Сирена

Через два дня «Ариранг» расправит паруса и отправится в очередное торговое путешествие. Сегодня последний день в порту, поэтому команда завершает приготовления, выходит в город и загружает груз, который капитан смог раздобыть для перевозки. Сокджин стоял с Намджуном на палубе, встречая грузчиков с запасами пекинской капусты, редьки и пасты для кимчи. - Куда так много? - тихо возмутился альфа. Джин взглянул на него, совершенно красноречиво намекая на бестактность вопроса. - Вот это да! - воскликнул самый младший матрос. - Мы будем есть кимчи? - Именно, - довольно сказал Джин. - Но прежде всего мы его приготовим. Все вместе. Матросы разделились: половина с интересом готовилась приступить к работе, в то время как остальные возмутились. - Какого черта я должен делать работу кока?! Намджун спокойно подошел к бунтарям и громко сказал: - На судне работа каждого члена экипажа важна. И если кок сказал - делаем. Чтобы немного снизить напряжение, Сокджин вмешался: - Без проблем. Если хотите в море есть только рис и сушеную рыбу - пожалуйста. Старпом Ким, - обратился он к Джуну. - Мы можем вернуть заказ и получить деньги обратно, чтобы закупить еще риса? В глазах Намджуна явно читалась паника - потому что они не могли отказаться. Но Джин упрямо смотрел на него, и альфе не оставалось выбора, кроме как согласиться. Благо этого не потребовалось: зачинщики бунта вдруг ответили: - Не нужно, - буркнул самый старший. - Кимчи так кимчи. Говорите, что делать. - Итак... Организационный процесс прервал шум из трюма. Чонгук злой поднимался по лестнице, а Тэхен шел следом, жалостливо приговаривая: - Ну, креветочка... Юнги наблюдал за волнами через иллюминатор своей каюты. Джун был прав - завтра они уплывают, а Чимин останется в водах этого острова. Альфа не хотел прощаться вот так и думал еще раз сплавать к тем скалам, но вспомнил слова Бомгю: «Он сам приплывет, когда будет готов». Смирившись с тем, что это будет их последняя встреча, капитан хотел заняться работой, но в каюту влетели злой Чонгук и виноватый Тэхен. Юнги повернул к ним голову и сложил руки на груди. - Итак, - устало выдохнул он. - Что у вас? Чонгук повел плечом, когда Тэхен положил на него руки, и первым заговорил: - Капитан! Этот вот бычок решил, что я пойду с ним на берег. Я против! Тэхен попытался возразить, но в этот раз его перебил Юнги. - Это я приказал, - он поднял бровь, с вызовом глядя на младшего. - Ты либо идешь с незнакомыми альфами из команды, либо с Тэхеном. К ужину все обязаны вернуться на судно. Юнги понимал, что сейчас давит на Чонгука своим авторитетом, но другого выхода не было. От обиды сжав губы и вздернув нос, омега развернулся и, не забыв задеть плечом Тэхена, покинул каюту. Альфы молча проводили его взглядом, мысленно прикидывая масштабы катастрофы по имени Чон Чонгук. - Ты опять пробудил в нем зверя? - хмыкнул Юнги. Тэхен возмущенно набрал полную грудь воздуха, а затем ухмыльнулся. - Чуть-чуть пожамкал его во сне и лизнул. Юнги прикрыл лицо рукой, снова тяжело вздыхая. - Совсем чуть-чуть, хен, - оправдывался Тэхен, выходя следом за капитаном на палубу. Они еще не вышли в море, а Юнги уже устал. Сокджин не шутил, когда грозился привлечь всех к заготовке кимчи. Даже Намджун уселся среди матросов, чем вызвал у них восхищение. С каждым днем наемные моряки все лучше понимали, почему «Ариранг» - лучшее торговое судно. Дело было не только в дисциплине, но и в людях, которые составляли команду. Первую группу отпустили на берег насладиться сушей перед двухмесячным плаванием. Капитан лично встречал грузчиков, сверяя товары с документами, проверил трюмы и помог матросам закрепить часть бочек с пресной водой. Тем временем остальные нарезали редьку и капусту, пересыпая листья солью. Сокджин никого не подпускал к пасте из чеснока, жгучего перца и ферментированной рыбы. Самые любопытные альфы наблюдали за процессом, изредка бросая раздражавшую Джина фразу: - А моя мама не так делает. На это он лишь закатывал глаза и максимально вежливо отвечал: - Это мой личный рецепт. Попробуешь другой вариант. Правда, после очередного такого замечания даже терпеливый Джин не выдержал. - Я тут кок! Это моя кухня! Ясно?! Не нравится - суша там, вашу мать! Немного отдышавшись, он громко позвал: - Намджун! Альфа молча поднялся со своего места и отложил нож. - На кухне ваш капитан - Джин. Ясно?! После этого правило усвоили все: тронул Сокджина - разозлил Намджуна. Чтобы немного освежиться и успокоиться, Джин поднялся на палубу и сел в шлюпку. Намджун уверял, что все шлюпки надежно закреплены, и если омеге понадобится личное пространство, которого на корабле почти не было, он всегда может посидеть там. Сделав глубокий вдох и медленный выдох, Джин наконец успокоился. Открыв глаза, он увидел сирену. - Чимини! - радостно воскликнул он. - Ты помнишь, как меня зовут? - удивился омега. Джин подвинулся ближе к борту, чтобы лучше видеть любопытную сирену. - Конечно! Юнги вчера уплыл за тобой. Мы все волновались. Нижняя губа Чимина задрожала, и он снова заплакал, хотя обещал себе больше этого не делать. - Я испугался вчера... Они падали в воду, кричали... и огонь... Джин судорожно сжал край шлюпки. Несколько раз он порывался протянуть руку. Ему очень хотелось обнять малыша и прижать к себе. - Ты жив. И это главное. Он пытался хоть немного успокоить сирену. - Юнги в трюме. Позвать? Чимин отрицательно замотал головой, вытирая слезы. Затем слабо улыбнулся. - Я пришел попрощаться... Но, видимо, еще не готов. - Малыш, «Ариранг» завтра на рассвете отчаливает, - с сожалением сказал Джин. Улыбка Чимина стала еще более болезненной. - Лунария сказала, что я создан, чтобы убивать тех, кто тревожит море. Люди не могут дышать под водой, как я... Всхлипы становились сильнее, временами переходя в хрипы. - Мы охотники. Все, кто нарушил законы моря, должны быть наказаны. Я плохой. Сокджин все это понимал. Глядя на маленькую сирену, которая горько плакала, ему было трудно назвать Чимина убийцей... даже охотником. Сейчас в его боли Джин видел самого себя. Именно поэтому ему так хотелось его защитить. - Малыш, послушай. Чимин поднял взгляд, стараясь успокоиться. - Твое предназначение не равно твоему выбору. Ты можешь быть сиреной, но не обязан поступать как охотник. Если, конечно, сам этого не хочешь. - Не хочу... - Знаешь, я ведь тоже попал на судно случайно. Кажется, почти одновременно с тобой. Омега раскрыл рот и начал загибать пальцы, вспоминая, сколько раз видел капитана. - Да... Меня продавали... Заметив, что Чимин не понимает, Джин быстро поправился: - Ко мне очень плохо относились и заставили поверить, что я тоже плохой. Чимин понимающе кивнул. - «Ариранг» заставил меня посмотреть на себя по-другому. Глаза сирены округлились. Юнги подарил зеркало, чтобы он видел себя глазами капитана. Альфа приплыл за ним, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Значит... Чимин хороший? - Подумай, что тебе нравится больше: охотиться или быть любопытной сиреной. Чимин на мгновение замер. Его пальцы коснулись собственной щеки. Если Юнги видел в нем не чудовище... может быть, стоит снова посмотреть в зеркало? Он словно очнулся, махнул рукой и торопливо бросил: - Мне нужно... зеркало у скал! Огромный хвост ударил по воде, окатив Джина брызгами. Позади раздался хрипловатый голос капитана. - Спасибо. И Юнги ушел, оставляя Сокджина наблюдать за тем, как вода постепенно успокаивается после шалости сирены. Тэхен и Чонгук ступили на землю вместе с первой группой моряков. Несмотря на утренний конфликт, омега не отпускал от себя Тэхена и особенно грозно смотрел на других омег, которые строили глазки альфе. - В баню? - предложил Тэхен. - Посмотрю на тебя голенького. Чонгук закатил глаза и оттолкнул от себя альфу. Они пришли в городскую баню, где вместе парились и альфы, и омеги. При входе им выдали по кусочку мыла, но Чонгук сразу же припрятал своё - он всегда носил с собой мыло, которое выдал Джин. Там же им выдали льняную ткань и люфу - природную мочалку для тела. Тэхен оплатил час в бане и, приобняв Чонгука за талию, вошёл с ним в предбанник с длинными лавками, где посетители могли переодеться и оставить вещи. Чонгук медлил, и это настораживало альфу. Они ведь были здесь не впервые. - Креветка, что такое? - Мне не нравится, как на меня смотрит тот альфа, - тихо ответил Чонгук, помогая Тэхену расшнуровать рубашку. Альфа проследил за его взглядом и убедился, что на его креветку действительно пялится жуткий тип. - Давай растянем полотно, и ты сможешь сразу же завернуться в него. - А ты? - Главное, чтобы тебе было комфортно. Схожу за ещё одним, - пожал плечами Тэхен. Помогая Чонгуку подготовиться к бане, Тэхен быстро сходил за ещё одной тканью, а затем, взяв омегу за руку, завёл внутрь. Они вошли в большую комнату с горячим паром и сразу же заняли верхние лавки. Пар был настолько густым, что других посетителей почти не было видно. Усадив Чонгука, Тэхен спустился вниз за вёдрами с водой и черпаком. - Хён, жарко очень, - пожаловался младший. - Сейчас мы немного отмокнем и спустимся ниже. Могу полить тебе плечи прохладной водой. - Давай. Тэхен набрал воды в черпак и аккуратно полил плечи омеги, равномерно распределяя воду. - Лучше, - облегчённо выдохнул Чонгук. - Голову будешь мыть? Омега быстро достал кусочек мыла и деревянный гребень, передавая их Тэхену. Альфа намылил руки и массирующими движениями распределил пену по волосам. Чонгук прикрыл глаза от удовольствия. - Наклони голову назад, - попросил Тэхен. Выполнив просьбу альфы, Чонгук закрыл глаза и наслаждался струйкой тёплой воды, смывавшей с волос пену. - Не горячо? - тихо спросил альфа. - В самый раз. Тэхен смыл всю пену, достал деревянный гребень и начал аккуратно прочёсывать волосы Чонгука, распутывая пряди. - Хён? - Ммм... - Мы можем сходить в пекарню? Я хочу принести булочек Сокджину. Потом, немного засмущавшись, добавил: - И сам хочу налопаться перед морем. - Сходим. Складывая гребень и кусочек мыла в мешочек, Тэхен предложил спуститься ниже и вымыть тело. Уже после всех банных процедур альфа поймал себя на мысли, что заботиться о его вредной креветке гораздо приятнее, чем принимать заботу от него. Сокджин смотрел вслед уплывающей шлюпке с матросами, в которой сидели Чонгук и Тэхен. Намджун тихо подошёл к нему сзади и приобнял за плечи. - Ты словно своего ребёнка отправляешь в город, - улыбнулся альфа. Джин откинул голову ему на плечо и прикрыл глаза. - Ты прав. Я никогда не испытывал волнения за кого-то, кроме себя. Он накрыл руку Намджуна своей и замолчал. Альфа терпеливо ждал, когда Джин продолжит свою мысль. Хотя большого опыта общения с омегами у него не было, Сокджина он успел изучить и понять, что самые сокровенные мысли рождаются именно в тишине. - Чимин тоже приплывал. Намджун удивлённо поднял брови. - Капитан слышал, о чём мы говорили, и сказал лишь одно слово - спасибо. Старпом другого и не ожидал - иногда Юнги одним словом мог выразить все свои чувства. - Мне кажется, он привязался к Чимини. - Я в этом уверен, - сказал Джун. - А ты? - Что я? - удивился альфа. Сокджин обернулся к нему и посмотрел прямо в глаза. - Ты привязался ко мне? - Нет, - ответил Джун. Он обхватил лицо Сокджина ладонями и серьёзно добавил: - Я влюблён в тебя. Джин облизнул губы и медленно приблизился к альфе, словно спрашивая разрешения. Намджун первым поцеловал омегу. Сокджин улыбнулся в поцелуй и закинул руки на плечи альфы, чувствуя, как большие ладони мягко сжимают его талию. Они целовались неспешно, наслаждаясь этим моментом и даже не подозревая, что за ними из воды наблюдает любопытная сирена. Закат уже окрашивал небо десятками оттенков жёлтого и красного, в которые постепенно вплетались серые полосы туч. К ночи мог разразиться шторм, и корабль следовало подготовить. Перед ужином все моряки вернулись на борт, и пока Сокджин варил рис, к Чонгуку подбежал младший матрос. - Чонгук-щи, позвольте обратиться, - робко спросил парнишка. - Конечно. Говори. Мальчишка теребил пальцами нитку, выбившуюся из шва на рукаве. - Старпом приказал мне проверить паруса на грот-мачте... - Ты боишься? - догадался Чонгук. - Немного. Я могу поменяться с вами и привязать бочки? - Договорились, - улыбнулся Чонгук, похлопав матроса по плечу. Облегчённо выдохнув, мальчишка убежал за канатами в трюм. Чонгук не раз работал на высоте и спокойно отреагировал на просьбу поменяться заданиями. Пока он поднимался по снастям, невольно вспомнил, как Тэхен терпеливо учил его затягивать узлы, держать равновесие и проверять паруса. От этих воспоминаний на лице сама собой появилась улыбка. Заметив альфу на палубе, он радостно крикнул: - Бычок! И счастливо помахал ему рукой. Тэхен как раз шёл к каюте капитана, но Юнги нигде не было. Он расспросил нескольких матросов, и каждый отправлял его в другую сторону. Это говорило лишь об одном - капитан активно проверял судно перед утренним отплытием. Но Тэхена не покидало дурное предчувствие. Он был человеком суеверным. А когда заметил Чонгука высоко на грот-мачте, тревога только усилилась. - Чонгук, твою налево! - крикнул альфа. - Какого чёрта ты наверх полез?! Младший показал ему язык и, достав нож, начал проверять узлы. Лёгкий ветер постепенно усиливался. За считанные минуты оранжевое небо полностью затянуло тяжёлыми тучами. - Слезай! - приказал Тэхен. - Живо! - Иду! Чонгук поправил паруса и уже собирался спускаться, когда с берега раздался одиночный пушечный выстрел, а следом - тревожный звон. На кораблях, пришвартованных в бухте, один за другим разнеслись крики: - Чёрный фронт по левому борту! Ветер усиливался. Первые тяжёлые капли дождя застучали по палубе. Юнги поднялся к штурвалу и громко отдавал приказы: - Полная готовность корабля к шторму! Моряки бросились выполнять распоряжения капитана. - Намджун! Закрепить груз! Проверить швартовы! Всех, кто не занят, - с палубы прочь! Старпом быстро распределил обязанности между матросами и сам побежал затягивать канаты. - Чонгук! Живо вниз! - Да, капитан! - крикнул он. - Сокджин! Закрыть подвал с продуктами! Печь погасить! Джин стоял в растерянности. - Как это погасить? А рис? - Это приказ, - тихо ответил один из матросов. - Ради нашей безопасности. - Понял, - кивнул кок и тут же приступил к делу. Тэхен сам бросился убирать верхний парус, то и дело поглядывая в сторону Чонгука, который уже начал спускаться. Судно резко качнуло. Волны с грохотом захлёстывали палубу. Моряки один за другим скрывались в трюме. Капитан крепко держался за поручень, не сводя взгляда с Чонгука. Вдруг его нога соскользнула, и он повис на вантах. - Чонгук! - закричал Тэхен. Младший пытался подтянуться и поставить ногу на канат, но новый порыв ветра сорвал попытку. - Держись! Я иду! Схватившись за верёвку, Тэхен бросился к вантам. Море бушевало, поднимая и опуская нос корабля, заставляя людей терять равновесие. Руки Чонгука не выдержали такой встряски, и он сорвался в воду. - Человек за бортом! По правому борту! - крикнул Юнги, подбегая ближе. Он приказал сбросить в море несколько пустых бочек, словно умоляя стихию вернуть омегу. - Нет! Чонгук! Тэхен всматривался в бушующие волны, пытаясь разглядеть своего омегу. Сначала над водой показались руки, затем - голова. Чонгук судорожно вдохнул. - Он не доплывёт, - тихо сказал Юнги. - Шлюпку на воду! Живо! - Я поплыву! - выкрикнул Тэхен, помогая спускать шлюпку. Один из матросов сел рядом и налёг на вёсла. Он изо всех сил старался набрать скорость, но ветер и проливной дождь почти не оставляли шансов. Чонгук отчаянно пытался удержаться на поверхности. Лёгкие горели, вода, попавшая в нос, жгла слизистую. Он видел, как Тэхен спешит к нему на шлюпке, но понимал - тот не успевает. Силы стремительно покидали его. В последний раз улыбнувшись, Чонгук тихо прошептал: - Бычок спасал свою креветку... но глупая креветка не дождалась... Пальцы разжались. Он ушёл под воду. - Нет! Чонгук! Тэхен видел, как омега исчезает в тёмной воде. - Хёну... умоляю... греби быстрее... - рыдал он, смешивая слёзы с каплями дождя. - Стараюсь... Море слишком агрессивное... Вдруг среди волн сверкнул хвост сирены. Тэхен замер, до побелевших пальцев сжимая бортик шлюпки. - Давай, Чимини... Найди его... Верни мне... Дождь усиливался, почти ничего не было видно. Тэхен снова и снова вытирал лицо рукавом рубахи. Над водой показались две головы. - Хёну! Разворачивай правый борт! Шлюпка развернулась поперёк волн, а Тэхен, готовый в любой момент вытащить Чонгука, протянул руки к воде. Чимин плыл на спине, удерживая Чонгука на груди. Его мощный хвост стремительно рассекал воду, и уже через мгновение сирена оказалась рядом со шлюпкой. - Тэхен... - прохрипел Чимин, передавая омегу ему на руки. - Моя креветочка... - заплакал альфа, убирая с лица Чонгука мокрые пряди. Он прижался к его губам, вдыхая в него воздух. Снова и снова. - Ну же, вредина... Дыши... От бессилия Тэхен зарычал, продолжая попытки. Чонгук закашлялся. Тэхен тут же крепко прижал его к себе, укачивая в объятиях. Подняв голову к небу, он закричал от облегчения. Потом вновь посмотрел на Чимина, который маленькими пальцами держался за бортик шлюпки. - Спасибо... Спасибо тебе, Чимини... Спасибо... Спрятав лицо у основания шеи Чонгука, Тэхен продолжал плакать. Его плечи мелко вздрагивали. - Ты умница, - тепло улыбнулся матрос, глядя на сирену. Чимин осторожно поднял взгляд. - Я хороший? - Ты хороший. Доплыв до корабля не без помощи сирены, Хёну бросил канаты, по которым шлюпку подняли к борту. Юнги, Намджун и даже Джин вместе с матросами вытащили гружёную шлюпку из воды. Несмотря на дождь, все оставались на палубе, чтобы в случае чего помочь. За это время каждый успел осознать, что на «Ариранге» они стали одной семьёй, а сегодня едва не потеряли Чонгука. Сокджин попытался забрать омегу, но Тэхен не выпускал его из объятий. - Намджун! - прикрикнул омега. - Тэхен, отпусти его. Джин должен осмотреть Чонгука и убедиться, что серьёзных травм нет. - Я не отдам свою креветку... - словно в бреду повторял он. Юнги подошёл к Хёну и коротко спросил: - Что произошло? - Чонгук ушёл под воду. Но через некоторое время маленькая сирена принесла его к шлюпке. Вспоминая сияющие глаза, Хёну невольно усмехнулся. - Я сказал, что он молодец. - А он? - Спросил, хороший ли он, - улыбнулся матрос. - Со мной такое впервые, капитан. Видит Посейдон, не вру. - Хорошо. Ступай отогреваться, - одобрительно хлопнув его по плечу, сказал Юнги. Услышав спор у шлюпки и увидев, что Тэхен по-прежнему не выпускает Чонгука из рук, капитан громко приказал: - В мою каюту! Тэхен, отнеси Чонгука и проследи, чтобы ему оказали помощь. - Да, капитан, - кивнул он и, перехватив омегу поудобнее, вышел из шлюпки. Намджун и Джин сразу подхватили их, помогая не поскользнуться на мокрой палубе. - Всем отогреваться! - приказал Юнги. - Можете взять ром из моей каюты. Довольные матросы направились следом за Намджуном. Все знали, что лучший ром хранится именно у капитана. Юнги остался на палубе. Игнорируя дождь и сильный ветер, он медленно склонился в глубоком поклоне перед морем и его жителями. А самое главное - перед маленькой сиреной, чьи глазки продолжали сверкать неподалёку от «Ариранга».