Вильтрумит: Аномалия.

Месяц в открытом космосе - это, как оказалось, отличное время для медитации, переоценки жизненных приоритетов и окончательного убеждения себя в том, что одиночество переносится куда легче, когда не нужно слушать чужие лекции о расовом превосходстве за завтраком. Первые недели я провёл, как ни странно, почти не вспоминая ни о Трэгге, ни о Бич, ни о выжженной Империи позади. Вместо этого я просто смотрел на мир в котором я переродился. По-настоящему смотрел, впервые за долгое время позволив себе роскошь ничего не анализировать и никого не оценивать. Оказалось, что моё восприятие - тот самый молекулярный контроль, заточенный годами тренировок на считывание мельчайших деталей боя - работал не только против живых противников. Глядя через обзорный экран на проносящиеся мимо звёзды и туманности, я обнаружил, что могу, по сути, замедлять для себя само восприятие происходящего - не физически, а на уровне того, как мой мозг обрабатывал картину. Свет далёких звёзд, искажающийся при подходе к точке прыжка, переливы излучения каких-то газовых гигантов, мимо которых пролегал маршрут - всё это я мог разглядывать в мельчайших деталях, хотя корабль при этом продолжал нестись на скоростях, недоступных пониманию большинства известных мне рас. ‘Надо же. Получается, даже у геноцида есть свои бонусы’ - мысленно усмехнулся я, наблюдая за тем, как очередное скопление звёзд медленно разворачивается передо мной, будто специально замедлившись ради моего удовольствия. ‘Жалко, что не с кем поделиться впечатлениями. Хотя, возможно, это даже к лучшему - кто-нибудь точно умудрился бы испортить момент очередной лекцией о превосходстве вида.’ Свободное время, впрочем, я тратил не только на космический туризм. Зная цену собственной беспечности - а после встречи с Трэггом подобные иллюзии у меня отпали окончательно - я решил методично, шаг за шагом, изучить корабль, на котором мне предстояло провести следующий месяц (если верить расчётам корабля). Изучил я не только стандартные системы навигации и жизнеобеспечения, с которыми меня и так успели ознакомить на ускоренных курсах, а вообще всё - от резервных контуров энергоснабжения до протоколов, спрятанных в самых глубоких слоях бортового искусственного интеллекта. Делал я это осторожно. Корабль был мне нужен целым и работающим, а не разобранным на запчасти из чистого любопытства (я точно не хотел застрять посреди пустой галактики), так что каждый протокол, каждую подозрительную строчку кода я изучал, предварительно убедившись, что не нарушу ничего критического для систем жизнеобеспечения или навигации. Терпение в итоге окупилось. Глубоко в архитектуре бортового искусственного интеллекта, среди слоёв стандартных протоколов разведки, я обнаружил отдельную, тщательно скрытую команду - своего рода “спящий” модуль, активирующийся автоматически в случае, если корабль зафиксирует планету с технологиями или разумной расой, представляющей потенциальный интерес для покорения. Логика, в общем-то, была предельно прозаичной: Империя, очевидно, не собиралась тратить ресурсы на отправку карательных экспедиций к мирам, населённым в лучшем случае амёбами или племенами, едва освоившими каменные орудия. Модуль ждал именно того вида сигнала, который оправдывал бы вмешательство и при обнаружении подобного сигнала - должен был немедленно, без моего ведома и согласия, отправить координаты прямиком в штаб Империи. ‘Ну конечно. Кто бы сомневался’ - мысленно покачал я головой, разглядывая раскрытый протокол. ‘Доверие - это, как оказывается, не про вильтрумитов вообще. Даже к собственным разведчикам нет доверия. Хотя, возможно… дело тут не в банальной паранойе командования, а в холодном военном расчёте. Если вдуматься, этот протокол был чертовски логичен. Представим сценарий: разведчик выходит из прыжка, а местная неизвестная раса оказывается куда зубастее, чем предполагалось, и бьёт первой. В разгаре внезапного нападения вильтрумит не станет тратить секунды на ручную отправку координат - он будет драться. И далеко не факт, что он выйдет из этой мясорубки победителем. Сила силой, но во вселенной полно тварей и технологий, способных пустить кровь даже нам. А этот «жучок» - автоматическая посмертная страховка. Даже если скаута уничтожат в первые минуты боя, корабль в фоновом режиме успеет «выплюнуть» сигнал в Центр. Империя в любом случае узнает, что в этом секторе есть что-то опасное и интересное, и пришлёт сюда уже полноценный карательный флот. Хотя учитывая нынешнюю ситуацию, они могут послать на подмогу одного-двух воинов. Прагматично? Абсолютно. Но оставлять эту подстраховку активной я, конечно же, не собирался.’ Обнаружение этой маленькой “страховки” стало для меня крайне ценным уроком на будущее. Дело было даже не в банальном недоверии Империи, а в том, насколько расчётливо работала её военная машина: автоматика была готова вызвать флот в обход меня, если бы я увяз в бою или просто не успел среагировать на угрозу. Я отключил модуль - аккуратно, без резких движений, тщательно убедившись, что это не вызовет каскадных сбоев в остальных системах. Но сам факт существования такого алгоритма заставил меня окончательно отбросить любую остаточную самоуверенность. Сила, которой я обладал, ничего не значила перед банальной невнимательностью. Прошёл примерно месяц. Когда навигационная система наконец пискнула, сообщая о приближении к целевому сектору, я взял управление в свои руки и направил корабль прямиком к местному солнцу - стандартная процедура для первичной оценки системы. В моём же случае, я знал что там находилась известная мне планета с живыми обитателями. И тут раздался сигнал, от которого у меня внутри что-то неприятно сжалось. «Обнаружен объект. Искусственного происхождения». ‘Так. Это что ещё за хрень…’ - была первая мысль. ‘Какая-то другая раса решила застолбить территорию раньше меня? Сработал ли эффект бабочки из-за моего рождени? В любом случае, стоит быть на стороже.’ Я приблизил фокус сканера к экрану, ожидая увидеть что-то откровенно чужеродное - и обнаружил вместо этого десятки, если не сотни объектов, кружащих вокруг третьей планеты системы. Спутники. Самые обычные, технологически вполне узнаваемые спутники - и, судя по конфигурации антенн и солнечных панелей, явно человеческого производства. ‘Окей, это либо местные за время моего отсутствия успели слишком быстро прокачаться, либо… либо что-то тут совсем не так’. Согласно моим расчётам, на этой планете сейчас должно было царить глухое средневековье - рыцари, чумные доктора и полное отсутствие даже намёка на электричество, не говоря уже об орбитальной инфраструктуре. Несостыковка была настолько явной, что игнорировать её не было ни малейшей возможности. Первым моим порывом было приблизиться и рассмотреть всё вблизи - любопытство, чего уж там, всегда было моей слабостью. Той человеческой чертой, которая осталась при мне. Однако, я заставил себя остановиться и просчитать ситуацию до конца, прежде чем делать хоть что-то необратимое. Неизвестная технология такого уровня могла означать что угодно - от случайного скачка в развитии местной цивилизации до присутствия совершенно другой, возможно куда более развитой силы, наблюдающей за планетой издалека. Интересно, мог ли я совершить во времени? В любом случае - я был силён - у меня не было на это сомнений, но сила - не равно неуязвимости и уж точно это не означало, что я был застрахован от глупой смерти из-за банальной самоуверенности на разведке. Бросаться в неизвестность с открытым забралом, рассчитывая на одну только силу - это был путь, который явно не годился человеку (уже вильтрумиту), которому был дан второй шанс на жизнь. Решив не рисковать и не выдавать своё присутствие раньше времени, я активировал на корабле системы маскировки от обнаружения - благо вильтрумитские технологии позволяли спрятаться даже от достаточно продвинутых сенсорных сетей. План был прост: долететь до спутника планеты, оставить там корабль в режиме невидимости, а самому слетать на разведку в одиночку. Быстро. Прежде чем местные обитатели успеют хоть как-то организованно отреагировать на нежеланного гостя. Успешно приземлив свой космический корабль на обратной стороне Луны, я вышел из него в открытый космос. Чтобы меня не заметили орбитальные спутники, мне пришлось сделать крюк, увеличить расстояние и зайти на Землю с совершенно другой стороны. Благодаря превосходному контролю над умными атомами, я максимально быстро направился в сторону Земли. Я завис в верхних слоях атмосферы планеты и сфокусировал зрение. Мои глаза, приученные годами тренировок улавливать молекулярные колебания в разгаре боя, сейчас сработали не хуже орбитальных телескопов. И то, что я увидел сквозь пелену облаков, заставило мои внутренности похолодеть от глубочайшего недоумения. ‘Так. Окей. Какого хрена. Это точно не год эдак тысяча сто какой-то’ - вновь появилась мысль о том, что я каким-то образом оказался не в том временном промежутке. Внизу раскинулся гигантский, сияющий мегаполис. Судя по очертаниям - Нью-Йорк. Но… я заметил то, чего быть никак не могло! Согласно всем моим расчётам и картам Империи, на этой планете сейчас должно было царить глухое средневековье - рыцари, чумные доктора и полное отсутствие даже намёка на электричество. А тут - бетонные джунгли, паутина хайвеев и миллионы неоновых огней 21 века. Я сфокусировал взор ещё сильнее, выхватывая взглядом центральные площади и перекрёстки, залитые светом огромных экранов, после чего замер… На одном из колоссальных, ядовито-ярких билбордов красовался мужчина в облегающем синем костюме с гордой, самоуверенной позой и американским флагом вместо плаща. Он белозубо улыбался, рекламируя то ли новый супергеройский блокбастер, то ли саму корпорацию «Vought» - судя по лору, это была промо-кампания к фильму «Хоумлендер: Красный, Белый и Синий». На соседнем щите темнокожий парень в скоростных очках придурковато скалился, сжимая в руке банку энергетика «Turbo Rush». Это был Поезд-А. Все надписи, разумеется, были на английском. Забавно, но информацию об этом языке я отчётливо помнил из своей прошлой жизни, ещё до перерождения в вильтрумита. Я не владел им на уровне носителя языка, но благодаря улучшенному мозгу новой физиологии и знаниям из прошлого - считывал и понимал каждое слово без малейшего труда. И картинка в голове сложилась мгновенно. От осознания у меня едва не вырвался нервный смех прямо там, на высоте нескольких десятков километров. Ну конечно. Конечно же. Вселенная не могла просто закинуть меня на нужную Землю сквозь время, чтобы я спокойно захватил и переждал пару веков на ней, при это развивая свои силы и создавая потомство верных полукровок. Нет, она решила пошутить как следует и отправила меня вообще в другую вымышленную вселенную. В насквозь пропитанный цинизмом, грязный, корпоративный мир «Пацанов». Мир, где спасение людей превратилось в рекламную кампанию, а «супергерои» - это разбалованные, деградировавшие медиа-продукты, сидящие на наркотической сыворотке. Одно дело - знать об этом мире как зритель и совсем другое - видеть этот фальшивый блеск своими глазами, находясь в теле существа, способного при желании расколоть эту планету пополам. ‘Окей. Расклад поменялся кардинально, но паниковать не стоит. Чтобы детальнее изучить обстановку на месте, нужно спуститься вниз и слиться с толпой. Нужно убедиться что это и вправду другая Вселенная.’ - решил я. Спускаться пришлось быстро - чем дольше я торчал в атмосфере, тем выше был риск, что меня засечёт какая-нибудь военная РЛС или спутник. Приземлился я на глухой окраине мегаполиса. Первым делом нужно было решить вопрос с одеждой - мой природный вильтрумитский костюм, хоть и удобный, явно не вписывался в местную уличную моду. Покажись я на людях в таком виде - меня бы сочли за какого-нибудь «супер-героя». А привлекать к себе внимания я не особо хотел. На одном из задних дворов частного сектора как раз сушилось чьё-то бельё: серый пиджак неплохого кроя и пара джинсов. «Пользуясь правом сильного - я изымаю эту одежду.» - мысленно произнёс я, накинув пиджак прямо на боевую форму и натянув джинсы поверх. Дальнейшие пару часов я провёл, методично прокручивая в голове новые вводные и прогуливаясь по городу с видом случайного туриста. Чем больше деталей я подмечал вживую - репортажи на экранах в витринах магазинов электроники, разговоры прохожих о последних «подвигах» Семёрки - тем яснее становилась картина. К сожалению, избежать внимания я так и не смог. Прогуливаясь по улицам города, я то и дело ловил на себя взгляды людей. Осознание, почему мой план провалился - пришло сразу. Проанализировав взгляды встретивших меня людей, я понял - что схожее лицо Генри Кавелла заставляло некоторых девушек буквально прикусывать губы, а от мужиков я получал взгляд признания. Признаться, мне пришлось впервые оказаться в подобной ситуации. Не зная, как разобраться с этой маленькой проблемой, я решил не зацикливаться на ней и продолжить изучать этот мир. Окажись я, как и планировал, на Земле образца 1100 года, всё было бы в разы проще. В глухом, технологически не развитом средневековье подчинить себе планету не составило бы труда. Без интернета, спутников и мгновенной связи можно было бы спокойно, регион за регионом, забрать власть в свои руки - аккуратно, без излишней жестокости, просто разыграв карту «живого бога» или непобедимого правителя. Но этот мир был другим. Цифровым. Здесь почти каждый человек круглосуточно торчал в соцсетях, а любая новость разлеталась по планете за секунды. В такой реальности у меня оставалось всего два пути. Первый - прямой, классический метод моих сородичей. Прилететь, демонстративно уничтожить правительства ведущих стран, вырезать пару сотен миллионов несогласных и заставить остатки человечества подчиниться под страхом тотального геноцида. Но этот сценарий шёл вразрез с моими планами. Мне нужен был безопасный, стабильный дом для будущего потомства, а не залитый кровью радиоактивный пепелище. К тому же, я категорически не принимал догмы Гранд Регента Трэгга. Он и его ищейки считали эмпатию дефектом, штампуя бездушных убийц, готовых по приказу вырезать собственную кровь. Я же хотел вырастить детей, которых буду искренне любить и защищать. Настоящая верность строится не на страхе перед плетью, а на уважении и общих идеалах. Эмоции - это фундамент нового Вильтрума, который не повторит ошибок старого. Значит, оставался второй путь - действовать тоньше, через любовь и обожание толпы. Люди по своей природе склонны боготворить идолов, а с моей внешностью Генри Кавилла занять пустующий трон главного защитника человечества было лишь вопросом времени. Но для создания глобального культа требуются колоссальные ресурсы: миллиарды долларов, медиа-холдинги, пиар-агентства и отлаженная годами машина пропаганды. На постройку такой империи с нуля ушли бы десятилетия. «Что ж» - подумал я, останавливаясь у очередной витрины с репортажем о Семёрке. - «Зачем строить то, что уже построено?» Канон этого мира я знал отлично. Корпорация «Воут» уже вбухала триллионы в теневое порабощение планеты. У них уже была готовая, идеально смазанная инфраструктура, которая держала население в узде через экраны телевизоров, контракты и фальшивый героизм. Мне не нужно было воевать с этим миром. Мне нужно было просто прийти и подчинить корпоративную верхушку «Воут» и забрать эту медиа-машину себе. Зайти как троянский конь, стать для людей главным идолом, а для «Воут» - главным активом, чтобы в итоге переписать правила игры под себя. Тихо, чисто и абсолютно надёжно. Но для входа в эту игру мне требовалось то же самое, что и любому местному суперу - общественное внимание и первая зацепка. Я не долго ждал подходящего случая. Тишину мегаполиса разорвал сухой, резкий треск, который я ни с чем бы не перепутал (хотя ни разу не слышал в этой жизни) - это были автоматные очереди. А спустя примерно минуту - донёсся звук, которого я так жаждал: завывание сирен и коллективный вздох ужаса толпы. Взгляды людей, ещё секунду назад прикованные к моему лицу, мгновенно сместились в сторону звуков пальбы. Я решил - что это был мой шанс и не собирался его упускать. Быстро сорвавшись с места. Благодаря идеальному контролю над умными атомами моего тела, я набрал огромную скорость, оставаясь при этом практически бесшумным для обычного уха. Пятьсот метров до сектора, где велась стрельба, я преодолел за считанные секунды, аккуратно огибая ошарашенных прохожих. Картина, развернувшаяся передо мной в переулке, была классической для этого циничного мира. Дорога была заблокирована двумя внедорожниками, зажавшими бронированный инкассаторский фургон с логотипом местного банка. Четверо нападавших в тактических масках и с AR-15 в руках орали на выжившего охранника, потроша заднюю дверь фургона. Вокруг, соблюдая «безопасную» дистанцию, замерли парочка идиотов, которые вместо того, чтобы бежать, снимали происходящее на свои смартфоны. Складывалось ощущение, что из-за технологий - многие люди напрочь лишились инстинкта самосохранения… Инкассаторов было двое. Один лежал на асфальте, зажимая несмертельное ранение в ноге, а его напарник стоял у фургона с поднятыми вверх руками, его лицо было перекошено от страха. Я влетел в подворотню ровно в тот момент, когда было нужно для драматического эффекта. Теперь всё дело было в калибровке. Мне нельзя было убивать их - мне нужен был подвиг, а не массовое убийство. Фокусируя зрение на их оружии и траекториях, я начал действовать. Я уже собирался сорваться с места, как в последний момент заставил себя остановиться. «Нет. Это слишком опрометчиво…» - подумал я. Четверо вооружённых людей с автоматическими винтовками, двое инкассаторов, один из которых уже лежал на земле, несколько прохожих, почему-то вместо бегства решивших достать телефоны и снимать происходящее... Стоило мне внезапно ворваться в переулок на полной скорости, и кто-нибудь из нападавших вполне мог инстинктивно нажать на спусковой крючок. Даже если бы я успел обезвредить их всех за долю секунды, случайно выпущенная очередь вполне могла срикошетить от стены, автомобиля или дорожного покрытия и превратить чей-нибудь сегодняшний неудачный день в похороны. «Глупо...» - мысленно произнёс я, ещё раз быстро просчитывая возможные траектории полёта пуль. - «Если проблему можно решить вообще без стрельбы, то зачем самому создавать вероятность её появления?» Поэтому вместо того, чтобы сразу атаковать, я сделал то, чего нападавшие совершенно не ожидали. Спокойно вышел из-за угла переулка. Показавшись в своем боевом костюме. Специально давая себя заметить. Я прекрасно видел направленные в нашу сторону камеры мобильных телефонов и даже мысленно усмехнулся. Если уж мне всё равно предстояло рано или поздно заявить о себе этому миру, то почему бы не позволить людям получить хороший ракурс? - Приветствую вас. - спокойно произнёс я, слегка разведя руки в стороны. - Не хочу мешать вашему... мероприятию, но, может быть, на сегодня уже достаточно? Как я и рассчитывал, эффект оказался мгновенным. Четыре головы практически одновременно повернулись в мою сторону. Следом за ними развернулись четыре автомата. Даже перепуганный инкассатор машинально перевёл взгляд с направленного ему в лицо ствола на меня. «Вот теперь - можно действовать.» - улыбнулся я. Теперь, когда всё внимание было приковано исключительно ко мне. Ни один из них больше не следил за заложниками, а значит, вероятность случайной смерти практически исчезла. Следующее мгновение растянулось для меня почти до полной неподвижности. Я совершил первый рывок. Короткое движение кистью и автомат главаря уже покинул его руки, улетая куда-то в сторону припаркованного внедорожника. Не давая ему даже осознать произошедшее, я двумя пальцами нанёс точный удар в область шеи, аккуратно пережав сонную артерию ровно настолько, чтобы мозг на несколько секунд лишился достаточного притока крови. Мужчина даже не вскрикнул. Его глаза закатились, а тело медленно осело на асфальт. Второй успел только расширить глаза. Третий - едва заметно напрячь указательный палец на спусковом крючке. Оба лишились оружия раньше, чем их нервная система успела закончить команду собственным мышцам. Лёгкие, почти неощутимые удары в строго выверенные точки и оба отправились вслед за своим товарищем, погружаясь в глубокий, но совершенно безопасный сон. Последний оказался чуть сообразительнее остальных. Вместо того чтобы пытаться поймать меня взглядом, он рефлекторно нажал на спуск. Впрочем, нажать - ещё не значит выстрелить. Я успел перехватить ствол его винтовки прежде, чем ударник завершил цикл, после чего слегка сжал металл пальцами, превращая ещё секунду назад исправное оружие в бесполезный кусок искорёженного железа. Точный удар и четвёртый мужчина тоже мягко опустился на землю. Вся операция заняла не больше полутора секунд. Я неторопливо оглядел переулок. Четверо нападавших были живы, спокойно дышали и, если мои расчёты были верны, должны были проснуться примерно через час с сильнейшей головной болью и абсолютно искренним желанием больше никогда в жизни не брать в руки оружие. «Неплохой результат для того, кого с детства обучали не щадить своих противников». - удовлетворённо отметил я. - «Никто не погиб. Никто даже не успел выстрелить.» Именно в этот момент я перевёл взгляд на оставшегося в сознании инкассатора. И почти сразу почувствовал, что здесь что-то не сходится. В его взгляде читалось… недоумение. Какая-то странная, глубокая растерянность. Как будто я только что ворвался без приглашения на закрытую вечеринку. Судя по дрогнувшей брови и поджатым губам, этот дурак мысленно спрашивал: «Эй, а это разве было по плану? Мы же так не договаривались!» ‘Ну разумеется’ - мысленно усмехнулся я, окидывая взглядом подозрительно аккуратно расставленную сцену. Ранение инкассатора оказалось хоть и вполне убедительным на вид, но явно не смертельным. Нападавшие, несмотря на автоматы в руках, до моего появления почему-то не проявляли ни малейшего желания открывать беспорядочный огонь. Да и несколько прохожих с телефонами заняли настолько удачные позиции для съёмки, словно заранее знали, где именно сейчас должно было развернуться главное действие… Именно тогда картинка окончательно сложилась у меня в голове. «Постановка…» - мысленно усмехнулся я. - «Похоже, кто-то готовил красивый геройский выход с идеально выверенным сценарием, а я только что самым наглым образом украл у него финальную сцену.» Мои выводы подтвердились практически сразу - вскоре я заметил как на небе появились две фигуры, стремительно спускающиеся к месту происшествия. Одна - мужчина в синем костюме с красным плащом, с лицом, которое я только недавно видел на билборде. Вторая - женщина, тоже узнаваемая по рекламе (она была в обнимку с тем мужиком, так-как не умела летать). Хоумлендер и Мейв. ----- Хоумлендер, приземлившись, обвёл взглядом сцену - спасённую “жертву”, меня и мой боевой костюм, после чего его лицо приобрело то особенное выражение, которое появляется у человека, привыкшего быть единственным в своём роде, когда он внезапно обнаруживает конкуренцию. Однако, стоит отдать ему должное, он быстро сменил выражение на своем лице. - Хороший костюмчик. - произнёс он с лёгкой, насквозь фальшивой улыбкой. - Для начинающего супер-героя. - Он сделал короткую паузу, явно наслаждаясь собственной иронией. - Кто ты вообще такой? Я молчал, прогоняя в голове весь возможный спектр последствий любого ответа. Слишком много камер вокруг, слишком много прохожих, поднимающих телефоны. Любое неверное движение здесь могло стоить мне репутации - а репутация, как я уже понял, была главной валютой в этом мире. При этом, мой мозг начал анализировать и обдумывать любые возможные варианты. Молчание, впрочем, Хоумлендер воспринял как откровенное неуважение. - Я задал вопрос. - повторил он, прекрасно ощущая раздражение в его голосе. - Кто ты? ‘Что ж, раз уж выпала такая возможность’ - подумал я, и губы сами растянулись в усмешке. - Кларк Кент. - произнёс я громко, достаточно, чтобы услышали и прохожие, и направленные на нас камеры. - Последний сын Вильтрума. Тишина, повисшая на пару секунд, была почти осязаемой. А затем по лицу Хоумлендера пробежала судорога - искажение, которое он явно пытался спрятать за привычной самоуверенной маской, но не успел полностью совладать с собой. Мейв, стоявшая чуть позади, отвела взгляд в сторону, явно борясь с желанием улыбнуться. Шутка ударила точно туда, куда я и рассчитывал - в самую болезненную точку его сконструированной личной мифологии. - Что ж, тогда позволь поприветствовать тебя. Ведь я по сути… тоже последний из своего рода. - заявил он. Хоумлендер, очевидно решив, что открытая агрессия перед десятками камер и свидетелей - не лучшая идея, выбрал иной путь. Он шагнул вперёд, протягивая руку - жест, который для любого нормального человека выглядел бы дружелюбным приветствием. Я пожал её в ответ, прекрасно зная, ято захочет сделать мой собеседник. Давление началось почти сразу - медленное, нарастающее, рассчитанное на то, чтобы заставить меня дёрнуться, поморщиться, выдать хоть какую-то реакцию на публике. Я не дал ему этого удовольствия, ведь ничего не почувствовал. Хоумлендер, не получив ожидаемого результата, явно растерялся - я почувствовал, как его хватка чуть ослабла от удивления. Мейв, которая стояла рядом и налюдала за происходящим - напряглась, прекрасно зная, чем обычно заканчиваются подобные «приветствия» с участием её напарника. ‘Что ж, я благодарен за предоставленную возможность. Пора дать публике зрелищ.’ - решил я, и начал сжимать в ответ, аккуратно, на пределе контроля - достаточно, чтобы преподать урок, но не настолько, чтобы превратить его руку в кашу из костей. Перемена в его лице была почти комичной. Самоуверенная улыбка стремительно сменилась гримасой сдерживаемой боли, а спустя несколько секунд под нарастающим давлением его ноги медленно подломились, опуская его на одно колено - прямо перед камерами, перед прохожими, перед всем миром, который ещё пять минут назад считал его самым сильным существом на планете. Всё шло по моему плану… Тишина, повисшая над переулком в этот момент, была абсолютной. Мейв замерла, не веря собственным глазам - человек, рядом с которым она провела не один десяток лет, стоял на колене от простого пожатия руки. Отпустив его руку и наблюдая, как он медленно поднимается на ноги, ошарашенный и взбешённый одновременно, я придал лицу выражение искренней, почти извиняющейся неловкости. - Прошу прощения. - произнёс я с подобающей толикой смущения. - Видимо, неправильно интерпретировал жест. Там, откуда я родом, так принято приветствовать друг друга. С этими словами, не дожидаясь ответа и не давая ему времени опомниться, я развернулся и взмыл в воздух, оставляя за собой растерянную толпу, ошарашенную Мейв и Хоумлендера, чьё лицо за моей спиной, я был уверен, в этот момент являлось произведением искусства. Где-то в районе соседних кварталов раздавались звуки настоящих, не срежиссированных проблем - и мне, по крайней мере на сегодня, было чем заняться. Ведь мне предстояло вызвать как можно больший интерес к своей персоне за короткий промежуток времени. ----- К вечеру того же дня социальные сети взорвались. Видео с тем, как «неизвестный супергерой в импровизированном костюме» поставил Хоумлендера на колени одним пожатием руки, набрало миллионы просмотров за считаные часы. Хэштеги, теории, споры о том, был ли это монтаж, постановка или нечто куда более тревожное для статус-кво - всё это превратилось в идеальный шторм цифрового безумия, который штаб-квартира Vought, судя по всему, попыталась было погасить, да не успела. - Найдите мне всё. - холодным, не терпящим возражений тоном распорядилась Мейдлин, собрав срочное совещание с аналитическим отделом. - Любые упоминания, любые записи, любые данные о происхождении этого… инцидента. И проверьте - вдруг это какой-то из наших нереализованных проектов, о котором я просто не была проинформирована. Первичный ответ на запрос - пришёл быстро, и он явно не понравился никому в зале: ничего. Никаких записей в базе, никаких совпадений с известными программами усиления, никакого следа. Хоумлендер, разумеется, не стал дожидаться официальных результатов глубокой проверки. Он влетел в офис Мейдлин спустя считаные минуты после того, как видео набрало первый миллион просмотров, и его лицо выражало смесь паники и едва сдерживаемой ярости. - Ты решили меня заменить! - прорычал он без всякого предисловия, остановившись прямо перед её столом и яростно смотря ей в глаза. - Кто это?! Откуда он взялся??? Это новый проект, да?! Решили, что я устарел и захотела заменить меня! Мейдлин, привыкшая к подобным вспышкам за долгие годы работы с ним, осталась внешне абсолютно спокойной. Однако, впервые за свою жизнь - ей стало действительно страшно за свою жизнь. Ведь никогда ранее она не видела Хоумлендера в таком состоянии. - Это не наш проект. - произнесла она ровным, выверенным тоном. - Я понятия не имею, кто это. Хоумлендер замер, явно вслушиваясь - то самое его умение, которым он славился среди тех немногих, кто знал об этом достаточно, чтобы бояться его лжи. Несколько долгих секунд тишины - и затем его плечи чуть опустились, ярость медленно сменилась чем-то более похожим на растерянность. Её сердце билось спокойно, ровно. Она действительно не знала. Он начал успокаиваться. - Тогда кто, чёрт возьми, этот ублюдок? - выдохнул он, опускаясь в кресло напротив её стола - и почему он смог сделать то, что не смог сделать никто за всю мою жизнь? Хоумлендер впервые испытывал подобные чувства и не знал как с ними совладать. - Это. - спокойно ответила Мейдлин. - мы и собираемся выяснить. Практически все ресурсы «Воут» были направлены на то, чтобы выяснить природу «Кларка Кента». Ведь сам генеральный директор - Стэн Эдгар, был заинтересован в нём. Несмотря на затраченные ресурсы, спустя несколько часов поисков - результат оставался нулевым. «Кларк Кент» - становился неконтролируемым активом, который никак не был связан с их корпорацией. Этот вопрос нельзя было оставлять без внимания, ведь он начал становится популярным в социальных сетях, спасая людей, которые находились в беде по всему Нью-Йорку. ----- Решение «Воут» приняла в течение суток. Вместо того, чтобы пытаться выследить и задержать неизвестную переменную силой - вариант, который, учитывая продемонстрированные возможности, выглядел крайне рискованным - руководство выбрало путь, куда более привычный для корпорации, специализирующейся на управлении образами и репутацией. Контакт. Дипломатичный, аккуратный, обёрнутый в максимально привлекательную упаковку. К тому моменту, как я остановился перевести дыхание после очередного, на этот раз вполне реального инцидента в одном из спальных районов города, на улице меня уже ждали - дорогая, блестящая машина, припаркованная чуть в стороне, и женщина, вышедшая из неё с уверенной, профессионально отрепетированной улыбкой. - Вы проделали впечатляющую работа за сегодня, мистер Кент. - произнесла она, протягивая руку для приветствия - на этот раз без всякого подвоха, судя по моей быстрой проверке её намерений. - Меня попросили передать приглашение. Руководство нашей кампании очень хочет с вами познакомиться. Я взглянул на машину, на её безупречно вежливую улыбку, и мысленно усмехнулся. ‘Как я и предполагал, всё идёт по плану’. - Что ж - ответил я вслух, садясь на заднее сиденье - почему бы и нет.