Высокое искусство

Темный тихий вечер уже давно опустился на крышу его небольшого старого дома. Но художник всё не уходил. Он смотрел вдаль на огни большого города. Просто смотрел. Без всяких мыслей и чувств. Облокотившись о перила, вертел в руках сигарету, но так и не зажёг её. С тех пор, как умерла жена, он стал курить. Редко, но украдкой от сына. Взгляд упал на крыльцо и, наконец, к нему пришла мысль, что надо бы починить ступени, - "да руки всё не доходят!", - додумал он мысль до конца и непроизвольно махнул рукой. Последние несколько лет руки не доходили не только до домашнего хозяйства, но и до работы. Всё реже из под кисти выходили новые работы, всё больше копились разные долги. "Сына, вот, избил и ради чего?", - отец мысленно выругался в свой адрес, - "И дёрнул меня чёрт ввязаться в этот конкурс!". Ради сына. Сын!, - вот ради чего стоило жить все эти годы. Сейчас спит уже, наверное. Долго игрался с каким-то новым навороченным гаджетом, который выпросил из призовых. Ну, разве откажешь? Если не спит, сейчас пойду отниму!, - было последней мыслью отца, прежде чем зайти в дом. Скомкав сигарету, он отшвырнул её в траву и повернулся к двери. Яркая полоса света внезапно осветила двор и, тихо скрипнув тормозами, у калитки остановился чёрный роскошный автомобиль. С пассажирского места из него вышел мужчина, тоже весь в чёрном и с длинным чёрным футляром в руках. - Постойте, господин художник, я к вам. Обернувшись, хозяин дома тут же окрестил пришельца чёрным всадником. Предчувствие, терзавшее его последние три дня, не обмануло. Чёрный всадник принёс чёрные вести. - Слушаю вас. - Я учредитель и технический руководитель проекта SpankArt, - представился незваный гость, подойдя вплотную, - мы могли бы с вами поговорить? - Сын уже спит, может перенесём разговор на завтра? - Это очень важно. Прежде всего для вас. - Ну, что ж, проходите. Поговорим. Расположившись за кухонным столом, представитель компании положил свой футляр на стол и сразу приступил к делу. - Я бы мог от лица компании поздравить вас в очередной раз с победой в нашем конкурсе, но я не буду. Потому что вы мошенник! Вы выставили на конкурс чистую подделку. Выражение лица художника практически не изменилось, но на щеках проступил лёгкий румянец. - О чем идёт речь? Победителя выбирал компьютер и тысячи людей это видели. - Вы наивно в это верите?! Да, наши мощные компьютеры действительно обрабатывают данные сканирования, но на ваш рисунок нейронка сразу выдала 95% совпадения с реальной базой данных. После отсечения результатов спектрального анализа краски, которой было мизерное количество, процент сразу вырос до сотни. Я не знаю как вы это сделали, но вы представили реальную spanking-модель, обработанную ударным девайсом. - Почему же вы не остановили это сразу, ещё тогда? - Повторюсь, вы наивны как ребёнок! Данные обрабатывает компьютер, но решение принимаю я. И я открыто вам об этом говорю, потому что при любом раскладе, наш разговор останется в тайне. Его разглашение не выгодно ни вам, ни мне. Я также как и вы, лёгким движением пальцев поставил нужную цифру понравившейся мне модели. И вуаля!!! - Я всё же не понимаю, зачем вы приехали? Чего добиваетесь? - Похоже вы совсем меня не слушаете. Я же сказал - я всегда ставлю нужную цифру тому, кто мне понравился. - И что? - Мне понравился ваш сын. Очень. И у меня для вас есть предложение. Не сочтите это за какое-то отклонение. Но сами понимаете, когда долго работаешь с эрзац-продуктами, ужасно хочется натурального. Так вот, мы оставляем с вами всё как есть, но за это я воспользуюсь вашим сыном. Художник молчал. Глаза его стали округляться, а брови поползли вверх. Сжатые кулаки не предвещали ничего хорошего. - Нет, нет! Это не то, что вы подумали. Я хочу вашего мальчика как модельку, в роли "нижнего". Вот смотрите, - любитель натурального открыл лежавший перед ним футляр, - в нем матово блестели от влаги натуральные берёзовые розги. - Всего две дюжины "горячих" и расстанемся друзьями. Не отказывайтесь! Ещё никто не отказывался от моих предложений. Если вы откажетесь, придётся вернуть денежный приз, годовой контракт с нашей рекламной фирмой "SpankStudio" будет расторгнут, а вам придётся выплатить по нему неустойку, - затараторил кандидат в "верхние". Но его ждал другой финал разговора. В лицо ему неожиданно вместе со столовой скатертью прилетели чайная пара с недопитым за ужином чаем, ложка, сахарница, розги, футляр, а также вопль разъярённого отца семейства: "Вон!!! Пошёл вон отсюда, мерзавец!!!"... *** Средних лет мужчина, одетый в клетчатые шорты, голубую рубашку навыпуск и в короткополой соломенной шляпе шёл привычным маршрутом: вниз по главной аллее, под старыми раскидистыми тополями, к центральной набережной. Рядом, помогая отцу нести большую сумку и щурясь на солнце, шёл мальчуган лет 10-11. В светлых коротеньких шортах, ядовито-зелёного цвета футболке и без головного убора, он всё время поглядывал на мужчину, явно пытаясь что-то спросить, но не решался. Дойдя до конца аллеи они остановились и стали выкладывать из сумки на высокий гранитный бордюр картины. Последним из сумки было извлечено ведерко мороженого. Маленькое, но ведерко. С орешками. Лицо мальчишки засветилось счастливой улыбкой. С каждой картины художника на проходящих мимо туристов и горожан смотрели людские голые попы. Одна из них была детской, в обрамлении красивой серебристой ткани. Нежно-розового цвета, попка была девственно чистой, без единого шрамика и царапины. Точно также, как и все остальные на всех его картинах, стоящих рядом...