Встречи с Шутом Полонёном 2

Сегодня было 14:37. Полонён шёл по коридору факультета Быта. Его мантия шуршала, как сухие листья, но он шёл бесшумно — привычка, выработанная за годы префектуры. Высокий воротник белой рубашки слегка колол кожу за ухом. На груди, у самого сердца, блестела брошь — оса, крылья которой были сделаны из настоящего серебра. Он всегда носил её на левой стороне, будто оса решила сидеть там, где бьётся сердце человека. Запах лимонного чая и старой бумаги шёл от него ровный, как метроном. В конце коридора, у входа в запретную библиотеку , стоял Мартин. Он был в чёрном, без мантии, с закатанными рукавами. На запястье — татуировка в виде тонкой змеи, которая обнимала вену. В руках — свиток, запечатанный восковой печатью с отпечатком пальца директора. -"Сэр Полонён,"— произнёс он, не оборачиваясь. Голос был ленивый, почти бархатный. —"Я думал, вы сегодня дежурите в саду. Там же, говорят, озеро шепчет." Полонён остановился в трёх шагах. Он всегда останавливался в трёх шагах. Место было идеальным — ни близко, ни далеко. Идеальный «высший предел дистанции», на котором можно одновременно и угрожать, и оставаться выше. -"Я пришёл проверить,"— ответил он тихо, с лёгкой иронией. —"Потому что шепот озера, иногда оказывается слишком громким для ваших ушей." Мартин повернулся. Улыбнулся. Улыбка от которой у половины старост факультетов начинали дрожать колени. -"О, сэр. Я просто… освежил документацию."— Он поднял свиток. — "Там есть кое-что, что не должно было попасть в общий доступ. Вы же знаете, как тут все любят копаться. Особенно после того, как вчера в столовой кто-то оставил… сувениры." Полонён чуть прищурился. Его стальные-карие глаза стали холоднее. -"Сувениры?" -"Ручка директора. С вырезанным из неё маленьким сердцем."— Мартин пожал плечами. —"Симпатично." Полонён сделал один шаг. Теперь между ними оставалось пространство, в котором можно вдохнуть запах лимонного чая. Мартин вдохнул глубже, будто хотел уловить аромат. -"Вы знаете,"— сказал Полонён, —"я не люблю, когда кто-то касается личных вещей директора." -"А я не люблю, когда кто-то лезет в мои вещи,"— ответил Мартин. Улыбка не дрогнула. —"Особенно когда они пахнут старой бумагой и очень дорогим лимонным чаем. Это… пугает. В хорошем смысле." Полонён кивнул. -"Тогда не будем путаться."— Он протянул руку. —"Покажите свиток." Мартин не отдал. Вместо этого сделал шаг ближе. Они стояли вплотную. Полонён мог почувствовать тепло от его кожи сквозь тонкую ткань мантии. -"А если я не покажу?"— спросил Мартин тихо. —"Что тогда, сэр? Вы меня арестуете? Запрёте в «кабинете № 13» до конца семестра?" Полонён не ответил, он смотрел. И в этом взгляде было ирония, усталость, и та самая скрытая эмпатия, которую он прятал за шутками. Он знал, что Мартин тоже не спит ночами. Знал, что у того в комнате висит та же брошь — оса, только на другой стороне. -"Покажите,"— сказал Полонён. Голос был ровным, но в нём звенела сталь. Мартин достал свиток. Полонён взял. Развернул. Прочитал, сложил и сунул себе за пазуху, к броши. -"Хорошо,"— сказал он. —"Но вы должны заплатить штраф." -"Сколько?"— Мартин уже не улыбался. -"Дополнительный дежурство на озере. Каждую ночь. До рассвета. И…"— Полонён сделал паузу, будто рассказывал детскую сказку. —"Вы будете приходить ко мне в кабинет. Не в библиотеку. Во «мне»." Мартин наклонил голову. Их лица оказались близко. -"А если я откажусь, сэр?" Полонён чуть улыбнулся. Впервые за весь день настоящей улыбкой — холодной, нежной. -"Тогда я лично запру вас в «кабинете № 13». И буду читать вам вслух правила дисциплины каждую ночь. Пока не выучите наизусть."— Он наклонился ближе. —"И знаете, мистер… я читаю очень медленно. Особенно когда речь идёт о том, что нельзя трогать личные вещи директора." Мартин выдохнул. -"Хорошо,"— сказал он. —"Я буду приходить. Каждую ночь. В восемь. И… я принесу лимонный чай. Настоящий. Из тех, что вы любите." Полонён выпрямился. Взял его за подбородок — не грубо, просто чтобы поднять лицо. Пальцы были холодными. -"Не надо,"— сказал он. —"Я сам принесу. И вам придётся пить. Медленно." Он отпустил. Повернулся и пошёл дальше по коридору. Шаги были ровными. Мантия шуршала. Но в воздухе висел запах лимонного чая и старой бумаги.