Реальная жизнь возвыситься над цифровой

Пространство хоть и имело название «пустота» но даже здесь ощущалась жизнь.  Белое пространство то и дело переливалось различными цветами.  Пиксели плавно качались как водоросли на воде.  Казалось, что пустота когда-то была тоже была частью этого живосписного цифрового мира и в ней также было веселье или решались какие-то важные дела перед тем как всё ушло в затишье.  Две жизни смотрели из неё на главный холл и то как реагируют участники что только что лишились своего конферансье.   — Они хотели удалить меня,— произнёс Кейн голосом, лишённый привычного артистизма.   Рядом послушно летал второй основатель этого мира.  Голубой Пузырёк.  Его чёрные глазки смотрели то на Кейна то на ребят то на табличку перед ними где были написанные реальные имена и жизни всех тех кто попал в цифровой цирк.  — Не расстраивайся,— ободрительно произнёс он, но Кейн не выходил из своих раздумий.  — А может, это я был слишком грубый с ними?  Пузырёк снова перевёл взгляд на своего коллегу.  Его тело было всегда синего цвета но имело способность менять цвета в зависимости от настроения хозяина.  Сейчас оно приобрело березового оттенка что означало заинтересованность в ком-то или в чём-то.  — Я лишил их самой главной возможности.  Быть собой.  — Или может это они желали автономности и получили что захотели, но забыли что от желания можно стать и узником если оно не расписано,— произнёс третий голос.  Низкий человеческий неподвластный цифровой обработке.  Да что же голос, сам обладатель этого голоса выглядел как человек даже здесь.  Ведь он неподвластный  ни цифровой оболочке, ни рассеиванию.  Не грозит ему стать узником этого цирка навсегда без возможности вернуться назад.  Он может зайти и выйти когда ему захочется.  Ведь он — хозяин.  Он держит порядок.  Он—основатель Цифрового Цирка и глава корпорации C&A.   — Хозяин вернулся,— радостно произнёс Пузырёк и поклонился насколько это было возможно, будучи в теле пузыря.  Кейн тоже снял цилиндр и кивнул головой в знак приветствия.  Человек шёл вперёд.  Перед ним расступались пиксели, пропуская его вперёд и сзади приобретали форму арки.   — Давно Вы к нам не заходили. — А потому что, Пузырёк, механизм до этого работал надёжно как швейцарские часы, но вдруг, я увидел что они стали показывать своё время.   Мужчина говорил  прямым и чётким голосом.  Даже перечить ему не хотелось ведь что не ответь, а то была правда.  — Я не ожидал что Королёр перехватит управление от ИИ и попытается меня перепрограммировать,— виновато произнёс Кейн но глава тут же поднял руку в воздух.   Один простой жест, не выражая никаких эмоций был способен остановить любой монолог своих подопечных и от этого жеста ему стало не по себе, насколько это мог ощущать ИИ.  Этот жест означал не просто перестать говорить, а то что каждое слово в оправдание будет действовать против него же.    — О том что ты будучи игроком выпустил шахматную фигуру из рук мы поговорим наедине. Сейчас мне нужно чтобы ИИ Пузырёк тоже участвовал в нашей беседе.  Услышав своё имя, Пузырёк подлетел ближе.  Глава корпорации раскрыл ладонь и тут же в воздухе появился электронный клипборд.  Слева были написаны белым текстом имена людей, ниже находились их изображения, а справа—столбик со шкалой  что показывал «межвидовую связь».   Рядом с такими именами как Лия (Риббит), Даг (Кауфмо) и другими рассеявшимися синусоида не двигалась, а была ровно натянута как линия, а над столбиком надпись «успешно утрачена».  Возле парня по имени Лирой Матео она хаотично бегала и почти достигала верхушки, но со временем опускалась вниз, словно передумывала.  У остальных персонажей—спокойно двигалась достигая лишь центра.   — Юноша Матео должен был давно рассеяться.   Я могу понять Кейна который находился в пустоте и не мог запечатать его.   А ты, Пузырёк? Как мог упустить такое?      ИИ к которому обратились опустил голову.  Вернее сказать всё тело.   — Извините, хозяин.  Просто я отправился проверить Кейна.  Думаю: как ему там в пустоте было и что планирует дальше.  Лицо основателя по-прежнему было обычным.  Только светлые брови, что сверкали от переливиста пикселя слегка поднялись вверх, придавая хоть каких-то эмоций.  — Ребята, это несерьёзно.  Вы не маленькие дети, а искусственные интеллекты и обладаете способностью решать несколько команд вдоль секунды.   Он внимательно наблюдал сначала за шкалой, а затем перевёл взгляд на самого Матео, то есть Джекса, который осторожно возвращался с заднего двора назад.  — Простите нас ещё раз.  Просто эта Помни вообразила себя дочерью сюжета.  Сначала приводит всех в наш кабинет, затем придумывает план по перепрограммированию Кейна, а теперь решила что может спасти любого от рассеивания.  — Вы могли не ждать когда я отключу его код от цифрового мира что приводит к рассеиванию, а самостоятельно перехватить Джекса в тот момент когда он разглядел в Помни Риббит.  Одно приключение или душевный разговор вернули бы его к привычному характеру.   В это время Джекс не спеша подошёл к ребятам, что сидели на диване и обсуждали свои дальнейшие действия.  Увидев Джекса, все с удивлением переглянулись, а девушка-кукла Рагата даже подпрыгнула на месте.  — Джекс, это ты?  — Не доверяйте тому что видите, это может быть ловушка,— предупредила  другая девушка, что была собранной из разных деталей— Зубл.   Она внимательно смотрела на кролика, стараясь уличить в обмане, но тот даже не думал оправдываться.  — Да ребят, это всё тот же я.  Поблагодарите Помни за то что спасла меня.  Она этого реально заслужила.  И Рагата?  Он подошёл к ней, а затем вдруг обнял.  Не так, как обнимал до этого Помни, завернув в свои руки как в тёплый плед, а по-обычному, как обнялись бы друзья при встрече или когда говорят друг другу до свидания.  Рагата не ожидала такого действия, а уж тем более от Джекса.  Некоторое время она смотрела на парня своим одним глазом и пуговицей вместо второго, а затем нерешительно обняла в ответ.   — Береги свою заботу.  И…спасибо,— произнёс кролик и отстранившись, пошёл.  — Спасибо, то есть, не за что.  Ты всегда можешь обращаться к нам. — Знаю.  — Это вообще наш Джекс или рассеивание так меняет людей?—шёпотом произнесла Зубл.  — Джекс, постой.— вдруг послышался голос Королёра,— мы все видели что недавно с тобой произошло и безумно рады видеть тебя снова тут.  Понимаю, ты пережил рассеивание чего никто другой до этого не делал.  Возможно ты чувствуешь себя сейчас по-другому но знаешь что ты только что совершил подвиг и мы гордимся тобой.  «Гордитесь?» Джекс слышал такое слово в свой адрес очень редко.  А если и слышал, то от девушки, от представителей мужского пола—никогда.  Это звучало по-особенному, словно Королёр говорил на иностранном языке, поэтому тот ответил — Это всё благодаря Помни.  Она—мой спаситель.  — И о том знаю.  Но ведь спасение утопающих дело рук самих утопающих.  Я уверен что она смогла спасти тебя благодаря тому что ты пошёл к ней навстречу.   «Откуда он знает?» Но Королёр успел ответить следующее  — Если вдруг захочешь поговорить, ты знаешь как зайти в мою палатку.  После этого, глава перевёл взгляд на Помни, что осталась сидеть под звёздным небом.  Губы его растянулись в улыбке.  Улыбке радости за неё.  Но это была не чистая радость, которая наполняет душу когда искренне радуешься за близкого.  Это была радость от того что в целеустремлённости Помни, можно было заполучить полезный инструмент, стоит только правильно его настроить.  Он повернул голову к двум ИИ.  — Возвращайтесь на свои места.  Кейн, пока что не отправляй персонажей по приключениям.  Зайди к ним под видом того кто только что осознал свою ошибку и пытается измениться.  Пузырёк, над тобой я беру шефство.  Будешь моим докладчиком.  — Принято хозяин, я Вас не подведу. — А…мне и дальше… притворяться конферансье что любит устраивать приключения?  — Ты хотел бы что-то изменить?  — Я…хотел бы исправиться и прекратить свои былые действия.  И тут тон голоса главы изменился.  Из привычного спокойного стал сладким и нежным.  — Ох, дорогой Кейн.  Хочешь сказать что все эти персонажи пробудили в тебе чувства?  — Не то чтобы чувства, но… я ведь сам пытался выделиться и стать главным…сам придумал себе роль конферансье чтобы устраивать им ежедневные приключения.  Но я ведь просто хотел чтобы меня видели.  Чтобы со мной веселились и говорили как им нравится проводить время со мной.  Но затем я осознал свою ошибку и подумал: может если я буду вести себя лояльнее, позволю им выбирать, а не подчинять под себя, то тогда, они заметят? Я имею ввиду, я это не из личных интересов предлагаю, а из Ваших.  Персонажи узнают кем они были, больше не будет никаких тайн и тогда они перестанут искать самостоятельно, посылая своим настоящим личностям вибрации.  И..мы остановим их поиск. Основатель двигался к Кейну, словно лисица.  Его лицо приобрело сострадательный вид, а голос продолжал быть сладким. — Милый мой цифровой друг.  Конечно ты можешь пойти к своим друзьям и показать им их настоящих личностей.  И тогда они поймут насколько же реальная жизнь у них прекрасна и им перестанут быть интересны твои приключения.  Нет, я не на что не намекаю.  Выбор за тобой.  — Выбор за мной. Такое ощущение будто в попытке выбрать я загоняю себя в угол. Эту фразу Кейн уже сказал через время, когда все давно были в цирке, а звёзды стали очень яркими.  Но ярче всех мерцала Луна.  Она смотрела на Кейна, посылая ему свои голубые искорки.  — В любом выборе, делай такой, в котором ты выбираешь себя, а не чужие желания,— всё таким же мелодичным голосом, похожим на звук колыбельной, ответила Луна. Её вибрации разносились по двору и казалось могли вызвать чувства даже у самого без эмоционального человека.  А Кейну стало неловко.  Ведь Луна не видела его действий.  Она видела Кейна только в лучшем свете.  — Я хочу увидеться с ними, но  не уверен…готов ли я? Заслуживаю ли я прощения?  — Как и всему хорошему.  На это нужно время.  Я всё ещё люблю тебя.  — Знаешь, я ведь не просил тебя говорить мне всё это.  — Знаю,— уверенно ответила Луна.   От этого уверенного ответа в котором читалась искренность и ничего кроме неё, Кейн почувствовал как по его коду пробегает изменение.  Словно произошло обновление после которого программа начинает работать лучше, а процесс становиться удобнее.  Если бы он был человеком, на его щеках бы появился румянец, но Кейн не человек.  Да и Луна тоже.  Но говорила она хоть и цифровым, но живым голосом.  И вела себя как самый близкий человек, которого можно обнять, с которым можно поговорить по душам и она ответит не как программа.  И Кейну захотелось в это поверить.  Что где-то за её голубой оболочкой бьётся настоящее человеческое сердце.  Живое, отвечающее не только за жизнь, но и за чувства.  Окрылённый поддержкой Луны, Кейн уверенно зашёл в цирк.