История Пожирателя смерти/ A Death Eater's Tale

Драко сладко потянулся. Он на удивление крепко выспался, но уже в следующую секунду замер. Его ступня коснулась чьего-то тела, а на животе покоилась чужая нога. Лишь спустя пару мгновений Драко вспомнил всё, что произошло накануне: своё беспокойство перед сном, встречу с водяным народом и долгий разговор на кровати Блейза. Небеса, да он же уснул на кровати Забини! Лежавшая на нём нога слегка шевельнулась. — Доброе утро, сони! Драко лениво заморгал и увидел Блейза, сидевшего в изголовье кровати с широкой улыбкой на лице. — Что?.. — растерянно пробормотал он, слегка приподняв голову. Рядом сонно моргал Тео — его каштановые волосы торчали во все стороны ещё сильнее, чем обычно. И тут Драко наконец всё понял: его ступня коснулась Блейза, а нога, лежавшая на нём, принадлежала Тео, который теперь лениво отодвинул её в сторону. — Чё случилось?.. — пробормотал и он, ещё не до конца проснувшись. Блейз рассмеялся. — Вы так здесь и уснули. Только давайте не превращать это в привычку, ладно? Драко, ещё не до конца проснувшись, сел на кровати. Тео тем временем ухватился за край одеяла и натянул его на голову. — Сколько сейчас… времени? — пробормотал Драко. — Без понятия, — жизнерадостно отозвался Блейз. Драко оставалось только гадать, как тому удаётся с самого утра быть таким бодрым и весёлым. — Но только что заходил Люциан и разбудил нас. Ну… точнее, тут как посмотреть, ведь кроме меня никто так и не высунул голову из-за занавески. — Нам обязательно вставать? — Да. Люциан велел передать вам, что через полчаса мы должны быть на завтраке. Из-под одеяла послышался приглушённый стон, судя по всему, перспектива вставать вовсе не привела Тео в восторг. — Я тогда пойду первым в ванную, — объявил Блейз и, не теряя времени, тут же направился туда. Драко лишь покачал головой, глядя, с какой скоростью Блейз выбрался из-под одеяла и исчез за пологом. Он снова откинулся на подушку и какое-то время молча разглядывал зелёный балдахин над кроватью. Потом всё-таки повернулся на бок и стянул с лица Тео одеяло. — У-у, прекрати, — недовольно проворчал Тео и попытался отвоевать одеяло, но Драко держал его железной хваткой. — Нам нужно вставать, — сказал он. Да и сам он, если честно, уже не прочь был сходить в ванную — мочевой пузырь начинал всё настойчивее напоминать о себе. — Сейчас… — сонно буркнул Тео. Драко только вздохнул и сдался. Ему и самому хотелось ещё немного поваляться в постели, но скоро должны были начаться занятия, а идти на уроки голодным совершенно не хотелось. Поэтому он всё-таки встал и оглядел спальню, которая выглядела точно так же, как и накануне. Они уже разложили вещи по шкафам, а пустые чемоданы составили в углу. У каждой кровати стояла табуретка с аккуратно сложенной школьной формой, которую они сняли вчера вечером. Там же, вчера, ещё когда они только вошли в спальню, их уже ждали галстуки Слизерина и мантии с гербом факультета. — Грег? Винс? Никто не откликнулся, только из-за полога Винсента всё ещё доносилось тихое похрапывание. Драко пожал плечами, достал из шкафа чистые боксеры и нетерпеливо уставился на дверь ванной. Как только она наконец открылась, он стрелой пронёсся мимо Блейза. — Они всё ещё спят, что ли? — возмутился Блейз, а затем во весь голос крикнул: — Эй! Подъём! Драко уже не обращал внимания ни на него, ни на остальных. Он юркнул в ванную и запер за собой дверь. Вчера вечером он решил не принимать душ, потому что рассчитывал сделать это утром, но теперь времени на это совсем не оставалось — ведь Тео, Грегори и Винсенту тоже нужно было успеть в ванную. Поэтому он быстро привёл себя в порядок, кое-как умылся, влез в чистые боксеры и вышел из ванной, чтобы уступить место остальным. Осталось только переодеться в школьную форму для своего первого учебного дня. Драко не терпелось узнать, какой же окажется первая неделя в Хогвартсе.

***

Занятия по зельеварению проходили глубоко в подземельях, там же где располагались комнаты Слизерина. Они впервые за эту неделю должны были посетить уроки декана своего факультета. С ним ребята уже успели познакомиться. Вечером, в первый день учёбы, он ненадолго заглянул в гостиную Слизерина, чтобы представиться первокурсникам, но встреча вышла короткой и ничем не примечательной — для Драко, во всяком случае, она не представляла особого интереса, ведь профессора Северуса Снейпа он знал и раньше. Драко знал, что он и его отец были знакомы очень давно, ещё со времён школы, хотя однажды тот вскользь упомянул, что в те годы они почти не общались. Насколько помнил Драко, когда Снейп поступил в Хогвартс, его отец уже был старостой факультета. Но он также знал, что после окончания школы они каким-то образом сблизились. Отец как-то сказал, что после выпускного они оказались в одном кругу людей — что бы это ни значило. Для Драко это не звучало как веселая компания, которая вместе режется во «Взрывные карты» или ещё во что-нибудь, но отец больше ничего говорить не пожелал. Как бы то ни было, Снейп уже несколько раз бывал у них в поместье. Незадолго до отъезда Драко в Хогвартс он даже дважды приезжал специально, чтобы позаниматься с ним зельеварением. Спокойно и терпеливо, хотя неизменно мрачно и немногословно, он помог Драко сварить несколько зелий, готовя его к будущим занятиям. К тому времени Драко уже считал этого человека весьма… странным, и после его появления в гостиной Слизерина это впечатление ничуть не изменилось. Он всегда носил длинные чёрные мантии, широкие полы которых развевались при ходьбе, отчего, как показалось Драко, он немного напоминал летучую мышь. Тёмные глаза напоминали холодные туннели, а чёрные волосы, почти достигавшие плеч, сосульками свисали вдоль лица. Он внимательно оглядел первокурсников поверх своего большого крючковатого носа, коротко сообщил, что будет вести у них зельеварение и что с важными вопросами к нему можно обращаться и вне занятий, после чего стремительно удалился. Драко был уверен, что никогда не станет искать встречи со Снейпом во внеурочное время. Да и сам профессор, как ему казалось, произнёс эти слова лишь потому, что этого требовали его обязанности. На самом деле он явно не горел желанием общаться с учениками. Драко поделился этой мыслью в разговоре с Маркусом Флинтом и Адрианом Пьюси, отчего те громко расхохотались. — Да, всё так, — с усмешкой подтвердил Адриан. — Снейп проводит свои уроки и совершенно не интересуется, чем же мы занимаемся всё остальное время. — Но в этом сплошные плюсы, — добавил Маркус с хищной ухмылкой. — Если что случится, мы и сами друг другу поможем. Зато, в отличие от других факультетов, можем делать всё, что захотим. Снейпу совершенно без разницы, когда и как часто мы устраиваем вечеринки, чудим ли или чем вообще занимаемся. Он закрывает глаза на всё, что мы вытворяем, зато за другими факультетами следит в оба. Так что жизнь у нас тут вполне себе беззаботная. — Но, если у тебя действительно возникнут проблемы, к нему всё-таки можно будет обратиться, — сказал Адриан. — По крайней мере, мне так кажется. На самом деле никто из нас толком не знает, вроде бы ещё никто не решился воспользовался его предложением. Драко легко мог это понять. Сам он тоже не испытывал ни малейшего желания делиться с деканом чем-то личным. Нет, уже с первых дней, если у него возникали вопросы или он в чём-то сомневался, Драко обращался к Маркусу или Люциану — они всегда были доброжелательны и терпеливы, как и Ава, к которой он однажды подошёл, когда не смог разобраться, как найти нужный класс. И вот теперь они сидели в кабинете зельеварения: Драко — рядом с Винсентом и Грегом, которые за эти несколько дней в Хогвартсе, казалось, ещё сильнее сдружились, а Тео с Блейзом — за партой впереди. Среди гриффиндорцев Драко заметил девушку с кудрями, Гермиону Грейнджер, и коротко кивнул ей. Она ответила ему короткой, смущённой улыбкой, а затем прижала ладони к щекам и поспешно отвернулась. Драко задался вопросом, почему она всякий раз краснеет, когда они встречаются взглядами. Неужели он ей… нравится? Но разве такое возможно? Они ведь перекинулись всего парой слов. С другой стороны, она тоже ему сразу понравилась. Как и другие преподаватели, Снейп начал урок с того, что принялся зачитывать имена по списку. Он произносил их монотонно и совершенно равнодушно. В отличие от остальных преподавателей, он даже не поднимал глаз, словно и не пытался запомнить, кому принадлежит каждое имя. Лишь на одном из них он вдруг запнулся. — Гарри Поттер, — прочитал он, а затем добавил: — Ах да, Гарри Поттер. Наша новая… знаменитость. Драко не удержался и фыркнул, а Винсент с Грегом тихо захихикали вслед за ним. Ни Поттеру, ни Уизли они так и не простили того, что произошло в поезде. После этого Снейп тем же бесстрастным тоном дочитал оставшиеся имена, а затем коротко рассказал, что ждёт их на уроках зельеварения. — Я могу многому вас научить, если только вы не окажетесь стадом болванов, — закончил Снейп. Драко с трудом подавил улыбку, увидев, как Гермиона Грейнджер подвинулась на стуле вперёд и выпрямила спину, будто ей не терпелось доказать, что она вовсе не дура. — Поттер! — рявкнул вдруг Снейп, и добрая половина класса, включая Драко, от неожиданности вздрогнула. — Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни? Драко нахмурился. Во время их занятий Снейп сказал, что подготовит его ко всему, что понадобится на первых уроках зельеварения, но это они точно не проходили. Весь остальной класс выглядел не менее растерянным, только Гермиона Грейнджер тут же вскинула руку, а Тео нерешительно приподнял свою. — Я не знаю, сэр, — сказал Поттер. Драко быстро переглянулся с Винсом и Грегом. По их лицам было видно, что они думают о том же, о чём и он: знаменитость, но знает не больше нашего. — Так, так… Очевидно, известность — это далеко не все, — язвительно произнёс Снейп. Драко ожидал, что теперь профессор спросит Гермиону Грейнджер или Тео, но тёмные глаза Снейпа по-прежнему были прикованы к Поттеру. — Но давайте попробуем еще раз. Если я попрошу тебя принести мне безоар, где ты будешь его искать? На этот раз Драко тихонько усмехнулся — уж что такое безоар, он прекрасно знал. У них дома всегда хранился один на случай, если понадобиться. Особенно когда он был маленьким, родители боялись, что он может случайно чем-нибудь отравиться, ведь маленькие дети, как известно, тянут в рот всё подряд. Винсент и Грег подхватили его смех. Уши Поттера покраснели. Гермиона Грейнджер так высоко тянула руку, будто хотела достать до потолка, а Тео теперь поднял свою уже без прежней нерешительности. — Я не знаю, сэр, — негромко ответил Поттер. — Похоже, вам и в голову не пришло почитать учебники, прежде чем приехать в школу, так, Поттер? Ещё одна попытка. В чем разница между аконитом и волчьим корнем? Тео по-прежнему держал руку поднятой, а Гермиона Грейнджер уже едва не привстала со стула, вытягивая её ещё выше. — Я не знаю, — тихо произнес Поттер, в его голосе слышались неуверенность и раздражение.— Но мне кажется, что Гермиона это точно знает, почему бы вам не спросить её? Гермиона сидела впереди и чуть наискосок от Поттера, поэтому он видел, как она тянет руку. А вот Тео сидел позади него, так что о его поднятой руке Поттер даже не догадывался. Некоторые гриффиндорцы засмеялись. Снейп, похоже, их веселья не разделял. — Сядьте! — рявкнул он на Гермиону Грейнджер, и та разочарованно опустилась обратно на стул. Упрямо поднятая рука Тео тоже была проигнорирована. Вместо этого Снейп сам коротко ответил на все три вопроса, велел ученикам записать его объяснения, а затем холодно добавил: — И Гриффиндор лишается одного балла. Из-за тебя, Поттер. Тео обернулся и удивлённо посмотрел на Драко, но тот лишь пожал плечами. Похоже, именно об этом и говорили Адриан с Маркусом, когда утверждали, что их декан куда пристальнее следит за другими факультетами. Как именно, Драко понял уже во время остальной части урока. Снейп велел им разбиться на пары и сварить простое зелье для лечения фурункулов. Профессор стремительно двигался между рядами парт, наблюдая за тем, как они работают. В то время как ученикам своего факультета Снейп ничего не говорил, а порой даже скупо их хвалил, у гриффиндорцев, особенно у Поттера и Уизли, он без конца находил, к чему придраться. Сделав ещё один круг между партами, Снейп остановился возле Драко и сказал: — Рогатые слизни приготовлены идеально, мистер Малфой. — Спасибо, сэр, — искренне обрадовавшись, ответил Драко. — Всем смотреть сюда! — рявкнул Снейп, обращаясь ко всем. — Эти рогатые слизни у мистера Малфоя… Но договорить он не успел, потому что в тот же миг раздалось громкое шипение, а в следующую секунду кабинет заволокло ядовито-зелёным дымом. Драко испуганно огляделся и обнаружил, что котёл, за которым работали Лонгботтом, тот самый мальчик с жабой, и рыжеволосый Финниган, расплавился, превратившись в бесформенный комок металла. Зелье растеклось по полу, прожигая дыры в ботинках Финнигана и Лонгботтома, отчего оба взвыли от боли. Кроме того, Лонгботтома с ног до головы окатило брызгами варева, и он застонал, когда на его коже прямо на глазах начали созревать красные фурункулы. Лужа всё шире расползалась по полу. Драко мгновенно сориентировался: схватил стул и школьную сумку, поспешно оттащил их подальше от места происшествия, а затем быстро вскочил на стул, успев закинуть сумку на плечо. Остальные дети тоже, похоже, поняли, что разлившееся зелье представляет опасность. Один за другим они начали взбираться на стулья или, недолго думая, отходить подальше от растекающейся по полу жидкости. Однако Драко заметил, что испорченное зелье уже разъедает ножки некоторых стульев, и был рад, что успел оттащить свой подальше. Те, кто не успел забраться на стулья, запаниковали, ведь зелье медленно, но неуклонно подползало и к ним. Гермиона Грейнджер тоже пыталась увернуться от растекающейся жидкости и приблизилась к стулу Драко. — Драко! — донёсся до него голос Пэнси, но прежде чем он успел обернуться и понять, чего она хочет, тело среагировало само. Наклонившись, он схватил гриффиндорку за плечо и потянул вверх. Она на мгновение испуганно вскинула взгляд, но сразу поняла, чего он добивается, и с его помощью стремительно забралась на стул. Она так поспешно запрыгнула, а Драко так резко рванул её на себя, что они оба опасно качнулись. Драко первым восстановил равновесие и тут же придержал Гермиону за спину, чтобы она не упала. К его удивлению, она прижалась к нему и обеими руками вцепилась в его мантию, не отрывая испуганного взгляда от пола. Неудавшееся зелье уже добралось и до стула Драко, медленно, но неумолимо разъедая его ножки. Прижавшись друг к другу, они стояли, не представляя, что делать дальше. И в то же время с Драко происходило что-то странное. Он продолжал держать руку у девочки на спине, хотя в этом уже не было никакой необходимости, просто… у него вдруг появилось какое-то необычное чувство в груди. Оно напоминало гордость. Да, ему было приятно, что он смог её спасти, что она сразу ему доверилась и, судя по тому, как крепко цеплялась за него, искала у него защиты. Тут Драко услышал, как вскрикнула Пэнси, и повернулся к ней. Носки её туфель уже начали растворяться, ведь она так и осталась стоять на полу, не имея ни малейшего понятия, куда бежать. Но уже в следующее мгновение всё было кончено — разлитое зелье исчезло так же внезапно, как появилось. Лишь сделав несколько вдохов, Драко понял, что это Снейп одним взмахом волшебной палочки заставил опасную жидкость исчезнуть. — Идиот! — рявкнул он на Логботтома. — Как я понимаю, прежде чем снять котел с огня, ты добавил в зелье иглы дикобраза? Тот лишь тихонько хныкал. — Отведите его в больничное крыло, — процедил Снейп Финнигану. Затем он посмотрел на Поттера и Уизли, которые работали за соседним столом. — Ты! Поттер, почему ты не сказал ему, что нельзя добавлять в зелье иглы дикобраза? Или ты подумал, что если он ошибется, то ты будешь выглядеть лучше него? Из-за тебя я списываю ещё один балл с Гриффиндора! Поттер возмущённо открыл рот, но Уизли незаметно ткнул его локтем в бок. — Вы двое остаётесь убирать! — рявкнул на них Снейп. — Все остальные — вон! Только теперь Драко понял, что всё ещё чуть ли не обнимает девочку, а она по-прежнему крепко держится за его мантию. Он поспешно отпустил её, и она так же быстро разжала пальцы, выпуская ткань его одежды. — Спасибо, — пробормотала Гермиона. Их взгляды на мгновение встретились, и она снова залилась румянцем, после чего поспешно спрыгнула со стула. Драко тоже поторопился слезть и поскорее покинуть кабинет.