Осколки идеальной картинки

Хан подошел к стойке регистрации. Девушки, приветливо улыбнувшись, выдали ему ключ-карту. Поднявшись на нужный этаж, он замер перед дверью. Внутри было подозрительно тихо. Хан отворил дверь и вошел — в гостиной было пусто, но из ванной доносился шум воды. Стол был сервирован на двоих: дорогое вино, закуски. Он заглянул в спальню, где вчера оставил столько эмоций. На белоснежной кровати лежал огромный букет белых роз, а рядом — маленькая коробочка от Tiffany. Хан присел на край, касаясь бархатной упаковки. В этот момент дверь ванной открылась. Минхо вышел, обернутый лишь в белое полотенце, с которого на загорелые плечи стекали капли воды. Он выглядел как оживший античный бог. Хан невольно затаил дыхание. Минхо подошел, властным движением подцепил его подбородок и притянул к себе для короткого, обжигающего поцелуя. Хан поднялся и отстранился , чувствуя, как внутри снова разгорается огонь. Минхо с легкой усмешкой хлопнул его по ягодице. — За что?! — возмущенно пискнул Хан. — За тот палец в смс, — парировал Минхо, опускаясь в кресло. — Открывай. Это тебе. — Tiffany? Серьезно? — А что, не заслужил? Хан открыл коробку. Внутри был браслет из белого золота — массивная цепь из мужской коллекции. Тяжелый, холодный, безупречный. — Зачем? — Захотел сделать тебе приятно. — Мне приятно, спасибо, — Хан старался скрыть дрожь в голосе. — Ты не наденешь его? — Минхо спросил глядя на парня. — Нет, не сейчас. Но спасибо, это… очень мило. — Так о чем мы хотели поговорить? — спросил Хан, чувствуя, как воздух в комнате накаляется.— И может, для начала оденешься? Если ты будешь ходить передо мной в одном полотенце, мои мысли будут очень далеки от конструктивных бесед, — Минхо не сводил с него хищного взгляда. — Я не против, чтобы ты думал о другом. — А я против, — отрезал Хан. — Я пришел поговорить, а не трахаться. — Вчера мы тоже собирались говорить. Минхо хищно улыбнулся. — Хан резко встал. — Ты опять начинаешь? Я уйду. — Розы понравились? — сменил тему Минхо. — Да. Я люблю белые. — Я знаю. Я всё помню. Даже спустя столько лет. Минхо поднялся, чтобы одеться, Хан оставив его пошел в гостиную. Через пару минут Минхо вышел — в свободных голубых джинсах и черной футболке. в дверь постучали: рум-сервис уже доставил обед. Минхо настоял, чтобы он поел, но Хан лишь отвернулся, чувствуя, как внутри нарастает раздражение. — Ну, говори, — Хан скрестил руки на груди. — Что ты хотел? — Тебя, — коротко бросил Минхо, но тут же поправился, заметив ярость в глазах Хана. — Ладно. Я хочу поговорить о тебе. Ты несчастлив, Хан. В клубе ты был на себя не похож. Ты словно... выгорел. — Ты не знаешь, какой я сейчас! — Я знаю тебя до последней клеточки, до последнего жеста. Ты пришел ко мне, Хан. Если бы ты был счастлив, ты бы даже не открыл мое сообщение. Почему ты здесь? Хан взорвался. — Потому что я скучал! Доволен?! Я живу в прекрасном доме, у меня есть муж, стабильность, статус. Но у нас... у нас ничего нет! Мы как старые добрые друзья, которые делят один дом. Мне не о чем с ним говорить! Я просто «кукла». — Феликс говорил мне, что вы думаете о детях, что вы счастливы, — процедил Минхо, и в его голосе проступила ревность. — Феликс ничего обо мне не знает! Я играю роль. Каждый день я ношу эту чертову маску! — Хан был на грани срыва. Минхо встал, подошел к нему и прошептал: — Тогда брось его. — И что дальше? — Хан горько усмехнулся. — Я уже был влюблен и счастлив с тобой, и этого было достаточно. Больше не хочу. — Ты меня любишь? — Минхо смотрел прямо в душу. — Я любил. — А сейчас? — Не начинай, Минхо! Ты сам все разрушил, когда бросил меня! — Потому что я был дураком! — Минхо вдруг оказался совсем близко, сокращая расстояние до нуля. — А сейчас... я хочу тебя. У тебя есть муж, да. Но вчера он тебе не мешал. Ты хочешь меня, я хочу тебя. Давай? Хан замер. Сердце колотилось в горле. — Ты видишь нас только как секс? — тихо спросил он. — Что ты вообще видишь в нашем будущем? — Я вижу, что хочу тебя сейчас, завтра, всегда. — А что будет, когда я уйду от тебя к нему? В нашу постель? Когда он будет целовать меня, зная, что я пахну тобой? Тебе самому не противно? Или ты думаешь, что я буду бегать к тебе, как дешевая любовница, а потом возвращаться в его объятия? Минхо скривился, словно от удара. — Ты спишь с ним? — А как ты думал?! Мы женаты! — Хан закричал, сбрасывая с себя руки Минхо. — Ты хотел, чтобы я стал твоей игрушкой? Чтобы мы трахались, а потом я шел к нему? Нет, спасибо! Ты не изменился, Минхо. Тебе нужен только мой секс! Бокал со стола полетел в стену разбиваясь на мелкие части. Минхо осел на диван, запустив пальцы в волосы. Он был разбит, но не хотел признавать поражения. Хан развернулся, чтобы уйти. — Забери браслет, — бросил Минхо в спину, даже не поднимая глаз. — Зачем? Чтобы мне было больно? Нет. Спасибо за вчера — секс был чертовски хорош. Но на этом — прощай! Хан вышел, хлопнув дверью. Он шел по коридору, высоко подняв голову, хотя внутри него всё кричало от боли. А Минхо так и остался сидеть в кресле, наливая себе двойную порцию виски. Он понял: он снова совершил ту же ошибку. Он снова отпустил единственного человека, который делал его жизнь хоть сколько-нибудь значимой.