Malevolent creature

Адское пламя плясало в глазах инкуба, когда он приближался к двери Юнги. Маска Чимина, наложенная поверх его истинной сути, искажалась от возбуждения, грозя рассыпаться, с трудом удерживая её, он набрал воздух в легкие и постучал. Аномальный слух существа мгновенно уловил, как медленно идет к двери Мин Юнги и огненная дрожь прошла по всему телу демона, обостряя его инстинкты. Наконец, дверь открылась. Юнги окатил Чимина ледяным взглядом, полным презрения и отвращения, казалось, он видел сквозь маску, разглядывая истинную сущность демона. – Что? – коротко спросил он, словно бросая камень в грязь. Инкуб зажмурился, и его лицо исказилось от боли, словно он пытался удержать маску на месте, но от лица Чимина это выглядело чертовски мило. Собравшись с силами, он заговорил, казалось, что его голос дрожал от волнения, хотя на самом деле – от голода. – Привет, – улыбнулся он, пытаясь смягчить ситуацию. – Меня зовут Чимин. Я ваш новый сосед сверху, надеюсь, мы сможем подружиться. Он протянул руку, ожидая рукопожатия, но Юнги лишь холодно посмотрел на неё, словно на ядовитую змею. – Приятно познакомиться, – сухо ответил Юнги, не двигаясь с места. – Но я не ищу новых друзей. Чимин опустил руку, его улыбка немного дрогнула, но он быстро восстановил самообладание. – Понятно, – кивнул он, стараясь сохранять дружелюбный тон. – Тогда, возможно, вы сможете помочь мне с одним маленьким вопросом? Он достал из-за спины поломанный метроном и показал его Юнги. – Мой метроном сломался, а вы музыкант, я знаю… все знают, ведь вы очень знамениты. Не могли бы вы мне его починить? Он показал метроном на вытянутой руке, практически прижимая его к лицу Юнги. Тот медленно отвел от себя руку и тихо, но твёрдо сказал: – Метрономы не настолько дорогая вещица, купи себе новый. И уже хотел разворачиваться и уходить, когда Чимин схватил его за руку, холодные пальцы обожгли кожу Юнги, словно ледяные клещи. – Не стоит трогать незнакомцев, – раздраженно прорычал он, пытаясь вырваться. – Извините, просто этот метроном очень дорогой — антиквариат, старинная вещь, поэтому мне нужен именно он! — Демон ехидно прищурил глаза. — Но у меня появилась идея! Лицо Чимина осветилось безумным блеском, словно он нашёл сокровище. – Одолжите мне свой, а я дам вам в залог мой. Как вам такая идея? Мне ненадолго, на неделю, ну, точнее, на пару дней. В общем, я постараюсь как можно быстрее вам его вернуть. Юнги посмотрел на Чимина долгим, оценивающим взглядом: парень довольно миловиден, но это не вызвало никаких эмоций, он давно научился отделять внешнюю привлекательность от внутренней пустоты. – Спасибо за предложение, – ответил Юнги спокойно, – но я предпочитаю держать свои вещи при себе, особенно инструменты. Чимин сделал шаг вперед, его глаза загорелись опасным блеском. – Пожалуйста, – умоляюще протянул он, – это очень важно для меня. Я готов заплатить любую цену… Юнги нахмурился, его терпение заканчивалось. – Цена не имеет значения, – отрезал он резко. – Я не одалживаю личные вещи. Прощайте. Он повернулся, чтобы уйти, но Чимин снова схватил его за рукав. – Подождите! – воскликнул он отчаянно. – Может быть, мы можем договориться иначе? Я могу предложить вам нечто ценное взамен… Юнги резко остановился и оглянулся на Чимина, впервые в его голосе промелькнул намек на заинтересованность. – Что именно вы можете предложить? – спросил он холодно. Чимин нервно сглотнул, его глаза лихорадочно блестели. Адская сила бурлила внутри него, требуя выхода, но он держал её под контролем, играя роль очаровательного юноши. Лицо его раскраснелось от усилий, скрывая истинные намерения. – У меня есть кое-что уникальное, – прошептал он, и его щеки облило румянцем, словно он смущался от собственных слов. – Что ты имеешь в виду, малыш? – грозно зыркнул на него Юнги, его взгляд был холоден и непреклонен. Тот испугался и отступил назад, натянуто улыбнувшись. Все-таки демоны отличные актеры, способные играть любые роли ради достижения целей. – Я-я… – Чемин заикался, его голос дрожал от напряжения. – Я думаю, вы понимаете, что я имею в виду. Он облизнул пухлые губы, надеясь, что Юнги поймет намёк и проявит интерес. – Хм, – усмешка была горькой и высокомерной. – Понимаю, но меня это не интересует. Ему действительно было все равно. Этот молоденький сосед казался ему просто симпатичным личиком, неспособной привлечь его внимание. Юнги отвернулся, собираясь закрыть дверь. – Эй, подожди! – вскрикнул Чимин, его голос сорвался на крик отчаяния. – Дай мне шанс доказать, что я достоин твоего внимания! Он остановился, его брови поднялись в недоумении, взгляд был направлен на демона с нескрываемым презрением, словно на насекомое, пытающееся залезть в дом. – Какой смысл доказывать мне что-то? Меня не интересуют дешевые трюки и дешёвые предложения. Он захлопнул дверь с такой силой, что та задела кончик носа существа. Боль пронзила его, но он лишь ухмыльнулся, довольный началом игры. — Крепкий орешек, – прошипел инкуб, его глаза вспыхнули алым светом, словно два вулкана, готовых извергнуть лаву. Мощь, заключённая в нём, пульсировала, словно тёмная река, готовая выйти из берегов. — Но теперь я знаю, что ты боишься меня. Страх – моя пища, и скоро ты будешь моим навечно. Существо поставило метроном прямо под дверью Юнги, завело его и испарилось в ночи, оставляя позади лишь тиканье механизма и предчувствие грядущих событий. Его тело начало светиться изнутри, словно поглощённое внутренним пламенем, свет становился всё ярче, пока не превратил фигуру в огненный столб, контуры тела начали колебаться и искажаться, словно жидкая масса, потерявшая форму. Вскоре от существа осталась лишь густая черная дымка, которая закружилась в воздухе, словно стая насекомых, а затем стремительно втянулась в потолок, поднимаясь вертикально вверх, словно струя дыма. Существо переместилось в квартиру банкира, которая теперь служила ему убежищем, минуя лестницу и стены, словно они были сделаны из воздуха. Метроном демона тикал, словно черный паук, плетущий сеть из теней и страха. Каждый удар его маятника резонировал с ритмом сердца Юнги, погружая его в глубокий сон, подобный бездне забвения. Эта ночь принесла ему покой, столь долгожданный и сладкий, будто объятия ангела, укрывшего его крыльями от тревог мира. Сон стал лекарством для души, исцеляющим раны усталости и сомнений. Юнги проснулся на следующее утро точно в семь тридцать, как заведено, однако впервые за долгое время его пробуждение оказалось поистине освежающим. Легко ступая, он направился на кухню, но радость длилась недолго – кофе закончился. Разочарование слегка омрачило настроение, но не смогло затмить внутреннего спокойствия, умывшись и надев первую попавшуюся одежду, Юнги поспешил в ближайшую кофейню. Выходя из квартиры, он сразу заметил знакомый предмет – тот самый метроном лежал у порога. "Опять эта глупость," – проворчал Юнги, легко переступив через него и отправившись дальше. Зайдя в лифт, Юнги совсем не удивился, столкнувшись с соседом. Встречи с Чимином стали привычными, но каждое новое появление парня по прежнему вызывало раздражение. Тем не менее, хорошее самочувствие после крепкого сна помогло отбросить негативные эмоции подальше. Сегодня Чимин выглядел ослепительно: его длинные волосы были искусно заплетены в две аккуратные косы, подчеркивающие черты лица. Они придавали ему особую элегантность, делая облик одновременно притягательным и мужественным, казалось, каждая деталь его внешности излучала тепло и очарование. Чимин приветливо улыбнулся, но Юнги лишь сдержанно кивнул и уставился в пол, игнорируя восхищённый взгляд. Несмотря на очевидную привлекательность Чимина, Юнги оставался невозмутимым. Его холодный ум и еще более холодное сердце оставались неприступными, словно гранитная стена, даже малейшее проявление интереса к этому парню было исключено. Для Юнги красота оставалась всего лишь оболочкой, не затрагивающей глубин его души. Чимин наблюдал за реакцией Юнги, чувствуя, как разочарование смешивается с растущим азартом. Каждая попытка завоевать внимание Юнги становилась для него своеобразной игрой, где ставки росли с каждым разом, он наслаждался процессом охоты, понимая, что сопротивление жертвы лишь усиливает удовольствие от победы. Глубоко внутри он ощущал нарастающее возбуждение, которое толкало его на дальнейшие действия. Он жаждал подчинить Юнги своей воле, уничтожить его независимость и свободу, превратив его жизнь в бесконечный кошмар. Его одержимость Юнги достигла пика. Он мечтал о том дне, когда Юнги окончательно потеряет контроль над собой и окажется в лапах демона. Мысль о победе наполняла его радостью и предвкушением, заставляя забыть обо всём остальном. Он был уверен, что рано или поздно Юнги падёт жертвой его чар, и тогда начнется настоящая охота. Вернувшись домой после посещения кафе, Юнги вновь наткнулся на тот же метроном, оставшийся стоять там, где его оставили. Так же безразлично, как и в прошлых раз, перешагнув через него, он вошел в квартиру, уверенный в собственной стойкости против любых попыток соблазнения.