Глубоко нежный второстепенный мужской персонаж превзошел главного героя

Жун Синъи честно попытался это осмыслить, а затем попробовал ещё раз. Оказалось, история любви его брата шокирует куда сильнее, чем его сомнительные кулинарные способности… — Вместе? — переспросил Жун Синъи, всё ещё цепляясь за крошечную надежду. — Что конкретно это значит? Си Лэн устало потёр виски: — Ты ещё молод, и я не считал нужным говорить об этом раньше. Но мне нравятся мужчины… Или, вернее, мне нравится он. От этих слов брови Мин Чжи взлетели практически к самой линии роста волос. Жун Синъи нахмурился и перевёл тяжёлый взгляд на своего недавнего соседа по комнате и по совместительству обожаемого кумира. — А мне вот мужчины не нравятся, — уверенно вставил Мин Чжи. — Мне просто нравится он. Жун Синъи: «…» Боже мой. И что хуже всего, эти двое, совершенно не считаясь с чувствами пятнадцатилетнего подростка, силой вывалили на него столь ошеломляющую новость, а после ещё и потребовали держать всё в строжайшем секрете! Жун Синъи чувствовал себя так, словно его заживо пожирают муравьи. — Что вы хотите на обед? — попытался сменить тему Си Лэн, переводя взгляд с одного на другого. К сожалению, еда сейчас никого не интересовала. Даже его самого. — Твоё признание звучит даже более дико, чем твоя гомосексуальность… — пробормотал себе под нос Жун Синъи, и его лицо исказилось от смущения. — Гэ, ты ведь всегда был фригидным? — Я не фригидный, — спокойно ответил Си Лэн, но при этом намотал на шею тёплый шарф, что в жаркой комнате выглядело абсолютно лишним. Впрочем, именно под этим шарфом сейчас скрывалось неопровержимое доказательство того, что он… очень даже не фригидный. — … — Жун Синъи с трудом переваривал услышанное. Спустя минуту он решил просто проигнорировать эту парочку и неловко попятился к выходу: — Пойду, пожалуй, вещи разберу… Немного погодя подросток осторожно выглянул из своей комнаты. Из объятий они уже выпутались и теперь на приличном расстоянии друг от друга вместе расставляли живые цветы и веточки с ярко-красными ягодами — традиционное праздничное украшение к Новому году. Да ладно, неужели его нелюдимый брат действительно увлёкся составлением цветочных композиций? Убедившись, что обстановка нормализовалась и ничего лишнего они не делают, Жун Синъи сделал шаг вперёд и негромко позвал: — Мин Чжи-гэгэ… Оба обернулись, но Жун Синъи смотрел только на Мин Чжи: — Мин Чжи-гэгэ, можешь подойти на минутку? У меня тут появилась идея, как переделать текст песни. Си Лэн озадаченно перевёл взгляд на Мин Чжи. Тот лишь загадочно улыбнулся и без лишних слов пошёл следом за подростком. Неужели у этих двоих теперь действительно появились от него секреты? Си Лэн нахмурился. Несмотря на жгучее любопытство, гордость не позволила ему пойти на расспросы. Он просто развернулся и отправился на кухню готовить обед. Вскоре Жун Синъи вышел из своей комнаты и застал ещё более пугающую картину: его брат снова хозяйничал у плиты. Мин Чжи, оставив притихшего стажёра в коридоре, поспешил на кухню на помощь Си Лэну. За полчаса тот, к счастью, не успел натворить кулинарных бед: он приготовил всего две порции лапши в простом бульоне с яйцом и мелко нарезанным зелёным луком. Жун Синъи нахмурился и с напускной заботой произнёс: — Всего две тарелки? Ну, тогда ешьте вдвоём, обо мне не беспокойтесь. — Я и не ждал твоего возвращения, — отозвался Си Лэн. — Но эта лапша долголетия — для тебя. День рождения Жун Синъи приходился на самый конец года. Си Лэн ушёл из дома осенью, пропустив его одиннадцатилетие и все последующие праздники. Хотя раньше они никогда особо не отмечали дни рождения, это был первый личный праздник младшего брата после их воссоединения спустя столько лет. К сожалению, в сам день рождения Жун Синъи находился в закрытом лагере в Наньдао. В одном из спецвыпусков «Дневников сияющих мальчиков» Си Лэн видел, как Лян Чжун и остальные соседи по комнате купили имениннику праздничный торт. Пятнадцатилетний Жун Синъи получил тогда множество поздравлений, но только не от собственного брата. Си Лэн понятия не имел, нужны ли были подростку его тёплые слова. В любом случае, сейчас он сварил лапшу долголетия, а станет ли её есть Жун Синъи — уже его дело. Лапша долголетия? Так вот что это было. Глядя на две миски с сомнительным кулинарным шедевром, Жун Синъи всё ещё не верил своим глазам. — Тогда почему миски две? — подыгрывая, с улыбкой вмешался Мин Чжи. — Вторая, получается, для меня? Это переходило все границы — добровольно соглашаться съесть подобное кулинарное безобразие. Выражение лица Жун Синъи в этот момент было поистине бесценным. Если вспомнить, Мин Чжи отпраздновал своё двадцатипятилетие четвёртого июля этого года, вскоре после их первой встречи в туалете аэропорта, но тогда они были практически незнакомы и даже не обменялись контактами. — Я просто сварил слишком много, — Си Лэн слегка опустил глаза. — Если хочешь попробовать… можешь взять. Только попробуй, доедать всё не обязательно. «Какой же он предвзятый, да и сам наставник явно отлично умеет готовить…» — уныло подумал про себя Жун Синъи. Тем не менее он послушно забрал свою миску лапши долголетия и уселся напротив Мин Чжи. Си Лэн, естественно, пристроился рядом со своим гонгом. Мин Чжи сделал пару глотков, но его лицо осталось абсолютно невозмутимым — он даже бровью не повёл, в то время как Си Лэн, напротив, следил за каждым его движением с явной тревогой. Когда с лапшой было почти покончено, Мин Чжи достал телефон: — Закажу торт, попрошу привезти как можно скорее. Жун Синъи мгновенно оторвался от тарелки, и его мир озарился искренней радостью. Мин Чжи, уже листая меню в приложении, повернулся к Си Лэну: — Тебе какой вкус больше нравится? Жун Синъи: «…?» Си Лэн растерянно наклонил голову: — Мне? — Как насчёт мятного шоколада? Вижу, тут появился новый вкус, — снова уточнил Мин Чжи. — Выглядит необычно, но, может, тебя ждёт приятный сюрприз? Си Лэн улыбнулся: — Хорошо, выбирай на свой вкус. — Тогда решено… Доставка до семи вечера, вполне неплохо, — подытожил Мин Чжи. Огромное преимущество откровенности с Жун Синъи заключалось в том, что им больше не приходилось ничего от него утаивать. Теперь, когда все неловкие признания остались позади, в этой квартире страдал исключительно один человек. Жун Синъи: «…» Просто пристрелите меня кто-нибудь прямо сейчас. На следующий день, во второй день Лунного Нового года, Жун Синъи получил праздничные красные конверты хунбао от обоих старших братьев. Поздно вечером все трое отправились запускать фейерверки. В конце концов, долгий путь домой оказался не напрасным: израненное маленькое сердце подростка полностью исцелилось благодаря внушительной сумме в конвертах. На третий день нового года они вместе вылетели в Наньдао, чтобы готовиться к грандиозному финалу «Shining Boys». Каждый участник имел право пригласить на шоу двух членов семьи или друзей. Жун Синъи позвал мачеху Е Нань и своего лучшего друга — того самого студента в очках. Си Лэн же с помощью своего парня планировал наблюдать за концертом прямо из-за кулис. Так ему не пришлось бы светиться перед многомиллионной национальной аудиторией, и он мог проводить время с Жун Синъи в перерывах, помогая тому справиться с волнением. Генеральная репетиция состоялась накануне финала. Сначала все участники исполнили общую заглавную песню, затем разбились на группы для презентации новых треков. После этого шли номера выбывших стажёров, а под конец — индивидуальные выступления финалистов с вокальными или танцевальными соло. Си Лэн не стал дожидаться окончания прогона. Мин Чжи увёл его пораньше, заявив, что нужно приберечь интригу и сюрпризы для завтрашнего официального эфира. Си Лэн резонно посчитал, что, раз он не входит в съёмочную группу, смотреть всё шоу заранее будет нарушением правил, поэтому охотно согласился. Для своего сольного номера Жун Синъи выбрал известную балладу. Песня была спокойной, без взрывных партий или сложной хореографии. К тому же, поскольку её до этого бесчисленное количество раз перепевали другие артисты, такой выбор не давал парню преимуществ, а мог лишь ярче подсветить его вокальные огрехи. Сейчас Жун Синъи занимал восьмое место, балансируя на самой грани дебютной зоны, и являлся главным соперником Жэнь Сюя. Сам Жэнь Сюй опустился на девятую строчку, а прямо за ним по пятам следовал надоедливый Лян Чжун. В последнее время Жэнь Сюй испытывал колоссальное давление и легко выходил из себя. Даже имея за спиной мощную поддержку своего агентства, он до паники боялся, что эти два независимых стажёра спутают ему все карты и поставят под угрозу его гарантированное место в финальной группе. К счастью для него, выбор репертуара соперников для сольных выступлений казался вполне обычным и не представлял угрозы. Во время финальной прямой трансляции количество голосов не было ограничено, поэтому решающее выступление могло кардинально изменить всю расстановку сил. Конечно, это также значительно упрощало агентствам манипуляции с рейтингами в пользу собственных стажёров. В ночь финала места для родственников обустроили по одну сторону от сцены. Члены семей пятнадцати финалистов, сжимая в руках плакаты и светящиеся палочки, бурно приветствовали своих детей. Зрители у экранов тоже были в полном восторге, поражаясь силе генетики. Особое внимание привлекла семья одного из участников, которого с самого начала проекта обвиняли в пластических операциях — его мать и сестра, пришедшие на стадион, оказались даже красивее его самого. В чате трансляции тут же замелькали тысячи комментариев, восхваляющих их внешность. Вскоре камера сфокусировалась на группе поддержки Жун Синъи в самом дальнем углу. Е Нань, впервые попавшая на столь масштабное шоу, заметно нервничала. Сидевший рядом с ней студент в очках и вовсе застыл с плакатом в руках и абсолютно пустым выражением лица — точь-в-точь робот, которого насильно заставили отрабатывать смену. Фанаты, завидев близких Жун Синъи, прильнули к экранам ещё ближе: неужели тот таинственный гэгэ, который так интриговал весь фандом, наконец-то покажет своё лицо? 【Этот парень в очках и есть гэгэ нашего Ии?】 【Да он же выглядит как типичный школьный отличник-третьекурсник!】 【Они из одного класса? Одноклассник Ии?】 【Диди в очках, конечно, симпатичный, но я уверена, что родной гэгэ Ии должен быть просто зубодробительным красавцем!】 Ведущий как раз направился к семейной секции, чтобы взять короткое интервью у гостей и удовлетворить любопытство публики. Когда микрофон перешёл к другу в очках, тот выдал разочаровывающий для фанатов ответ: — Я одноклассник Жун Синъи. Его лучший друг… Жун Синъи использовал для участия в конкурсе фамилию своей матери. Его друг в очках прекрасно об этом помнил, поэтому во время импровизированного интервью не сболтнул ничего лишнего. Лян Чжун, ожидавший за кулисами, тут же толкнул Жун Синъи локтем и слегка возмущённо спросил: — Разве я не твой лучший друг? Жун Синъи: «…» Ты такой обычный, но такой уверенный в себе. Камера быстро запечатлела их взаимодействие. Они были самой популярной парой этого сезона. Жун Синъи всегда отличался живым, жизнерадостным и разговорчивым характером, и только этот глуповатый Лян Чжун мог лишить его дара речи и заставить закатить глаза. — Я сейчас от волнения умру! Не лезь ко мне! — Жун Синъи оттолкнул Лян Чжуна. — Ты из-за своей болтовни потом слова песни забудешь. В комментариях к трансляции всё ещё вовсю обсуждали брата Жун Синъи: 【Так пришёл в итоге гэгэ Ии или нет?】 【А-а-а, как же любопытно!!】 【Почему его брат такой загадочный…】 【Может, он просто очень популярный человек и боится, что его личная жизнь пострадает, если он покажется?】 Лян Чжун, сгорая от точно такого же любопытства, спросил: — Слушай, а где твой гэ? Почему его нет в семейной секции? Однако Жун Синъи ответил: — Он здесь. И, кстати, просил передать тебе привет и пожелать удачи на дебюте. — …Что? — Лян Чжун растерялся и нахмурился, пытаясь сопоставить факты: — Погоди, я что-то упустил? Ты хочешь сказать, что я уже знаком с твоим братом? Твой брат… это случайно не…? Жун Синъи быстро прикрыл ему рот ладонью: — Тебе бы лучше текст повторять, а не сплетни собирать! Своё родство с Си Лэном Жун Синъи по-прежнему держал в строжайшем секрете. На то у него имелись две веские причины. Во-первых, его брат прославился благодаря участию в шоу «Unlimited Escape Room» и был крайне близок с Мин Чжи, одним из главных наставников «Shining Boys». Если бы парень ещё на ранних этапах раскрыл, что приходится Си Лэну младшим братом, это неизбежно навлекло бы на него волну хейта. Его бы обвинили в попытках хайпануть, в желании влезть в шоу-бизнес ради лёгких денег всей семьёй, а в худшем случае это могло бросить тень и на самого Мин Чжи. Во-вторых, он искренне хотел проверить, как далеко сможет продвинуться, опираясь исключительно на собственные силы. И то, что сегодня он стоял на этой сцене в качестве финалиста, уже намного превосходило его самые смелые ожидания. Кроме того, он ждал подходящего момента. Он хотел объявить имя своего брата всему миру, когда будет к этому полностью готов. В этот момент Си Лэн находился в комнате отдыха за кулисами. Стажёры как раз готовились выйти на сцену, наставники уже заняли свои места в зале, а он остался в гримёрке, наблюдая за прямой трансляцией на большом экране вместе с Чжу Минланом. Кстати, Мин Чжи специально попросил своего менеджера побыть с ним — кто знает, о чём он так сильно беспокоился. С присутствием Чжу Минлана в комнате не было слишком тихо. Он уже в третий раз повторил Си Лэну: — Не волнуйся ты так. Исходов всего два: либо он дебютирует, либо нет… Си Лэн невольно криво усмехнулся: — Я не нервничаю. Тебе тоже стоит присесть. Чжу Минлан усмехнулся и наконец сел в кресло. Выступления на сцене шли как по маслу. Си Лэн вчера присутствовал на генеральной репетиции, но сейчас, благодаря профессиональному гриму и сценическим костюмам, качество номеров выросло в разы. Теперь стажёры выглядели как настоящие будущие звёзды, ярко сияющие в лучах софитов, а зрители в зале оглушительно аплодировали и кричали. И его мачеха тоже была среди них. В море светящихся огней фанатская поддержка Жун Синъи занимала внушительную часть стадиона. Повсюду пестрели оранжево-желтые вывески: «Ии», «И-бао», «Е Синъи». А фраза, которую в своё время Мин Чжи использовал для его описания, теперь стала главным лозунгом его поклонников: «Ярко сияет, у него многообещающее будущее». Си Лэн внимательно наблюдал за происходящим, и уголки его губ невольно изогнулись в улыбке. — Они вот-вот покинут сцену. Сейчас вернутся, чтобы переодеться и подготовиться к сольным номерам, — напомнил ему Чжу Минлан. Си Лэн кивнул. Когда стажёры ушли за кулисы, камера сфокусировалась на наставниках. Все они, казалось, были в приподнятом настроении, и только Мин Чжи, как обычно, выглядел нетерпеливым и хмурым. Стоило судьям получить короткую паузу, пока внимание зрителей переключилось на ведущего, как Мин Чжи воспользовался моментом и незаметно ускользнул со своего места. Си Лэн не видел этого на большом экране, но отчётливо услышал прокатившийся по залу свист и разочарованные возгласы фанатов, жаловавшихся, что их кумир снова сбежал. Несмотря на строгий тайминг шоу, Мин Чжи во весь опор поспешил за кулисы. Заметив его на пороге гримёрки, Си Лэн ничуть не удивился. В его глазах зажглась тёплая улыбка. Он окинул гонга взглядом и мягко произнёс: — У тебя волосы растрепались. Сегодня над укладкой Мин Чжи изрядно потрудились стилисты: короткие чёрные пряди были гладко зачесаны назад, и лишь несколько из них небрежно обрамляли лицо, смягчая резкие черты, выгодно подчёркивая точёный нос и тонкие губы. Уголки его рта приподнялись в лёгкой игривой усмешке. — Правда? Рядом висело ростовое зеркало, но он даже не повернулся к нему. Мин Чжи шагнул вплотную к Си Лэну, словно желая разглядеть своё отражение исключительно в его глазах. Си Лэн послушно протянул руку и принялся поправлять его причёску, слегка взъерошивая ладонью излишне зализанные назад пряди. Сосредоточившись на этом занятии, он на мгновение залюбовался им и застыл. В карих глазах Си Лэна промелькнула безграничная, ласковая беспомощность. Находившийся неподалёку Чжу Минлан тактично отвернулся к стене, изо всех сил притворяясь деталью интерьера. Перерыв между номерами был ничтожно мал. После короткой минуты уединения Мин Чжи поспешно потянул Си Лэна за руку к выходу: — Пойдём скорее к Сяо И. В общей комнате отдыха стажёров царило невероятное оживление: повсюду сновали операторы, снимая происходящее со всех ракурсов, ведь прямая трансляция для бэкстейджа не прерывалась ни на секунду. Прежде чем переступить порог, парни мгновенно разорвали контакт и заняли максимально вежливую, отстранённую дистанцию. Но стоило Мин Чжи и его неожиданному спутнику Си Лэну показаться в дверях, как чат прямой трансляции буквально взорвался от шквала эмоций! 【А-а-а-а, это же Лэн-лэн!!!】 【Я всё гадала, почему Лэн-лэна нет в зрительном зале, а он, оказывается, тайно пробрался за кулисы?!】 【Ха-ха-ха, Лэн-бао как обычно: проворачивает грандиозные дела без лишнего шума】 【Лэн-лэн сегодня пришёл как член семьи наставника? (Чисто гипотетический вопрос, без негатива)】 【Фанаты «Кондиционеров» сегодня просто амброзию пьют, а-а-а-а!】 【Да они вообще… они хоть пытаются шифроваться?!】 【Организаторы испугались, что стажёры проголодаются перед финишем, поэтому решили выдать им порцию отборного собачьего корма от нашей парочки 】 【Серьёзно, мой гей-радар никогда не даёт осечек. В прошлый раз мы канонизировали реальную пару, значит, и эти двое сто процентов вместе!】 Ни на что не отвлекаясь, Си Лэн спокойно подошел к финалистам, чтобы подбодрить младшего брата и пожелать ему удачи перед самым важным, решающим выходом. — Просто делай всё, что в твоих силах, независимо от результата. Хотя Си Лэн не питал больших надежд на дебют Жун Синъи, сам подросток не знал, что ждёт его в будущем. Это место в финале досталось ему с огромным трудом, и было бы невероятно жаль, если бы он в итоге не смог дебютировать. Жун Синъи ещё не сталкивался в жизни с серьёзными неудачами, и Си Лэн всерьёз опасался, что тот просто не справится с разочарованием. Однако Жун Синъи лишь беззаботно усмехнулся и громко заявил: — Ты так говоришь, потому что заранее уверен, что я пролечу мимо группы, да? Ничего страшного, если я не дебютирую. Тот факт, что я вообще дополз до финала — чистая удача, уж поверь мне… Жун Синъи наклонился к самому его уху и едва слышно прошептал, что, за исключением его самого и Лян Чжуна, все остальные тринадцать финалистов представляли интересы крупных агентств, так что их собственные шансы на итоговый успех изначально стремились к нулю. Си Лэн был искренне удивлён такой проницательности младшего брата. Но прежде чем он успел хоть что-то ответить, Мин Чжи оперативно подскочил к ним, бесцеремонно разнял и строго шепнул Жун Синъи: — Нас снимает камера. Жун Синъи: «…» Он не стал озвучивать это вслух, но на его лице явно читалось: «Да это вы двое тут должны изо всех сил избегать подозрений!!!» Си Лэн лишь беспомощно улыбнулся. Их мимолётное взаимодействие, до боли напоминающее сцену в тихой семье из трёх человек, вновь спровоцировало бурные обсуждения в чате прямой трансляции: 【????? Мне одной это показалось странным? Мин-шэнь сейчас что, приревновал к Ии??】 【Лэн-лэн и Ии выглядят такими близкими… Они что, были знакомы раньше?】 【А какие вообще отношения у Лэн-лэна и Ии? Мне кажется, они неуловимо похожи, вам не кажется?】 【Да-да! Хоть черты лица у них и разные, но общие пропорции, мимика, сама аура… Они реально похожи!】 【Девочки, у меня тут появилась одна безумная теория…!】