Dark Souls: Хроника Очень Тёмной Души

         Морк надеялся, что его убьют быстро.          Нет-нет, не так!          Он надеялся, что его выпустят из кристалла, поцелуют в лобик, обнимут и пожелают удачи во всех начинаниях, после чего отпустят на все четыре стороны. Но, к сожалению, этот сценарий был менее вероятным, чем убийство. Морк был, всё же, реалистом!          Но, к сожалению, даже этого не происходило.          Начнём с того, что бедного Морка даже не пытались достать из кристалла, и уже спустя месяц это начало вызывать вопросы у сущности.          Всё это время обе стороны лишь наблюдали друг за другом, иногда обмениваясь парочкой реплик. Как ни странно, нечеловеческим терпением могли похвастаться как дракон, так и Морк.          Сущность периодически пыталась вывести Нагого Сита на более общие разговоры, желая получше изучить обстановку, однако дракон не спешил отвечать.          В какой-то момент Морк решил заговорить более предметно.          «Почему ты ничего со мной не делаешь?»          Дракон, словно и впрямь оценив прямой вопрос сущности, ответил. Пусть и своеобразно.          «Чтобы ты сбежал, Насмешник?»          Встречный вопрос заставил Морка опешить. Он, конечно, не показал того, что его раскрыли, но…          «Морк, я Морк! И как это я сбегу?!»          Сущности показалось, что если бы могла, ящерица закатила глаза!          Дракон не собирался отвечать, слишком занятый своими экспериментами и исследованиями. Формально он почти никогда не покидал кристальной пещеры, но по факту в этот момент через своих медиумов мог находиться почти где угодно.          Нагой Сит догадывался, как Насмешник мог в первый раз сбежать от Повелителя Света.          Как и был уверен, что изначально они поймали обычного полого, но никак не покровителя беглецов Изалита.          Это могло значить лишь одно: существо умело перемещаться между телами, что было не просто удивительно. Это ужасало! И вместе с тем пробуждало в безумном сознании дракона любопытство.          Кем бы и чем бы Насмешник не был, его определённо нужно было изучить. Медленно, осторожно, постепенно. Непредсказуемый и безумно опасный, с ним нельзя было торопиться. К счастью, кристалл отлично мог сковывать не только тело, но и душу.          Конечно, формально у Морка с головой хватало сил вырваться из кристалла.          Но…          Даже если опустить то, что он не мог легко воспользоваться своей родной силой и прибегал к Тёмной Душе Гаэля, его новое тело обещало разорваться быстрее, чем он успеет что-либо сделать. С одной стороны с этим не было проблем, ведь он так и так мог сбежать…          С другой Морк был полон любопытства. И не только любопытства.          По оговоркам дракона он быстро понял, что за время его отсутствия уже успело пройти как минимум несколько сотен лет. Бежать сломя голову было немного поздно, не так ли?          Что ни говори, но восприятие времени у Морка было сильно искажено даже относительно долгоживущих существ. Сущность понимала, что ей не стоило задерживаться слишком сильно, но и вместе с тем хотела воспользоваться представившейся возможностью по максимуму.          Морк надеялся, что Квилан с Квеланго не станут обижаться на его маленькое желание немного повеселиться…          И, возможно, принести чуточку хаоса.          Ещё один месяц Морк просто наблюдал, разглядывая вечно занятую уродливую морду инвалида, ожидая от дракона хоть каких-то новых слов или действий, но тот словно и забыл про его существование, оставив в своей пещере как необычный трофей. Это было возмутительно!          В какой-то момент Морк вновь заговорил:          «У меня бессонница. И мне скучно. Тёмные Духи, лучше тебе не знать, что я могу сделать, когда мне скучно и я не могу уснуть!»          Нагой Сит отвлёкся от исследований, мысленно вернувшись в свою пещеру. Не мог не вернуться.          Внутренний голос существа изменился.          Такой же преувеличенно эмоциональный, всё ещё несерьёзный и откровенно насмешливый, дракон просто не мог не обратить внимание на перемену.          В душе безумного дракона разгорелась злость.          Мерзавец уничтожил десятилетия его трудов. Если не больше!          Пусть всё в первую очередь хранилось в голове дракона, перенос на физические носители был не менее важным: человеческие маги обучались через эти книги, приходили к чему-то новому и приносили на блюдечке Ситу. Сам дракон через медиумов часто сверялся с записями, ведь и у него память была не совсем абсолютной!          И теперь отвратительный Насмешник прямо ему говорил, что требовал развлечений, и что-то в голосе сущности вынудило его прислушаться.          Сит ненавидел чувствовать себя слабым и беззащитным. Всю свою жизнь он пытался побороть эти чувства. Последние сотни лет он даже не вспоминал о том, что в мире скрывались чудовища, способные заставить его испытывать страх за свою жизнь.          Кто бы мог подумать, что этот страх вылезет из глубин души дракона от одного лишь мысленного голоса слабого, беззащитного, маленького, скованного кристаллом чело… существа.          «Ты не выберешься отсюда ни через год, ни через десять лет, ни через сто! — прогремел голос Сита. — Я найду способ как не дать тебе сбежать и доберусь до всех твоих секретов, Морк, тебе нужно лишь немного подо…»          Сит замолчал, услышав в голове смех.          Громкий, заливистый, над ним не просто насмехались, а высмеивали.          «Ящерица, — мысленно вздохнул Морк, — если ты попробуешь добраться хотя бы до части моих секретов, тебя уже ничего не спасёт…»          Могло показаться, что это была угроза.          Но дракон-инвалид вновь смог безошибочно уловить посыл сущности: холодная, полная злой насмешки, констатация факта.          Морк не угрожал. Он словно сказал прописную истину, которую Сит должен был узнать ещё в тот момент, когда вылупился из яйца. К сожалению, дракон попался бракованный!..          Из пасти Сита вырвался утробный рык.          Он видел многих разумных за свою жизнь. И ни один из них не мог парой слов сказать так много и не сказать ничего, вложить столько смыслов в один лишь мысленный голос и не вложить ровным счётом никакого.          Как ему хотелось разорвать мерзкого Насмешника на части, заморозить в вечных льдах, распотрошить саму его суть и узнать все тайны.          Но…          Всё же, не стоило забывать, кем герцог на самом деле был и как пришёл к своему месту.          В голове возникла идея.          «Ты освоил плетения Ведьмы Изалита, — неожиданно произнёс Сит. — Осмелишься ли ты прикоснуться к кристаллической магии, созданной мной, Насмешник? Удовлетворит ли это твою скуку?»          Если бы мог, Морк прищурился. И, возможно, наклонил бы голову. Где-то глубоко в глазах сущности загорелся интерес.          Ему была интересна магия дракона. Но он совсем не ожидал, что ему самому предложат её изучить.          Стояло ли за этим что-то ещё? Или, может быть, дракон действительно предлагал нечто самое, по его мнению, логичное?          И как Морк может отказаться от такого?          «Мне и впрямь интересны чудеса этого мира, — признался Морк. — И что же, ты отпустишь меня?! Иначе как я буду учиться?»          Пасть дракона исказилась в оскале.          «В этом нет необходимости, Насмешник…»          «Я Морк!»          Уже совсем скоро прямо в кристаллической пещере дракона организовали небольшую библиотеку с медиумами. Под наполненным ничем неприкрытым скепсисом взглядом Морка безликие маги начали его обучение.          Пусть и преисполненная скепсисом, сущность принялась слушать и запоминать.          Кристаллическая магия отличалась от плетения ведьм.          Больше полагающаяся на ментальную составляющую разумного существа, она учила магов визуализировать душу как поток энергии и выпускать через катализатор.          Кристаллы помогали магам на всех этапах: ощутить энергию, развить её, а вместе с ней и предрасположенность к этой силе, — Морк легко мог понять, почему дракон столь сильно заинтересовался кристаллами и почему большую часть своих исследований посвятил именно им.          Где обычному человеку и даже дракону могли потребоваться долгие годы познания, чтобы просто установить контакт с кристаллом и обратить ментальной энергией силу души в осязаемый поток, для сущности это едва ли было какой-то проблемой.          Он прекрасно понимал логику и принципы работы. Едва ли это как-то слишком сильно отличалось от того, что он вечность (или пять) назад видел в других кластерах миров. Всё же, несмотря на разные законы и подходы, пересечений было слишком много. Вселенная тоже была ленивой, в конце концов! Путь наименьшего сопротивления — самый лучший путь!          Намного больший интерес вызвало то, как ментальной энергией маги визуализировали душу.          Обычно ментальную энергию не использовали как обычное дополнение к силе души. Морк не видел в этом чего-то плохого, предполагая, что прямое воздействие в этом кластере миров могло работать… немного не так, как надо, из-за чего пришлось идти на ухищрения. Не худший способ прикоснуться к неподвластному.          И всё же…          «Тёмные Духи, твоя магия слишком опасна и нестабильна, — спустя какое-то время дал оценку Морк. — Теперь я немного лучше понимаю, почему ты и твои рабы столь ненормальные. Какой ужас, какой ужас…»          Мысленный голос сущности наполнился такой жалостью, страхом и сожалением, что дракон чуть не взорвался от злости.          Основную теорию Морк усвоил в первый же месяц. Это не могло не удивить Сита: слишком легко Насмешник всё понимал и запоминал. Пугающе быстро. Концепции, которые люди осознавали месяцами и годами, для Морка были до невозможного простыми и понятными, словно он был могучим волшебником, познавшим все формы магии.          Или кем-то намного хуже.          Сита… на самом деле было довольно легко задеть.          Дракон легко мог вспыхнуть, был готов пойти на любые безумства ради своих целей, и всё же — определённую осторожность и осмотрительность… большую часть времени он соблюдал.          Но некоторые темы были для его больного сознания особенно болезненными, и к магии кристаллов это относилось чуть ли не в первую очередь.          «Как ты смеешь, мерзкий Насмешник?!» — взревел дракон.          Его совершенная магия! Его путь к истинному бессмертию! Его путь к созданию подобного себе!..          Да как какая-то вылезшая непонятно откуда мерзкая сущность смела критиковать его ключевое направление?!          Учившие Морка медиумы схватились за головы, сдавленно закричав. Их тела, прямо с головы, начали прорастать кристаллами. Морк со скепсисом наблюдал за происходящим, совсем не впечатлённый происходящим.          «Какой идиот будет так бездарно убивать своих подчинённых?»          О, как же дракону хотелось схватить кристалл с мерзким Насмешником и… и… и… и…          Агхр!!!          «Ты желаешь остановить обучение, Насмешник?» — наклонил слепую голову к кристаллу Сит.          «Ни в коем случае! — раздался в голове Сита смех Морка. — Я просто констатирую факт, ящерица. Продолжим обучение!»          К чести дракона, прошлых медиумов довольно быстро вынесли и на их место пришли другие.          Ещё через несколько месяцев Морк впервые познакомился с исследованиями дракона в области мутаций живых существ.          У Нагого Сита не было тех знаний про биологию и эволюцию, в том числе души, которыми обладал Морк. И инструмента точечного воздействия у него тоже не было.          Зато было непомерных размеров желание добиться цели, безумный интеллект и власть.          С помощью кристаллической энергии он проводил десятки, сотни и тысячи экспериментов. Скрещивал между собой живых существ, запускал в их телах спонтанные мутации, едва ли их как-то контролируя, выводя огромное множество уникальных и часто абсолютно ужасных существ.          Морк в своих снах видел последствия его действий, но это были отдалённые сны. Абстрактные ужасы страшного кластера миров с безумным драконом-инвалидом, которые не могли передать полной картины.          Теперь же сущность могла наглядно ознакомиться с трудами дракона.          Сперва Морк не понимал, почему библиотека дракона была столь огромной. Магию, а вместе с ней и мир можно было познавать вечно и ни одна библиотека в мироздании не могла уместить в себе всё, но неужели кристаллическая магия была столь сложной?          Оказалось, что большая часть библиотеки вмещала в себя именно наблюдения за разнообразными мутациями бесчисленных живых существ. Это многое объясняло.          «Даже ограниченный в инструментах, ты смог достичь впечатляющих успехов, — легко признал Морк, мысленно улыбнувшись, проецируя свою улыбку прямо в сознание дракону. — Ты и впрямь очень умный, дракон!»          На лицо дракона вылез оскал.          Нагой Сит явно был горд своей работой. И, какие бы чувства у него не вызывал Морк, даже его слепота не мешала ему видеть, что сущность понимала и разбирала его записи, да с такой пугающей лёгкостью и скоростью, что ему хотелось показать лишь больше.          Сколько бы сотен лет не прошло — он всегда слишком жаждал признания своих заслуг и стараний. И для этого не подходил кто попало! Мнение людей, пусть они даже провозгласили себя Богами и обрели Великие Души, его мало интересовало.          Но что насчёт того, кто, возможно, обладал настоящим бессмертием?          Неизвестная сущность, что появилась буквально из ниоткуда, притворялась (очень успешно!) идиотом, но при этом демонстрировала интеллект и осведомлённость, которые Сит до этого никогда не видел?          Определённо, похвала стараний достигла самых глубин сознания безумца, подкармливая непомерных размеров Эго. Уязвлённое Эго.          Если бы мог, Морк широко улыбнулся, наблюдая за поведением дракона.          Постепенно они говорили всё больше и больше. Месяц за месяцем, незаметно прошёл сначала первый год, а затем и второй.          В какой-то момент дракон и сущность перешли к конкретным мутациям.          Дракон мог часами говорить о том, как он игрался с душами живых существ, и особенно людскими.          «Они могут принять в себя почти что угодно, — вдохновлённо произнёс Сит. — Будь то Свет или Тьма. Я вижу огромный потенциал в их адаптивности».          «Людской разум хрупок, — ответил Морк. — Даже если душа и тело выдерживают изменения, разум может не пережить вмешательства. Как и любой другой разум…»          Сущность засмеялась, слишком уж явно намекая на самого Сита. Щупальцеподобные хвосты дракона раздражённо замельтешили.          «Если всё сделать правильно, с разумом ничего не случится!» — раздражённо ответил Сит.          Медиумы принесли книгу с одним из самых успешных экспериментов Нагого Сита, начав знакомить скептичную сущность с результатами исследований.          Присцилла Полукровка по праву считалась одним из самых успешных экспериментов Сита.          Несущая часть его сути, она была уникальным гибридом человека и дракона, не только сохранив разум, но и обретя огромное, особенно по меркам людей, могущество.          «И где же сейчас Присцилла?» — полным скепсиса голосом спросил Морк.          «Боги забрали её! — раздражённо ответил дракон. — Они могли как использовать её для каких-то целей, так и просто убить. Мне неведомо это, мерзкий Насмешник».          «Неужели у тебя совсем нет догадок?» — скептически приподнял в кристалле брови Морк.          На второй год тело сущности изменилось прямо в кристалле до неузнаваемости: отросли длинные чёрные волосы, прорастая прямо сквозь кристалл, новое тело перестало напоминать высушенный скелет, походя теперь скорее на постоянно тренирующегося воина.          Удивительным образом черты лица нового тела походили на лицо прошлого. Столь сильно, что можно было подумать, что это были два брата.          Таких деталей Сит, впрочем, не мог знать.          «Гвин сделал слишком много, чтобы сохранить свою Эпоху, — после недолгих размышлений ответил Сит. — Тебе знакомо имя Ариамис, сущность?»          Один из самых удивительных и загадочных богов, что принёс в мир один из самых странных и удивительных видов магии.          Когда-то гениальный художник обратился к нему и Сит, заинтересовавшийся необычным проектом, помог богу разработать достаточно сложную иллюзию, искривляющую пространство. Для этого требовалось огромное количество энергии, столь огромное, что дракон не видел большого потенциала в этом направлении, особенно для достижения его целей, но Ариамис не оставил свою затею и каким-то образом довёл её до логического конца, в каком-то смысле воплотив в, казалось бы, обычной картине целый мир.          Иллюзорный, и вместе с тем — столь реальный, что его едва ли можно было отличить от настоящего мира. Воистину чудо, подвластное лишь богоподобному мастеру.          «Настоящий творец!» — вдохновлённо произнёс Морк.          Ломать не строить! Созидание было значительно тяжелее разрушения. Сущность относилась с уважением к тем, кто умудрялся, ограниченный силой и возможностями, создавать что-то столь волшебное!          Морк, например, был намного более ленивым.          Ситу было тяжело поспорить с этим, пусть безумца и раздражало, что сущность восхищалась не только его исследованиями.          «План Гвина провалился и нарисованный мир не смог стать заменой настоящему, — безразлично произнёс дракон. — Но свою пользу картина принесла, став тюрьмой. Она должна быть в картине. Если Повелитель Света смилостивился и пощадил её».          Морк улыбнулся.          «Вот как!»          Постепенно разговоры дракона и сущности всё дальше и дальше выходили за пределы темы исследований. Частота их разговоров также увеличивалась.          Благодаря Ситу Морк узнавал всё больше деталей, связанных с миром. Пусть Сит редко участвовал в разборках пантеона где-то в глубинах Анор Лондо, его глаза и уши были повсюду.          Так Морк подробнее узнал о планах Повелителя Света, которые он уже давно, пользуясь всем своим богоподобным могуществом, приводил в жизнь.          Знак Тьмы, а за ним и нежить.          Странные, чудовищные костры, что создавали по всему миру с одному Повелителю Света понятной целью.          Наконец, Хранительницы Огня, которых специально взращивали для этих костров.          Несчастные женщины, которых учили аккумулировать человеческую Тьму.          Морк мог только представить себе, сколь ужасно себя могли чувствовать смертные, не умеющие ни аккумулировать силу, ни даже защищаться от отголосков чужой воли, что эта тьма несла в себе.          Тьма могла дать как огромную силу, так и легко стать страшным проклятием.          А ведь была ещё Бездна!..          Морк поморщился, всё ещё чувствуя на краю сознания неприятные ощущения. Бездна всё это время пыталась его разъесть, что было, мягко говоря, не очень приятно!          К счастью, его сущность постепенно поглощала и очищала дрянь, но приятнее от этого он себя не чувствовал.          «Человечность людей — это дрова, а Хранительницы Огня — живые печи для их сжигания», — прищурился Морк.          «Должно быть так», — без тени интереса ответил Сит.          Не все боги одобряли это. Одной из самых активных и недовольных происходящим оказалась женщина по имени Велка. Пусть люди и называли её Богиней Греха, греховной её сложно было назвать.          Основа силы Богов — чудеса. Будь то рождённые из частиц Великой Души, данной Гвином, или силой веры людей — Богов тяжело было назвать магами.          Чудеса были достаточно перспективным направлением, пусть и слишком зависимым от внешних факторов. Сит не хотел становиться от кого-то зависимым, не считая это настоящим путём к бессмертию.          Велка смешала оба пути, потянувшись как к силе души через ментальную энергию, так и к чудесам так называемых богов, создав уникальное направление. Впрочем, уникальным оно было лишь в определённом смысле: тот же Ариамис был таким же еретиком, как и Велка.          Просто, в отличие от неё, он не шёл против системы.           К Велке у пантеона давно были вопросы. Слишком часто она выступала против чужой воли, слишком своенравной и независимой была. Боги давно планировали избавиться от неё, но Повелитель Света достаточно долгое время закрывал глаза на её непослушание, пока она открыто не пошла против его желания спасти Первое Пламя. Это стало последней каплей.          Сейчас Велка, как и Присцилла, вероятно, была заточена где-то в картине. Никто и ничто не должно было помешать Повелителю Света выполнить задуманное.          Впрочем, Сит догадывался, что Велка всё ещё продолжала борьбу.          Ходили слухи, что там, где пролетали чёрные вороны, проносилась воля самой Богини Греха.          «Какие страсти, какие страсти! — притворно ужаснулся Морк. — Мир полон ужасных историй, ящерица!»          Если бы мог, Сит закатил глаза.          Это было далеко не единственной историей, что услышал Морк.          За вторым годом наступил третий, за третьим — четвёртый, а за четвёртым — пятый.          В одно мгновение прошло пять лет с того момента, как Морк оказался заключён в кристалл.          За это время сущность успела узнать от дракона про мир больше, чем когда-либо ещё. Морк уже давно осознал кристаллическую магию намного лучше, чем огненные плетения глупой ведьмы.          Понимание магии сущности достигло того уровня, что Сит начал проводить многие эксперименты прямо на глазах Морка. Чтобы мерзкий Насмешник осознал, насколько гениальным он был и восхитился его воистину гениальному уму!          На глазах скованной сущности разумные с, казалось, всего мира подвергались самым разнообразным мутациям, покрывались кристаллами, навечно скованные в минералах, смешивались с другими существами, в лапах Сита превращаясь во что-то ужасное.          Со стороны всё выглядело так, будто сущность это совсем не трогало. Он с холодным безразличием наблюдал за происходящим, словно был заинтересован в ходе экспериментов не меньше дракона. Более того, в какой-то момент Морк начал комментировать результаты экспериментов.          Говорить, что и почему могло пойти не так, почему одни существа могли быть между собой совместимы, а другие — нет. Слухи про скованного в кристалле наблюдателя каким-то образом выбрались за пределы Архивов Герцога, разнесясь по ближайшим и отдалённым землям.          В какой-то момент Ситу даже показалось, что в мерзком Насмешнике он увидел родственную душу. И, возможно, в определённом смысле он был прав.          Но правда, всё же, была немного другой.          На десятый год Сит достаточно поверил в свои силы, чтобы начать изучение Морка.          Тогда же сущность почувствовала, что…          Кажется, её тело достаточно окрепло, чтобы выполнить задуманное.          «Я думал, что мы друзья? Как ты мог?! Неужели моя кровь столь интересна?! Что ты там уже увидел?»          Наполненный фальшивой печалью голос Морка был, впрочем, полон неприкрытого интереса. Он, казалось, на самом деле совсем не обижался на то, что его «друг», с которым они были знакомы уже десять лет, начал проводить над ним эксперименты, и сам заинтересованный результатами тестов.          Сит уже привычно проигнорировал Морка.          Всё его внимание через рабов было сосредоточено на исследованиях.          Сит впервые видел (через медиумов, конечно!) столь чёрную и густую кровь. Пигмент, что будто в любой момент мог ожить и вырваться наружу.          Впрочем, совсем не это заинтересовало дракона.          «Хм?»          От Сита не укрылось нечто столь знакомое и родное, что заставило дракона, а вместе с ним и медиумов застыть.          «Это… кристалл?»          Это было невозможно. Кристалл должен был сковать его тело и душу. Морк никак не мог поглотить его, только если сам не был…          Намного более могущественным, чем всё, что дракон мог представить себе в самом ужасном кошмаре.          — Что-то нашёл?          Не сразу Нагой Сит осознал, что услышал голос не в своей голове, а вживую. Медиумы обернулись к кристаллу.          На лицо мужчины вылезла широкая, насмешливая улыбка. Раздался треск, ознаменовавший не только то, что тело сущности стало достаточно крепким, чтобы выдерживать проходящее через него могущество, но и то, что Морк достаточно освоил новое направление.          Возможно, в будущем оно поможет ему намного быстрее укреплять свои носки.          С громким, особенно оглушительным треском кристалл разлетелся на части.          На месте тюрьмы оказался полностью свободный, с ног до головы покрытый проросшими сквозь тело кристаллами мужчина.          Очевидно, опасность кристаллической магии не стала для него преградой.          — Как там было…          Морк, подняв руку, потянулся к душе Гаэля, взяв немного силы его сущности, стараясь не потревожить чуткий сон могущественного рыцаря из другого временного потока. Пройдя сквозь покрытое кристаллами тело, магия обрела форму.          Холодное, покрытое резонирующей с пространством тьмой кристаллическое копьё огромных размеров сформировалось над головой мужчины, и не нужно было уточнять, что это значило для Архивов Герцога и самого дракона.          Нагой Сит громогласно зарычал, расправив деформированные крылья. Морк поддержал инвалида, засмеявшись.          В следующий момент в пещере произошёл чудовищный взрыв.          Впрочем, уже совсем скоро взрывы начнут раздаваться по всем землям герцога.          Огромная чёрная ворона приземлилась на замок герцога, не без интереса наблюдая за происходящим.          Кажется, слухи подтвердились.          Всё же, не только у Сита были глаза и уши по всему миру.          «Затанцует ли магия дракона так же, как затанцевали огни ведьмы…»          Ворона почесала клюв.          Ворона ли?