— Эпох о магии. Девочка-волшебница "Мадока": зеркало иного мира

Утро очередного дня. Легкий апрельский ветерок уже строил свои правила на улицах, лаская новообразовавшиеся почки на ветках деревьев. Птицы запевали свой утренний хор, помогая людям проснуться и вернуться в реальность. В это время Колдер — четырнадцатилетняя ученица восьмого класса — лениво открывала глаза, ещё некоторое время уткнувшись в потолок в размышлениях о сегодняшнем дне. Классная руководительница говорила, что сегодня им должны представить новенького ученика. Говорят, после аварии он около полугода лежал в больнице и до сих пор не до конца восстановился. Но была ли это правда, а не слух, пошедший от другой информации? Тяжело было сказать. Да и не узнать правды сейчас, не увидев этого новенького лично... Недолго Колдер ещё лежала, поникнув в свои рассуждения. Вскочить с кровати ей помогла младшая сестра, Лаки, которая уже вовсю собиралась. Она не могла удержаться на одном месте ровно чуть дольше десяти минут. — Колдер? Спишь? — достаточно скромно спросила младшая Файт, несмотря на свой характер, застыв в дверях. — В любом случае: проснись и пой! — куда более энергично произнесла Лаки, прежде чем, подойдя к зашторенному окну в комнате старшей сестры, распахнуть его. Колдер на минуту ослепла от ярких лучей солнца, моментально бросившихся ей в лицо. Именно это разбило последние ноты сонливости, кои царили в голове девушки всего пару минут ранее. — Ммм! Всё-всё!! Встаю! — с нотками недовольства в голосе крикнула Колдер сестрице, когда та уже ушла будить оставшихся в доме: их мать, Фелис, и тётю Митсуко. Тётя временно осталась у них, дабы помочь по хозяйству — из-за загруженности на работе Фелис часто не успевала делать многое по дому, а с двумя дополнительными руками мелочи быта упрощались в три раза. Слегка потянувшись, старшая Файт направилась в ванную комнату, дабы привести себя в порядок, хотя бы базово умыться и почистить зубы. Выйдя из своей спальни, Колдер заметила, что уже весь дом был залит ярким светом утренних лучей — очевидно, дело рук Лаки, — бьющихся в окна и оставляющих от предметов длинные тени. Звук шагов отдавался мягким эхом в коридоре. Когда Колдер, наконец-то, пришла в ванную, она незамедлительно включила кран, омывая лицо холодной, практически ледяной водой, дабы взбодриться и мыслить более-менее здраво. Струя воды, текущая в раковину, не давала и малейшего повода уснуть, моментально возвращая ото сна в реальный мир. Через некоторое время, когда старшая Файт чистила зубы, в ванную явилась Митсуко. Судя по её лицу, способ проснуться от рук Лаки её также настиг столь неожиданно, как и Колдер. — Доброе утро, — сонным, но знакомо мягким голосом произнесла госпожа Саито, принявшись также приводить свою внешность в порядок. На её приветствие Колдер лишь кивнула головой, продолжая свой утренний ритуал. — А мама уже на работе? — единственный вопрос, который задала Колдер, наблюдая за тем, как Митсуко наводила утренний марафет. Тётя всегда была зависима от своей красоты, так что ничего необычного в этом не было. — Ещё с полшестого утра. Деньги она оставила вам с Лаки на подоконнике у выхода. И тебе бы стоило поторопиться, ты же знаешь, что Лаки никогда не была из тех, кто способен долго ждать. Да и Феликайт, скорее всего, вас уже заждался, — на минуту прервала свою речь женщина, мельком посмотрев на Колдер оценивающим взглядом. — А ты совсем белая сегодня. Глазам не за что ухватиться. После этого комментария госпожа Саито схватила синюю ленту, которая лежала рядом с её расчёской, и, подойдя к старшей Файт со спины, завязала её белоснежные волосы в высокий хвост, формируя аккуратный бантик. — Вот так вот лучше! — с гордой улыбкой произнесла Митсуко, всячески поправляя ленту, пока сама Колдер рассматривала себя в зеркале. — А... А не слишком ярко? У нас не особо подобное могут в школе одобрить... — Ничего не ярко. А то ходишь, как снежинка: вся белая, незаметная. *Если девушка никак себя не выделяет, то для неё всё кончено. Запомни это. После этой фразы женщина направилась в сторону кухни, оставляя подростка рассматривать себя в зеркале ещё некоторое время, пока та не отправилась в свою комнату надевать форму и собирать рюкзак. А в это самое время на кухне Лаки уже с особым аппетитом поедала порцию свежего омлета, который Митсуко приготовила всего несколько минут назад. Госпожа Саито явно не теряла время почём зря, прекрасно держа в памяти весь список дел по дому. Колдер только села за стол, принявшись расправляться со своим завтраком. Было очевидно, что младшая Файт не даст сестре много времени. — Ваш омлет, как всегда, самый лучший, Митсуко!! — с умиротворенным и довольным криком вскочила Лаки, относя свою тарелку к раковине, прежде чем её взгляд остановился на Колдер. — Ну же, Колди, давай быстрее!! Я уверена, Феликайт уже вовсю нас заждался!!! — Не торопи её, — единственное, что сказала Митсуко на ободряющие, но в то же время торопящие возгласы Лаки. — Дай сестре спокойно поесть. Ты ведь не хочешь, чтобы она подавилась и уж точно не пошла в школу? — Аааа... Ладно, виновата, признаю, — со смущением произнесла девушка, теперь уже молча ожидая, пока старшая доест. Недолго Лаки дожидалась. Спустя минут пять Колдер расправилась со своей тарелкой и поднялась со своего места. — А теперь пошли, — произнесла Колдер, схватив сумку, которая стояла рядом с её стулом, и последовала за Лаки, которая была почти на иглах, ожидая сестру у самого выхода. Переступая порог дома, девочки попали на самый пик утра. Птицы ещё не успели улететь, хотя их мелодия стала намного тише. Люди спешно направлялись кому куда. А под ближайшим деревом цветущей яблони уже стоял кудрявый, блондинистый парень тринадцати лет, сжимая в руках рюкзак. — Феликайт!! — Лаки моментально бросилась к нему, не удержавшись от возможности крепко обнять. — Боже, родной, и долго ты тут уже стоишь? — И вам доброе утро, — тихо произнёс Мерлен, едва не роняя ношу от внезапного натиска подруги. — Нет-нет. Совсем нет. Минут пять, может быть. Точно не помню. — Отстранившись от объятий, он поправил галстук и подобрал рюкзак. — Мы идём или дальше будем стоять болтать? — разрушила приветствия Колдер, которая, скрестив руки на груди, ожидала, пока младшие договорят. — Да-да-да... Сейчас! Не дают поздороваться по-человечески, — пробубнила Лаки, прежде чем шагнуть в сторону школы, сохраняя на лице весёлую улыбку. Путь для тройни был близок: всего пара метров через парк, и вот они на пороге! Однако дорога казалась долгой из-за относительной тишины вокруг. В парке почти не было людей, оно и немудрено: всем на работу или по прочим делам. Благо, разговоры между друзьями сбавляли эту скуку раза в три. — Может, прогуляемся после школы? А то давно мы все втроём не гуляли! — с бодрым энтузиазмом спросила Лаки, очевидно, уже строя планы. — Хорошая идея, но я не смогу, — вздохнул Мерлен. — У меня два клуба, да и к тому же матери помочь нужно. После исчезновения отца ей тяжело справляться одной, так что я должен помочь ей любой ценой. — Ну как всегда!! И как ты вообще совмещаешь пять клубов, помощь матери и учёбу на отлично? Я поражаюсь с тебя! Но при этом почти не выходишь на улицу... Будь я единственной дочерью, с ума сошла бы уже на второй неделе!! Слишком это всё муторно и тяжело... — Ну... Тяжело, конечно, но не невозможно. И я постараюсь управиться с клубом сегодня пораньше. Кто знает, может, всё же получится погулять вместе вечером. Но ничего обещать не могу. — Будет славно!!! Очень надеюсь, что сможем выйти вечером! Тебе бы не помешало часок лишний проветрить голову... И тебе бы тоже, Колди! Вы же оба дома сидите сутками!! Белее листа бумаги скоро будете!! Ну ничего... Я вас выгуляю... Прозвучало как-то двусмысленно, не так ли? Ну да ладно! О да. Лаки всегда говорила много. Можно было сказать, она была главным поставщиком шума в компанию из двух молчаливых подростков. А тем временем, за прослушиванием речей младшей Файт, тройня уже дошла до школы. До начала урока оставалось около пятнадцати минут. Идеальное время, чтобы подготовить класс, учитывая то, что всю эту неделю роль дежурного занимала Колдер. На тот момент в кабинете уже было около девяти человек, что довольно много, особенно с учётом, что обычно все приходят за пять-десять минут до начала занятий. К счастью для старшей Файт, класс был практически чист ещё с прошлой субботы, так что от Колдер требовалось лишь подготовить мокрую и сухую губки для доски и открыть на проветривание окно — требование классного руководителя, дабы "лучше мыслили во время занятий". И вот звонок зазвенел, приглашая остальных учеников на занятие. Учитель быстро зашёл в класс, оставив стопку листов и журнал на краю стола и параллельно здороваясь со всеми. — А перед началом нашего урока я бы хотела представить вам нашего нового ученика. Заходи! — После этого объявления в класс вошёл бледный, русоволосый парень, молча окидывая класс своим холодным взором. — Уильям Миядзаки. Приятно познакомиться, — произнёс он, лишь немного поклонившись в знак уважения. — Уильям долго лежал в больнице после аварии. Надеюсь, вы поможете ему адаптироваться в нашей школе. Садись, где свободно... А теперь переходим к уроку. Занятие проходило как и всегда, вот только Колдер не покидало странное ощущение, что где-то они уже виделись до этого дня. Хотя, может, просто дежавю играло со старшей Файт злую шутку. На перерыве на новенького немедленно накинулась небольшая толпа из пяти-семи одноклассниц с различными вопросами: "А откуда ты перевёлся?", "Ты посещал в прошлой школе какие-то клубы?", "А как учился до аварии?". Однако, судя по выражению лица Уильяма, ему были безразличны и даже неудобны эти расспросы. Очевидно, он хотел уйти от них куда подальше. — Прошу прощения, но мне сейчас нужно в медпункт. Есть кто-нибудь, кто мог бы меня проводить? Услышав это, Колдер без особых раздумий ответила: — Давай я. Дежурная, в конце концов. Особых вопросов новенький задавать не стал, только молча последовал за ней. Несмотря на перерыв, школьные коридоры были практически пусты. Обычно все предпочитали проводить время в классе или на крыше, так что для Колдер это не стало открытием. *Но вот, когда они забрели в более отдалённый поворот, ближе к лестнице, которая вела в медпункт, Миядзаки заговорил: — А как тебя зовут? — Колдер Файт. Можешь звать меня просто Ко... — Девушка не успела договорить, как Уильям резко бросился вперёд, блокируя ей путь и вынуждая остаться на самом краю лестничного пролёта. — Так вот, Колдер Файт, насколько сильно ты ценишь тех, кого любишь? Насколько сильно ты ценишь ту жизнь, которую имеешь сейчас? — Такой прямолинейный вопрос поставил старшую Файт в ступор своей неожиданностью. Не каждый день получаешь подобные расспросы от незнакомого человека, который к тому же кажется подозрительно знакомым. Не дожидаясь ответа, Уильям отстранился. — Так вот. Если ценишь, то ничего не пытайся изменить. Живи так, как живёшь сейчас. Не создавай для себя и своих близких проблем. — Развернувшись, он толкнул тяжёлую дверь медпункта и скрылся за ней, оставляя Колдер в оцепенении. В класс девушка вернулась в тяжёлом шоке от произошедшего, что сразу заметила Лаки. Она всегда видела и чувствовала, когда у старшей сестры случалось что-то не то. Точно так же, как и в этот раз. И оставаться в стороне, как зритель, младшая Файт не намеревалась. — Эй... Всё хорошо? Ты будто призрака увидела, — с беспокойством в голосе заговорила девушка, слегка приобняв сестру за плечи. — Всё в норме. Просто... Перенервничала немного. — Да что-то совсем не на те нервы похоже... Ладно, я не настаиваю. Прогуляемся после школы, чтобы тебе полегче стало, хорошо? — Желая успокоить сестру, девушка легко улыбнулась, стремясь направить её эмоции в позитивное русло. На предложение Лаки старшая Файт лишь молча кивнула, возвращаясь к своей парте. Весь оставшийся день для Колдер прошёл как в тумане. После случая на лестнице она мало о чём могла думать. Однако кое-что она чётко заметила — то, как выделялся Уильям, демонстрируя потрясающие знания и физические способности после полугода в больнице. На физике задачу из сложной темы он решил запросто, а на физкультуре наравне со всеми пробежал километр, что поражало, учитывая, что главной его проблемой в больнице было сердце. Благо, учебный день закончился, и, как они и договаривались, сёстры направились в парк отдохнуть. Людей было относительно много, если сравнивать с утром. Многие отдыхали после рабочего дня: кто с друзьями, кто со вторыми половинками, кто с детьми или питомцами. А младшая Файт в это время не умолкала — столько новостей за день, ей обязательно нужно было всё обсудить. Но вот, стоило сёстрам зайти чуть подальше от шумных аллей, как вдруг Колдер услышала странный, монотонный, лишённый каких-либо эмоций голос в голове, который отчаянно звал на помощь. Файт попыталась это проигнорировать, хотя слушать сестру из-за этих мольб стало тяжело... Но долго скрывать это не пришлось. — Эй... Колди, ты это тоже слышишь? Кажется, кто-то зовёт на помощь, — Лаки тоже уловила этот зов и не могла пройти мимо так же легко, как Колдер. — Да... Он звучит где-то уже минуты три, если не дольше. — Может, нам стоит помочь? Вдруг всё правда ужасно, хоть скорую вызовем. — Пожалуй, ты права... Это где-то с левой стороны. Пошли туда, — более уверенно сказала старшая Файт, следуя с сестрой к источнику звука. А место это было очень уж неприятным. Заброшенная больница, которую уже давным-давно нужно было снести, но по непонятной причине держали в двух переулках от парка. — Ух. Ну и местечко. Нам точно стоит помогать? У меня ощущение, что тут максимум какой-нибудь наркоман сидит... А если нет? А вдруг это обычный человек, которого заманили и ограбили? Ну уж нет! Мы должны помочь! — Меня удивляет твоя скорость мышления, Лаки. Но и не согласиться с тобой не могу. Держи наготове телефон, вдруг действительно придётся звонить в полицию. — Закрыв младшую сестру собой, Колдер отправилась вперёд, вглубь заброшенного здания. Но, вопреки всем подозрениям, они нашли только кота. Белого, с розовыми пятнами на кончиках ушей, избитого и изрезанного. Глубокие следы на стенах, судя по всему, от катаны, явно намекали, что тут творилось что-то неладное. Всё ещё прикрывая собой Лаки, старшая Файт медленно приблизилась к существу, осматривая его с расстояния вытянутой руки. — Избит, но переломов нет. — О Боги! И что за живодёр вообще это с ним сделал? Лучше бы быстро убил бедолагу, чем оставил его страдать в таком состоянии! — Не сдержавшись, младшая Файт выскочила вперёд, подбирая «кота» на руки... и вдруг чуть не попала под удар лезвия. Благо Колдер успела одёрнуть её до того, как незнакомец нанёс удар. Со стальным свистом лезвие прошло всего в каком-то сантиметре от лица Лаки. К счастью для девушки, клинок с оглушительным скрежетом врезался в бетонную стену рядом, оставив свежую отметину и выбив сноп искр. — Назад! Кто тебе вообще говорил вскакивать, как потерпевшая?! — с гневом, смешанным с жуткой тревогой, закричала Колдер, вновь пряча за себя сестру, которая уже крепко сжимала "кота" в руках. Из небольшого облака пыли и густой тени полуразрушенного больничного коридора вышел парень. Из-за полумрака помещения не сразу было понятно, кто стоит перед ними. Но стоило немного приглядеться... Колдер оцепенела. Уильям. Но это был вовсе не тот ослабленный новенький, которому нужны были лекарства. Школьная форма исчезла — теперь на нём была широкая шляпа с длинной, густой фатой сзади. На правой руке красовался странный круглый механизм, напоминающий часы, а в левой — острозаточенная катана, готовая к новому выпаду. Его взгляд устремился на белое существо на руках Лаки. Но этот взор, горевший холодной яростью, не предвещал ничего доброго. Это было чистое, концентрированное желание уничтожить. — Я же говорил не вмешиваться, — ледяным голосом произнёс Миядзаки, оставляя кончиком катаны след на полу. — Не лезь в чужие дела. Оставь эту мразь умереть. — После этой фразы парень двинулся вперёд, намереваясь силой выдернуть из рук Лаки белого "кота". Однако, прежде чем он успел приблизиться к младшей Файт ближе чем на метр, Уильям получил крайне точный и стремительный удар по коленям от Колдер, который на мгновение сбил его с ног. — Ты... — у старшей Файт не находилось культурных слов, дабы выразить свою злость по отношению к "новенькому", и она уже готова была обрушить на него свежую порцию ругательств. Но не успела Колдер и рта открыть, как белый зверь в руках сестры зашевелился и распахнул рубиновые глаза. В головах обеих девочек раздался всё тот же монотонный голос, но теперь в нём отчётливо сквозила паника: "Вам стоит уйти, как можно быстрее. Она уже здесь". Пространство вокруг них исказилось. Серые бетонные стены больницы сначала задрожали, а после и вовсе превратились в уродливое нечто, состоящее из переплетённых нитей и лоскутов тканей. Тяжёлая пульсация, напоминающая человеческое сердце во время бешеного бега, и спёртый воздух, пахнущий приторной смесью сладкой вишни и гнили, с силой давили на разум и тело неподготовленного человека, превращая реальность в один сплошной кошмар. Казалось, лучше было умереть, чем оставаться здесь. Тем временем Уильям, заметив изменения, немедленно вскочил, крепким хватом сжимая катану обеими руками. По лезвию клинка прошла волна искр тёмной энергии. В его силуэте пропал любой намёк на человеческую нерешимость или страх, осталась только собранность хищника, готового к смертельной драке. — Не успел... Чёрт бы тебя подрал... — сквозь зубы прошипел Миядзаки, анализируя комнату на наличие посторонних тварей и зная, что вот-вот ведьма может выпустить десяток своих приспешников. — Немедленно к стенке, вы обе! И не смейте высовываться!! Повезло, что сёстрам Файт удалось забиться в относительно безопасный для себя угол, прежде чем из стен полезли уродливые существа, напоминающие кукольные манекены и огромные портные ножницы. Они издавали пронзительный звук, совмещающий в себе детский смех и агонию умирающего. Колдер крепко прижимала к себе Лаки, которая к тому моменту бешено дрожала от шока и первобытного страха. Безумие этого места лишало любой возможности здраво мыслить. Сёстрам только и оставалось, что наблюдать за тем, как парень, ранее казавшийся таким больным, бросается наперекор ужасам, вкладывая всю свою ярость в каждый удар.