Пероксайд

Спасительный звонок наконец-то прозвенел, прервав мучения класса и избавив Широ от необходимости окончательно слиться лицом с зелёным цветом школьной доски. К чести Эмии, он выжил. И хотя его организм всё ещё тихо молил о пощаде, истинный Герой Справедливости гордо проигнорировал путь в медпункт — ведь там его ждал покой, а покой для слабаков. — Это какая-то изощрённая пытка! — яростно прошипел Каян, запихивая тетрадь по английскому в сумку так, словно пытался её задушить. — Зачем нормальному человеку столько прошедших времён?! Present Perfect Continuous придумали чистокровные садисты, чтобы ломать чужие судьбы! — Ну же, Кинджи, не утрируй, — примирительно вздохнул Широ, чей цвет кожи постепенно возвращался от болотно-зелёного к человеческому. — Да, грамматика у них зубодробительная, но английский сейчас везде. Он полезен даже в повседневной жизни... — Я бы предпочёл применить к этому языку повседневное насилие, — буркнул Каян. Договорить ему не дал внезапный визит местной богини. Перед парнями, словно соткавшись из солнечного света, безупречности и лёгкого шлейфа высокомерия, возникла Рин Тосака. Рин была ходячей достопримечательностью школы. Идеальная отличница, признанная красавица и объект тайных вздохов примерно девяноста девяти процентов мужской половины школы. Она была настолько великолепна, что любой старшеклассник за один её благосклонный взгляд согласился бы продать душу первому встречному дьяволу. — Эмия-кун, — Тосака одарила Широ своей фирменной, отточенной до идеала улыбкой, от которой у обычных парней подкосились бы колени. — В студенческом совете скопилась куча дел. Мне очень нужна твоя помощь после уроков. Поможешь? У Широ, как у прирождённого альтруиста с напрочь отсутствующим инстинктом самосохранения, мгновенно сработал рефлекс «вижу проблему — бегу чинить»: — Да, конечно, я с радос... Но, как известно, в любом правиле есть исключения. И в данном случае этим исключением, причём весьма крупным и крайне недовольным, оказался Каян. Прежде чем Широ успел окончательно подписаться на бесплатный волонтёрский труд, Каян бесцеремонно шагнул вперёд, перекрывая Рин весь обзор. Нависнув над школьной королевой мрачной грозовой тучей, он скрестил руки на груди и уставился на неё своим фирменным взглядом профессионального вышибалы. — Извини, мисс Совершенство, — ледяным, полным иронии тоном процедил Каян. — Но сегодня у нашего безотказного веника другие планы. После уроков Широ идёт с нами на тренировку, так что твои пыльные папки подождут. Вот вариант текста, переписанный в ироничном ключе, где накал школьной драмы доведён до забавного абсурда: Внезапно школьный коридор накрыла такая тишина, будто кто-то резко выключил звук во всей вселенной. Десятки учеников застыли на месте, боясь даже дышать. Все взгляды скрестились на этой парочке в ожидании либо грандиозного скандала, либо немедленного самовозгорания Каяна под напором праведного гнева. Из толпы тут же донёсся благоговейный шёпот, полный искреннего ужаса: — Он что, помолился перед выходом из класса? — Как он вообще смеет так разговаривать с великой Тосакой?! Ему что, жизнь надоела? На долю секунды идеальный фасад Рин дал трещину. Её лицо помрачнело, а в глазах на миг вспыхнуло такое первородное пламя, что стоявший неподалёку Широ мысленно начал перебирать в голове защитные заклинания. На лбу у Тосаки едва заметно задёргалась вена, но статус первой леди школы обязывал держать марку. Рин сделала глубокий вдох и вернула на лицо прежнюю улыбку — на сей раз настолько натянутую, что воздух вокруг, казалось, зазвенел от напряжения. — Кинджи-кун, — её голос сочился вежливым ядом вперемешку с плохо скрываемым желанием применить наглому парню физическое внушение. — Будь так любезен, отойди в сторону и не загораживай обзор. Мы разговариваем с Эмией-куном. Однако Каян обладал уникальной суперспособностью — ему было абсолютно плевать на чужой авторитет, статус и даже на смертоносную ауру школьной богини. Он проигнорировал её просьбу с грацией и непоколебимостью бетонной стены. — Тебе на каком языке повторить, чтобы дошло? — хладнокровно отозвался Каян, скрестив руки на груди. — Широ сегодня занят. И точка. У нас дела поважнее, чем раскладывание твоих бумажек по фэншую. Чуя приближение неминуемой катастрофы (и явно не желая отскребать кого-то от стен коридора), в самый эпицентр бури бесстрашно впорхнула Орихиме. Она возникла между противоборствующими сторонами со скоростью звука, сияя улыбкой неисправимого пацифиста. — Так, Кинджи-кун, Тосака-сан, давайте без кровопролития в стенах школы! — миролюбиво защебетала она, переводя умоляющий взгляд с одного на другую. — Кинджи-кун, а у меня есть просто потрясающая идея! Что, если мы все дружно поможем Тосаке-сан? Ну, толпой-то мы эти бумажки за пять минут раскидаем, и вы с чистой совестью побежите мериться силами на свой пустырь! Наступила секундная пауза. Кажется, даже пылинки в воздухе застыли, осознав всю глубину безрассудства Иноуэ. Идея добровольно запрячь сурового Каяна, хмурого Ичиго и едва выжившего после кулинарной атаки Широ на общественные работы ради Рин Тосаки граничила с безумием. На виске Каяна сочным багровым цветом налилась и запульсировала вена размером с хорошего дождевого червя. Он медленно перевёл свой тяжёлый, леденящий душу взгляд на лучащуюся позитивом Орихиме. — Иноуэ, — тихо, но так зловеще прошипел он, что у половины зрителей в коридоре по спине побежали мурашки. — Тебе что, жить надоело? Или твой шоколадный перец окончательно выжег у тебя инстинкт самосохранения? Орихиме, чья ментальная броня состояла из чистого, неразбавленного оптимизма, даже не вздрогнула. Вместо того чтобы в ужасе отступить, она лишь захлопала ресницами и радостно улыбнулась, словно Каян только что предложил ей вместе пойти собирать ромашки. — Ну что ты, Кинджи-кун! Жизнь прекрасна! — весело ответила она и, заговорщицки понизив голос, добавила: — А если ты проголодался, у меня в ланч-боксе остался ещё один перчик… Каян отшатнулся так резко, словно перед его лицом взорвали светошумовую гранату. Угроза пасть жертвой кулинарного террора Иноуэ подействовала на сурового бойца куда эффективнее, чем любое секретное оружие. — Понял, осознал, тему закрыли, — быстро затараторил он, выставив перед собой ладони. — Держи своё секретное оружие при себе. Тем временем на лице Рин Тосаки отразилась сложнейшая гамма эмоций. С одной стороны, её гордость вопила, что принимать помощь от этой банды стихийных бедствий — выше её достоинства. С другой стороны, гора документов в студсовете действительно грозила похоронить её заживо под бумажным оползнем. — Минуточку! — Рин упёрла руки в бока, её глаза опасно сузились. — Кто вообще сказал, что я пущу весь ваш балаган в кабинет студсовета? Особенно тебя, Кинджи! Да ты же там половину мебели разнесёшь просто своим хмурым видом! — Ой, да ладно тебе, Тосака, — лениво подал голос Ичиго, со вздохом закидывая руки за голову. — Если мы поможем ей, она наконец отстанет от Широ. Давайте быстро раскидаем эти бумажки и пойдём на пустырь. Иначе мы тут до вечера простоим, слушая ваши разборки. — Куросаки-кун прав, — расплылся в счастливой улыбке Широ, у которого от перспективы кому-то помочь в глазах загорелись фанатичные огоньки. — всемером мы закончим всё за десять минут! Пойдёмте! Чад молча кивнул, выражая своё монументальное согласие с планом, и вся компания под конвоем стремительно багровеющей от возмущения Рин направилась в кабинет студенческого совета. Пять минут спустя кабинет превратился в зону повышенной трудовой активности. Широ работал со скоростью промышленного конвейера. Его руки летали над столом, раскладывая отчёты по папкам так быстро, что бумага жалобно свистела в воздухе. Рин, которая планировала величественно раздавать указания, стояла в углу с приоткрытым ртом, молча наблюдая, как Эмия в одиночку выполняет недельную норму работы студсовета. Ичиго и Чад меланхолично перетаскивали тяжёлые коробки с архивными документами. Для парней, которые регулярно махались и ломали стены, коробки весом в двадцать килограммов казались пушинками. Они перекидывали их друг другу с таким видом, будто играли в пляжный волейбол на расслабоне. Даже Каян, ворча под нос проклятия на трёх языках, сидел в углу и с остервенением сшивал степлером какие-то бланки. Каждое нажатие на степлер сопровождалось таким яростным звуком, будто Каян лично уничтожал врагов человечества. — Эй, полегче с канцелярскими принадлежностями! — нервно крикнула ему Рин. — Ты мне сейчас степлер сломаешь! — Скажи спасибо, что я не ломаю твою шею, Тосака, — огрызнулся Каян, загоняя очередную скрепку в бумагу с силой гидравлического пресса. — Так, Тосака-сан, Кинджи-кун, не ссорьтесь! — подмигнула им Орихиме, которая в этот момент увлечённо рисовала весёлые рожицы на полях официального годового отчёта школы. — Смотрите, какой милый котик у меня получился на странице с бюджетом клуба лёгкой атлетики! Рин прижала ладонь к лицу, беззвучно молясь всем известным богам, чтобы этот день поскорее закончился. Благодаря феноменальной работоспособности Широ и грубой силе остальных, работа, рассчитанная на три часа, была завершена ровно за девять минут. — Ну вот и всё! — радостно отряхнул руки Эмия, сияя так, словно только что спас человечество от апокалипсиса. — Чистота и порядок! — Невероятно... — прошептала Рин, оглядывая идеально убранный кабинет. Она перевела взгляд на компанию, остановившись на хмуром Каяне, который как раз демонстративно бросил на стол изнасилованный им степлер. — Ладно. Признаю. Это было... быстро. Спасибо, Эмия-кун. И... остальным тоже. — Не за что, Тосака-сан! — Иноуэ радостно помахала рукой. — Если снова понадобится помощь — зови! У меня как раз есть рецепт маринованных бананов в майонезе, я могу принести на перекус! При упоминании нового кулинарного шедевра даже у невозмутимого Чада слегка дёрнулся левый глаз. — Нет-нет-нет, спасибо, не надо! — поспешно замахала руками Рин, на шаг отступая назад. — Я как-нибудь сама! Бегите на свою тренировку! Бегите скорее! — Дважды просить не надо, — усмехнулся Ичиго, направляясь к выходу. — Ну что, народ, размялись на макулатуре? А теперь погнали на пустырь. Не успел Ичиго взяться за дверную ручку, как та коварно повернулась сама. Дверь распахнулась, и на пороге материализовался Иссей Рюдо — президент школьного совета, ходячий свод правил и обладатель самых строгих очков в полушарии. Увидев внутри весь этот филиал стихийного бедствия, да ещё и в абсолютно чистом кабинете, Иссей на секунду завис, как Windows 95 при попытке запустить современную игру. Поправив очки, чтобы убедиться, что ему это не чудится, он поспешил переложить груз ответственности на чужие плечи: — О, вы ещё здесь? Великолепно, — выдохнул он с явным облегчением. — К нам в класс только что перевелась новенькая. Меня попросили помочь ей адаптироваться, но, признаться честно, в вопросах человеческого общения я разбираюсь примерно так же, как в балете. В общем, я решил, что ваша... кхм, колоритная компания подойдёт для этого лучше всего. С этими словами Иссей сделал шаг в сторону, являя миру причину своего экстренного побега от социализации. Из-за его спины вышла девушка, чьи габариты заставили парней уважительно притихнуть. Она была высокой — едва уступала ростом Каяну, который в их банде занимал почётное второе место после двухметрового Чада. Густые угольно-черные волосы роскошным шелковым водопадом струились до самой талии. А её лицо было настолько миловидным, что в кабинете мгновенно образовалась зона повышенного эстетического притяжения. Эффект превзошёл все ожидания. Даже Тосака, до этого занятая собственной исключительностью, прищурилась и включила внутренний радар оценки конкуренток. А Каян, чьё лицо обычно выражало лишь две эмоции — «сейчас вдарю» и «отвалите», вдруг замер и уставился на незнакомку с нетипичным для него, почти зависшим интересом. Девушка обвела присутствующих взглядом и очаровательно улыбнулась: — Привет всем! Меня зовут Кадзе Куросами, — представилась она, ничуть не смущённая гробовой тишиной. — Очень надеюсь, что мы с вами подружимся. Первым из ступора вышел Иссей. С чувством выполненного долга и скоростью профессионального ниндзя он попятился к выходу. — Что ж, раз вы поладили, я пойду. Меня ждут великие дела и неоплаченные счета за школьное электричество, — пробормотал президент студсовета и мгновенно испарился в коридоре, оставив новенькую на растерзание местному цирку шапито. В кабинете снова повисла тишина. Компашка дружно рассматривала Кадзе, а Кадзе с вежливым любопытством рассматривала их. — Эм... К-куросами? — Ичиго почесал затылок, подозрительно прищурившись. — Звучит почти как Куросаки. У меня тут внезапно родственники не объявились, о которых я не знал? — Разве что по линии гигантизма, Куросаки-кун, — съязвила Рин, изо всех сил стараясь вернуть себе статус главной женщины в этом помещении. Она сделала шаг вперёд, расправила плечи и нацепила свою самую аристократичную маску. — Добро пожаловать, Куросами-сан. Я Рин Тосака, президент... то есть, вице-президент... в общем, здесь всё держится на мне. Если возникнут вопросы — обращайся. Только не к этим оболтусам. Кадзе мягко улыбнулась, и этот жест был настолько очаровательным, что где-то на заднем плане беззвучно вздохнул целый невидимый класс старшеклассников. — Спасибо, Тосака-сан. Буду иметь в виду. Тут из-за спины Ичиго выпорхнула Орихиме, чьи глаза сияли так, словно она встретила потерянную в детстве сестру. — О-о-о, какая ты высокая! И волосы такие красивые! — защебетала она, бесцеремонно нарушая все личные границы и хватая Кадзе за руки. — Я Орихиме Иноуэ! Мы обязательно должны стать лучшими подругами! И... о боже, ты, наверное, проголодалась с дороги? Рука Иноуэ потянулась к молнии рюкзака. Ичиго, Широ и Каян синхронно сделали шаг назад, готовые в случае чего применить экстренную эвакуацию через окно второго этажа. — Иноуэ, пощади человека, она только пришла! — в панике шикнул Ичиго. — Да ладно тебе, Куросаки-кун! — обиженно надулась Орихиме, но ланч-бокс вытаскивать не стала, к огромному облегчению мужской половины класса. Кадзе весело рассмеялась, ничуть не испугавшись напора. Её взгляд скользнул по присутствующим и остановился на Каяне, который всё это время стоял со скрещенными на груди руками и молча буравил её взглядом, словно пытался понять, из какого теста слеплена эта каланча. — А ты, должно быть, местный громила? — дружелюбно спросила Кадзе, слегка наклонив голову набок. — Обычно парни такого роста и с таким лицом либо отжимают у первоклассников мелочь, либо охраняют закрытые клубы. По кабинету пронёсся дружный "О-о-о-о-о" вздох. Тосака прикрыла рот ладошкой, стараясь скрыть ехидную ухмылку. Ичиго беззвучно зааплодировал. Даже Чад одобрительно приподнял бровь. Назвать Каяна вышибалой в первую минуту знакомства — это был сильный ход. На лице Каяна не дрогнул ни один мускул, но в голубых глазах заплясали опасные огоньки. Он медленно шагнул к девушке, сокращая дистанцию, пока они не оказались почти нос к носу. Разница в росте была минимальной. — Остроумно, — процедил Каян со своей фирменной мрачностью, от которой у слабых духом обычно подкашивались колени. — Но мелочь я не отжимаю. Слишком мелко. Я предпочитаю сразу забирать души. И да, я Каян Кинджи. Советую запомнить, новенькая. — Кадзе, — спокойно повторила она, даже не моргнув под его тяжёлым взглядом. — Постараюсь не забыть. У меня хорошая память на... колоритных персонажей. Широ, почувствовав, что градус напряжения начинает подозрительно расти, решил выполнить свой долг Героя Справедливости и спасителя невинных. — Кхм! Кадзе-сан, раз уж ты только перевелась, тебе, наверное, нужно показать школу? — мягко предложил он, улыбаясь во все тридцать два зуба. — Мы как раз собирались... э-э-э... прогуляться. Ичиго тут же закатил глаза. Какая прогулка, Эмия? У нас тренировка на пустыре! — мысленно вопил рыжий, отчаянно жестикулируя за спиной новенькой. Но Широ был неумолим. В его кодексе чести помочь заблудшей душе стояло гораздо выше, чем пойти мерить силушку богатырскую на пустыре. Кадзе посмотрела на Широ, затем на беззвучно бьющегося в истерике Ичиго, затем на Каяна, который всё ещё сверлил ее взглядом, и приняла решение. — Знаете что? — Кадзе закинула изящную сумочку на плечо. — С удовольствием присоединюсь к вашей прогулке. Тем более, мне жутко интересно, чем занимается такая... разношёрстная компания после уроков. Надеюсь, вы не сектанты? — Хуже, — буркнул Каян, разворачиваясь к выходу. — Мы — старшеклассники на продлёнке. Ладно, пошли, пока Тосака не вспомнила, что у неё ещё остались недобитые папки. — Эй! Я вообще-то всё слышу! — крикнула им вслед Рин, но банда вместе с новенькой уже весело (и шумно) ввалилась в коридор, навстречу новым приключениям и, судя по всему, крайне весёлой тренировке.