Глубже, чем просто секс

Самолёт приземлился в Сеуле ближе к вечеру. Усталость после тура давала о себе знать, но Минхек чувствовал себя странно бодрым — внутри всё пело от мысли, что теперь они с Чангюном больше не прячутся. По крайней мере, друг от друга. В автобусе по дороге в компанию Минхек сидел рядом с Чангюном, и их руки были переплетены под курткой, которую они накинули на колени. Кихён сидел напротив и демонстративно смотрел в телефон, но Минхек видел, как тот ухмыляется, поглядывая на них. — Вы будете такими милыми весь день? — спросил Кихён, не поднимая глаз. — Потому что у меня сахар в крови подскочил. — Завидуешь? — парировал Чангюн, сжимая руку Минхека. — Можешь найти себе кого-нибудь. — Я пас, — Кихён фыркнул. — Я и так каждый день вижу, как Хёнвон облизывается на Шону, когда тот не смотрит. Мне хватает. — Я не облизываюсь! — возмутился Хёнвон с переднего сиденья. — Ага, конечно, — Кихён закатил глаза. Минхек рассмеялся, чувствуя, как напряжение последних дней уходит. Но когда автобус подъехал к зданию компании, он заметил, как Чангюн напрягся. — Что такое? — шепнул Минхек. — Ничего, — Чангюн покачал головой, но его взгляд метался. — Просто мы впервые возвращаемся как пара. Даже если никто не знает. Это странно. — Теперь знают Кихён и Хёнвон, — Минхек улыбнулся. — Осталось оповестить остальных. — И менеджера, — Чангюн вздохнул. — Он будет в шоке. — Переживёт, — Минхек чмокнул его в щёку быстро, пока никто не смотрел. --- Они зашли в студию звукозаписи, где их уже ждал продюсер. Планировалась работа над новым треком, и все должны были собраться через час. Но пока остальные разбирали вещи в гримёрках, Минхек и Чангюн остались вдвоём в студии, проверяя микрофоны и настраивая оборудование. Комната была небольшой: звукоизолированные стены, огромный пульт, микрофоны, и узкое пространство между ними. За стеклом находилась комната для записи, но сейчас там никого не было. Тишина нарушалась только гулом кондиционера и их дыханием. Чангюн стоял у пульта, что-то настраивая, и Минхек смотрел на его профиль, освещённый тусклым светом мониторов. Он вдруг осознал, как сильно скучал даже по этому — по простому присутствию Чангюна рядом, по его запаху, по тому, как он сосредоточенно хмурился, когда что-то не получалось. — Ты пялишься, — сказал Чангюн, не оборачиваясь. — Ты мой, имею право, — сказал Минхек, подходя ближе. Он остановился за спиной Чангюна и положил руки ему на плечи, чувствуя, как напряжены мышцы. Чангюн выдохнул и откинул голову назад, упираясь затылком в грудь Минхека. — Я так устал, — прошептал он. — Знаю, — Минхек наклонился и поцеловал его в висок. — Я здесь. И я весь твой, если это поможет тебе расслабиться Чангюн развернулся на стуле, притягивая Минхека к себе за бёдра, и уткнулся носом в его живот. Минхек провёл пальцами по его волосам, чувствуя, как внутри разливается тепло. Но когда Чангюн поднял голову, в его глазах полыхнул знакомый огонь. — Знаешь, — сказал Чангюн, проводя рукой по бедру Минхека, — у нас есть ещё сорок минут до того, как все соберутся. — Сорок минут? — Минхек приподнял бровь. — И что ты предлагаешь? Чангюн медленно расстегнул его джинсы, и Минхек втянул воздух, когда пальцы Чангюна скользнули внутрь. — То, что мы оба хотим, — прошептал Чангюн, прикусывая кожу на его животе через ткань футболки. Минхек запрокинул голову, чувствуя, как его тело мгновенно отзывается на прикосновения. — Чангюн... мы в студии, — прошептал он. — Здесь звукоизоляция, но... — Дверь заперта, — закончил Чангюн, поднимаясь и толкая Минхека к стене, за пультом, где они были скрыты от глаз, если кто-то заглянет в стеклянную дверь. — Нас не увидят. Минхек прикусил губу, чувствуя, как его сердце бешено колотится. Адреналин смешивался с желанием, создавая опасный коктейль. — Ты безумец, — выдохнул он. — Ты тоже, — Чангюн прижался к нему, и их губы встретились в жадном поцелуе. --- Чангюн развернул Минхека лицом к стене и прижался сзади, покрывая его шею поцелуями и укусами. Минхек опёрся ладонями о холодную поверхность, чувствуя, как Чангюн стягивает его джинсы и бельё ниже бёдер. — Тише, — прошептал Чангюн в ухо, расстёгивая свои джинсы. — Если ты будешь громким, нас услышат. — Тогда заставь меня замолчать, — хрипло ответил Минхек, толкаясь бёдрами назад. Чангюн усмехнулся — тёмно, хищно — и нанёс слюну на свои пальцы, а затем на член. Он вошёл в Минхека без подготовки, медленно, давая ему привыкнуть, и Минхек закусил губу так сильно, что почувствовал вкус крови. — Ты такой жадный, — прошептал Чангюн, начиная двигаться. — Тебе всегда мало, да? — С тобой... никогда не хватит, — выдохнул Минхек, чувствуя, как каждый толчок отдаётся в его теле электрическим разрядом. Чангюн ускорился, прижимая Минхека к стене, и их тела двигались в унисон. Минхек вцепился пальцами в стену, пытаясь сдержать стоны, но из груди вырывались сдавленные звуки, смешанные с именем Чангюна. — Чёрт... Чангюн... я не могу... — прошептал он. — Можешь, — Чангюн прикусил его плечо, оставляя след. — Терпи. Ещё немного. Они не слышали, как за дверью раздались шаги. Голоса Кихёна и Хёнвона доносились с коридора, приближаясь. — ...думаю, они уже здесь, — сказал Кихён. — Я видел их вещи. — Давай зайдём, — ответил Хёнвон. — Надо предупредить их насчёт нового расписания. Минхек замер, услышав голоса. Его глаза расширились, и он толкнул Чангюна локтем. — Они идут! — прошептал он в панике. Чангюн замер, но не вышел. Он наклонился к уху Минхека и прошептал: — Тогда будь ещё тише. И он начал двигаться снова — медленно, почти незаметно, но каждый толчок был глубоким и мучительным. Минхек впился ногтями в стену, чувствуя, как его тело дрожит от напряжения. Он слышал, как Кихён и Хёнвон остановились у двери студии. — Странно, — сказал Хёнвон. — Дверь закрыта. Может, они не здесь? — Или здесь, — ответил Кихён с хитрой ноткой в голосе. — И не хотят, чтобы их беспокоили. Минхек зажмурился, чувствуя, как Чангюн ускоряется, несмотря на их присутствие. Его тело было на грани, и он знал, что если они не уйдут, он кончит и закричит. — Ладно, пойдём, — сказал Кихён с лёгким смехом. — Оставим их наедине. Шаги начали удаляться, и Минхек выдохнул с облегчением, но Чангюн не остановился. Он толкнул его сильнее, прижимая к стене, и Минхек почувствовал, как его тело ломается. — Я сейчас... — прохрипел он. — Давай, — прошептал Чангюн, прикусывая его ухо. — Кончи для меня. Минхек достиг пика, чувствуя, как спазмы сжимают Чангюна, и тот застонал, уткнувшись лицом в его шею, и кончил следом. Они стояли так, тяжело дыша, и Минхек чувствовал, как его ноги подкашиваются. — Пиздец, — выдохнул он, когда Чангюн вышел из него. — Согласен, — Чангюн усмехнулся, поправляя джинсы. — Но это было весело. Минхек развернулся и ударил его в плечо, но в глазах плясали смешинки. — Ты ненормальный. Мы могли попасться. — Но не попались, — Чангюн притянул его к себе и поцеловал в нос. --- Когда они вышли из студии через десять минут, их встретили Кихён и Хёнвон, сидевшие на диване в коридоре с таким видом, будто ждали их специально. — О, привет, — сказал Кихён с широчайшей улыбкой. — Всё настроили? Или не только звук? Минхек почувствовал, как кровь приливает к лицу. Чангюн остался невозмутимым. — Всё настроили, — ответил он ровно. — Что-то хотели сказать? — Да, — Хёнвон ухмыльнулся. — Менеджер сказал, что через час у нас запись. Но я думаю, вы уже в нужном настроении. Слышно было аж в конце коридора. Минхек закрыл глаза, чувствуя, как его лицо горит. — Что слышно? — спросил Чангюн с лёгкой угрозой. — Всё, — Кихён подмигнул. — Но мы никому не скажем. Это будет наш маленький секрет. Но если вы будете так шуметь в следующий раз, я приведу стафф. Чангюн фыркнул и потянул Минхека за руку дальше по коридору. — Пошли, — сказал он. — А то они начнут нам советы давать. — Мы бы и дали! — крикнул Кихён им вслед. — Но вы, видимо, уже всё знаете! Минхек и Чангюн зашли в лифт, и как только двери закрылись, Минхек уткнулся в плечо Чангюна и облегченно засмеялся. — Они знают, — сказал он. — Они всё знают. — Пусть знают, — Чангюн обнял его за талию. — Теперь я хочу, чтобы все знали. — Даже Шону? И Джухон? — Особенно они, — Чангюн усмехнулся. — Пусть знают, что у меня есть тот, кого я люблю. Минхек поднял голову и поцеловал его — нежно, медленно, вбирая каждый миг. — Я люблю тебя, — сказал он. — Даже если мы устроим скандал. — Я тоже, — Чангюн прижался лбом к его лбу. — И мне плевать на скандалы. --- Вечером, когда все разошлись, Минхек и Чангюн остались в студии доделывать трек. За стеклом сидели Шону и Джухон, которые работали над аранжировкой, и Кихён с Хёнвоном, которые играли в телефоны и делали вид, что не замечают, как Минхек сидит на коленях у Чангюна во время записи. — Ребят, — сказал Джухон, не оборачиваясь, — вы хоть немного утончите эти обнимашки, пока мы работаем? Или мне надеть наушники? — Надень наушники, — ответил Чангюн, прижимая Минхека ближе. Шону повернулся и уставился на них. — Вы серьёзно? — спросил он с лёгкой паникой. — Прямо при нас? — А вы серьёзно считаете, что мы не видели, как Хёнвон утром целовал тебя в шею за кулисами? — парировал Минхек, поднимая бровь. В студии повисла гробовая тишина. Хёнвон покраснел, Шону поперхнулся воздухом, а Кихён закатился в истерическом смехе. — Так, — сказал Джухон, вставая и поднимая руки. — Я сдаюсь. Это теперь студия любви? Тогда я ухожу. — Не уходи, — Чангюн улыбнулся. — Нам нужен твой бас. — И чтобы вы трахались на заднем плане? — Джухон приподнял бровь. — Обещаем не шуметь, — Чангюн подмигнул. Минхек толкнул его в бок, но в глазах плясали смешинки. Комната наполнилась смехом, и Минхек понял, что теперь у них есть не только любовь, но и команда, которая принимает их такими, какие они есть. И это было лучше, чем любой секрет.