Феникс. Пробуждение

Миса, видя эту внутреннюю борьбу на лице командира и его напряжённый взгляд, устремлённый на Лика, не удержалась. Она пихнула Каина острым локтем в бок.

— Ты сейчас дыру в нём прожжёшь, — прошептала она с тихим смешком, который был слышен только им двоим. — Или ревнуешь к собственному медику?

Каин даже не повернул головы. Он лишь скосил на неё свой тяжёлый золотой взгляд и отмахнулся, словно от назойливой мухи. Его голос был едва слышным шёпотом, полным раздражения:

— Кажется, утром ты сама говорила, что это невозможно. Для богов. Помнишь?

Миса фыркнула, но спорить не стала. Вместо этого она просто пожала плечами и снова перевела взгляд на рабочую суету Алека.

Однако Феникс заметил то, что пилот упустила. Когда Миса начала говорить, Лик, сидевший в диагностическом кресле, слегка дёрнул головой в их сторону. Это было почти неуловимое движение, но для обострённых чувств бога оно было слишком явным.

«Слышал ли он?» — эта мысль обожгла сознание. Позволяет ли его слух улавливать шёпот с такого расстояния? Сам бы Каин услышал без труда. Но вроде Тени не должны обладать сенсорикой, подобной божественной.

Феникс нахмурился ещё сильнее. Эта мысль была нелогичной, но она заставила его внутренне сжаться. Он вдруг понял, что совершенно не хотел, чтобы этот мальчишка знал о его душевных терзаниях с такой... личной стороны. Пусть это и полный бред с точки зрения логики, но Каин, кажется, начинал привыкать к тому, что некоторые вещи, которые люди зовут «эмоциями», лучше просто не анализировать. Принять как данность. Как дефект системы.

Тем временем Алек, закончив калибровку сканера, полностью переключил своё внимание на пациента. Он подошёл к креслу и заговорил мягким, успокаивающим тоном, каким обычно общался с перепуганными пациентами.

— Так, Лик. Не напрягайся, ладно? — сказал он, настраивая высоту голографической панели. — Я знаю, звучит страшно, но я обещаю, будет не больнее комариного укуса. Мне нужно взять несколько образцов чешуи и... эм... крови. И просканировать твою метку. Просто расслабься и позволь мне сделать мою работу.

Он ободряюще улыбнулся и активировал сканер, от которого тут же пошло мягкое голубоватое свечение.