, потому что хотим быть вместе. И ни ваш суд, ни ваши угрозы не разрушат нашу семью. Он взял Вэй Ина за руку и повёл его к выходу. У двери он обернулся и добавил: — У нас будет ребёнок. И когда он родится, он будет знать, что его дедушка — человек, который не умеет любить. И это будет вашим наказанием. Они вышли из дома и сели в машину. Вэй Ин сидел молча, глядя в одну точку. Лань Чжань обнял его за плечи и притянул к себе. — Всё хорошо, — сказал он. — Мы справимся. Вэй Ин поднял голову. Его глаза были мокрыми, но он улыбнулся. — Ты был великолепен, — сказал он. — Ты сказал ему всё, что я хотел сказать. — Я твой муж, — ответил Лань Чжань. — Я всегда буду на твоей стороне. Они поцеловались в машине, и Лань Чжань почувствовал, что страх внутри него немного отступил. Они были вместе. И это было главное. --- В ту ночь, лёжа в кровати, Вэй Ин вдруг заговорил: — Я хочу, чтобы наш ребёнок знал, что он желанный. Что его любят. Что он появился не из-за контракта, а из-за нашей любви. Лань Чжань повернулся к нему и коснулся его щеки. — Он будет знать, — сказал он. — Мы расскажем ему всё. Когда он вырастет. Мы скажем, что его появление на свет стало нашим выбором. Что мы ждали его. Что мы любили его ещё до того, как он родился. Вэй Ин посмотрел на него с благодарностью. — Ты правда думаешь, что сможешь полюбить его? — спросил он. Лань Чжань задумался. Он вспомнил слова психолога. Вспомнил, как он учился любить Вэй Ина — не сразу, а постепенно, день за днём. — Я думаю, что смогу, — ответил он. — Потому что это будет часть тебя. И я люблю всё, что связано с тобой. Вэй Ин улыбнулся и придвинулся ближе, обнимая его. — Тогда мы будем самой счастливой семьёй на свете, — прошептал он. Лань Чжань не ответил. Он просто прижал мужа к себе и закрыл глаза, позволяя себе поверить в это будущее.