Феникс. Пробуждение

К счастью для них всех, путь до медблока оказался свободен. Это было логично: в этом крыле базы редко кто ходил по собственной воле. Коридоры здесь были стерильными и гулкими, а воздух казался пропитанным едва уловимым запахом озона и медикаментов. Мало кто хотел невольно наткнуться на Феникса, чьё присутствие само по себе создавало гнетущую атмосферу жара и напряжения. Лишь его команда, привыкшая к этому давлению, и редкие жрецы, чья вера была крепче инстинкта самосохранения, не испытывали таких трудностей в своих передвижениях.

Проходя ещё один маленький отрезок пути от лифта до дверей медицинского отсека, Каин заставлял себя идти медленно. Вопросы Алека, хоть и раздражали своей неуместностью, всё же выполнили свою функцию — они немного остудили кипящий разум бога. Мысли, бывшие до этого хаотичным вихрем из страха и собственнических инстинктов, начали выстраиваться в более-менее стройные логические цепочки. Ясность возвращалась, пусть и не полностью, но её было достаточно, чтобы заметить очевидное.

Каин шёл осторожно, прокручивая в голове то, что он сам должен был бы заметить гораздо раньше. Он анализировал своё состояние с холодной отстранённостью, словно изучал показания чужого сканера. Его ядро действительно оставалось нестабильным, это факт. Близость Лика вызывала странный жар, который концентрировался где-то под рёбрами, грозя перерасти во всепоглощающее пламя. Но вот что странно... за всё это время, с тех пор как тогда, в медблоке, к нему привели эту Тень...

Ему ни разу не приходилось сдерживаться, чтобы не «взорваться».

Раньше любой сильный стресс, любая вспышка неконтролируемых эмоций приводили к выбросу чистой энергии, способной плавить металл и испепелять целые кварталы. Сейчас же, находясь в эпицентре своего личного шторма — страха потери, иррациональной тяги, постоянного нервного напряжения, — Каин чувствовал, что вся эта мощь оставалась внутри. Она не искала выхода наружу неконтролируемым взрывом. Словно присутствие Лика служило идеальным громоотводом или, что ещё парадоксальнее, топливом, которое сгорало ровно и без остатка, согревая, но не сжигая дотла. Опасная энергия Феникса непонятным никому из них образом стабилизировалась рядом с парнем.

«Это нелогично», — думал он, останавливаясь перед массивной дверью медблока и прикладывая ладонь к панели доступа. «Противоположности должны уничтожать друг друга. Огонь должен плавить лёд. Ядро должно дестабилизироваться от контакта с чужой магией, так было всегда». Но реальность раз за разом доказывала обратное. И эта мысль пугала его больше, чем перспектива встретить в коридоре целый отряд паладинов.

Двери с тихим шипением разошлись в стороны, открывая проход в тускло освещённое помещение их личной медицинской станции. Они дошли.