Под одной крышей

Улицы Канады наполнились рокотом двигателя голубовато-синего Лотуса Эворы, на котором Илья ехал на работу. К несчастью для соседей, коллекция спортивных автомобилей была его главным сокровищем. Илья тяжело вздохнул. Скорее всего, ему придется продать большую часть машин. Он сомневался, что сумеет найти дом с гаражом на четыре автомобиля, а оставлять своих красавиц под открытым небом на всю оттавскую зиму не собирался. От одной этой мысли ему становилось дурно. Он надеялся найти постоянное жилье до наступления холодов. В конце концов, сейчас был только конец мая. Времени оставалось достаточно. Проблема заключалась в другом. Илья был невероятно привередлив. Когда они со Светланой искали дом, то не нашли ничего, что понравилось бы им обоим, и в итоге построили свой собственный. Илье совсем не хотелось проходить через это снова, хотя он подозревал, что при необходимости справится и с этим. При мысли о том времени уголки его губ невольно опустились. Тогда они были совсем молодыми, но денег у них было больше, чем можно было разумно потратить, поэтому они позволили себе построить совершенно нелепый дом — двухэтажный, с подвалом, который фактически представлял собой полноценный кинотеатр. Дом получился изящным и современным, удивительно удачно сочетавшим их вкусы: окна от пола до потолка, просторные светлые комнаты и огромная хозяйская спальня с видом на тщательно ухоженный двор. В те годы утро начиналось легко. Светлана продала столько автомобилей, что им даже не пришлось брать ипотеку, и тогда Илье казалось, что его жизнь наконец-то начинается. Их свадьба в загсе была скромной, но этого оказалось достаточно. Илье не удалось получить постоянную рабочую визу, и в качестве последней отчаянной попытки он попросил свою лучшую подругу выйти за него замуж, чтобы подать заявление на супружескую визу. Светлана согласилась без особых колебаний. Они назначили дату, расписались и довольно быстро выяснили, что обмануть иммиграционные службы гораздо проще, когда знаешь человека почти всю жизнь. В каком-то смысле их история даже не была ложью. Они действительно любили друг друга. Доверяли друг другу. Были готовы прожить рядом всю жизнь. Периодический секс тоже никому не мешал. Просто это была не та любовь, о которой пишут песни и снимают фильмы. И все же их брак работал. Работал двенадцать лет. Поэтому, когда Светлана сказала, что хочет развестись, Илья был по-настоящему потрясен. Она сказала, что ей это нужно, что она хочет посмотреть, какая жизнь ее ждет без их брака. А его статус постоянного резидента был закреплен на какое-то время, так что риск депортации был невелик. Он плакал, и она тоже, и они долго обнимались. Нельзя сказать, что они совсем перестали общаться, но для них обоих это стало огромным потрясением. В конце концов Илья сказал, что все понимает, и очень быстро согласился на развод.  Процесс развода занял несколько месяцев, все оказалось не так просто, как они надеялись, но они оба сотрудничали со всеми инстанциями, которые требовались суду. Илья сказал, что она может оставить дом себе, и она была благодарна ему за это, но он все равно не съехал. Правда, он стал спать в гостевой комнате. Это был тяжелый переход, они оба привыкли спать рядом, и было странно вдруг оказаться в разных комнатах. Илья никогда не был жаворонком, но теперь, когда другая половина кровати была холодной, ему стало еще хуже. Припарковав машину, он провел рукой по лицу. Ему нужно было взять себя в руки, прежде чем идти в офис. На работе все равно ничего особенного не происходило, в Казначействе Канады вообще ничего не происходило. Это была самая скучная работа, какую только мог себе представить Илья, но он хорошо справлялся, и работа на правительство казалась отличным способом доказать свою преданность стране, в которой он так хотел остаться. А теперь было уже слишком поздно пытаться что-то изменить в своей жизни. Хотя ему нравилась стабильность, которую обеспечивала работа. С начальником у него все было в порядке, и он завел несколько друзей. Для иммигранта это значило больше, чем хотелось признавать. Одиночество подкрадывалось к Илье удивительно быстро, а заводить новые знакомства ему всегда было непросто. И дело было не в застенчивости — скорее наоборот. Он был шумным, дерзким и самоуверенным, а такие качества редко помогают произвести хорошее первое впечатление. Его лучшим другом, кроме Светланы, был Клифф, он начал работать примерно в то же время, что и Илья, и они быстро подружились. Затем был Дэвид, он был для Ильи чем-то вроде наставника. Он был немного старше, почти на полтора десятка лет, но для Ильи он был как старший брат. Гораздо лучшим братом, чем тот, которого дала ему семья. Дэвид был всем тем, кем Илья никогда не был. Надежным. Спокойным. Последовательным. В последнее время он стал для Ильи чем-то вроде якоря, и тот нуждался в этом больше, чем хотел признавать. По какой-то причине Илье было важно его мнение. Настолько важно, что он до сих пор не рассказал ему о разводе. Светлана всегда нравилась Дэвиду больше, чем он сам. По крайней мере, Илья был в этом уверен. Годами он приводил жену на корпоративные вечеринки, а Дэвид и Юна не раз приглашали их обоих на ужин. Илья не думал, что Дэвид осудит его. Что было еще хуже. Он боялся увидеть в его глазах сочувствие. Илья глубоко вздохнул и открыл дверцу машины. Ему нужно было поскорее покончить с сегодняшним днем. Может быть, он наконец наберется смелости и расскажет Дэвиду. Он знал, что что-то не так, хотя и не сказал ничего прямо. Он навещал Илью чаще, чем обычно, и приглашал его на ланч почти каждый день в течение последних двух недель, чего они не делали с тех пор, как Илья только начал работать и все еще осваивался в офисе. Илья не очень-то умел открываться кому-либо, кроме Светланы, но, возможно, это могло бы стать началом чего-то нового. Он еще раз глубоко вздохнул и, заперев машину, направился к зданию. Когда Илья вошел, Дэвид уже сидел за своим столом. Илья заставил себя улыбнуться. — Доброе утро, Дэвид, — сказал он. Даже спустя столько лет его акцент все еще оставался заметным. — Счастливого понедельника, Илья! — тихо сказал Дэвид, ухмыляясь. — Я хотел спросить, сможешь ли ты помочь мне с проектом, который Кроуэлл хочет получить к концу недели. Илья кивнул, сел за свой стол и вошел в компьютер. — Конечно, пришлешь мне это по электронной почте? Я посмотрю после обеда. — Спасибо, сынок, — улыбнулся Дэвид, хлопнув Илью по плечу, прежде чем вернуться к своему столу. — О, я еще хотел спросить, не хочешь ли ты пообедать вместе сегодня? Я забыл что-нибудь положить с собой вчера вечером, думал сходить в бистро ”Кокотт", но я открыт для других предложений, если у тебя другие предпочтения. Илья старался не вздыхать, Илье нравилось обедать с Дэвидом, правда, нравилось, но в то же время он чувствовал себя так, словно с ним нянчатся. Дэвид видел, что Илья расстроен, Илья не умел скрывать свои эмоции, но ему было так стыдно за свой развод, а также за свою реакцию на этот развод. Илья просто кивнул, просматривая свои электронные письма, проверяя, нет ли чего-нибудь срочного, что требовало бы его внимания в первую очередь. — Да, конечно, в бистро! Отлично! — он ответил, не отрывая взгляда от экрана. Илья решил, что это хорошая возможность наконец-то во всем признаться Дэвиду. Илья, наверное, тоже почувствовал бы себя лучше, если бы поделился проблемой, то она была бы разделена пополам, или как там говорится в английской пословице. — Надо бы пригласить и Клиффа, — добавил Илья. С таким же успехом можно было бы сказать ему об этом одновременно. Эффективность, как любил повторять их босс. К тому времени, когда все трое добрались до места, где можно было пообедать, Илья умирал с голоду. У него всегда был отличный аппетит, и он благодарил Бога за быстрый обмен веществ, иначе он был уверен, что не смог бы ходить. Ресторан находился всего в нескольких минутах ходьбы от офиса, поэтому все трое решили насладиться погодой. — Кроуэлл такой придурок, — рассмеялся Клифф, когда Илья рассказал ему о проекте, который поручили Дэвиду и к которому его самого попросили подключиться. — Этот отчет никто даже не откроет. — Да, но нам платят не за то, чтобы мы делали разумные вещи, — рассмеялся Илья. За утро настроение заметно улучшилось. В последнее время он старался как можно реже бывать дома. Даже когда Светлана была рядом, там стало слишком одиноко. Их отношения изменились настолько сильно, что Илья до сих пор не понимал, как теперь вести себя рядом с ней. Однажды вечером, когда Светлана пришла к нему в общежитие, они ради смеха прошли какой-то онлайн-тест, который она нашла. Результат утверждал, что языком любви Ильи было физическое прикосновение, и, как бы нелепо это ни звучало, он был вынужден признать, что тест попал в точку. Раньше они постоянно обнимались, толкали друг друга плечами, мимоходом касались рук. Не потому, что пытались соблазнить друг друга или превратить все в секс. Просто так они жили рядом. Теперь Светлана сказала, что подобное будет нечестно по отношению к ее новой девушке, Роуз. Илья понимал это. Правда понимал. Но от этого ему не меньше не хватало прикосновений. Он изо всех сил старался не чувствовать горечи по этому поводу. Роуз, фу! Из-за нее он и разводился. Светлана познакомилась с Роуз на вечеринке, куда приехала вместе с Ильей. Они как раз проводили выходные в Монреале, наслаждаясь местной клубной жизнью. Как это иногда бывало, на ночь они сняли отдельные номера в отеле и договорились посмотреть, какие приключения найдут каждый по отдельности. Светлана встретила Роуз, и между ними сразу возникло взаимопонимание. Обычно она не оставляла случайных знакомств на ночь, но для Роуз сделала исключение. На следующее утро они обменялись номерами телефонов. Как выяснилось позже, они переписывались каждый день целую неделю, прежде чем Светлана призналась, что замужем. Она объяснила, что у них с Ильей открытый брак и, вопреки всякому здравому смыслу, даже рассказала, что их свадьба изначально была связана с иммиграционным статусом Ильи. Роуз отнеслась к этому с пониманием, но честно сказала Светлане, что не может строить отношения с человеком, который состоит в браке, независимо от того, насколько этичным и открытым этот брак считается. Светлана поняла ее. Немного подумала. А потом попросила Илью о разводе. Илья любил ее настолько сильно, что изо всех сил старался радоваться за нее. Она наконец встретила человека, который мог любить ее так, как она того заслуживала, а не просто друга детства, случайно прожившего рядом двенадцать лет. Поэтому он совершенно не завидовал этой второсортной актрисе. И уж точно не посмотрел все фильмы, в которых она снималась, только для того, чтобы поставить каждому по одной звезде. Совершенно точно нет. Роуз была просто какой-то случайной женщиной, которая вошла в жизнь Ильи и разнесла ее к чертям. Он попытался улыбнуться и присоединиться к разговору своих друзей. Дэвид отвлек его от размышлений, когда открыл дверь и пропустил двух молодых людей внутрь. Их усадили без особых церемоний. Дэвид заказал фирменные суп и салат, а Илья и Клифф - бургеры. После того, как официантка ушла с их заказами, Илья глубоко вздохнул и перевел взгляд с одного мужчины на другого. Дэвид заметил, что его настроение изменилось, и оживился. — Я хочу кое-что сказать, — начал Илья. Черт, из-за этого все звучало еще хуже, чем было на самом деле. Это было плохо, но никто не умирал. Он сделал глоток воды и начал снова. — Я хотел бы кое-что сказать вам двоим. — Дэвид улыбнулся и ободряюще кивнул ему, а Клифф приподнял бровь. — Я собираюсь развестись. Мы со Светланой уже два месяца занимаемся этим, но кажется, будто процесс растянется на целую вечность. Честно говоря, я даже не уверен, когда все официально закончится. В суде столько бумаг, что я давно перестал понимать, что именно подписываю. Илья замолчал, опустил взгляд и заметил, что снова крутит на пальце обручальное кольцо. За последние несколько лет это стало нервной привычкой — привычкой, от которой он избавится только тогда, когда наконец наберется смелости снять его. — О, Илья, мне так жаль это слышать! — сказал Дэвид, перегибаясь через стол, чтобы похлопать его по плечу. Клифф рассмеялся, чем удивил остальных. — Я же говорил тебе, брат, что сучки не стоят таких хлопот! — Клифф! — Дэвид отчитал его, заставив замолчать. — Это явно расстраивает его, попытайся хоть раз проявить сочувствие! — Илья выдавил из себя легкую улыбку. Дэвид был таким милым человеком, можно было сказать, что он действительно был отцом, хотя никто, у кого не было детей, не был способен на такой тон. — Это все равно что просить рыбу летать, — усмехнулся Илья, шмыгая носом. Он сделал еще один глубокий вдох и огляделся. Казалось, что тяжесть всего мира свалилась с его плеч. Было приятно, что кто-то, кроме него, знал об этом. Дэвид печально улыбнулся ему и кивнул. — Да, я думаю, это правда. Я просто рад, что ты рассказал нам, Илья, это было очень смело. Я уверен, что это время далось тебе нелегко. Ты знаешь, что всегда можешь поговорить с нами. Илья кивнул. — Спасибо, Дэвид, это очень мило с твоей стороны. Светлана хороший человек, я на нее не сержусь. Она по-прежнему моя лучшая подруга. Просто мы больше не будем женаты. Я думаю, это самое сложное. Это не беспорядочный разрыв, мы все еще любим друг друга. Акцент Ильи становился все заметнее, он забывал вставлять артикли. Он заметил это, но не стал исправляться. Его английский всегда становился беспорядочным, когда он был на взводе. Он изо всех сил старался не выдать своих эмоций, и от этого, вероятно, становилось только хуже. Он потер глаза обеими руками и сделал еще один глубокий вдох. Официантка выбрала этот момент, чтобы принести им еду. Илья был рад отвлечься. Он улыбнулся, поблагодарил молодую женщину и откусил огромный кусок от своего бургера. Разговор, к счастью, вернулся к более легким темам, таким как работа и хоккейная игра сына Дэвида. Илья не мог припомнить, чтобы когда-либо встречался с этим парнем, но ему казалось, что он учился в средней школе. В данный момент Илью не очень интересовали семейные разговоры, поэтому он почтительно отключился и попытался кивнуть, когда это казалось уместным. Когда они закончили и вернулись к своим столам, Илья почувствовал себя лучше, чем за последние месяцы. Теперь, когда его друзья узнали, он почувствовал облегчение. Он больше не держал это в секрете. По пути к выходу Клифф остановился у его стола и улыбнулся Илье. — На выходных идешь со мной, брат. Пора тебе уже перестать страдать и кого-нибудь подцепить. — Сейчас секс — не моя главная проблема, Марлоу, — Илья закатил глаза и, усмехнувшись, выключил компьютер. И все же уехать на выходные было не самой плохой идеей. Светлана собиралась в Бостон, а значит, дом останется в его полном распоряжении. Еще несколько месяцев назад такая перспектива показалась бы подарком, но теперь мысль провести два дня в одиночестве среди вещей, которые они когда-то выбирали вместе, вызывала скорее тревогу, чем облегчение. Когда дом пустовал, становилось только хуже. Сейчас между ними и царила некоторая неловкость, но это все равно было лучше, чем бесцельно слоняться по пустым комнатам, словно космический мусор, потерявший орбиту. — Но могло бы быть весело, — признался он. Клифф хлопнул его по спине и направился к выходу. Он был уверен, что позже получит от него смс с просьбой приехать в Монреаль вместо того, чтобы оставаться в Оттаве. Ночная жизнь там была лучше. И там были более привлекательные люди. Но Илья был уверен в том, что он не захочет ни с кем встречаться. В последний раз он был в Монреале в ту ночь, когда его жизнь была разрушена, хотя тогда он этого не знал. Теперь город оставил у него неприятный привкус во рту. Илья сел в машину и направился домой. Вечерние пробки, как обычно, были ужасными, но настроение у него все равно оставалось на удивление хорошим. День прошел лучше, чем он ожидал. Добравшись до дома, он привычным движением загнал машину задним ходом в гараж, заглушил двигатель и вошел внутрь. — Я дома! — крикнул он по-русски. — На кухне! — ответила его будущая бывшая жена. Илья последовал на ее голос и грустно улыбнулся. Она готовила им ужин, что делала крайне редко, последний раз в тот вечер, когда вручала ему документы о разводе. — Это не к добру, — сказал он, стараясь, чтобы его тон был легким и поддразнивающим. Она вздрогнула. — Я становлюсь такой предсказуемой? Это заставило Илью нахмуриться. — Что? Ты меня бросаешь. У тебя еще и рак, что ли? — попытался пошутить он, но шутка повисла в воздухе. — А, нет, все не так плохо. Но сегодня я получила новое удостоверение личности. — Новое удостоверение? — Да, раз я сменила фамилию, мне нужно было получить новое, — медленно проговорила Светлана. — Сменила фамилию? Что? Когда ты успела это сделать? — Илье показалось, что пол ушел у него из-под ног. Очевидно, что она сменила бы фамилию, они больше не были женаты, у нее не было причин сохранять ее, но она была единственным человеком, которого Илья по-прежнему считал своей семьей, и то, что у них была общая фамилия, было физическим доказательством этого. Но они разводились, а она продолжала жить своей жизнью. Она рассталась с Ильей, что, конечно, означало смену имени. Но Илья никогда не задумывался об этом. Он никогда не предполагал, что она больше не будет Розановой. Илья знал, что его жизнь меняется, и это было всего лишь еще одно изменение в длинной череде. Но по какой-то причине это было даже серьезнее, чем развод. Светлана видела, что Илье нелегко. Вздохнув, она притянула его к себе. Илья тут же обмяк. Она запустила пальцы в его волосы и тихо замурлыкала: — Это просто фамилия, Илья. Просто бумажная волокита. Между нами ничего не меняется. Илья и сам это знал, но почему-то смена фамилии казалась ему более радикальной, чем сам развод. — Ты единственная Розанова, с кем я могу разговаривать, — простонал он ей в плечо, подавляя желание коснуться губами ее кожи и вместо этого лишь глубоко вздохнув. — Хм, да, это правда, я была лучшей, — согласилась она. Светлана протянула руку и большим пальцем смахнула слезинку с его щеки. — Мы по-прежнему семья, мы всегда будем вместе. Мы просто снова меняем ярлыки. Я всегда буду рядом. Я всегда буду любить тебя, даже если у нас не будет общей фамилии. Илья снова кивнул, сделал еще один глубокий вдох и выпрямился. — Да, да, я знаю. Прости меня, Светочка. Ты права. Мне жаль. — Нет, нет, тебе не за что извиняться. Я знаю, я слишком много на тебя взваливаю, многого от тебя требую. Честно говоря, я думала, что все будет хуже, чем сейчас, — улыбнулась она, поглаживая его руки. — Я уверена, ты проголодался, — сказала она, указывая на блюдо, которое она как раз раскладывала по тарелкам. — Выглядит дерьмово, — рассмеялся Илья. Светлана никогда не была хорошим поваром, стейки, которые она подавала, выглядели пережаренными, а овощи - сырыми. — Ты самая плохая жена, — поддразнил он. — Твоя девушка знает, какая ты плохая жена?— он пытался, он действительно очень старался, чтобы это прозвучало как шутка, но он уверен, что часть его обиды просочилась наружу. Светлана, какой бы святой она ни была, легко рассмеялась и пожала плечами. — Она знает, что я зарабатываю много денег, и я думаю, что это все, что ее волнует. — Достаточно денег, чтобы заказать еду на вынос для своего мужа?