Два разных мира

Звук маггловского будильника врезался в сонную тишину утра оглушительным перезвоном на тумбе Васи. Эванс вздрогнула и мгновенно очнулась. Её лицо скривила гримаса возмущения и недосыпа. —Мерлин, Василиса! Выключи свой будильник! –голос был осипшим от крепкого сна, из-за чего Лили прокашлилась и села на кровать. С соседней кровати послышался недовольный стон. Романова, не разлепляя глаз, потянулась рукой к тумбочке, пытаясь наощупь найти причину их пробуждения. Эта картина позабавила Лили, и она усмехнулась, поднимаясь с кровати. В два шага долетев до кровати Романовой, Эванс схватила будильник и поднесла его прямо к уху русской, на что та недовольно забурчала и накинула одеяло на голову. —Ооо, ну нет, родная моя. Только я что-ли мучаться должна с этим перезвоном? Уж если меня разбудила, будь добра, вставай сама. –усмехнулась девушка и сдёрнула одеяло с Васи. Та мгновенно открыла глаза и посмотрела на свою соседку гневным туманным взглядом. Эванс уже открыла рот, чтобы поддеть новую приятельницу, как в неё полетела подушка. —Ну нет, мы так не договаривались. Вставай уже, соня! –девушка сложила одеяло и кинула его вместе с подушкой на рядом стоящий стул. Василиса села на кровать и потёрла глаза, морщась от яркого солнца, в то время как Лили, зевая, неспешно направилась в ванную. Быстро умывшись и почистив зубы, староста выползла обратно в комнату. —А сколько время? –пробурчала Вася и уставилась в одну точку на своей кровати. —Сейчас пол седьмого. Надо успеть на завтрак к восьми, у Фрэнка расписание потом заберём. Эванс уже стояла около шкафа и выбирала одежду. Староста достала две юбки и посмотрела на них по очереди. Одна была чёрная и приталенная, длиной немного выше колен, а вторая была того же цвета, ниже колен, но свободная и в ровную складку. Романова резким движением встала, как будто боясь всё-таки сдаться и упасть в объятия тёплой кровати. Васька, который секунду назад спал под боком у хозяйки, тут же вскочил, взъерошился и прыгнул на ближайший подоконник. —Кстати, а откуда у тебя маггловский будильник? Ты же вроде из чистокровной семьи. –промолвила Лили, в очередной раз поражаясь русскому менталитету. —Я же говорила, в России почти нет предрассудков о чистоте крови. Многие общаются с магглорожденными и магглами на равных, а также пользуются маггловскими вещами. Нет, есть конечно индивиды, которые считают себя королями этого мира, раз родились чистокровными. Но их очень мало. Нас просто воспитывают так: самым главным правилом интелегентного человека является уважение к любому собеседнику, вне зависимости от его происхождения. Лили кивнула подруге, повернувшись обратно к шкафу. Для неё такое отношение к магглам от аристократов было чем-то новым, но прекрасным. Облегчение растеклось по всему телу Эванс и она улыбнулась. Романова быстро умылась и пошла к своему чемодану, что вчера так и не был разобран. Василиса заторможенно посмотрела на свою косметичку, а потом поставила её на тумбу, всё также не отводя от неё взгляд. Мысленно решив, что сегодня она красится не будет, девушка протянула руку к черному платью-рубашке, которое сужалось на талии, подчёркивая формы. —Как думаешь, какую юбку надеть? –Лили повернулась к Василисе лицом и подняла повыше две вешалки с юбками. —Надень вон ту. Она красиво на тебе будет смотреться. –Вася указала на приталенную юбку и начала одевать платье. —Думаешь? Я никогда подобных не носила.. –Эванс смутилась и опустила взгляд на вещь в своих руках. –А почему ты в платье? Разве вы не будете носить форму Хогвартса? —Слава Сварогу, нет. Ну как.. нам сказали носить одежду официального стиля, но строгого запрета на платья не было. Главное, чтобы галстук факультета был, да мантия, остальное не важно. Ненавижу форму, если честно. В Колдовстворце мы надевали форму только на праздники, а в остальное время ходили, как душе угодно. –девушка накинула галстук на шею и подошла к зеркалу, собирая волосы в хвост и выпуская передние пряди из прически. Эванс все же надела ту юбку, на которую указала Василиса и встала рядом с русской волшебницей около зеркала. —Великая Морана, как вы эти галстуки завязываете только? Это ж уму непостижимо. Каждое утро их завязывать. –причитала Романова, борясь с нелюбимом элементом одежды. Лили рассмеялась и повернулась к подруге. —Давай помогу. –Эванс аккуратно завязала галстук на шее Василисы и отошла к письменному столу. Собрав пергаменты и книги, староста уже собиралась открыть дверь, как голос Романовой и ступор на её лице остановили её. —Что? —Ты так и собираешься пойти без обуви? –славянка хитро улыбнулась и приподняла бровь. Староста тут же посмотрела на свои ноги, с закатанными глазами прошептала: «Мерлин..» и пошла обратно к шкафу. Романова только шире улыбнулась, надевая черные каблуки на шпильке, и, схватив сумку со всем необходимым, остановилась у двери, дожидаясь подругу. Эванс достала кожаные черные босоножки на толстом каблуке, но помотав головой, отложила их в сторону. —А мне кажеться, тебе бы они пошли. –как бы невзначай кинула блондинка, увлеченно рассматривая свои ногти и слегка улыбаясь. —Да мне как-то непривычно.. –замялась староста, на что Романова подошла к ней, схватила за руку и повела к зеркалу. —Посмотри, какая ты красивая. Ну грех такую красоту от мира прятать. –Романова указала на зеркало, в котором отражались удивлённые глаза Лили. –Хотя.. тебе всё к лицу, но на мой взгляд, ты бы выглядела восхитительно на этих каблуках. А там уж думай сама. Я буду ждать тебя в гостинной. Василиса подмигнула Лили и вышла из комнаты, прихватив сумку. Преодолев лестницу, Романова прошла в гостинную. В ней было пусто: кто-то видимо уже ушёл на завтрак, а кто-то досыпал последние минуты перед уроками, желая задержаться в царстве Морфея. Блондинка подошла к дивану, желая присесть, но остановилась. Её взгляд зацепился за юношу, который откинулся на спинку дивана и мирно сопел. На его коленях покоилась какая-то толстая книжонка: может роман, а может учебник. У него были русые волосы, а на лице вырисовывались шрамы. Но они вовсе не уродовали молодого человека, а придавали шарма. «Мда, видимо заснул, пока читал. Надо хоть разбудить бедолагу, а то он и на завтрак, и на занятия опоздает» Романова всё пыталась вспомнить, как его зовут. В своём рассказе Эванс часто упоминала внешность однокурсников, однако плохая память на имена сопровождала Василису на протяжении, кажется, всей жизни. «У него ж ещё фамилия такая странная, как у цветка. Ёлки-палки... Люпины! Точно, Люпин» Блондинка аккуратно докоснулась до плеча парня и слегка потрясла его. —Эй, вставай.. просыпайся, а то всю жизнь так проспишь. –девушка говорила это тихо и со всей присущей ей спокойствием, чтобы не напугать паренька. –Люпин.. Люпин! Римус резко открыл глаза, но когда свет от солнца упал на него, начал сонно их тереть. Парень увидел перед собой девушку в чёрном платье и вопросительно поднял бровь, но когда он, мотая головой, взглянул на наручные часы, его затуманненый взор наконец стал приобретать ясность. —Ты видимо уснул здесь, пока читал. Уже семь, поторопись, а то даже к концу завтрака не успеешь. –Романова слегка улыбнулась и облокотилась на спинку дивана. —Спасибо, что разбудила.. и ещё увидимся! –парень захлопнул книгу и, благодарно кивнув девушке, скрылся на лестничном пролёте в мужские спальни. Через пару минут начали спускаться гриффиндорцы. Сначала по гостинной пронеслась группа младшекурсников, которые боялись опоздать на завтрак, но потом у самого выхода из гостинной их остановил громкий мужской голос. —Подождите! Расписание возьмите сначала и не бегайте. Лестницы двигаются, а мне как-то не хочется потом перед Макгонагалл отчитываться, почему у нас первокурсники в Больничном крыле. –молодой парень приятной наружности прошёлся с улыбкой по гостинной и передал первокам пергаменты с расписанием. Те виновато покосились на него, извинились и вышли за портрет Полной Дамы. Волшебник улыбнулся и повернул корпус в сторону Василисы. —Вы наверно Фрэнк, верно? Я хотела бы попросить у вас расписание для Лили Эванс и Василисы Романовой. –произнесла блондинка и улыбнулась. Брюнет подошёл ближе и кивнул. —А, вы наверно ученица из Колдовстворца, я прав? —Именно. –девушка приподняла чуть брови и натянула притворную улыбку ещё шире, намекая на свой первоначальный вопрос. –Так что там с расписанием? —Ой, прошу прощения, вот ваше расписание и расписание мисс Эванс. –Фрэнк передал девушке два сложенных пергамента. –Позвольте представиться. Фрэнк Лонгботтом, ученик шестого курса и староста Гриффиндора. Если понадобиться помощь, обращайтесь, я всегда рад помочь. —Романова Василиса, ученица пятого курса Хогвартса, состою в делегации по обмену опытом из Колдовстоворца. –девушка представился со всей напускной важностью, которая только у неё была и кивнула. –Благодарю. Следом в гостинную начали подтягиваться все остальные курсы, которые подходили к Фрэнку за расписанием. Молодой человек так и стоял в компании Романовой, что немного напрягало девушку. Но Вася откинула все мысли прочь, когда с лестницы показался сонный Зоран. —Ваааай, ну наконец-то. А то я уж думала идти тебя самой будить. –девушка тихо прыснула. —Ой, давай мне тут не это самое.. спать хочу пиздец как, я кое-как с койки слез. И вообще, что ты мне тут рассказываешь? Сама небось не с первого раза поднялась, совушка ты наша. –Зоран потрепал Васю по голове и улыбнулся. –Ты кого-то ждёшь? —Ага, Лили. Я десять минут уже тут стою, чего она там так долго? При упоминании их новой знакомой Зоран неловко улыбнулся. Но, к его счастью, подруга не обратила на это внимание или сделала вид, что не обратила. В этот момент шумной гурьбой с лестницы вывалились мародёры, смеясь и спотыкаясь. Они почти навалились на Фрэнка, чуть не сбивая с ног Зорана с Василисой. Римус виновато посмотрел на Романову. —Как поживаешь, Фрэнк? Мы тут это.. за расписанием, короче. –Поттер неловко улыбнулся и взлохматил свои и без того взъерошенные волосы. —Держите, бедокуры. –старшекурсник протянул им четыре пергамента. Тут с лестницы в женское крыло спустилась рыжая староста. Она неловко подошла на тех самых кожаных каблуках к Василисе и улыбнулась. —Извини, что так долго. Пойдём? –Лили потупила глаза, но потом заметила Зорана. –О, здравствуй, Зоран. Как ты? —Ну, после того, как вы феерически скинули меня с лестницы, то даже неплохо. –парень ухмыльнулся и укоризненно посмотрел на девушек. —Эй! Вообще-то, мы тебя не скидывали. Мы ж не виноваты, что тут лестницы заколдованные. И вообще, это тебе не Кодовстворец, где можно с лёгкостью проходить в спальни противоположного пола. –Василиса обиженно смотрела на друга, а потом подхватила Лили под руку и пошла к выходу, но путь им преградил влюблённый олень. Джеймс смотрел на рыжую старосту с немым восхищением, цепляясь за каждую деталь в её образе. —Вау.. Лили, любовь моя, выглядишь сногсшибательно..–Поттер буквально поедал Эванс глазами, на что та покраснела, но не успела открыть и рот, чтобы его прижучить, как он обратился к блондинке, –Ты же из Кодовстворца, ведь так? Преобразование моей прекрасной твоих рук дело? —Допустим. Василиса Романова. Не могу сказать, что рада знакомству с вами, мистер Поттер, но тем менее правила этикета того требуют, хоть у вас они явно отсутствуют.–Василиса осадила юношу и вперила в него строгий взгляд, –Прошу, уйдите с дороги. Вы же вроде из приличной семьи, а ведёте себя, как варвар. Так грязно разглядывать девушку, как минимум, некультурно, поэтому избавьте нас от вашего общества. Блондинка взмахнула своими волосами и пошла с Эванс на выход из гостинной, оставив удивлённого Поттера. —Обалдеть.. а девчонка то с характером. –Питер присвистнул. –Должен заметить, она ничего такая. —Да она совсем охренела что-ли? Какое право она имеет так нагло влезать в наши с Лили дела, да ещё и осуждать меня! Бродяга, а ты чего молчишь? –Джеймс был на грани взрыва. Его впервые так бескомпромисно огрела девушка. Обычно на него все вешаются, а эта.. «То же мне, заступница нашлась. Ну ничего-ничего, посмотрим как ты запоёшь, птичка» —А я то что? Сохатый, ты правда уже головой ударился со своей Эванс. А девчонка по-моему дествительно неплоха. По крайней мере, характер на лицо. Я такое люблю. –Блэк произнёс последние слова со своей фирменной ухмылкой, которой обычно лишал девушек дара речи. –Да и тем более, ты сам к ней обратился. Должен же был сообразить, что она тебе так ответит. —Вы бы поменьше трепались. Василиса всё по делу сказала. И не дай Сварог, кто-нибудь из вас ей что-нибудь сделает. Я с вас лично шкуру спущу. –мимо Мародёров прошёл мрачный, как грозовая туча, Зоран. За ним поплёлся и Фрэнк, его сосед по комнате. Проходя мимо парней он только кивнул на высказывание Зорана и вышел из гостинной. —Реально, ребят, не надо так с новенькими. Ещё нам врагов не хватало. –сказал спокойный Римус. —Ладно.. кстати, Бродяга, чего-то мы давно розыгрышей над слизеринцами не проводили, надо исправлять! –Поттер накинулся на своих друзей и, закинув руки на плечи Лунатику и Бродяге, навалился на них. —О, Мерлин, сегодня только первый день, дайте слизеринцам отдохнуть. –запричитал Лунатик. —Да ладно тебе, Рем. Они всё лето от нас отдыхали, поэтому нужно снова приводить их в чувства, чтоб шибко не расслаблялись. –Сохатый хитро улыбнулся. —Судя по твоей хитрой роже, ты уже что-то придумал. Ладно, во время завтрака расскажешь. Парни засмеялись и дружной кучкой направились к Большому залу. *** —Ну ты даёшь, Лис.. –брови Лили подлетели и она удивленно уставилась на однокурсницу,– ловко ты его усмирила, а то на меня он вообще не реагирует. Сколько раз я ему говорила, чтобы не лез ко мне, а он.. Баран упёртый! —Да скорее олень. Раз очевидного не видит. –девушки рассмеялись, шествуя к Большому залу. —Кстати, а почему Лис? —Не знаю, у тебя имя просто длинное, вот и сократила. А что, тебе не нравится? Ты только скажи, я не буду так больше. –Лили аккуратно помахала перед собой ладонями, как бы показывая, что это не проблема, на что Романова прыснула. —Да чего ты? Всё хорошо, мне нравиться. Морана, как меня только не называли, поэтому я, кажется, к любому прозвищу привыкну. –на это высказывание Лили улыбнулась. –Я была и Вассой, и Васькой, и Асей. Кстати, последнее сокращение мне больше всего не нравиться. Василиса театрально скривилась, а Лили рассмеялась. Все проходящие мимо студенты покосились на девушек так, будто они инопланетянки. Редко, когда можно было увидеть саму Лили Эванс искренне смеющейся со всего на свете. Обычно её видели в компании книг в библиотеке, ну или рядом с МакКиннон, МакДональд и Лавгуд, с которыми она чаще всего слегка улыбалась. Таким весёлым строем девушки дошли до Большого зала. У самых дверей к девушкам подошёл парень с темными сальными волосами и галстуком Слизерина. Парень смерил презрительным взглядом Романову. В этот момент, девушка успела помолиться всем существующим богам за то, что она родилась в чистокровной семье, где её обучали держать лицо. Василиса вперила в слизеринца надменно-холодный взгляд и уставилась тому прямо в глаза. Несколько долгих мучительных секунд у них продолжалась молчаливая борьба взглядов, но потом Романова со стальной выдержкой и полным отстуствием интереса отвела глаза. —Лили, я подожду тебя в Большом зале. –Вася отвернулась от слизеринца так, чтобы он не видел её теплую улыбку, предназначенную Эванс, и пошла к столу Гриффиндора. Когда она почти села за стол, её нагнал Зоран с двумя близнецами. На их лице играла ухмылка, а рыжие волосы казалось отражали свет от зачарованных свечей. —Василиса Тихомировна, позвольте вам представить моих новых друзей, а по совместительству ещё и моих сожителей: Гидеон и Фабиан Пруэтт, они с шестого курса. –Медведев с вальяжным видом присел с правой стороны от подруги, а близнецы сели слева от Романовой. —Приветствую. Романова Василиса Тихомировна, пятый курс Хогвартса. –девушка сдержанно улыбнулась, как и подобает по этикету. —Здравствуй-здравствуй. –произнёс один из них. —Красиво выглядишь. –дополнил второй. —Спасибо. А не подскажете, кто из вас есть кто? А то будет не очень красиво, если я буду вас всё время путать. –Романова прыснула и покачала головой, утыкаясь в тарелку с манной кашей, украшенной клубникой. —Да забей, нас вечно путают. Нам впринципе всё равно, но зато это удобно. –произнёс Пруэтт, сидящий дальше от неё. Василиса вперила в парней свой взгляд и заметила небольшую родинку на шее одного, которой не было у другого. Парень, который говорил, протянул ей руку для рукопажатия. –Гидеон, он соответственно Фабиан. «Так, значит у Фабиана есть родинка, а у Гидеона нет, отлично..» Василиса пожала руку, и они все вместе продолжили трапезу. —Кстати, а где Лили? Вы же вроде вместе шли. –отозвался Зоран, не сводя с тарелки взгляд, будто бы нашёл там ответы на ближайшую контрольную по трансфигурации в конце сентября. —Она задержалась. К ней какой-то пацан подошёл, мрачный тип. Волосы тёмные длинные, к тому же сальные, слизеринец, взгляд хмурый. Этот индюк на меня смотрел, как на ничтожество. Ну я, естественно, воспользовалась всеми своими умениями аристократки и ответила таким же взглядом. В итоге оставила их наедине. Я так понимаю, они знакомы, потому что Лили очень удивилась, когда он подошёл. А ты чего на русском спрашиваешь-то? Зоран нахмурил брови. Что-то ему уже этот парень не нравится. —Да по привычке, забей. –отмахнулся Медведев и снова уткнулся в тарелку. В это время в коридоре Северус отвёл Лили к окну напротив Большого зала. —Мне она не нравится. –заявил парень и изогнул бровь в неодобрительном жесте. —Сев, тебе никто из моих подруг не нравится. Мне что теперь ни с кем не общаться? –Эванс хмурилась, из-за чего на её веснушчатом лице проявились морщинки. –Я буду дружить и общаться с кем захочу. Мне ценна наша дружба, Северус, но по-моему ты перегибаешь палку. —Это я перегибаю палку?! –взревел парень и стал мрачнее тучи. –они все на тебя плохо влияют. А обо мне ты вообще помнишь? За весь четвёртый курс мы разговаривали раза два, не больше! А этим летом вообще не виделись, хотя живём рядом! —А разве это не из-за твоих новоявленных дружков? Эйвери и Мальсибера, а? Мне они тоже не нравятся, они оскорбляют магглорожденных, Северус! Они оскорбляют меня! И ты готов на это закрыть глаза? –староста говорила всё накопившееся за прошлый год единым потоком, как одно предложение. —Я уже говорил тебе, что я не поддерживаю их точку зрения! —О, ну конечно, не поддерживаешь, но и не противодействуешь! Если бы я действительно была тебе дорога, то ты бы вступался за таких, как я, а не стоял смиренно рядом с ними, как прихвостень какой-то! –Эванс сложила руки на груди и отвела взгляд от друга. —Это я прихвостень?! Я не ваши любимые Мародёры, которые играют в героев и защищают слабых! Это они на тебя так влияют? Или может быть Поттер уже добился твоего расположения, а?! –Северуса было не узнать. Бледная кожа побагровела, взгляд был полон ненависти и злобы. Девушка даже растерялась от такого вида своего лучшего друга. Но потом смерила Снейпа разочарованным взглядом. —Ты изменился, Северус.. –ответила Эванс и пошла к дверям Большого зала. —Все люди меняются. Уж не думал, что ты будешь такой же выскочкой, в принципе, как и все Гриффиндорцы. Одним словом – грязнокровка. –последние слова парень буквально выплюнул и обошёл замеревшую по середине коридора Лили. Северус направился к столу Слизерина, а староста так и продолжила стоять в проходе, как статуя. Взгляд её был направлен куда-то в пол, слёзы медленным ручейком потекли по бледным щекам. Эванс сорвалась с места и побежала по коридору подальше от Большого зала. В её маленьком мире что-то сломалось. Что-то очень хрупкое, словно тонкое стекло. Она бежала против течения учеников, которые заинтересованно смотрели ей вслед и шептались, но Эванс опустила голову и стёрла слёзы, хотя они всё равно предательски скатывались по щекам. Девушка влетела в заброшенный туалет на третьем этаже, где никого не было, к её счастью. Рыжая староста забежала за центральную колонну с умывальниками и сползла по стене, полностью давая волю своим эмоциям. В Большой зал уже подтянулись почти все ученики и преподаватели Хогвартса и Колдовстворца. Насколько знала Василиса, Яга, Кощей и Баюн отправятся сегодня обратно в Россию после завтрака через камин Альбуса Дамблдора. Тут и там болтали ученики, обсуждая расписание, делясь новостями, которые успели накопиться за лето, и перемывая некоторым студентам косточки. Когда в Большой зал завалились Мародёры, девушки захихикали, а парни стиснули зубы. По поводу этих четверых ходили разные мнения и слухи, как успела понять Романова, болтая с Пруэттами, но Мародёрам было абсолютно фиолетово на мнение окружающих. Подходил уже конец завтрака, но Лили до сих пор не появилась, хотя тот парень, который к ним подошёл ранее, уже сидел со своими друзьями. Сердце Василисы пропустило болезненный удар. Романовой это не понравилось и она начала оглядывать Большой зал снова на предмет рыжеволосой старосты. Это же действие Василиса заметила и у Зорана. —Тоже не видишь Лили? –задал вопрос Медведев, сильнее хмуря брови. —Да, и это мне не нравится. У меня плохое предчувствие. Через пять минут завтрак закончится. У тебя какой урок первым? –не переставая оглядываться, задала встречный вопрос другу Романова. —Зелья с Когтевраном. –незамедлительно вернул друг. —У нас с Лили тоже. Значит действуем так: бери мою сумку и шуруй на Зелья, я найду Лили и приведу её. Если она ничего не поест, будет ходить голодная до обеда несколько часов, поэтому бери всё, что видишь, и клади ко мне. –Василиса подняла руку с кольцом над сумкой и, воспользовавшись невербальным заклинанием, расширила её размеры внутри. Девушка достала из неё несколько пустых пергаментов, которые положила на всякий случай по мимо необходимых. Снова не сказав ни слова, девушка трансфигурировала их в коробочки для еды, которые обычно использовала мама, когда они шли на пикник или в поход. Ребята быстро положили туда кусок вишневого пирога, яблоко и бутерброд с колбасой и сыром. Девушка достала пустую фляжку отца, которую любила носить с собой. Перелив туда яблочный сок, друзья быстро всё сложили в сумку девушки. Зоран взял обе сумки и поднялся со скамьи, после чего поднялась и Василиса. Быстро попрощавшись с близнецами, друзья вышли из Большого зала. —Ты точно её найдёшь?–спросил Медведев и повернулся к девушке. В его глазах промелькнуло что-то вроде надежды, но Вася не придала этому значения. —Должна. Летом я читала про поисковые чары и практиковала их, поэтому должно сработать. –девушка шла с твёрдым и решительным выражением лица, но внутри неё всё клокотало от волнения. Романова часто грешила тем, что быстро привязывалась к людям, из-за чего у неё было много негативного опыта. Но даже после этого, она не могла перестать волноваться и заботится о других людях, отдавая им последнее. Друзья разделились: Зоран пошёл в сторону подземелий, а девушка зашла в один из заброшенных кабинетов. Романова закрыла глаза и сконцентрировалась на пространстве и энергетике. Русский заговор, вычитанный из очередной книги библиотеки Романовых, полился из её уст. Вася пыталась нарисовать образ Лили в голове, одновременно с тем вспоминая её энергетику. Тут же перед глазами девушки начали пролетать картинки точного маршрута к месту, где находилась Лили Эванс. Василиса в реальном времени видела, как проходят ученики, спешащие на уроки после завтрака, как заходят в свои кабинеты профессора. И наконец сознание довело её до женского туалета на третьем этаже. Там на полу, поджав ноги к груди, сидела Лили Эванс. Голова опущена, а руки обхватывают колени. Рыжые волосы спутались и прилипли к лицу, а зеленые глаза девушки, обычно наполненные радостью и дружелюбием, теперь были пусты, как будто из неё высосали жизнь. Романова тряхнула головой и сбросила видение. Пару секунд постояв в оцепенении, девушка сорвалась с места и выбежала из кабинета. «Морана Великая, этот пацан дементор что-ли? Он как будто из неё душу высосал. А самое главное сидел со своими друзьями так, будто ничего не случилось» Василиса была вне себя от гнева. Яркий румянец от бега и гнева придавал обычно бледной коже здоровый вид, чему всегда была рада мама. Добежав до третьего этажа по лестницам, Романова остановилась и прижалась лбом к колонне, пытаясь отдышаться. «Нет, всё-таки надо бросать курить» После этой мысли у девушки как будто открылось второе дыхание и она побежала вновь. Единственная проблема заключалась в том, что она в душе не чаяла, где этот туалет. Хоть сознание и показало точный маршрут, девушка со своей плохой памятью кое-как воспроизводила картинки коридоров в голове. Благо, эта часть замка тоже была заброшена, как и туалет, поэтому девушка никого не встретила. Тут не пойми откуда из-за угла вылетело какое-то существо. Он не был человеком, но и не был призраком, которых можно с лёгкостью увидеть в каждом коридоре школы. —Васька-колдунья, куда спешишь, попрыгунья? –нахально произнесло нечто, полностью сбивая Василису с толку. —Слышь, ты кто вообще? И откуда имя моё знаешь? –в его же манере ответила задыхаюшаяся девушка. —Пфф, не знать самого Пивза! Позор! Кошмар! Я полтергейст всея Хогвартса! –существо зависло головой вниз, ботинками стоя на потолке. —Ну вот и постой так, полтергейст всея Хогвартса. –вернула ему девушка и, не сказав ни слова, заморозила его ботинки, чтобы он не отлепился от потолка. Пивз запаниковал и начал кричать разные ругательства в сторону Василисы, на которые она только махнула рукой и побежала дальше по коридору. Дойдя до женского туалета, Василиса увидела приоткрытую дверь. Романова легким движением руки заколдовала петли на двери, дабы они не скрипели и зашла внутрь. Здесь была полная тишина, только звук капающей воды нарушал её. Атмосфера была жутковата, как призналась сама себе Вася. Девушка прошла за колонну с раковинами и увидела рыжие волосы. Староста сидела всё в той же позе, единственное отличие заключалось в том, что её лицо теперь было спрятано в коленях. Василиса бесшумно подошла к девушке и небольшим взмахом руки превратила лежашую на полу грязную тряпку в бордовый плед, на котором теперь сидела Лили. Эванс даже не шолохнулась. Василиса поняла, что дело плохо и просто с громким вздохом села рядом на плед. Наконец Лили подняла голову и медленно обернулась на свою соседку по комнате. Только теперь Василиса могла спокойно разглядеть её лицо: глаза опухли и покраснели от слёз, мокрые дорожки отражали свет люстры, губы были сухими и потрескавшимися, а рыжие волосы прилипли к щекам. Зеленые глаза Эванс смотрели в такие же цветом глаза Романовой. Василиса слегка приподняла уголки губ и аккуратно, почти по-матерински, убрала волосы старосты с лица, заправив за ухо, а щёки она бережно вытерла большим пальцем. Потом медленно положила руки ей на плечи и прижала к себе, заключая в объятия. В этот момент, Эванс снова сорвалась и начала заново плакать. Вася лишь сильнее прижимала девушку к себе и покачивала её, как будто убаюкивая ребёнка. Через пару минут всхлипы прекратились. —О.. он.. Северус.. – заикаясь, прошептала Эванс, на что Василиса просто погладила её по спине. —Чшш, давай ты мне потом всё расскажешь, когда придёшь в себя, ладно? А сейчас нам пора на зелья.. ты как? Сможешь отсидеть на уроках? –спросила русская, заглядывая в глаза Эванс. —Д..да, пошли.. –Лили попыталась встать и Романова ей помогла. Надев обратно каблуки, которые староста предусмотрительно скинула, когда вошла в уборную, Лили под руководством Василисы пошла к умывальнику. Пока рыжая староста умывалась, Вася незаметно почистила магией её юбку от грязи на полу. Через пару минут, когда Лили уже полностью пришла в себя, девушки вышли в коридор Хогвартса. Василиса взглянула на часы, которые ей подарили на пятнадцатилетие. «Твою мать..» —Так, теперь включаем режим быстрого перемещения. У нас есть ровно четыре минуты до начала урока, а нам в подземелья. Поэтому давай быстрее. –Романова на ходу трансфигурировала их каблуки в удобные простецкие кеды. Бежать так было гораздо удобнее. Буквально за пару минут добежав до подземелий и залетев в кабинет, девушки увидели Зорана, который махал им рукой. Сумка Василисы уже стояла на одной из парт, поэтому девушка буквально рухнула на стул. Махнув Лили, чтобы та присаживалась к ней, Василиса попыталась отдышаться и заодно вернуть обратный вид их с Лили туфлям. Через минуту после их прихода в кабинет зашёл профессор Слизнорт. —Итак, дети. С началом учебного года вас! Сегодня я расскажу вам про Умиротворяющий бальзам, а в конце урока вы попробуете его приготовить! Достаньте, пожалуйста, ваши пергаменты и перья. Романова была отменным зельеваром, но теорию в корни не любила, поэтому сейчас нудный голос Слизнорта лишь только убаюкивал русскую волшебницу. Первые минуты Василиса пыталась справится с сонливостью, но потом оставила все попытки и, сложив руки на парте, опустила на них голову и задремала. Лили была очень сосредоточена на уроке, потому что ей хотелось выкинуть из головы тот диалог у Большого зала. Живот жалобно скрутило из-за голода, поэтому у неё никак не получалось сконцентрироваться на написании конспекта. К счастью Василисы, староста Гриффиндора витала в своих мыслях и переживаниях, поэтому на сон подруги не обратила никакого внимания, в отличие от Слизнорта. Мужчина подошёл к спящей гриффиндорке и его глаза округлились. Впервые на его уроке спали в первый же день. —Нет, ну это вопиющее невежество, моя дорогая! Просыпайтесь же! –Слизнорт потряс Романову за плечо и та наконец подняла голову. –Представьтесь, пожалуйста. —Романова Василиса Тихомировна. Профессор, не сочтите за грубость, но позвольте мне объяснить сложившуюся ситуацию. –с умным видом дипломата сказала девушка, поднимаясь со своего места и равняясь с профессом по привычке, как они всегда делали это в Колдовстворцее. Слизнорт аж растерялся. В Англии вставать из-за парты во время разговора с профессором было не принято. —Пожалуйста, будьте так добры. —Видите ли, про умиротворяющий бальзам я читала ещё летом, как и готовила его. А сегодня не выспалась, а у вас такой мелодичный голос, что я не удержалась и заснула. Прошу меня простить. Челюсть Слизнорта кажется поздоровалась с полом. Он застыл на мгновение, но потом очнулся. Улыбнувшись её искусной лести, над которой та даже не старалась, профессор поправил воротник мантии с гордым видом. —Хорошо, мисс Романова. На этот раз я вам это прощу, потому что сегодня первый учебный день, а вы из другой школы. Вам надо освоится. Приходите в мой клуб Слизней на досуге, я думаю, вам это будет полезно. –профессор подмигнул Василисе, отчего та внутренне скривилась. –А теперь достаньте свои котелки и возьмите ингридиенты в подсобке. Весь класс поднялся со своих мест и направился к помещению, в котором профессор Слизнорт всегда хранил свои запасы. Василиса же вставать не торопилась. Она достала котелок и подняла руку с кольцом. Невербальное заклинание «Акцио» тут же помогло ей без труда достать все нужные ингридиенты. Лили на это только распахнула глаза. Романова это увидела и хмыкнула. —Ну мы ведь волшебники, правда? Почему бы не воспользоваться этим? Подземелья тут же наполнились звоном ступок и тихим шипением разгорающихся горелок. Василиса стояла за своей партой, закатав рукава платья. Рядом сосредоточенно измельчала рог двурога Лили Эванс. Романова заглянула в учебник Либациуса Бораго и едва заметно поморщилась. «Слишком много лишних телодвижений» Мама учила её главному правилу: зелье нужно чувствовать, а не слепо следовать секундам на часах. Она принялась за работу. Её движения были быстрыми, точными и завораживающе плавными. В то время как когтевранцы на соседнем ряду с маниакальной точностью взвешивали растёртый лунный камень на весах до миллиграмма, Василиса просто взяла горсть порошка, взвесила его на ладони, чуть сощурилась и уверенно высыпала в котёл. — Эй, Лис, — шёпотом позвала её Эванс, наклоняясь ближе. — Ты уверена? По рецепту нужно помешивать семь раз против часовой стрелки, а потом три раза по часовой. — Рецепт писали те, кто боится огня, Лили, — так же тихо ответила Василиса, не оборачиваясь. Она взяла стеклянную лопаточку. Вместо того, чтобы считать круги, она прикрыла глаза, прислушиваясь к тихому бульканью варева. Цвет бальзама начал опасно полыхать фиолетовым — верный признак того, что котел перегрелся, и сейчас пойдёт едкий чёрный дым. Ученики вокруг начали паниковать, замечая эту перемену в котелке русской волшебницы. Василиса глаза не открыла. Она просто занесла ладонь над бурлящим котлом. Её губы беззвучно зашевелились, выговаривая старый славянский наговор на усмирение стихии: «Утишись, огонь, остынь, вода, прими покой, а не вред...» Чуть заметный выдох — и пламя под котлом послушно присело, став ровным и лазурно-голубым. Напряжение в котле спало. Фиолетовый оттенок мгновенно растворился, уступая место чистейшему, глубокому бирюзовому цвету, похожему на воду замёрзшего сибирского озера под ярким солнцем. Василиса добавила последние две капли сиропа чемерицы. Над её котлом плавно, красивыми кольцами поднялся абсолютно прозрачный, подёрнутый перламутром серебристый пар. В радиусе двух метров от её парты мгновенно разлился тонкий, умиротворяющий аромат морозной хвои и лаванды. У Зорана сами собой расслабились плечи, а Лили мягко улыбнулась, почувствовав, как отступает затянувшая грудь тревога. В этот момент к их ряду подошёл Слизнорт. Он собирался сделать замечание какому-то когтевранцу, у которого зелье превратилось в серую кашу, но застыл на месте, потянув носом воздух. Глаза профессора округлились. Он буквально подплыл к котлу Василисы, отодвинув в сторону учебник. — Мерлинова борода... — прошептал Слизнорт, наклоняясь над зельем. Его круглые щёки задрожали от восторга. — Невероятно. Потрясающе! Вы только посмотрите на эту текстуру! Ни одного комочка лунного камня, идеальная консистенция. А пар? Этот серебристый дым... Да я за всю свою практику видел такое исполнение только у мастеров-зельеваров из Международной Гильдии! Класс затих. Когтевранцы вытягивали шеи, не веря своим глазам. — Мисс Романова! — воскликнул Слизнорт, сияя от радости. — Как вам удалось добиться такой стабилизации? Чемерица обычно даёт осадок при такой температуре! Василиса слегка, сдержанно ухмыльнулась, пожав плечами. — Немного терпения, профессор. И правильный температурный баланс. Огонь нужно слушать, а не просто крутить регулятор. — Слушать огонь! Какая поэзия! Какая интуитивная глубина! — Слизнорт всплеснул руками, поворачиваясь к притихшему классу. — Вот, господа, учитесь у нашей гостьи! Истинный талант не знает границ и школьных стандартов. За эту абсолютно безупречную, шедевральную работу... двадцать баллов Гриффиндору! Лили восхищенно толкнула Василису локтем в бок, шепча: «Ты гений!», а Зоран довольно заулыбался, победно глядя на притихших когтевранцев. Василиса лишь слегка склонила голову в знак благодарности, но в глубине души её ухмылка стала ещё шире. «Двадцать баллов за бальзам начального уровня? Ох уж эти англичане... Они бы попадали в обморок, если бы увидели, как у нас на третьем курсе варят Живую Воду..» Подумала она, аккуратно выключая огонь под своим идеальным бирюзовым шедевром. Василиса вместе с Зораном и Лили вышли из кабинета, а потом направились прочь из прохладных подземелий. Каменные стены отражали эхо шагов студентов, а открытые окна около входа во владения Слизнорта стали настоящим глотком свежего воздуха, в прямом смысле этого слова. —Лили, тут есть неподалёку какой-нибудь пустой коридор, в котором обычно мало студентов? –спросила Романова, копаясь в своей бездонной сумке. —А.. ну да, есть один недалеко. –Лили приподняла рыжие брови и удивленно уставилась на девушку. –А зачем тебе? —Пойдём туда. –ответила Василиса и улыбнулась подруге, оставив кожаную сумку на своём плече в покое, –И вообще, Зоран! На, неси мою сумку. Произнесла девушка и передала груз парню, на что тот лишь закатил глаза. Но тут его взор устремился на сумку на плече Эванс и он тут же подлетел к ней. —Давай тоже свою сумку. Я же джентельмен всё-таки. –Зоран улыбнулся своей фирменной улыбкой и протянул старосте руку, чтобы забрать её ношу. Лили немного растерялась, но потом смущенно улыбнулась и отдала сумку, произнеся себе нос краткое: «спасибо..» На эти действия Романова лишь многозначительно хмыкнула. Друзья дошли до того самого коридора, и Василиса тут же открыла настежь одно окно и запрыгнула на мраморный подоконник. На улице до сих пор стояла теплая атмосфера августа, который не желал уступать права на погоду туманному сентябрю. Зоран поставил свою ношу у ног Романовой и достал из сумки девушки три коробочки, которые они вместе собирали на завтраке для Лили. —Вот, держи, это тебе. Мы подумали, что если ты пропустишь завтрак, то будешь голодная до обеда ходить, поэтому... вот. –Медведев с лёгким румянцем на щеках передал корбочки Эванс, на что та вся залилась краской, вплоть до кончиков ушей. Романова только закатила глаза, ничего не сказав. Она потянулась к своей сумке и достала оттуда пачку сигарет. Прикурив одну сигарету пальцем, на котором появился сине-оранжевый огонёк родовой магии, девушка закурила. Запах вишневых сигарет вперемешку с хвойным парфюмом Василисы заполнили пустой коридор школы, в то время как Лили смущенно уплетала завтрак. —Ты куришь? –в помещении повис вопрос, заданный Эванс, уплетающей пирог с вишней. —Как видишь. –бросила Романова и поднесла сигарету к губам, направляя свой взор на Чёрное озеро. —Так что в итоге случилось, Лили? Этот пацан с тобой что-то сделал? И вообще, где ты была? Мы переживали. –вопросы Зорана были направлены на рыжую старосту. —Где она была не так важно, а вот сама ситуация весьма интересная. Лили, расскажешь? –Романова не отрывала свой вгляд от пугающей глади озера, которая манила своим спокойствием и загадочностью. —Ну.. на самом деле Северус – мой друг детства, он полукровка, учиться на Слизерине, как вы понимаете.. –слова застряли на языке и комок слёз удущающе подобрался к горлу. Василиса, не произнося лишних слов, достала из сумки фляжку с соком и кинула Зорану, который сидел на скамейке рядом с Лили. Парень открыл фляжку и протянул девушке. Та благодарно улыбнулась и отпила живительный напиток. —Я.. я магглорожденная. Я знаю, что у вас такого нет, но у нас часто чистокровные дети волшебников называют таких, как я, грязн..–Лили снова оборвалась на полу-слове и её глаза застелила пелена слёз. —Мы поняли, не продолжай. –произнесла Василиса, доставая вторую сигарету из пачки. —Мг.. ну и в общем, мы живём в одном промышленном городке. Когда у меня в детстве начались вспышки магии и я показала свои способности своей сестре – Петунье, она разозлилась, назвала "уродкой" и ушла, оставив меня на детской площадке. В тот момент меня нашёл Северус и объяснил, что я волшебница, а также рассказал всё, что знал о магии. Мы дружили всё детство. Но потом разные факультеты, смена приоритетов, разное окружение... мы стали меньше общаться и сегодня он назвал меня также, как и эти чистокровные идиоты!.. –две наполненные болью слезы скатились по щеке девушки и она затихла. На несколько секунд в коридоре повисла тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра и учащенным пульсом трёх учеников. Лили Эванс сковала обида на лучшего друга детства, Зоран был ослеплен яростью, а вот мысли Василисы выходили за грани человеческого понимания. —Этот пацан явно ввжил из ума, раз смеет гоаорить такое девушке и тем более подруге детства. –Медведев положил свою руку поверх руки старосты, лежащей на скамье. –Я разберусь с ним. Зоран вскочил со скамьи и пошел в ту сторону, откуда они пришли, но Василиса вовремя перехватила его запятье. Мягко, но железной хваткой. —Кулаками ты только заработаешь себе исключение, Зоран. А ему подаришь статус жертвы. Англичане любят драмы. –Романова пожала плечами. –Мы сделаем иначе. Наша магия тише, но бьёт глубже. Я верну ему его же яд, и он сам захлебнётся. Просто не мешай мне. Девушка с сигаретой, зажатой между пальцев, спрыгнула с подоконника. —Он не посмеет больше подойти к тебе, Лили, –спокойно сказала Василиса, –я об этом позабочусь. Лили шмыгнула носом и уставилась на свои колени. —Снейп упрямый, Вась.. он будет караулить меня у башни. Будет пытаться извиниться, кричать.. я просто не выдержу этого сейчас. Мне нужно время. —Время? Будет тебе время. –девушка приспустила гриффиндорский галстук и расстегнула застежку висящей на шее подвески с нефритовым камнем. Украшение было выполнено из серебра с черным отливом в готическом стиле, а крупный нефрит был обрамлен необычным узором. Камень будто бы поглощал в себя весь находящийся в коридоре свет. —Я сделаю этот кулон оберегом с твоего позволения. Северус физически не сможет подойти к тебе, стоит ему сделать шаг в твою сторону, как его ноги сами собой будут разворачиться, а взгляд замыливаться. Он просто будет вечно терять тебя в толпе, даже если ты сидишь у него под носом. А если он попытается написать тебе письмо, его чернила будут стираться раньше, чем он напишет слово «Лили». Русская волшебница ухмыльнулась. Подняв кулон на уровне глаз однокурсницы, Романова сделала затяжку и выдохнула дым прямо на нефрит. Зеленый камень мгновенно затянулся сизой дымкой. Василиса склонилась ниже и её голос зазвучал низко, плавно, утягивая за собой в холодный сибирский полусон. —В омуте зелёном, в серебре чернёном затворю твой след. Где был свет — там теперь туман, где была ты — там теперь обман. Камень-полынь, взор его остуди. Пелена болотная, разум его обведи. Пусть зрит он тебя — да не видит, Пусть зовёт тебя — да голос в беспамятстве сгинет. Будешь ты для Северуса ни дым, ни тень, Ни ночная мгла, ни ясный день. Мимо пойдёт — лицом не поворотит, Очи опустит, память забросит. Слово моё крепко, как этот камень. Морок в нефрите заперт, ключ в воде. Да будет так. На последний словах Василиса резко завела руки за шею старосты и закрепила цепочку. В ту же секунду сизый дым, окутывавший нефрит, впитался внутрь камня. Кулон на груди Лили вспыхнул изнутри глубоким зеленым светом и тут же погас, пропуская сквозь пространство тонкий импульс энергетической вибрации. Лили шумно выдохнула. Она почувствовала, как невидимый и холодный барьер отгородил её от всего Хогвартса. Обида на Снейпа никуда не исчезла, но она стала далекой, глухой, словно покрылась слоем инея. —Мерлин..–прошептала Лили, прикасаясь пальцами к холодному кулону на шее. –что это было? —Обычная славянская магия, Лили. –подмигнула Романова и хмыкнула, – это «отвод глаз», будет работать как швейцарские часы. Пошлите, а то на Чары опоздаем. Эванс кивнула и стянула свою сумку с подоконника вслед за Василисой. —У вас Чары? А у меня Травология со Слизерином. –произнёс Зоран и закинул сумку на плечо. —А у нас с Пуффендуем. Ну удачи там тебе. Слушай, Лили, ты иди пока на Чары, мне нужно с Зораном поболтать тут немного, ладно? –перевела взгляд Василиса с друга на Эванс. —А, да, конечно.. хотя нет, подожди. Давайте я просто отойду, чтобы вас не слышать и подожду тебя, окей? Мне с тобой как-то безопаснее. –Лили смотрела уже более уверянным взглядом, но что-то в её глазах, похожее на мольбу, заставило Романову кивнуть. Староста кивнула в ответ, улыбнулась и отошла на другой конец коридора. —Раз у вас сейчас травоведение, проследи за этим Снейпом на всякий случай. И даже не думай его отпиздить где-нибудь за теплицами, а то я на тебя какое-нибудь проклятие нашлю. –грозно сказала Василиса, переходя на русский, чтобы не напоминать лишний раз Эванс о произошедшем. —Да понял я. Но не дай Морана, он как-то навредит если не Лили, так тебе, я его по стене размажу, а череп Яге на дачу привезу и на забор повешу. –раздраженно произнёс Зоран, заботясь о подруге и их однокурснице. При мысли о рыжей старосте Медведев слегка потряс головой, убирая навождение. —Ну смотри у меня. Всё, шуруй. Удачи там. –произнесла с теплой улыбкой Романова напоследок. —Вам тоже. –в ответ улыбнулся брюнет и потрепал Васю по голове. Ребята разошлись в разные стороны: девочки пошли к кабинету Флитвика на пятом этаже, а Медведев к выходу на улицу. —Подожди, у вас же на Пуффендуе друг учится, правильно? Белояр вроде?.. –произнесла Эванс и улыбнулась. —Ага. Даже интересно посмотреть на него в цветах барсучьего факультета. –хмыкнула Василиса и поправила растрепавшийся галстук. Подходя к кабинету, девушки услышали оживлённые разговоры и искренний смех учеников. Здесь, в отличие от урока зелий, гриффиндорцы сидели вперемешку с пуффендуйцами. В этой толпе оживленных учеников Василиса взглядом наткнулась на блондинистую макушку своего друга. Тот сидел со своими новыми знакомыми и друзьями, оживлённо рассказывая про урок Колдовства в России. —Белояр! –крикнула улыбающаяся девушка, на что её пуффендуйский друг обернулся и улыбнулся в ответ. Романова подошла ближе и обняла его, когда тот поднялся со стула. Белояр ответил на объятия и крепко, по-медвежьи, обхватил руками её хрупкий стан. —Привет, привет, родная. Как ты? Обустроилась? Может познакомилась с кем? –пуффендуец многозначительно поиграл бровями, а потом перевёл взгляд на подошедшую рыжую девушку, –Привет, Лили! —Привет! –сказала староста и приподняла уголок губ, а затем посмотрела на Васю, –я сяду тогда за ту третью парту, окей? Если захочешь, садись со мной. Василиса кивнула и Эванс удалилась. —А где Зоран? Это чудо в перьях разве не с тобой вечно бродит? –Белояр приподнял бровь. Его мимика была настолько смешной, что Романова не удержалась и прыснула. —Да не, у него травоведение со Слизерином. Зато следующим уроком трансфигурация, там и встретимся. Кстати, тоже со Слизерином. –девушка улыбнулась и протянула руку к щеке Белояра, потрепав её по-дружески, –Ля, какие щёчки отъел. В Пуффендуе кормят больно хорошо, я посмотрю. Друзья тихо засмеялись. Шутки про вес в их компании никогда не были чем-то обидным, потому что и у Зорана, и у Белояра, и у Василисы спортивные и стройные тела, поэтому подобные высказывания были пропитаны сарказмом. —О, это точно. Как уж тут не есть, когда прямо рядом с гостинной факультета расположена кухня. Мы там постоянные гости у домовиков. –парень улыбнулся. —У вас рядом есть кухня? Всё, ты обязан мне её показать. Точка. Перед ужином около Большого зала. Это не обсуждается, –нарочито деловитым тоном произнесла девушка и, подмигнув другу, направилась к парте Лили. Вскоре появился профессор Флитвик, который пол урока удивлялся использованию русскими магических колец. В это время Зоран уже находился в теплицах рядом с близнецами Пруэттами. Когда в класс вошли слизеринцы, Медведев тут уже взглядом отыскал виновника в разбитом состоянии рыжей старосты. От этой мысли парень до скрежета стиснул челюсть, а руки сами с собой сжались в кулаки. —Итак, дети, с началом учебного года вас! Я – Помона Стебль, ваш преподаватель по травологии. Сегодня у нас китайская кусачая капуста. Кто мне ответит, чем она славится? Мистер Снейп? –профессор была полна жизнерадосности и надеялась провести интересный и познавательный урок, поэтому спросила своего лучшего ученика. Северус имел два пристрастия: к зельям и травологии. Но сегодня он был максимально растерян и погружен в свои мысли, поэтому сначала даже не услышал, что к нему обратились. —А.. китайская колюч.. ой, китайская кусачая капуста известна... –заикаясь, промолвил Снейп, сам не ожидая такой реакции организма на ссору с подругой. Северус замолчал, а Зоран уже прожигал его взглядом. Русский волшебник доверял Василисе и знал, что её магия всегда работает безотказно, поэтому решил прибегнуть к её совету не трогать слизеринца. Медведев ухмыльнулся, видя растерянность на лице однокурсника. —Почему же вы улыбаетесь, мистер..? –задава вопрос профессор Стебль. —Медведев, профессор. Ничего особенного, просто вспомнил забавную историю, связанную с этим растением. –с прямой спиной и аристократическим выражением лица ответил Зоран. —Отлично, значит, вы знакомы с этим видом. Не ответите ли вы на заданный мною вопрос? –пролепетала вдохновленная декан Пуффендуя. —Конечно, профессор. Китайская кусачая капуста славится своими острыми зубами, которыми она постоянно что-то жуёт или кусает. Если ей нечего жевать, капуста начинает нервничать. Также это растение может попытаться сбежать от того, кто его собирает. Используется при приготовлении зелья Костерост и некоторых других. –бархатный голос Зорана проносился по теплицам и отдавался небольшим эхом. —Прекрасно, просто прекрасно! Пять очков Гриффиндору за наполненный ответ. Мистер Снейп, я надеюсь, в следующий раз вы на моём уроке будете собраннее. Итак, на ваших столах.. –дальше слизеринец не слушал, в ушах начал бить звон, а глаза затуманиваться. Но урок есть урок. Пришлось отойти от ступора и начать работу. Парень то и дело оглядывался на выход из теплиц, будто надеясь, что Эванс зайдёт сюда или хотя бы пройдет неподалёку. Все эти эмоции замечал и наблюдательный Зоран, который внутри усмехался над бедным слизеринцем. За время урока Снейп так и не смог нормально сосредоточится на задании, поэтому с испорченным настроением первым вышел из теплиц и направился в сторону замка. Зоран с Пруэттами тоже пошли вместе со всей остальной толпой к кабинету Трансфигурации. Когда Чары у профессора Флитвика подошли к концу, ребята засобирались и начали выходить из класса. У дверей Василису ждал Белояр, который вызвался проводить девушек до кабинета МакГонагалл. Старые друзья болтали о разнице факультетов в Хогвартсе, сравнивали с факультетами Колдовстворца и смеялись без повода, как и всегда. В классе уже сидели известные Мародёры, окруженные толпой девушек. Сириус развалился на стуле и ворковал с какой-то смазливой брюнеткой в короткой юбке, а на его лице сияла та самая улыбка, которая сводит девушек Хогвартса с ума. Рядом с ним на парте сидел Джеймс, поставив одну ногу на стул и покручивая в руках золотой снитч, который поймал в прошлом году. Поттер тоже был окружён девушками и рассказывал им о квиддиче, хотя те абсолютно ничего не понимали, но делали вид знатоков, чтобы быть ближе к ловцу команды. Спереди сидели Питер и Римус, и если первый сложил руки на парте и спал, то второй уткнулся в учебник по Трансфигурации. Лили и Василиса прошли к первым партам ряда, который оккупировал их факультет. Вскоре их догнал Зоран, который свалился на стул второй парты прямо за девушками. Романова с ухмылкой кивнула головой вверх в немом вопросе. Медведев расплылся в улыбке Чеширского кота и тоже кивнул. Им хватило этого безмолвного диалога, чтобы правильно понять друг друга. —Лили! Любовь всей моей жизни, наконец-то ты пришла! Я уже и забыл черты твоего прекрасного лица за то время, пока мы не виделись. –голос Джеймса Поттера ворвался в уютную тишину троицы друзей на первых партах. Эванс закатила глаза, Василиса холодно вперила свой взгляд в Поттера и подняла бровь, а Зоран сжал челюсть так, что у него заходили желваки. —Поттер, ты человеческих букв не понимаешь? От-ва-ли! Всё ясно? –Эванс резко повернулась в сторону улыбающегося ловца команды и гневно зыркнула в его сторону. —Да ладно тебе, Эванс! Не будь букой. Я всё равно тебя добьюсь, вот увидишь! Кстати, пойдём на свидание в Хогсмид в ближайшие выходные октября? –Поттер сиял улыбкой, а Лили уже тёрла виски, пытаясь избавится от её вечной головной боли под названием Джеймс Флимонт Поттер. Но вскоре признания Джеймса иссякли и растаяли под приторным взглядом очередной блондинки, которая кружилась вокруг него. Лили, наблюдая эту картину, лишь только сильнее разозлилась. —Какой же тупица неимоверный! И вот это нормально, скажи мне? Значит, мне он в любви на весь Хогвартс клянется и при этом другим девушкам лыбится? Он адекватный или нет?! –староста говорила это всё агрессивным шёпотом, мило краснея от злости, из-за чего Василиса тихо рассмеялась. Видеть Лили Эванс в гневе это самое забавное, что может быть в мире. —Абсолютно ненормально, полностью с тобой согласна. –с нарочито серьёзным лицом произнесла Романова, пытаясь скрыть смех. Заметив это, Эванс дала подруге щелбан и уткнулась в чистый пергамент, делая вид, что весь мир за пределами её чернильницы перестал существовать. Василиса обиженно надула губы, потирая ушибленное место, но потом поудобнее села на стуле, подперев рукой подбородок, и лениво оглядела класс. В это время Джеймс Поттер, уже сидя на стуле, со скучающим видом покручивал в руках самопишущее перо, которое ему подарил Сириус на Рождество пару лет назад. Перо до сих пор не пришло в негодность, что очень радовало парня. Когда МакГонагалл заняла своё место у доски, дверь класса тихо скрипнула, впуская запоздавших слизеринцев. Однако внимание Поттера, по своему обыкновению, заполучил лишь один из них. Северус Снейп проскользнул в класс бледной тенью и по привычке оглядел гриффиндорский ряд, точно зная, где должная сидеть рыжая староста. Но его взгляд не нашел нужную цель. Фигура девушки будто расплывалась перед глазами... или её вообще не было здесь? Снейп нахмурил тёмные брови, снова пытаясь выловить глазами Лили, но та будто ускользала из его сознания. Черты её лица медленно расплывались в памяти Снейпа, заставляя его застыть по середине класса от удивления. «Что за чертовщина..?» Зельевар попытался сделать шаг к парте подруги детства, но его ноги, как по чьему-то приказу, понесли его в сторону ряда Слизерина, прямо на парту Эвана Розье, который даже опешил от такого резкого выпада. Однако путь Северусу преградила сумка француза, которая лежала на полу. Слизеринец не удержал равновесия и с глухим стуком полетел на холодный кафельный пол, увлекая за собой с чужой парты чернильницу. Синий пигмент мгновенно растекся по лицу и волосам Северуса. Профессор даже опешила: впервые в жизни, она видит подобное поведение у способного ученика Слизерина – Снейпа. Весь класс разразился хохотом. Даже гордые слизеринцы сейчас натянули высокомерные улыбки от публичного позора полукровки. Сириус в своей манере громко рассмеялся, а Питер довольно запищал и заулюлюкал. Но главный заводила их компании – сам Джеймс Флимонт Поттер – не смеялся. Он пару секунд вдумывался в то, что сейчас видел, но потом злорадная ухмылка накрыла и его. —Мистер Снейп! –громкий голос профессора МакГонагалл резко оборвал заряд веселья. Женщина возвышалась на кафедре, а её ноздри гневно раздувались. –Мало того, что вы соизволили явиться на мой урок с опазданием, так ещё и устраиваете здесь цирковое выступление! Это немыслимо! —Профессор.. я.. –Снейп замешкался и поднялся на ноги, пытаясь оттереть с лица чернила, но только ещё больше запачкал руки и мантию. Профессор одним заклинанием очистила пол и самого Северуса от синего пигмента. Парень неосознанно опять бросил взгляд в ту сторону, где сидела Лили. Но вновь и вновь его взгляд уплывал, и тут он наткнулся на ледянящий душу холод в глазах и ухмылку Романовой. Слизеринец нахмурился, заподозрив эту девчонку в происходящем. Но доказательств у него не было, поэтому приходилось просто стоять вот так и молчать, как гиппогриф, которому связали клюв. Хоть Поттер и продолжал держать на лице маску злорадности, но его мысли наполнялись кучей вопросов. Парень оглядел класс, пытаясь найти виновника такого странного поведения слизеринцы, потому что обычно над Нюнчиком прикалывались именно они, но в этот раз всё пошло явно не по их сценарию. Джеймс проследил за хмурым взглядом Снейпа и наткнулся на ухмыляющуюся Василису, которая вечно переглядывалась с Зораном, будто бы вела с ним немой диалог. Рядом с русской ведьмой сидела Эванс, которая даже и бровью не повела, четко взирая на слизеринца с холодным спокойствием. Поттер даже заметил, как пару раз уголки её губ дрогнули в подобие улыбки. Но каждый раз, когда Нюниус пытался посмотреть на неё, его взгляд стекленел. От этого взгляда у Поттера пробежали мурашки по спине, потому выглядело это жутко. —Довольно оправданий, мистер Снейп! –отрезала МакГонагалл строгим тоном, –Минус десять очков Слизерину за невнимательность и сорванный урок. А теперь сядьте наконец на своё место и займитесь делом. Северус, бледный, как смерть, побрёл к своей парте под издевательские шепотки однокурсников. Поттер медленно снял очки и протёр уголком своей мантии. «Что это было? Мерлин Всемогущий, а эта русская девчонка не так проста, как кажется.. что ж.. понаблюдаем» Урок продолжился в своём обычном ритме и все наконец стали смещать фокус внимания со Снейпа. Звонок с урока стал спасительным для измотанных студентов. Скрипучая дверь распахнулась, выпуская учеников в объятия прохладных коридоров школы. —Как хорошо, что сегодня сокращённый день, я так устал, это просто убиться можно! –воскликнул Зоран, придерживая дверь для двух гриффиндорок. —Нет, убиваться не надо. Кстати, ты с Белояром не пересекался перед уроком? Он нас провожал просто. –сказала Василиса, благодарно кивнув другу. —С Белояром? –уточнил брюнет, а потом отрицательно покачал головой, поджав губы, –к сожалению. А что такое? —Да ничего, забей. –отмахнулась Вася и повернула голову к Лили, –после обеда у нас получается свободное время? Эванс утвердительно кивнула и улыбнулась, радуясь, что её наконец тоже привлекли в диалог. —Тогда предлагаю закрыться в спальне и махнуть по кружечке чая с печеньем, ты как? –спросила Романова, играя бровями. —О, я только за! –весело воскликнула Лили, хватая Василису под руку. —А ты есть не хочешь? Мы можем пропустить обед? –вопрос Романовой прозвучал очень неуверенно, потому что после утреннего приключения Лили должно быть очень голодна. —Да не особо, если честно. Так что да, давай пропустим, я не против. –на лице Эванс расплылась мягкая улыбка. —Нормально вам? А я? Оставляете на растерзание судьбы значит.. –Медведев наигранно обиделся и убрал руки в карманы мантии. —Ой, уверена ты найдешь способ, как обойти заклятие на лестнице в женские спальни. Но не дай Бог, ты ввалишься к нам в рандомный вечер, я тебя за шкирку в гостинную вышвырну! –пригрозила Василиса, выставив указательный палец. —Да понял я, понял, Васька. Не бурчи. –парень в привычной манере потрепал подругу по голове и они подошли в дверям Большого зала. —Ладно, шуруй к своим. А мы пошли Белояра донимать, чтобы он нам кухню показал, он нам обещал. –с гордым видом проговорила Романова, уже зная, что вызвала интерес у друга. —Эй, а мне показать? Ну ладно, идите-идите. Я от тебя потом всё равно не отстану, пока не покажешь. –Медведев недовольно покачал головой и поднял брови, делая театрально надменное лицо. Но потом теплая улыбка расцвела на его лице. –Давайте, до встречи! Зоран с улыбкой проводил девушек взглядом, немного задержав свой взор на обладательнице рыжих волос. Василиса оглядела зал и направилась к столу Пуффендуя, прихватив с собой Лили. —Белка! Белояр, епта! Планы меняются, вставай, показывай кухню. Мы хотим чай с печеньками попить. –с улыбкой до ушей произнесла Романова и поставила руки в боки. Блондин повернул на неё свою голову с изумленными глазами, несколько раз поморгал, а потом страдальчески вздохнул. —А чё вам тут чай не пьётся? И почему именно я? На кухне обычно половина Гриффиндора ошивается, у них спросите. А я кушать хочу. –с детской интонацией произнёс Белояр, пытаясь вымолить у подруги жалость к бедному и голодному ему. —Вот там и поешь. Я тебе лично могу твой любимый салат с огурцами и капустой забабахать. Пошли давай, мы в комнате чай попить хотим. Зато потом тебя дёргать не будем, когда нам кухня понадобится. –произнесла упёртая Романова, тормоша друга за плечо. Под упорными уговорами Василисы, голос разума внутри парня сдался, и он смиренно встал из-за стола. Вася уже вприпрыжку шла рядом с Лили, пересказывая их с Белояром разговор, как вдруг опять почувствовала чей-то взгляд на себе. На секунду остановившись около дверей Большого зала, девушка оглядела каждого ученика, сидящего здесь. Ощущение пристального взгляда никуда не делось, и девушка посмотрела на стол Слизерина, однако обладателя серых глаз в этот раз не увидела. Её взгляд пробежался по учительскому столу, остановившись на одной фигуре. —Погоди, а Яга в Хогвартсе что-ли осталась? Они же должны были сегодня с утра уже в Кодловстворец вернуться, не? –произнесла волшебница, не сводя глаз с родного преподавателя. —А.. Кощей ей какие-то дела организовал вроде, поэтому она останется тут где-то на пару недель. Не знаем, пока что. –ответ пуффендуйца не заставил себя долго ждать. Кивнув, Романова взяла подругу под руку и пошла за Белояром. Гостинная Пуффендуя располагалась на первом этаже Хогвартса, поэтому коридоры, ведущие к ней, были наполнены последними лучами сентябрьского солнца. Резные окна в стиле средневековья притягивали взор, а открытые арки, выходящие на внутренний двор, придавали ощущение свободы и окрыленности. Спустя некоторое время в конце коридора стали виднеться большие бочки, встроенные в темный камень стен, а по разные стороны от них огромные картины: портреты, пейзажи и натюрморты. Белояр подошёл к картине, на которой был изборажен огромный стол, ломящийся от выпечки, фруктов и ягод. Рядом со столом стояли наполненные корзины тех же явств, что и на столе. Но следующее действие молодого человека ввело девушек в ступор. Василиса приподняла бровь, а Лили округлила глаза. Староста конечно знала, что вход в кухню необычный, но сама там ни разу не была. А Романова просто никогда ещё не видела столь забавной сцены: высокий широкоплечий парень щекочет нарисованную грушу. И самое главное, это груша в ответ начинает смеяться и превращается в темно-зеленую ручку двери. «Видимо, у основателей Хогвартса была очень бурная фантазия, раз они сделали вот это...» Пока девушки стояли в ступоре, волшебник времени не терял и уже открыл дверь, в которую шустро залетел. Василиса быстро пришла в себя, усмехнулась и тоже зашла внутрь, утягивая за собой и рыжую старосту. Кухня встретила гостей запахом свежеиспеченных булочек с корицей, пряных трав и неуловимо тонким ощущением уюта. —Здравствуйте, мистер Юсупов и милые леди. Моё имя Крип. Крип будет рад служить мистеру Юсупову и его друзьям! –перед ребятами появилось маленькое существо с большими ушками. Романова мягко улыбнулась и присела на корточки перед домовым эльфом. —Здравствуй, Крип. Меня зовут Василиса Романова, а эта девушка – Лили Эванс. Скажи, можете ли вы приготовить нам два горячих чая и печенье, пожалуйста? –Теплая улыбка тронула её губы и она погладила маленькое существо по голове, на что тот сначала испуганно сжался, но потом выпрямился и заулыбался. —Конечно, мисс Романова! Это большая честь для Крипа! Какой чай желаете вы и мисс Эванс? –казалось, у домовика отрасли маленькие крылышки, и он прямо сейчас взлетит на них от радости и благоговения на лице. —Ты какой чай будешь? –произнесла Василиса, выпрямляясь в свой обычный рост. –Или может кофе, какао, горячий шоколад? Что хочешь? —Наверно, как и ты, чай. Зеленый без сахара, пожалуйста. –взгляд Лили переместился с подруги на до сих улыбающегося эльфа. Всё же Эванс не выдержала и последовала примеру подруги: староста села на корточки и начала гладить милое создание. Крип, казалось, абсолютно расстаял, но быстро взял себя в руки и обратился к Романовой. —А вам какой чай, мисс? Крип сделает всё, что угодно! —Тоже зелёный без сахара. И ещё, я думаю можно печеньки из творога. Сможешь такие приготовить? –Василиса оглядывала огромное помещение, сравнимое с Большим залом по размеру. Тут и там носились куча домовиков: некоторые стояли у плиты, другие – таскали ингридиенты или что-то мешали в огромных кастрюлях, дотянутся до которых могли только встав на лестницу. —Конечно, мисс! Крип слелает всё в лучшем виде! –домовик уже хотел было убежать, как Романова его остановила. —Подожди. Сможешь отнести это всё к нам с Лили в комнату? Мы из Гриффиндора, если что. –мягко улыбнулась девушка, на что эльф радостно кивнул и испарился. Юсупов, стоящий всё это время облокотившись на стену рядом с дверью, наконец оторвался и подошёл к девушкам. —А кто-то мне, кажется, салат обещал сделать. Даже не знаю, кто бы это мог быть. –парень упорно делал вид, что ему интересно разглядывать статуи, стоящие под потолком. —Да сделаю я тебе его, сделаю. Но точно не сегодня. Теперь же я знаю наконец-то, где кухня. Иди на свой обед, голодненький ты наш. –Романова потрепала кудряшки на голове друга и пошла к выходу из кухни вслед за Лили.

***

Шаги Эванс, тихие и лёгкие, окончательно затихли на винтовой лестнице Гриффиндорской башни. Дверь спальни захлопнулась с мягким щелчком, а комнату мгновенно затопила глухая тишина. Василиса осталась одна. Она перевела дыхание, чувствуя как с плеч наконец спадает тяжесть этого бесконечного первого дня. Закатное солнце уже заливало лучами чернильно-синее небо, переливаясь алыми лучами и перекатываясь за высокие горы, наполненные растительностью и деревьями, которые ещё не сменили свой летний зелёный окрас на осеннее ликование красок. Девушка забралась с ногами на подоконник и открыла резное окно спальни. Вместо шумного Большого зала, в котором собрались ученики на ужин, Романова выбрала эти минутки тихого спокойствия уходящего дня. Васька лениво потянулся на полу, а потом запрыгнул к хозяйке, переминая лапки и укладываясь под бок девушки. Сигарета медленно тлела в тонких пальцах волшебницы, а дым вырисовывал красивые узоры в свете закатного солнца. Вторая рука девушки уже ласкала поглаживаниями черную голову кота, на что тот смиренно закрыл глаза и замурчал от удовольствия. Все мысли покинули голову, чему Романова была безумно благодарна. Но всё же сердце девушки трепетало и расплывалось по всей грудной клетке обжигающим вдохновением. Одним движением руки девушка притянула к себе старый потрепанный блокнот в кожаной обложке и простецкий карандаш. Пальцы выводили плавные линии бездумно, а взор Романовой со стороны казался стеклянным. Это был тот самый долгожданный момент насыщенного дня, когда ты просто можешь ни о чём не думать, а заниматься тем, что тебе нравится, буквально зависая. На пергаменте постепенно вырисовывались черты лица рыжей старосты. Губы дрогнули в подобие улыбки, понимая почему пальцы без раздумий начали рисовать именно Эванс. Этот старый блокнот с пожелтевшими страницами хранил в себе портреты всех дорогих людей Романовой: маму и папу, любимых бабушек и дедушек, Агату, Зорана, Белояра, теперь уже Эванс и ещё одного очень важного когда-то человека. Предательская слеза скатилась по щеке при непрошеных воспоминаниях. Этот человек был не просто дорог Василисе, он жил в воспоминаниях, в мыслях, в сердце.. Он кропотливо учил девушку первым лёгким чарам в далёком детстве, оставлял Романовой последний кусочек торта и каждый раз появлялся рядом, когда девушку терзали страхи и сомнения. Руки сами собой перелистнули несколько страниц и перед девушкой снова возник его портрет: весёлое лицо, такие же русые волосы, переливающиеся золотом под штрихами карандаша, и этот тёплый, ещё совсем мальчишеский взгляд. Желание немедленно закрыть блокнот и отложить в сторону было нагло прервано неосознанным движением. Василиса и сама не заметила, как кончиками пальцев принялась бережно гладить пергамент, очерчивая родные черты лица. Время неумолимо бежало, и девушка все же решилась оставить в покое родной образ, убрав блокнот в ящик тумбочки. Её вгляд упал на чашку, в котором только недавно был зеленый чай. —Крип. –голос осип от долгой тишины, поэтому Василисе пришлось откашлиться. В ту же секунду перед ней появился домовик и сложил свои крохотные ручки на груди. —Что вам угодно, мисс Романова? Василиса взяла пустые чашки с тумбочек у кровати и передала эльфу. —Вот, возьми, пожалуйста. Спасибо вам большое, чай и печенья были бесподобны. У нас ещё осталось немного, поэтому тарелку я тебе отдам позже, хорошо? –улыбнулась Романова, на что домовик тоже улыбнулся и испарился, напоследок кивнув девушке. Солнечный диск полностью растаял за величественными горами Шотландии, окрашивая небо в желтые оттенки. Через некоторое время дверь тихо скрипнула и Эванс прошмыгнула в комнату, почти сразу сбрасывая с ног каблуки. —Мерлин, как же я устала.. в жизни больше каблуки не надену, даже не уговаривай! У меня все ноги ватные. –староста завалилась на свою кровать и уставилась в потолок. Василиса усмехнулась, забавляясь этой картиной. Когда-то тоже самое она говорила Агате, полностью отрицая существование каблуков. —Я тоже устала очень. Тогда я думаю, можно сегодня уснуть пораньше, а не как вчера. –улыбка Чеширского кота застыла на лице Романовой, явно насмехаясь над их утренним пробуждением. Эванс заныла и кое-как поднялась с кровати, чтобы переодеться. —Это точно, а то я завтра не проснусь, если как вчера уснём. –на Лили появилась маггловская белая футболка и черные хлопковые шорты. Романова прыснула. Именно на такой весёлой ноте, небо полностью заволокло черно-синим оттенком, а девушки улеглись спать.

***

После ужина четверо Мародёров завалились в спальню и занялись своими делами: Римус переоделся и открыл очередную книгу, Сириус уселся на подоконнике и закурил, Питер, быстро переодевшись и сходив в душ, сразу завалился спать, а Джеймс лёг на кровать и начал покручивать в руках любимый снитч, иногда подбрасывая его вверх. Только сейчас, в этой умиротворённой тишине, мысли о странном поведении Снейпа и хитрой улыбке Романовой вернулись к Поттеру. —Парни, –обратился Сохатый к друзьям, не отрывая глаз от балдахина своей кровати. –а вы заметили как странно себя вёл Нюнчик на Трансфигурации? Сириус усмехнулся и сделал очередную затяжку. —Да как тут не заметить? Его как будто заколдовали. Видели, как его ноги сами собой пошли в другую сторону, когда он к Эванс подойти хотел? –Блэк тоже задумался и нахмурил брови. –но вот что странно: никто из нас над ним сегодня не прикалывался, змеи вообще в ахуе были, они вряд-ли бы это сделали, да и наши тоже не особо от них отличались... —Ну, то, что это не мы, это понятно. Хоть Снейп и полукровка, но слизеринцы при нас бы его не опозорили, как минимум, потому что он с их факультета. Остаётся кто-то из наших. –прокоментировал Люпин, поднимая взгляд на друзей. —А я, кажется, даже знаю кто именно. – медленно протянул Поттер, а потом подошёл к Сириусу и достал из его пачки сигарету. Двое парней вопросительно посмотрели на него, ожидая продолжения мысли. Джеймс любил потянуть интригу, поэтому усмехнулся и притянул сигарету к губам. —Я заметил одну крошечную деталь: когда Нюниус смотрел на Лили, его взгляд расплывался и стекленел, как будто он её не видит. А потом как раз-таки попытался подойти к ней, но его ноги повели его в обратку. –протяжно произносил Поттер, смакуя каждое слово. –Я внимательно осмотрел класс и увидел нашу дорогую новенькую – Романову. Она уж больно хитро улыбалась, переглядываясь с этим своим другом, который нам пригрозил с утра. А Лили вела себя так, будто ей абсолютно безразличен Нюнчик. Я даже видел, как она пару раз улыбнулась. —То есть, ты хочешь сказать, что эта троица ополчилась против Нюниуса? Не смеши, Эванс никогда бы не пошла на такое. –закатив глаза, произнёс Сириус. —Но факт остается фактом! Лили на это действительно реагировала слишком спокойно и даже радостно! Ну не стала бы она вот так просто сидеть, клянусь вам! Эта русская замышляет что-то крупное против Нюнчика.. –с ухмылкой протянул Джеймс. –что ж, я её даже зауважал. Если это реально она, то так поиздеваться над Снейпом дорого стоит. Римус тяжело вздохнул и отложил книгу. —Даже если это и она, зачем ей это? Они первый день в Хогвартсе, уж не думаю я, что она его просто так разыграла. Скорее всего, там есть вескач причина. –ответил Лунатик, усаживаясь на кровати и сцепляя руки в замок. —Вот тут с Лунатиком согласен. Бред какой-то. Но тогда остаётся только один вариант – Лили. Согласен, звучит безумно, но только она могла что-то рассказать Романовой про Нюниуса, ведь они со вчерашнего дня не разлей вода походу. Да и этот брюнетик с ними ходит вечно. –закрывая глаза, ответил Сириус. Парень подтянул к себе одно колено и облокотился головой на стену. —Давайте так: пока наблюдаем. Я уверен, что мы что-нибудь заметим, если в этом действительно замешаны наши русские братья. –Поттер вновь развалился на кровати и сложил руки под голову. –не сводите с них глаз, но и сильно не палитесь. В конце концов, мы ж Мародёры, как никак. На этой ноте первый учебный день закончился для Мародёров, и они, пожелав друг другу спокойной ночи, пошли спать.