Феникс. Пробуждение

Двери лифта закрылись, отрезая их от пустого коридора и погружая в стерильную тишину кабины. Миса встала у дальней стенки, делая вид, что изучает панель управления, чтобы не смущать командира. В замкнутом пространстве запах кофе от волос Лика казался оглушительным.

Алек же, получив объект для изучения прямо перед носом, не мог упустить такую возможность. Его научный интерес пересилил субординацию. Он поправил очки характерным жестом — средним пальцем правой руки по дужке — и прищурился, глядя на эту странную композицию.

— Любопытно... — пробормотал он себе под нос, но в гробовой тишине лифта его услышали все. — Капитан, вы позволите задать несколько вопросов? Это уникальная возможность наблюдать аномалию в реальном времени.

Каин, который всё это время пытался утихомирить разбушевавшиеся эмоции, глубоко вдыхая запах его собственного шампуня на волосах Лика, медленно поднял голову. Его взгляд был затуманенным, золотые глаза всё ещё горели чуть ярче обычного.

— Алек, сейчас не время... — начал было он глухим голосом, но медик уже вошёл в раж.

— Я понимаю, понимаю. Но это важно! Что вы чувствуете? Вы можете логически мыслить в таком состоянии? Как реагирует ваше ядро? Я фиксирую повышенный фон вашей ауры, она нестабильна. Это нервное напряжение? И главное... — Алек сделал паузу, наклоняясь чуть вперёд, словно пытаясь заглянуть Каину в душу. — Зависит ли интенсивность этих реакций от расстояния до объекта?

Каин поморщился, как от головной боли. Вопросы сыпались один за другим, требуя немедленного анализа. Он попытался сосредоточиться. Попытался вернуть себе привычную холодную отстранённость.

— Логика... — выдохнул он, снова утыкаясь носом в беловолосую макушку Лика, словно ища там спасения. Запах помогал. Немного. — Логика сбоит. Мысли путаются. Ядро... оно пульсирует, не могу разобрать от чего. Напряжение... да, это оно. Словно натянутая струна.

Он замолчал, собираясь с мыслями, и нехотя добавил:

— Расстояние... Да. Когда он далеко, внутри пустота. Холод. Когда близко... жар. Стабильность.

Пока Каин говорил эти слова, почти исповедуясь перед медиком, Лик, которого всё это время держали мёртвой хваткой, вдруг перестал быть пассивным объектом. Он оживился. Сначала он просто прислушивался к словам о себе, но затем любопытство взяло верх. Он слегка повернул голову, насколько позволяло крепкое объятие, и с нескрываемым интересом посмотрел сначала на задумчивое лицо Алека, а затем перевёл взгляд на самого Феникса.

Это был взгляд исследователя, столкнувшегося с таким же исследователем. Два ума, привыкшие анализировать, встретились рядом с одним «образцом». На губах Лика промелькнула тень едва заметной, понимающей улыбки. Он тоже изучал их. Изучал этого бога, который только что признался в иррациональной зависимости от него.

Алек, увидев эту перемену, воодушевился ещё больше. Он уже открыл рот, чтобы продолжить свой монолог-размышление вслух, готовый углубиться в теорию психоэмоциональных связей присущей божественными сущностями…

...как лифт издал мелодичный звон, и створки дверей начали расходиться в стороны.

Феникс замер. Вся расслабленность, вызванная близостью Лика и необходимостью отвечать на вопросы, испарилась в одно мгновение. Он резко вскинул голову, его тело напряглось так сильно, что казалось, будто он сделан из камня. Взгляд золотых глаз впился в открывающийся проём, сканируя пространство за дверями с хищной настороженностью. Рука на талии Лика сжалась инстинктивно, прижимая парня ещё ближе, пряча его от потенциальной угрозы.

Кто бы ни ждал их снаружи, им предстояло столкнуться с очень раздражённым Богом Огня.